9
28 марта 2020 г., 10:25
Снейп отклонился, выпуская Поттера из кольца рук, и оценивающе посмотрел на него – взгляд у того стал осмысленным, но весь его вид так и кричал, что депрессия готова прочно и надолго завладеть им.
– Так о чем все же вы беседовали? Что тебя так расстроило? – повторил он свои вопросы.
– Я не хочу сейчас жениться, а они настаивают. Смешно, не правда ли? Еще два дня назад я был готов поддаться их уговорам, но они сами же меня и остановили от совершения ошибки. А теперь вон пирожки принесли… Сэр, а не могли бы вы проверить, что там такого в начинке? А то Джинни почему-то боялась отдать их мне при мадам Помфри. Еще одно зелье? Может, они все время меня пичкали всякой дрянью, а на вечере просто осечка вышла?
– О чем ты говоришь? – Снейпу показалось, что Поттер продолжил бредить.
– Странные пирожки печет миссис Уизли. Как только я их поем, так сразу начинаю любить их всех еще сильнее. Джинни сама сказала, что эти приготовили специально для меня. Что они туда положили? Амортенцию?
– Гарри, в твоей крови нет следов ни амортенции, ни еще чего-то, кроме той бурды, которой тебя напоил Джордж Уизли, – Северус старался говорить спокойно, не выдавая своих опасений – было похоже, что Поттер уже готов подозревать всех вокруг. – Молли славится своими пирожками и ничего непредусмотренного рецептурой в них не добавляет. Я сам с удовольствием их ем. Не лелей свою паранойю. Смотри! – Снейп раскрыл пакет со сдобой и, направив волшебную палочку на его содержимое, произнес заклинание, выявляющее опасные добавки, и ничего не произошло. – Видишь? Нет никакого свечения, которое обязательно появилось бы, если бы в начинке присутствовало какое-нибудь зелье или тем более яд, – для убедительности Северус вынул один румяный пирожок и надкусил его. – С мясом. И очень вкусно, – неспешно доев под любопытным взглядом, сообщил он. – Признавайся, почему ты вдруг решил, что тебе что-то подмешивают в еду? Не молчи.
– Мне кажется, что я схожу с ума, – спустя минуту удрученно признался Гарри.
– Тебе не кажется. Если ты продолжишь в том же духе, то так и произойдет, – жестче, чем хотелось бы, отчеканил Снейп. – Это все из-за тех мыслей, о которых ты упоминал?
– Да. Вы говорили, что можете с помощью легилименции избавить меня от них.
– Хмм… Избавить – не смогу. А вот помочь перестать зацикливаться на них – да. Представь себе, что все те мысли находятся в одной комнате, а ты из-за спонтанного блокирования своего ментального поля теперь находишься там же, и больше никуда у тебя выхода нет. С помощью легилименции можно открыть дверь, и ты снова будешь по своему желанию выбирать, о чем думать. Я наглядно объяснил?
– Да. Вполне. Но почему я думаю об этом? – Гарри подставил подушку под спину, чтобы было удобнее сидеть. – Почему не о квиддиче или еще чем-нибудь обычном?
– Во-первых, я не имею полного представления, о чем «об этом». Но если ты спрашиваешь, почему сосредоточился на определенной теме, то это просто: о чем ты размышлял в момент блокирования, то теперь тебя и волнует. Так что же не дает тебе покоя? Судя по пирожкам, – Северус чуть ехидно усмехнулся, – ты боишься, что тебя подчинят своей воле. Да?
