Переезд,изменивший мою жизнь в дерьмо.

— Вот, смотрите! — запрыгивая на диван к Эшли и Тодду, голубоглазый протянул им записку, написанную его отцом, которую вчера он нашел на столе. — Что это? — с недопониманием спросил рыжик. — Читайте! — тыкнув пальцем в бумагу, приказал Салли. Сегодня утром, когда Фишер проснулся, у него было отличное настроение и он, напевая какую-то мелодию, придуманную им, готовил себе завтрак. За трапезой размышлял, как у него с отцом будет проходить разговор. Пока думал, не заметил, что уже все съел и помыв за собой посуду, решил, что лучше сейчас не думать об этом и не нагружать свою голову. Не зная, чем заняться, он взял телефон и написал Моррисону и Кэмпбелл, чтобы те пришли и провели с ним свободное время. И вот, сидя сейчас у него в гостиной на диване, он даёт им читать записку от отца. — Ну ничего себе, Салли, так это очень хорошие новости! — от радости, Эшли неожиданно сильно обняла Тодда и Салливана. Отстраняясь от сумасшедшей шатенки, Тодд с недоверием в голосе произнес: — Хм, как-то очень странно. Я не особо понимаю, с чего это твой отец так резко решил устроить перемирие. — Хэй, Тодд, зачем ты так? — Эшли ткнула в него локтем. — А что сразу я? Тебя разве не напрягает то, что он совсем недавно избил Сала чуть ли не до смерти, а тут вдруг у него очнулась совесть и он хочет возобновить с ним отношения. А ты-то, Салли, что сам думаешь? Фишер задумался. А и вправду, чего у его отца так из неоткуда появилось желание наладить с ним язык? На этот вопрос он пока ответить не мог. — Не знаю. Я как-то не задумывался об этом… но, попытка не пытка, ведь так? Не знаю, что на него нашло и что у него на уме, но в любом случае, я с ним поговорю. Прощать сразу не буду, а посмотрю на его поступки и буду делать выводы. Вам, конечно же, буду сообщать обо всём, — конечно, после слов Тодда он засомневался, но все же, была ни была. — Ну хорошо, как знаешь. Спасибо, что хоть будешь в курсе событий держать. — Кстати, Сал, ты где вчера вечером был? Я тебе отправил обучение новой игры, которую сам недавно нашел, хотел чтобы ты почитал и на днях мы смогли поиграть, — произнес, убирая записку на стол, Тодд, и сел ровно, сложив руки на груди. — Ой, прости, я даже как-то не заметил. Я у Лизы, однако, не самый лучший визит выдался, но после того как я пришел домой, я сразу вырубился, поэтому и не просматривал сообщения. — Что-то случилось? — волнуясь спросила Кэмпбелл. — Ну как сказать... Рассказав о не самом лучшем походе к Лизе, Тодд удивлённо спросил: — Ты уже сколько раз ходил к Лизе и вы ни разу не встречались с Ларри? Не знаю даже, хорошо это или плохо. — Да я и сам не пойму, почему мне везло все время, а в этот раз что-то пошло не так. — Фу, мне не нравится поведение Ларри. Тоооодд, с ним срочно нужно поговорить об этом всём. Хотя бы, чтобы он не так был груб с Салли, когда он не рядом с Трэвисом, — Эшли пугала Ларри, когда он был слишком груб с Фишером. — Эш, мы уже разговаривали много раз с ним на этот счёт. Он ведь уже сказал, что если мы ещё раз с ним заведем разговор на эту тему, то он с нами разговаривать не будет вообще. — Но, Тодд, я не могу смотреть на то, что наш близкий друг, который с нами хоть и бывает груб, так отвратительно ведёт себя с Салли. Он тоже наш друг и я хочу, чтобы мы все вместе дружили, а не враждовали! — чуть ли не в истерике проговорила шатенка. — Мать твою, Эш, неужели ты настолько глупая и наивная? Пока Ларри состоит в банде Трэвиса, то никакой их дружбы с Фишером и речи быть не может! Перестань уже каждый раз мне трахать этим мозг. Я и сам очень жду момента, когда мы сможем вчетвером отрываться, а не бегать то к одному то к другому. — Хэй, ребят-ребят, перестаньте! Всё ведь в порядке. Я… не думаю, что мы сможем с ним вообще когда-нибудь ладить. После всех этих задрочек, драк, что он вместе с шайкой Фелпса устраивали, я не думаю, что он захочет вообще со мной общаться, как и я не горю желанием общаться с ним. Мне приятно, что вы хотите как лучше, но не думаю, что стоит вмешиваться. Может, со временем, у вас и получиться его убедить, но я не хочу, чтобы из-за меня вы ругались с ним. Он хоть и мразь, прошу прощения, но у него хорошие друзья, которые помогут не сесть на самое дно. — Сал, но... — Эшли, прости, что перебиваю, но правда не нужно. Давайте закроем тему и лучше посмотрим какой-нибудь ужастик или любой другой фильм, м? У меня есть куча вредностей! — хихикая, Фишер на цыпочках с хитрым взглядом и ухмылкой, побежал к шкафу и достал оттуда пакет всячины. — Огоооо, Салли, когда ты успел в магазин сбегать? — смеясь с выражения лица Фишера, она подбежала и заглянула в пакет. — Ещё утром, когда написал вам. — О, попкорн! — забрав пачку любимого попкорна, девушка поскакала к дивану, изображая, что она украла эту пачку и тихо пыталась сбежать с места преступления. — Ладно, какой фильм смотреть будем? — усаживаясь поудобнее, Тодд открыл пачку чипсов. — Э… не знаю, давайте какой-нибудь ужастик! — Эш уже бурно и оживлённо жевала свой попкорн. — Ладно, сейчас что-нибудь найдем.

