universe for two

      Первый раз Эдди и Ричи встречаются в младшей школе. Друзьями становятся не сразу, долго привыкают друг к другу: Эдди к взрывному характеру нового знакомого, Ричи к вечному недовольству на мальчишеском лице приятеля и его болезненному виду.       Каспбрак жалуется дома матери на надоедливого одноклассника, всё время достающего его, и просит освободить от школьных занятий, ведь, оказывается, учёба — это вовсе не что-то прекрасное и увлекательное, как он думал до первого класса. Нужно учиться всякие цифры, буквы, формулы, стихи, правила. Эдди хочет играть в игрушки и гулять, а не корпеть над учебниками. Это же настоящее издевательство!       Ричи с широкой улыбкой рассказывает родителям о появившемся чудаковатом друге, не забывая отпускать шутки, слишком взрослые для такого юного возраста. Тозиер хочет получше узнать Эдди-Спагетти — как он его теперь называет, — стать с ним лучшими друзьями, сделать из него плохиша. Однако ему нравятся эта детская наивность и невинность в Эдди, ведь это лишь сильнее раззадоривает.       С этого момента начинается их дружба, одновременно необычная и трогательная, протяжённостью во всю школьную жизнь. Ричи лезет в драки, чтобы защитить Каспбрака от насмешек насчёт роста, здоровья, внешности. Он никому не позволит обидеть его друга, пусть только попробуют его тронуть. После Эдди обычно латает Ричи мазями, бинтами и пластырями, читая лекции о том, что нужно быть менее инфантильным.       Тозиер каждый раз твердит, что это последняя драка, но на следующий день, только услышав издёвки над Эдди, он вновь рвётся в бой, чтобы проучить тупых подростков, не умеющих держать язык за зубами. Ричи этого тоже не умеет, но он никогда и ни за что не обидит своих друзей. Неудачники — его семья, и никто не имеет права считать их хуже других и унижать.       В рюкзаке у Эдди для экстренных, точнее для ежедневных происшествий лежит аптечка, которую он носит для драчливого Ричи. Часто на переменах они зависают в туалете, и Эдди обрабатывает синяки и ссадины Тозиера, в то время как последний бесстыдно разглядывает своего друга. Сколько они уже дружат? Десять лет? Продлится ли эта дружба столько же?       И не помешает ли она поискам соулмейтов? Но Ричи совсем не хочет находить «того самого» человека, чтобы прожить с ним в любви здравии оставшуюся жизнь. В компании Каспбрака ему ничего нужно, кроме как любоваться глубокими карими глазами и россыпью веснушек. Благодаря Эдди он забывает всё на свете, и никакие соулмейты ему не нужны.       Но сам Эдди, кажется, живёт мечтою найти любимого, предназначенного ему судьбой. Он бредит им, без умолку трещит, описывая, как счастливы они будут, когда встретятся, и совсем не важно, кто это: парень или девушка. Ричи неприятно слушать подобные рассказы, но они ведь друзья, и должны поддерживать друг друга, не так ли?       Думая каждый о своём, друзья заканчивают старшую школу, получают аттестаты, выпускаются и… разъезжаются. Они поступают в разные университеты в городах, между которыми десятки километров, обещают не прекращать общение, переписываться сутками напролёт, иногда устраивать визиты, но это как-то быстро забывается.       Парни поглощены заботами и студенческими буднями, с головой погружаясь в учёбу. Находясь на расстоянии, Ричи и Эдди чувствуют себя беспокойно, не в своей тарелке, но они не дают себе поблажек, продолжают упорно трудится ради своей мечты.       Какая мечта у Эдди? Найти соулмейта, окончить университет если не с отличием, то хотя бы без троек, получить хорошую работу, завести семью. Каков предел мечтаний у Ричи? Не выгореть. Он делает всё, чтобы удержаться на плаву, не допуская возможности неблагоприятного исхода. У всех всё получается, и у него тоже получится, правда?       Главное, проучиться парочку лет, не забить на успеваемость, сдать все сессии и выйти во взрослый мир, чтобы наконец-то обрести счастье. У Тозиера появляются друзья, увлечения, но он всё не может забыть маминого сынишку, пищащего по любому поводу и не способного прожить и секунды без ингалятора — или истерик. Как он там? Встретил ли соулмейта? Кто это? Наверное, какая-нибудь миленькая девушка с ясными глазами и длинными волосами, лёгкой походкой и яркой улыбкой. Именно таких и предпочитает Каспбрак.       