Адская ферма

Наташа приехала во вторник утром. Раньше бы Стив посчитал, что утро позднее, но сейчас у него ушло почти три минуты, чтобы, хромая и зевая, дойти до двери. А когда он открыл дверь, пришлось всем весом привалиться к косяку. – Привет, – сказала Наташа. Она была не одна. – Можно нам войти? – Конечно. – Стив посторонился, давая ей дорогу. Надетая на Наташе кожаная куртка была ей велика на два размера и прикрывала бронекостюм. Стив увидел, что на лбу у нее ссадина, тщательно замаскированная косметикой. За ней шел мужчина в черной полевой форме, его темные грязные волосы свисали до подбородка, а настолько безумные глаза Стив видел лишь у Наташи, когда они только познакомились и та только-только перестала быть малолетней наркоманкой-наемницей. Стив даже не пытался скрыть хромоту, когда вел своих гостей на кухню. – Налить вам чего-нибудь? – Он бросил взгляд через плечо на Наташу, которая кивком и движением руки как раз указывала своему спутнику на стул. – Могу сделать чай. – Да, мне чаю, пожалуйста, – ответила Наташа. Древний стул заскрипел, когда она тоже уселась за стол. – Кто твой друг? – спросил Стив, не ожидая ответа на свой вопрос. – Это... Солдат, – ответила Наташа, кивнув в его сторону. Тот сидел неподвижно, но все равно создавалось ощущение, что его трясет. – Солдат, это Стив. Солдат перевел на Стива взгляд горящих глаз. Щетина и длинные волосы не могли скрыть, что у него на лице уже заложились морщины, а кожа воскового цвета, хотя Стив видел, что тот моложе, чем выглядит. Бедный парнишка. – Приятно познакомиться, – произнес он вслух, ощущая привычное чувство легкой нереальности, словно снова оказался под прикрытием, но на этот раз в роли себя самого. – Наташа моя старая знакомая, а вы откуда знаете друг друга? – Мы друзья, – ответила Наташа, – некоторое время были коллегами. Ему нужно где-то пожить, пока не найдет новую работу. Все эти иносказания явно были ради парнишки, потому что Наташа давным-давно перестала использовать шпионский сленг при Стиве. Особенно без необходимости. – Ясно, – ответил Стив, решив ей подыграть, – чем я могу помочь? – У тебя найдется место для одного человека? – сказала Наташа, и это не было вопросом. Почему-то ей нужно было оставить парня именно здесь, и она либо не могла озвучить причину, либо не хотела делать это при Солдате. И, честно говоря, не похоже было, что прямо сейчас парень понимает много слов. Кроме, может быть, команд «взять» или «огонь». В любом случае, это не важно. Наташа никогда ничего не делала без оснований. – Конечно, – сказал Стив, – я могу подготовить гостевую комнату. – Отличная идея, – отозвалась Наташа таким тоном, что Стив понял: она хочет, чтобы он встал и отправился заниматься этим прямо сейчас. Он покорно поднялся, ухватившись за стол, и с трудом сдержал стон. Гостевая спальня находилась в задней части дома, но ферма была построена еще до рождения Стива, и здешние стены были какими угодно, но не звукоизолированными. – Солдат, – произнесла Наташа по-русски, Стиву было ее отлично слышно. – Оставайся со Стивом. Он поможет тебе. И если за тобой придут, тут есть система безопасности. – Он инвалид, – ответил Солдат. Его голос прозвучал хрипло, но оказался выше, чем Стив ожидал. – Стив гораздо сильнее, чем выглядит. И у него большой опыт. А еще он быстро выздоравливает. Он здесь во временном отпуске по медпоказаниям, и это самое надежное убежище из всех, что у меня есть. Ты меня понимаешь? – Да. – Я вернусь, как только устраню все помехи. – Ясно, – сказал Солдат. Его голос прозвучал недовольно, несмотря на то, что экспрессии в нем было как в картинке, покрашенной в разные оттенки серого. Стив сменил наволочку, взбил подушку и вернулся в кухню. – Комната готова, – сообщил он и прохромал к кухонному столу, чтобы проверить, как там чай. Тот все еще не заварился как надо, но Стив все равно налил себе кружку. – Еще что-то нужно? – Покажи ему оборонительную систему. – Наташа выложила на стол массивный спутниковый телефон и пачку стодолларовых купюр. – Вот вам деньги на продукты. – Ты меня балуешь, – сухо произнес Стив. – Обязательно купи себе что-нибудь приятное. – Наташа ухмыльнулась. – Если захочешь со мной связаться, используй этот телефон. Я вернусь, как только разберусь с делами. – Конечно. – Стив налил Наташе чай и поставил перед ней. Ее дружок Солдат смотрел с подозрением. – На что обратить внимание? – Да все как обычно, – ответила Наташа, – делай то, что делаешь всегда, когда с неба начинают сыпаться штурмовики. Вы вдвоем справитесь. Я за вас не переживаю. Солдат посмотрел на Наташу так, что стало ясно: он как раз очень переживает и уже мысленно составил письмо на десяти страницах о том, насколько Стив некомпетентен. – Хорошо, – сказал Стив. – У вас там все в порядке? Наташа подарила ему долгую и хищную улыбку: – Да парочка старых друзей оказались там, где им нечего делать. «Старыми друзьями» Наташа называла только своих бывших русских хозяев. Стив хотел спросить, не нужна ли помощь, но у нее