***

— Хорошо посидели, и фильм вроде интересный. Только меня больше он не пугал, а смешил, когда герои кричали, — собираясь уже домой, Эш решила высказать свое мнение о фильме. — Ахах, Эш, кого ты обманываешь? Ты ведь дёргалась так, будто у тебя судорога, когда были скримеры и жуткие моменты! — смеясь, сказал Фишер. — Согласен с Салли, ахах, — поддержал слова голубоглазого Тодд. — Эй! — обижено воскликнула шатенка и сложила руки на груди, дуя губы и изображая обиженного ребенка. — Да ладно тебе, Эшли, не дуйся. Пойдем домой. — Ладно, Салли, спасибо что пригласил, до встречи! — выходя из квартиры, попрощалась Кэмпбелл. — До встречи! Пока, Тодд! — Пока, Салли. Проводив друзей, Фишер решил поиграть немного на гитаре. Перебирая струны, аккорды, он наигрывал мелодию и тихо пел себе: — «Laying in the silence Waiting for the sirens Signs, any signs I'm alive still I don't wanna lose it But I'm not getting through this Hey, should I pray, should I fray To myself, to a God To a saviour who can…» Эта песня засела у него с того самого момента, как он услышал ее в прошлой школе в музыкальном зале. Какая-то девушка напевала эту песню так красиво, что он не удержался и подслушивал под дверью. Он хотел зайти и поиграть на гитаре вместе с ней, но боялся, что она отвергнет его, так как все ненавидели его и его внешность. Поэтому когда он дослушал песню, ушел как ни в чем не бывало, но в голове прокручивал эти строчки, и сейчас, сидя на окне, он играет ее и вспоминает о прошлом. О маме, о счастливой их совместной жизни, о любви отца до трагедии. — «Unbreak the broken Unsay these spoken words Find hope in the hopeless Pull me out the train wreck Unburn the ashes Unchain the reactions I'm not ready to die, not yet Pull me out the train wreck Pull me out, pull me out, pull me out Pull me out, pull me out» Одинокая слеза скатилась по щеке. Салли вытер ее рукавом толстовки, слез с окна, лег на кровать и размышлял над тем, что будет, когда отец приедет. Как с ним разговаривать, о чем с ним разговаривать, что он будет делать чтобы Сал простил его, как он будет завоёвывать его доверие? Эти вопросы крутились у него один за один, а ответа так и не нашлось.