Обратит ли он когда-нибудь внимания на Ричи? Или между ними может быть только дружба и ничего более? Они же просто хорошие друзья, даже, наверное, лучшие — были когда-то, — это уже более, чем достаточно, зачем просить большего? Тозиеру больно, но он не позволит себе вмешиваться в личную жизнь Эдди и мешать ему в поисках соулмейта.       Постепенно учёба окончательно затягивает их. Они отдают последние силы на экзамены, домашние, исследовательские и научные работы, общение со сверстниками, что когда-то крепкая дружба уходит на второй план. Да, парни помнят друг друга и свои тёплые и нежные чувства, но сейчас им не до этого.       Ночами Ричи, бывает, вспоминает об Эдди, о его дерзкой улыбке и взглядом, говорящим «ну давай, попробуй удивить меня». Окружающие считали, что Каспбрак мирный мальчик, но, если бы они увидели хотя бы раз, как он защищается от нападок Генри Бауэрса, сразу поменяли бы мнение. Иногда Ричи приходилось оказывать медицинскую помощь своему другу.       Много девушек крутится возле Тозиера, ведь он красив, обаятелен да к тому же ещё музыкант. Большая часть женской половины чуть ли не визжит от счастья, когда слушает игру Ричи на гитаре. Тот состоит в музыкальном кружке института и иногда выступает вместе с друзьями на различных мероприятиях.       Но ему не нужны фанатки, партнёр тоже не нужен. Ему нравится чувство свободы, и отказываться от него он не собирается. Ричи даже и думать не хочет, что кто-то из этих девушек — его соулмейт. Тогда он просто отчислится и вернётся в Дерри. Никто не привлекает его, не вызывает ни капли симпатии.       Однажды Ричи задумывается о том, что он гей. Часто его взгляд задерживается на однокурсниках, скользит по их лицам и телу, ищет что-то особенное, но что? Карие глаза, веснушки, ниточку тонких губ, произносящих «помолчи, Балабол». Сердце ноет из-за приятных воспоминаний. Но и с парнями Ричи просто дружит, не отдавая никому предпочтения, поэтому не особо зацикливается на подобном. Сопровождаемые этими мыслями идут года.       В один день Тозиеру и его группе предлагают дать концерт в недавно открывшемся популярном кафе в соседнем городе. Сначала Ричи отказывается, ведь он не любит скопление народа, особенно с преобладанием женского пола, к тому же придётся ехать несколько часов в душном автобусе, но ректор добавляет, что за это полагается денежное награждение, и парень соглашается. Тем более надо развеяться.       Чего Ричи точно не ожидает, так это встретить Эдди. Вот так, в толпе посетителей. Он замечает родное лицо и сразу же узнаёт его. В груди разливается тепло, порыв броситься к другу и задушить его в объятиях еле как удаётся приструнить, чтобы завершить выступление. Эдди смотрит на него всё время и удивляется, как же быстро Тозиер из болтливого и надоедливого мальчишки превратился в красивого и притягательного парня.       Он слушает его игру, не отвлекаясь на посторонние звуки и свою девушку. Та вскоре уходит к столику, заказывает десерт и справляется с ним в одиночестве, так как Эдди, по её мнению, вообще забыл о её существовании. И что они вообще делают здесь, в другом городе, в каком-то кафе, где выступают неизвестные им люди? Лучше бы она осталась дома.       Однако для Каспбрака эта встреча переворачивает всё в его душе. Неожиданно он понимает, как сильно скучал по своему другу, по милым кудрям, пухлым губам, длинным пальцам и глупым шуткам про его маму. Как он мог забыть обо всём этом? Ощущал ли он такую же эйфорию, когда повстречал соулмейта, Мойру? И точно ли она его соулмейт, или он был настолько одержим мечтой найти родственную душу, что принял за неё чужого человека?       Когда группа Ричи благодарит посетителей за присутствие на их небольшом концерте, их облепляет круг из девушек, пищащих, визжащих и растекающихся в лужицы. Эдди смотрит на это с лёгкой улыбкой и уходит вместе с Мойрой, решаясь не беспокоить Тозиера. Это же их не последняя встреча.       