Столбы Беркана

Брэн стоял перед окном большого деревянного дома и смотрел на выползающую луну. Полная. Брэн усмехнулся. Это чертово светило стало его солнцем. С того страшного дня прошел год. Так много и так мало. Слишком много для того, чтобы изменить все, и слишком мало для того, чтобы все забыть. Илмари никогда не спрашивал, что произошло тогда, а он никогда не горел желанием все ему рассказать. Только Вейрду, который имел на это право. Вейрд... Брэн закрыл глаза и в памяти всплыл их последний разговор. Единственный, который состоялся у них после того дня. - Я знаю, что ты не хочешь об этом говорить, но ты должен. ДОЛЖЕН мне, - Вейрд, сильно изменившийся с того дня смотрел прямо в глаза Брэну и тот словно вернулся в прошлое. Он вздрогнул и опустил голову. - Должен. Но надо ли это тебе? Вейрд смолчал, а Брэн осторожно, из-под ресниц, изучал его. Да, он действительно сильно изменился. Сияние синих глаз потускнело, а та сила, переполнявшая его, ушла. Безумная, почти смертельная тоска вперемешку со странной радостью причиняла Брэну почти физическую боль. Потому что он ЗНАЛ, откуда это. Вейрд все еще любил Илмари... Но он хотя бы был теперь свободен. - Надо. Расскажи мне. - Хорошо, - Брэн собрался с духом. - Это Кай. Все время, что он был рядом с тобой, он искал способ освободить тебя. Ты не знаешь, но он каждую завитушку и каждый узор столбов Беркана помнил наизусть. И именно они дали ему отгадку. Но ему не хватило времени, совсем чуть-чуть, чтобы понять, что же надо делать. Это пришлось понять мне. Столбы не пускали оборотня. И только оборотня. Кай в своем дневнике писал, что оборотни не способны на полноценные, настоящие чувства. Все их желания неизбежно подчиняются звериной натуре. Появление Илмари сильно изменило тебя. То состояние равновесия между человеком и зверем пошатнулось, дав сильный крен в сторону человека. Но ты все еще был оборотнем. С душой человека, с его любовью, но оборотнем. Я должен был пробудить в тебе чувства, на которые оборотень не способен. Убить того, кого ты любил больше жизни. Твое отчаяние и твоя боль... Их сила просто разнесла столбы в клочья. - Но как ты решился на ТАКОЕ? Брэн открыл глаза и нахмурился. Тогда Брэн не смог ему ответить. Он-то и себе до сих пор ответить не может. А, действительно, как? Он ведь убил Илмари, по-настоящему убил. А если бы лекарство Кая не сработало? Внизу хлопнула дверь, и Брэн улыбнулся своему отражению. Вот сейчас раздадутся легкие шаги. Скрипнет дверь комнаты, теплые руки обнимут его за талию, а горячий шепот, льющийся в уши, заставит все волоски на теле встать дыбом: - Прогуляемся? Брэн обернулся и заглянул в зеленые глаза, улыбнувшись: - Конечно, любимый. Когда они вышли из дома, лес замер. Брэн усмехнулся и потянулся к губам Илмари. Тот до боли сжал его в своих объятиях, а потом, оторвавшись, посмотрел на освещенный лунным светом лес. Губы тронула легкая улыбка. Он на секунду опустил ресницы, а когда открыл, с прекрасного лица смотрели желто-зеленые глаза с узким вертикальным зрачком. Брэн усмехнулся в ответ, и все его ощущения мгновенно изменились. Каскад звуков, запахов почти смел его. Но он только привычно тряхнул головой. И когда его взгляд устремился ввысь, к луне, его глаза были полны светлого янтаря. Единственное, что не сказал, Брэн Вейрду, так это то, что та странная жидкость, которую он выпил перед тем, как пройти через стену и пробраться в подземный замок, была вытяжкой из крови оборотня. Именно поэтому стена беспрепятственно пропустила его, и волки не обратили на него никакого внимания. Брэн стал оборотнем. А Илмари обещал, что никогда, никогда его не оставит...