***

Вот, настал день, когда должен был приехать Генри. Салли с раннего утра пытался что-нибудь вкусное приготовить, чтобы как-то обрадовать отца и отметить их перемирие. Сидя на диване, смотря в одну точку посреди телевизора, протезник сжимал и разжимал край теплого пледа, которым был укрыт. Нервы давали о себе знать, Фишер не мог успокоиться ни на секунду, все нервничал и нервничал, уже даже голова начинала болеть. Ну вот, его волнение перешло черту, когда он услышал звук открывающегося замка двери. Вот, опустилась ручка. Вот были поставлены сумки на комод. Вот было слышно звуки снимающейся обуви. Вот было слышно шаги… — Привет, сынок, — Генри сел рядом с Салли, скрестив руки на коленях. — П-привет, пап, — заикающимся голосом Салли кое-как ответил, сглотнув тяжёлый ком в горле. — Может, пойдем сядем за стол и поговорим? — Хорошо… Я вот приготовил ужин, — волнение Фишера-младшего немного спадало от спокойного тона отца. — Мм, думаю, это будет вкусно. Я ужасно голоден, съел бы даже коня, хах. Салли накрыл на стол и сел напротив Фишера старшего. Волнение снова стало нарастать, как и гробовая тишина. Было настолько тихо, что было слышно их дыхания и тикающие стрелки часов. — Сал, сынок…- начал Генри. — Мы очень долгое время с тобой были в ужаснейших отношениях. Я знаю, всему виной был я. Если бы я не пил так много и алкоголь не вбивал мне в голову, что в смерти моей... моей любимой жены и твоей прекрасной матери виноват ты, то этого бы не происходило. Мне очень жаль, спирт затуманил мое сознание и я уже сам внушил себе, что виноват в этом ты, хотя это не так… Я осознаю это слишком поздно, но может, не все ещё потеряно и мы сможем наладить наши отношения? Начать все сначала, с чистого листа. Я готов делать все для тебя, что ты скажешь, чего ты желаешь, но прошу тебя, прости меня… Я осознал, что ты единственное, что осталось у меня от Дианы, ты мой единственный сын, которого я не хочу потерять. Хочешь, я на колени стану? — становясь на колени, он взял Салли за руку и продолжил. — Я встал на колени, я готов на всё, хоть душу продать. Я люблю тебя, сын мой, сможешь ли ты простить меня? Шок. Единственное, что сейчас выражалось на лице у Сала. Он слушал и понимал, что Генри тоже волнуется и, поэтому, говорил всё быстро и непонятно. — Не молчи, прошу тебя, — у отца Салли начали трястись руки. — Пап… — Я прощу тебя, когда буду уверен, что твои слова правдивы, а пока я буду лишь предосторожен. Я рад, что ты взялся за ум, очень надеюсь, что всё, что ты сказал — правда, и мы снова заживём как раньше, но уже без мамы… — протезник ответил вполне спокойно, хотя внутри у него ураганы. — Хорошо, хорошо, Салли, я обещаю тебе, я изменюсь, все наладится! — Генри полез обнимать сына. Сал ответил на объятия отца. Было приятно… тепло близкого человека. Салли действительно простит отца, он очень хочет, чтобы у них снова была дружная семья. — Я хочу есть! Этот ужин так приятно пахнет, что у меня уже текут слюни, ха-ха! — Фишер-старший отпустил сына и сел за стол, приступая к трапезе. Салли сел следом, взял вилку и тихо-тихо сказал: — Всё наладится… — А? — Говорю, приятного аппетита, пап. — Спасибо, сынок, это невероятно вкусно! — уплетая за обе щеки приготовленную Салли пищу, проговорил Генри. — Ха-ха, спасибо. После ужина Фишеры сели на диван и смотрели комедийный сериал, смеясь и обсуждаю моменты. «Так непривычно, но так приятно» — подумал Салли и продолжил просмотр телесериала.