Но, когда он уже почти садится в такси, кто-то тянет его назад и заключает в крепкие объятия. От Ричи пахнет цитрусами и потом, и Эдди кажется, что именно этого ему не хватало эти несколько лет. И теперь, заново обретя эту, с одной стороны незначительную вещь, он не в состоянии уйти. Его ноги как будто прирастают к земле, а руки — мёртвой хваткой вцепляются в кофту Тозиера.       — Я так рад… так рад, — шепчет Ричи ему на ухо, зарываясь пальцами в с детства желанные волосы. Не это ли самое важное?       — Ты меня задушишь, — отвечает Эдди так же тихо, но не смеет отстраняться, утыкаясь в большую грудь парня.       — Прости, что не писал и не звонил, но было столько дел… какая тупая отговорка… я хотел, я так хотел, но боялся, что помешаю тебе, разозлю, надоем.       — Это не так. Я и сам виноват, что забросил наше общение. Прости меня… но я безум—       — Эдди, ты скоро? Мы на поезд опоздаем, — кричит Мойра из машины.       — О, похоже, твоя любовь к мамочке не прошла, — Ричи, взяв Каспбрака за щёки, шутит, смотря на него так ласково, но почему-то горло скручивает спазмом.       — А я-то думал, что твоя любовь к такого рода шутка исчерпала себя. Но ты всё так же верен любимому делу, — чуть покраснев, Эдди плавится в ладонях друга. Ему так хорошо.       — Как я могу перестать шутить насчёт прекрасной женщины, являющейся по совместительству твоей мамой?.. И девушкой.       Ричи начинает смеяться, когда Эдди бьёт его кулаком по плечу, но они не обижаются друг на друга. Потому что есть только искренность, открытость и наслаждение моментом. И ещё еле ощутимое напряжение. Что-то неприятное гложет обоих парней.       — Ты как? У тебя… всё в порядке? — Ричи делает паузу. — Вижу, ты всё-таки нашёл соулмейта.       — Д-да, мы… мы познакомились три месяца назад и… вот… а ты? Ты нашёл кого-нибудь? — в голосе Эдди проскальзывают печальные нотки.       — Ещё нет. Да и не нужен он мне — мороки много. Все эти глупые парочки, разгуливающие по институту, нервируют меня, так что я предпочитаю обниматься с гитарой, а не с кем-то другим. И—       — Эдди! Мы опоздаем! Быстро садись!       — А… эм… я позвоню тебе вечером, ладно?       — Ага, — с натянутой улыбкой отвечает Ричи и следит за тем, как Каспбрак садится в машину и та трогается, увозя кого-то очень важного далеко и, возможно, надолго.       Вечером Эдди и правда звонит. Они болтают почти всю ночь, рассуждая на всевозможные темы, шутят, смеются. Несмотря на получаемое от возрождённого общения удовольствие, под сердцем у обоих ютится что-то липкое и непонятное. Они же должны быть счастливы, что не так?       Вскоре, после нескольких дней звонков и переписок, Ричи понимает, что. Он ревнует и злится лишь от одной картинки в голове, где Эдди с Мойрой. Но парень рад, что его друг нашёл своего соулмейта, хотя Тозиер когда-то и надеялся, что именно он предназначен для Эдди. Это было нелепо.       Через месяц осознание того, что они с Каспбраком так далеко, начинает пожирать Ричи. Он не спит, пропускает информацию мимо ушей, получает плохие оценки и всё думает об Эдди. Как же так? Зачем они встретились тогда в кафе? Жизнь так хотела его наказать, но за что? Что он сделал не так?       Они созваниваются и переписываются, и на этом их общение заканчивается. Мойра не разрешает Эдди ехать в город к Ричи, последний же не может это сделать из-за группы. Идут дни, месяцы, их связь, несмотря на очередные обещания не прекращать общаться, ослабевает. В один момент Ричи звонит Эдди и слышит в ответ заставляющее чуть ли не выть от досады «набранного номера не существует».       Что дальше? А дальше ничего. Тозиер не знает, что делать. Телефонный номер — это всё, что их связывало. Эдди не сидит в соцсетях, поэтому у Ричи больше ничего нет. Ещё тогда, в ту самую встречу он понял, что Мойра удерживает Эдди рядом с собой. Так когда-то делала его мать, и он настолько привык к этому контролю, что не может ему сопротивляться.       Ричи корит себя за эти мысли, так как понимает, что тем самым желаем, чтобы Эдди и Мойра расстались, но ведь его друг счастлив, и как можно у него отобрать это счастье? Любовь — это поддерживать человека и желать, чтобы у него всё было хорошо. Если Тозиер не будет делать этого, значит, он не любит Эдди. А это не так.       