был отличный послужной список, а кроме того, она любила выполнять такие задания в одиночку или без свидетелей. – Удачи, – сказал он, – но когда приедешь в следующий раз, то обязательно останешься на ужин. Тут Наташа наконец улыбнулась по-настоящему – как если бы смеялась над какой-то личной шуткой. – Не переживай, – она кивнула в сторону Солдата, – уверена, вы найдете общий язык. Наташа уехала точно так же, как и приехала: на незаметном бежевом седане по ухабистой, засыпанной гравием дороге, ведущей к городу. Стив смотрел ей вслед с кружкой чая в руке, а потом выудил из кармана свой телефон. Сэм подсадил его на дурацкую игру, где нужно соединять цвета по три, и теперь он эту хрень носил с собой даже в туалет. На старости лет начал впадать в детство. Он разблокировал телефон и увидел на экране смс, закамуфлированное под извещение о системном апдейте. Это значило, что Наташу накрыло паранойей. Стив ввел пароль, приложил к сканеру палец, а потом вбил еще четыре пароля. «Военнопленный, жертва ментального программирования и, вероятно, имеет другие повреждения мозга. Усовершенствованный, как и ты. Его использовали как боевика и ликвидатора. Не рви ему с ходу шаблон, сам знаешь, депрограммирование занимает время. Он может решить, что ты новый куратор». И отдельным сообщением: «Он хороший человек». Стив почесал бороду. Наташина оценка людей в личном и профессиональном плане всегда была предельно точной. И если ей нужно припарковать этого парнишку здесь – значит, это наилучший вариант для него. Или для нее. В любом случае, Стив привык доверять ее суждениям. Слабо вменяемый сосед по дому, сильный, тренированный... который может попытаться его убить. Почему бы и нет. Прямо как в армейском тренировочном лагере. Стив убрал телефон в карман и похромал в сторону кухни. Судя по всему, Солдат не сдвинулся с места. Он не сводил глаз с Наташиной кружки, как будто в ней заключались все тайны мира, но Стив не удивился, когда не увидел на столе ни денег, ни телефона. – У тебя есть имя? – спросил Стив. Солдат медленно перевел на Стива холодный взгляд. – Нет. – Значит, я буду звать тебя «Солдат», – решил Стив. – Показать тебе дом? Солдат слегка оживился. Он выглядел больным – чересчур бледный, синяки под глазами, немытые волосы. – Меры безопасности, – произнес он деревянно. Стив снова почесал бороду и оглянулся. – Ну, вон там моя трость, – сказал он на пробу. Интересно, у него есть чувство юмора? – Я каждый раз в опасности, когда об нее спотыкаюсь. Солдат шутку явно не оценил. Что ж, так ему и надо. – Ферма огорожена забором, – продолжил рассказывать Стив, – я не весь его осмотрел, ферма довольно большая... На лице Солдата отразились возмущение, ужас и ярость, хотя он не пошевелил при этом ни единым мускулом. – Ну, а еще тут есть, типа, лазерная сетка, она накрывает всю территорию, – добавил Стив. – Срабатывает автоматически. Панель управления в туалете на улице, но там паучье гнездо размером с мою голову, поэтому я не боюсь, что кто-то влезет и все испортит. Солдат выглядел так, будто его прямо сейчас хватит удар. Стив не мог сдержаться: у него в последнее время почти не было развлечений, если не считать того раза, когда кошки загнали к нему в спальню белку. – Идем, я покажу тебе, что где. Солнце уже показалось из-за горизонта, когда Стив, подобрав свою трость, вышел на крыльцо. Солдат шел за ним, сердито топая по древним деревянным половицам. Ферма была совсем ветхой, она пустовала несколько лет, прежде чем Наташа взяла ее в аренду, купила… ну или отжала каким-то иным способом. Черт, может, она была заброшенной и технически Стив стал незаконным жильцом. Когда-то эта ферма принадлежала довольно богатым людям: возле дома находилась большая стационарная теплица, значительная часть стеклянных панелей внизу была разбита или отсутствовала, а раздвижные двери заржавели и больше не закрывались. А недалеко от дома находился сарай с тюками сена и десятком полудиких кошек. – Я не особо занимался фермой, – сказал Стив Солдату, – но здесь есть куры, огород и сад, хотя он довольно сильно зарос. А сзади стоят ульи. – Ульи, – повторил Солдат тоном, которым молодые неопытные солдаты говорят «минное поле». – Ага. Их около двенадцати. Зависит от того, вылетел новый рой или нет. Я даже время от времени собираю с них мед. Не переживай, – весело добавил Стив, – они почти никогда не кусаются. – Почти никогда. – Бояться нужно кур. – Стив подошел к главному сараю. Он открыл дверцу и жестом указал на толстый резиновый фартук, защитные очки и прихватки в виде варежек. Солдат смотрел на него с откровенным ужасом. – Хочешь помочь собрать яйца? Судя по выражению лица Солдата, желанием собирать яйца он не горел. – Ты прав, – воскликнул Стив, – сначала нужно навестить Бесси. Он сам не знал, когда именно решил начать издеваться над Солдатом, но, наверное, секунд через пятнадцать после того, как тот назвал его инвалидом. И это даже не издевательства, он просто решил дать Солдату именно то, что тот от него ожидает.