– И не только это… – Гарри жалобно посмотрел и честно рассказал о том, какие страхи его преследуют с того момента, как он убежал из Большого зала после неудачного сватания к Снейпу. – В магическом мире страшно жить. В любой момент в меня могут бросить заклинание или напоить зельем, и я стану послушной марионеткой. Стоило здесь появиться, как мне сразу заявили, что я обязан победить Волдеморта, и никого не интересовали ни мой возраст, ни мои желания. Но, если честно, тогда мне даже немного нравилось, что меня считают героем. Я же был ребенком, – Гарри кисло улыбнулся, упрашивая о снисхождении. – К третьему курсу я немного вырос и кое в чем разобрался, поняв, что моя слава искусственная, и попытался слиться с остальной массой подростков, только это не помогло мне избавиться от всеобщего внимания. Вы же помните и Турнир, и Отдел тайн. Как бы там ни было, в конце концов я исполнил требование пророчества, но меня и теперь не оставляют в покое. Думалось, что смогу спрятаться в кругу друзей, но им нужно от меня то же самое, что и другим. Мало того, они даже не считают необходимым интересоваться моим мнением. Джордж решил, что я отлично послужу для рекламы его изобретения. Рон и Гермиона уверены, что я боюсь одиночества, и настаивают на моей скорейшей свадьбе, вместе с тем желая сократить расходы на торжество. А Джинни… ну… она тоже считает, что без ее присмотра я пропаду, – Поттер смутился из-за своих откровений и отвел взгляд в сторону.
– Гарри, посмотри на меня. В твоих размышлениях есть зерно истины, но ты не видишь сейчас всей картины целиком. Поверь, когда мы разблокируем твое ментальное поле и выведем из организма зелье, предназначенное для шутки (пусть и сомнительного свойства), ты сразу сможешь свободно вздохнуть и поймешь, что твои страхи по большей мере надуманные. Это все равно, если бы ты постоянно думал о том, что когда-то умрешь. Так нельзя. Выпей релаксант. Держи! – Снейп помог Гарри принять лекарство, потому что у того все еще дрожали пальцы. – Молодец. А теперь я посижу возле тебя, чтобы ты пришел в норму. Потом пообедаем и, когда ты соберешься с духом, проведем сеанс глубокого сканирования, основанный на принципе легилименции. Согласен с таким планом?
– Вы не уйдете? – Гарри тут же пожалел о своем вопросе, как только он сорвался с губ.
– Нет. Я не уйду, пока не буду убежден, что ты способен легко анализировать таблицу квиддичных соревнований и больше не подозреваешь мадам Помфри в желании тебя отравить, – слегка насмешливо заметил Северус и получил в благодарность теплую улыбку. – Гарри, мы справимся с твоей проблемой, и ты поймешь, что твои страхи навеяны сложившимися обстоятельствами. Друзья действительно ценят тебя и не пытаются намеренно руководить тобой, просто ты зачастую предпочитаешь не спорить с ними и идешь на поводу их уговоров. Но могу тебя уверить, даже я в курсе, что твое ослиное упрямство никому не позволит тобой вертеть, если ты сам этого не захочешь. А опасности в жизни подстерегают нас постоянно, и бояться их наперед просто глупо.
– Почему вы сказали, что я не вижу всю картину целиком? Какая разница? Если мне бросили в спину заклинание, то от того, что я детально вспомню, где и при каких обстоятельствах это произошло, сама суть действий ведь не изменится, – Гарри пользовался случаем, чтобы хоть немного разобраться в своем отношении к случившемуся.
– Неужели в тебя никогда не бросали щекочущих чар или чего-то подобного так, чтобы ты этого не видел? – Северус решил во время беседы исподволь настроить Поттера на предстоящую работу с его сознанием. – Ты ведь прежде не переживал по поводу того, что тебя не предупредили об этом? Согласен, что в данном случае Уизли выбрал неудачный момент, но он же не ставил перед собой цель унизить тебя или причинить вред? Однако ты сейчас из-за своего состояния просто откидываешь все аргументы, сконцентрировавшись лишь на факте, что заклятие использовали тайно. Это вызывает у тебя обиду и злость, которые ты и излил на друзей. Как только выберешься из своего закутка в разуме, сразу увидишь, что мир не такой ужасный, как тебе сейчас кажется.
– Он не ужасный, если вы рядом, – прошептал Гарри, сообразив, что произнес фразу вслух лишь тогда, когда Снейп прокомментировал его слова:
– Нас связывает магия глупой шутки.
– Но я не просто хочу преданно заглядывать вам в глаза, как это подразумевалось, со слов Джорджа и Гермионы! – вскинулся Гарри. – Я… Я чувствую себя бесконечно счастливым, когда вы просто сидите рядом и разговариваете со мной. Но еще мне хочется обнять вас, прислушаться к стуку вашего сердца… Я хочу быть для вас чем-то гораздо большим, чем бывший студент, принесший уйму неприятностей и хлопот. Хочу, чтобы вы меня любили. Понимаю, что мы оба мужчины, но все равно… – Гарри умолк, отвернувшись. – Простите, вам, наверное, неприятно такое слышать. Просто я подумал, что вы должны знать – зелье явно неправильно сработало, а уж из-за чего, не имею представления.