Однако он ищет способы связать с Каспбраком, даже обзванивает Неудачников, но это не даёт положительных результатов. Ричи не бросает попытки, но спустя полгода смиряется с тем, что они ни к чему не приведут. Видимо, они исчерпали свой лимит. Так решила судьба, против неё не пойдёшь.       Тозиер решает продолжает двигаться дальше: заканчивает университет, создаёт настоящую музыкальную группу, дополнительно подрабатывает комиком в небольшой забегаловке. Людям нравится его юмор, и парень этому очень рад. Несмотря на дыру в душе, он старается быть таким, как все. И у него получается.       Эдди остаётся в памяти как самый дорогой человек, которого Ричи никогда не забудет. Может, не всегда будет вспоминать, но всё сохранит о нём память глубоко в сердце. Он надеется, что у его друга беззаботная жизнь с соулмейтом, что тот нашёл себе работу и своё предназначение. А самому Тозиеру не нужен партнёр. Скорее всего, у него и вовсе нет родной души, так как он ещё с ней не встретился.       Года всё идут. Парень не замечает, как становится мужчиной. Вот ему уже под тридцать. Его группа уже известна в определённых кругах, её приглашают выступать на различных мероприятиях и давать концерты в других городах. На них парень исполняет песни, написанные для Эдди — остальные участники об этом не знают. Ричи не забрасывает юмор, также даёт концерты, пусть и не такие популярные, но это то, чем он хочет заниматься.       Просыпаясь каждый день, он помнит те самые глубокие карие глаза и веснушки. Ради них он идёт вперёд, не останавливаясь. Быть может, однажды Эдди попадёт на выступление его группы и они поймут, что вот, судьба всё-таки свела их снова вместе, чтобы на этот раз они уже не отпускали друг друга.       Так и происходит. Совершенно случайно и неожиданно, когда в эту встречу почти никто не верит.       Ричи стоит у входа в торговый центр, выкуривая вторую сигарету. Он ещё не привык к популярности. Это всегда так волнительно, но видеть сотни лиц, получающих удовольствие от песен, — восхитительно. Всё существо в такие моменты наполняется самыми приятными чувствами.       Кто-то, проходящий мимо, задевает мужчину плечом, и он уже готов возмущаться, как вдруг понимает, кто стоит перед ним. Эдди. Вот так непредвиденно. Кто-нибудь ожидал этого? Наверное, надеялся, но уж точно не предполагал, что такое всё-таки случится.       Эдди и Ричи молча смотрят друг другу в глаза не меньше двух минут. Им кажется, будто весь окружающий мир просто растворился, исчез, сжался до одного метра между ними. В груди сердца бьются сильно и отчаянно, словно это единственное, на что они способны.       — Ричи… — шепчет Каспбрак и, не сдержав порыва, со слезами бросается к другу на шею, крепко обнимая его,       — Эдди, — Тозиер зарывается носом в чужие волосы, вдыхая аромат ментола и нежно вытирая влагу со щёк друга. Ему этого так не хватало. — Что ты здесь делаешь? Я… что случилось тогда? Почему я не мог с тобой связаться?       — Мойра… она удалила твой номер и вообще поменяла мне симку… я такой слабак… я должен был найти тебя, но… я был твёрдо уверен в том, что она мой соулмейт, поэтому не мог… уйти.       Отстранив от себя Эдди, Ричи мягко накрывает его губы своими, обнимая за спину. Как же давно он хотел этого, но теперь у него появилась возможность. И он ни за что не отпустит, и Эдди тоже не отпустит. Не позволит себе.       — Я… был так слеп, что не мог понять, кто на самом деле мой соулмейт, — Каспбрак тихо скулит, захлёбываясь слезами. — Это ведь ты. Мы встретились с тобой в третий раз, но всё могло решиться и на первый… я…       — Тише, не плачь, — Тозиер оставляет на чужом лбу невесомый поцелуй и прижимает Эдди к груди. — Жизнь не должна быть лёгкой, все проходят испытания на всей её протяженности. Теперь мы вместе — это главное. Я всё ещё не могу поверить в это. Это… невероятно.       — Я хочу многое тебе рассказать, столько всего накопилось… — Эдди млеет от прикосновений и тепла Тозиера.       — Но для начала я спою для тебя свою песню.