* * *

Солдат не понимал, что происходит. Он получил приказ уничтожить Вдову и Капитана Америку и сделать так, чтобы было похоже, будто того убила Вдова. Он завалил Капитана, но потом Вдова и какая-то бешеная блондинка в форме медсестры и с полуавтоматическим пистолетом гонялись за ним по Вашингтону, пока Капитан каким-то чудом выбрался из Потомака, перезагрузил экипировку и отбился от засады Страйка, раскрыв крылья в лифте. Солдат до сих пор кипел от мысли, что Страйк вообще участвовал в этой операции, словно он сам не мог уничтожить две цели! Но потом Вдова загнала его в угол, и он вспомнил ее, а она – его. Они оба поняли, что их вынудили многое забыть, и осознание этого временно ввело их такой ступор, что Капитан сумел подлететь и ударить его по голове. После этого провала его снова обнулили. Он не знал, что происходило со Вдовой между этим событием и полетом в Джерси, но ей тоже пришлось несладко, потому что она, блядь, заминировала мост, выстрелила в его джип из гранатомета, вытащила его из горящей машины и заставила пешком тащиться в форт Лихай. И он злился, так злился, но она вела себя как одержимая, заманила его вниз, в бункер, и все говорила и говорила. Она сказала: «Подумай, что еще ты забыл», и «Я смогла уйти от них», и «Я могу тебе помочь». И еще: «Ты сможешь». А потом в бункере включилась аудиосистема, и Солдат застыл на месте, потому что голос... доктор... а Вдова... Она не застыла, она выбила решетку в полу, уронила Солдата на этаж ниже и, пока электронный голос монотонно что-то бубнил, выпустила в динамик целую обойму. Но это не помогло, и она спрыгнула за Солдатом, а затем то ли весь бункер был заминирован, то ли в него попала ракета, только все взорвалось. А потом они выкапывались из-под обломков, а она продолжала говорить. Она говорила снова и снова: «Я могу помочь тебе». А он отвечал: «Не можешь» и «Я не могу уйти», а она сказала: «Мы просто сделаем так, чтобы ты исчез». Она привезла его сюда. А теперь этот... человек, этот Стив в ужасных джинсах в пятнах от травы, в майке детского размера, которая неприлично обтягивала его неприлично пропорциональное тело, должен быть его... охранником. Его надсмотрщиком. Когда Гидра придет за ними, из Стива даже не получится живой щит – не при такой талии. Они зашли в сарай. Возле входа были грудой свалены металлические трубки, канистры и присоски, которые Солдат уверенно отнес бы орудиям пыток, если бы там не виднелось полустертое изображение смеющейся коровы и надпись «ЛУЧШИЙ ДОИЛЬНЫЙ АППАРАТ ФЕРМЕРА ДЖИМА». А еще в сарае стояла живая корова. Других вариантов не было. Да, ее челка была длиннее, чем у Солдата, а сама она выглядела как чемодан на четырех ногах, но она была с копытами и дело происходило в сарае. – А это Бесси, – сказал... Стив, показывая на корову. Корова срыгнула, Солдат отшатнулся. Стив бросил на него взгляд и ухмыльнулся, а потом непонятно зачем пинком отправил в полет ведро и табуретку. Солдат смотрел, как они подкатились к Бесси. Он не понимал, что происходит, а блядский Стив уселся на табуретку, неловко балансируя и ругаясь себе под нос. Бесси продолжила жевать и даже не повернула голову, пока блядский Стив не протянул руку и не ухватился за розовую хрень, которая болталась у нее на пузе. – Я не сразу научился это делать, но когда найдешь свой ритм, все становится намного проще, – сказал блядский Стив, словно это не он держался за странные наросты на корове. – Просто нужно сжимать их очень-очень нежно. Это порождало больше вопросов, чем ответов. Солдат словно прирос к месту, у него не было другого выхода – только смотреть, как блядский Стив очень-очень нежно дергает за неприличные места двухтонное жующее траву животное. Под звуки жидкости, бьющей в стенки ведра, Бесси повернула свою огромную голову и встретилась ничего не выражающим взглядом со взглядом Солдата. Солдат беспомощно смотрел на нее в ответ. В любом случае это зрелище было гораздо безопаснее, чем то, что происходило между Стивом и ужасным коровьим наростом. Блядский Стив начал свистеть. Ведро постепенно наполнялось. Корова высунула изо рта штуку, которая могла быть только ее языком – та была серого цвета и длинной фута два, не меньше, – и начала ковыряться им в своей ноздре размером с пещеру. Последние струйки коровьего сока оказались в ведре. Блядский Стив, кажется, совершенно не был травмирован происшедшим: он протянул руку, снял с крюка железную кружку и зачерпнул белое, покрытое пеной содержимое ведра. – Хочешь пить? – спросил блядский Стив, шумно отхлебнув из кружки. Солдат развернулся и вышел из сарая.