– Гарри, все нормально. Мне не противно, как ты намекаешь. Не переживай, все утрясется, – Северус не стал напоминать Поттеру, что снадобье Уизли действует тем интенсивнее, чем сильнее симпатия к тому, с кем связали жертву шутки. Зато уяснил для себя, что не так уж безразличен он был Гарри, как казалось на первый взгляд. И это весьма чувствительно грело душу.
***
Обедали Северус и Гарри вместе прямо в палате – мадам Помфри и без просьбы догадалась об их планах и приказала домовику Тикки принести им еду. – Поттер, готовы освободить из плена свое сознание? – Снейп предпочел вернуться к официальному обращению. – Не знаю. А что я должен делать? Ну… кроме того, чтобы смотреть вам в глаза? – Гарри передернул плечами, вспоминая жуткий опыт знакомства с легилименцией в прошлом. – Для начала расслабьтесь. Я не стану на вас нападать, как это умышленно делал во время наших занятий на пятом курсе. Если вы позволите мне проникнуть в ваш разум, чтобы проверить состояние ментального поля, то максимум, что вы почувствуете на физическом уровне – это головокружение. Настройтесь помогать мне, а не препятствовать. Пригласите в гости. Поверьте, я не намерен выведывать у вас какие-то тайны, – Снейп усмехнулся. – Да какие тайны? Вы и так все обо мне знаете. Спустя пятнадцать минут Поттер ошарашенно уставился на Снейпа, глубоко дыша, будто только что хорошенько физически потрудился, взламывая вполне настоящую дверь. – Для вашего понимания, что нужно предпринять, чтобы помочь мне, я использовал образ, на котором объяснял процессы в вашем сознании, – Снейп прижал пальцы к своим вискам – похоже, не так-то просто ему далось сканирование и выправление ситуации с ментальным полем Поттера. – Я будто и впрямь вышел из заточения. Вам плохо, сэр? Позвать мадам Помфри? – Нет. Просто помолчите немного, – попросил Северус, дожидаясь, когда волна мигрени отступит. Выполнение задачи оказалось усложнено тем, что все эмоции, которые бередили душу Гарри в данный момент, практически напрямую передавались Снейпу, и он едва не захлебнулся в их океане. Леденящий страх, горькое разочарование, эйфория, вызванная чувством любви, настолько сильная, что было почти больно, теплота огромного счастья и соленая влага обиды – все это бесконечным потоком обрушивалось на Северуса, пока ему не удалось отыскать зацепку в череде мелькавших перед ним отражений памяти, чтобы с ее помощью отыскать выход в лабиринте сомнений и опасений. Благо сам Поттер действительно не сопротивлялся, а напротив активно помогал, пусть и делал это интуитивно, настроенный пошутившим Уизли принимать все идущее от Снейпа как дар судьбы.***
Гарри после сеанса легилименции ожил, теперь ему не чудилось, будто весь мир ополчился против него, а пессимистические мысли больше не атаковали его разум. Он не забыл о своих выводах по поводу реалий магического мира и странных норм поведения его обитателей, планируя в будущем еще раз все это хорошенько обдумать, но сейчас радовался ощущению свободы и спокойствия, разбавленных глубокой благодарностью Снейпу и искренней симпатией к нему, так походившей на влюбленность. Ближе к вечеру Северус рискнул взять Гарри с собой в лабораторию, чтобы иметь возможность наблюдать за ним, пока готовил новую модификацию зелья, которое должно разрушить состав, придуманный Уизли и упрямо не выводившийся из организма Поттера. На этот раз им сопутствовала удача – уже после первого же приема лекарства диагностика показала значительное улучшение всех параметров, что свидетельствовало о скором полном выздоровлении. Когда пришло время сна, Поттер, слегка разрумянившись от своей дерзости, попросил: – Сэр, не могли бы вы не уходить ночью? Я боюсь, что… – Гарри, я ни за что не оставлю тебя без присмотра ближайшие сутки. Прогресс, которого мы добились, весьма примечателен, но нет гарантий его необратимости. Так что тебе придется потерпеть