Кусь!

– Это что? – Это труп. – Это я вижу, но что он здесь делает? Я провёл указательным пальцем по терминалу, растёр пыль, понюхал. Да, давно здесь никого не было. – Тебя ждёт, можешь потыкать его, если хочешь. – Вот этот твой юмор кто-то кроме бати и Магнуса понимает вообще? – Рыжая обошла вокруг кресла странной конструкции, которое было выполнено из того же материала, что и всё вокруг: стены, пол. И, возможно, потолок, но это проверить затруднительно. Слишком далеко он. – А это не юмор, – пожал я плечами, толкая ладонью в плечо высушенную мумию, к которой было подключено с две дюжины проводов. – Эй! Рыжая резко отпрыгнула за терминал, вскидывая винтовку. Я просто вскинул пистолет в направлении звука, отметив, что на линии огня ни я, ни она не находятся. – Чего эй? – не найдя ничего лучше, спросил. – Я тут, вообще-то, работаю, – сказала мумия. Рот её при этом не открывался. Конечно, спикер, как и у нас. Любопытно. – И давно ты тут работаешь? – это уже Рыжая. Винтовка при этом лежит на самом терминале, с упором, чтобы вести огонь было удобнее. Молодец, однако. Не хотел бы я всё-таки быть её врагом. Убьёт, посмеётся, и съест, если покажешься вкусным. – С самого начала. Я убрал пистолет в кобуру, посмотрел на напарницу. Та смотрела на меня вытаращенными глазами, и будь у неё свободны руки – точно бы покрутила пальцем у виска. Я пожал плечами. – С начала постройки или с начала вторжения? – уточнил я, сам толком не понимая, зачем. – Постройки. Судя по односложным ответам, тип этот здесь давно и собеседников у него было не много. Скорее всего, мы вообще первые за долгое время. – Нам нужен терминал. Почта. Нужно выяснить, где центр управления. Нам туда позарез нужно, – я смотрел на мумию и всё пытался представить, каково это – вот так быть подключённым к машине, без возможности двигаться, спать, есть привычным способом. Хотя ладно, с последним сейчас у многих проблемы. Но всё-таки… – Я могу рассказать вам всё, что нужно. – Не пойдёт, – резко сказал я, отрицательно мотнув головой, – Откуда нам знать, что не соврёшь и мы не угодим в какую-нибудь кремационную камеру? Здесь же есть такие, наверное. – Не камеры. Целые отсеки вдоль бортов. Потерь было много. И мусор утилизировали. Верить мне не обязательно. Всё равно проверите. – Ну, нет, такие сложности нам ни к чему. Ничего личного, – я схватился за плечи мумии, дёрнул её с кресла, откинул в сторону. Что-то неприятно хрустнуло. Из вырванных трубок потекла мутно-белёсая жидкость, провода обсыпали меня искрами, но почти сразу подача питания прекратилась. – А без этого было никак? – спросила Рыжая, выходя из-за терминала с винтовкой на плече. – Могли бы договориться. – Какой смысл? Он труп в любом случае. Или это она? Не важно. Если не я, то Лео или техники бы отключили всё равно. Так быстрее. Скрюченная в позе эмбриона мумия на полу издала стон. Я кивнул на мумию Рыжей, но та только фыркнула. Я вздохнул. Вытащил нож, подошёл к мумии, присел на корточки, с размаха воткнул острие в череп, снова хрустнуло. Вытащив оружие из лысой, высушенной головы, вытер об остатки истлевшей одежды на трупе. Больше по привычке, крови и ошмётков почти не было. – Давай за работу, тут данных тьма наверняка, а нам нужно найти очень конкретные. Хорошо бы план найти, но на такую удачу я не рассчитываю. Рыжая снова фыркнула, но закинула винтовку за спину на ремне, подошла к терминалу и принялась налаживать подключение.