неудобства еще одну ночь, – заметив, как довольно расцвел Поттер, Северус эгоистично не стал предлагать ему сдвинуть две кровати вместе, чего вполне должно было хватить при нынешних условиях для поддержания стабильности его состояния здоровья. Желание хоть так урвать у жизни немного счастья подтолкнуло Северуса воспользоваться случаем и хотя бы несколько часов еще провести вблизи дорогого ему человека. – Потерплю с удовольствием, – хмыкнул Гарри, тепло улыбаясь. – Похоже, мы обманываемся, считая, что ты пошел на поправку, потому что зелье явно по-прежнему еще слишком сильно на тебя действует, – от внимания Северуса не ушла игривость в тоне Поттера, которой не было ни вчера, ни утром. Казалось, что парень хотел что-то для себя прояснить, предлагая снова лечь спать в одной постели. – Ага. Точно, – Гарри опустил глаза, пряча собственное предвкушение. Он прекрасно ощутил, как искусственное притяжение пошло на спад, исчезло бессмысленное желание все время пялиться на Снейпа, но вместе с тем он не перестал нуждаться в его присутствии. Напротив, Гарри теперь сам осознанно стремился остаться в кругу его интересов. – Только… Не сочтите за наглость, но вам для нормального отдыха все же стоит переодеться в подходящую для сна одежду. – Пфф… Спасибо за заботу. Спустя полчаса, сходив за пижамой и халатом и приняв душ, Снейп надежно запечатал дверь в палату, не желая случайных свидетелей его метода лечения. Помфри он предупредил, а остальным нечего делать у постели Поттера. Каково было удивление Северуса, когда Гарри, лишь слегка смущаясь, тут же прильнул к его груди, устраиваясь в кольце рук, стоило прилечь рядом с ним. А уж тихое признание, что вот теперь все на своих местах, и вовсе вскружило голову, заставив тут же мысленно себе напомнить, что Поттер все еще психологически не пришел в норму и ему требуется поддержка, а безусловно доверять он может только тому, кто совсем недавно был надежно связан с ним магией.***
– Не хочу вставать, – капризно заявил Гарри рано утром, проснувшись, как и накануне, практически распластавшимся на разбудившем его Снейпе. – Твое право, ты – больной. Однако у меня нет подобных привилегий, так что, может, ты отпустишь меня? – поглаживая Поттера по спине так, словно это обычное дело – спать с ним в одной постели, поинтересовался Северус, млея от близости и одновременно проклиная себя за то, что пошел на поводу своих страстей. Все же этой ночью столь тесный физический контакт им не требовался. – Моя бы воля… Но я не имею права… Конечно, я не буду мешать… – бессвязно пробормотал Гарри и со вздохом откатился в сторону, едва не свалившись с кровати – если бы не крепкая рука Снейпа, удержавшая его от падения, то он точно проверил бы пятой точкой твердость каменного пола. Переодевшись за ширмой, Снейп скомандовал: – Приведи себя в порядок, позавтракай, выпей антидот, релаксант и восстанавливающее, – он кивнул на тумбочку, где еще с вечера выстроилась шеренга флаконов, – а затем спустись ко мне в кабинет. Не хочу упускать тебя из виду – мало ли как ты воспримешь окончательное освобождение от привязанности. А у меня есть чем заняться вместо того, чтобы сидеть над тобой целый день. Поппи я предупрежу, так что объясняться с ней не придется. – Хорошо, – Поттер кивнул. – А как долго мне еще принимать все это? – он указал на зелья. – Как минимум дважды сегодня. Днем посмотрим на результаты диагностики. Как твои навязчивые мысли – больше не тревожат? – Снейп уменьшил одежду, в которой спал, и спрятал ее в карман, затем махнул волшебной палочкой в сторону двери, снимая с нее запирающие чары. – Жду тебя максимум через час. Не заставляй меня возвращаться сюда за тобой. – Я обязательно приду. Только, что я буду там делать? – Котлы мыть. Трудотерапия обычно дает хорошие результаты, – едко бросил Снейп, усмехнувшись, и скрылся за дверью, не дожидаясь реакции на свои слова.