* * *

Как только Солдат вышел из зоны слышимости, Стив выплюнул парное коровье молоко на пол и начал отплевываться, чтобы избавиться от этого вкуса. Когда удалось, он перевел взгляд на корову. – Бесси, когда-нибудь я узнаю, чья ты и как оказалась у меня в сарае. Бесси продолжила жевать и никаких ответов на поставленные вопросы не предложила. – Нахлебница, – сказал Стив, – хотя, если подумать, ты оказалась тут раньше меня. У Бесси угрожающе забурчало в животе. Стив поспешно встал с табуретки и сбежал из сарая, прежде чем она одарила его еще какими-то телесными жидкостями.

* * *

x3642bq9863z29: запрашиваю срочную эвакуацию P3849s: ? x3642bq9863z29: IMG.3 x3642bq9863z29: IMG.2 P3849s: это цикада P3849s: местная фауна. все в пределах нормы x3642bq9863z29: ПОСМОТРИ НА ПРИЛОЖЕННЫЙ IMG.4 P3849s: лягушка-бык. Это тоже нормально. P3849s: с тобой все будет в порядке, Солдат. Оставайся на месте. P3849s: :)

* * *

Стив приготовил завтрак; он добавил к омлету еще три яйца и бекон, решив, что Солдат рано или поздно проголодается. Смешав в большой миске кошачьи консервы, он отнес ее к сараю. Солдата Стив не увидел, но чувствовал взгляд, который упирался ему между лопаток, как лазерный прицел. Кошки обычно просыпались к ланчу, и он собирался забрать миску около полудня. Двадцать минут спустя Солдат так и не приманился на запах жареных яиц и бекона, поэтому Стив снова пошел к сараю и заглянул внутрь. Он все еще никого не видел, но атмосфера стала значительно менее напряженной. Может быть, Солдат учуял запах завтрака и раздумывал, зайти ли внутрь поесть... Он перевел взгляд на миску у ног. Та была пуста. Стив уставился на нее во все глаза. – Если в следующий раз захочешь человеческой еды, то завтрак в семь, – произнес он в воздух. Ответа не последовало. – Гарантирую, что будет вкуснее кошачьего корма. Воздух сохранял молчание. Стив пожал плечами и вернулся в дом. Он приготовил достаточно еды для полутора суперсолдат, потому что не знал, сколько ест Солдат, но учитывая, что сам Стив все еще не выздоровел, это было не так чтобы очень много, скажем, четыре обычных порции. Он отставил в сторону тарелку с завтраком на случай, если Солдат передумает. Но не бекон. Стив сам только-только перешел с диетической пищи, которой заедал лошадиные дозы лекарств, необходимые, чтобы его внутренности оставались внутри, и ему было не стыдно признаться, что он наслаждался поездками в город, потому что а) он мог ненадолго вырваться с фермы и б) купить мяса. Его первый за шесть месяцев стейк был божественно прекрасен на вкус. И хотя желудок заставил его пожалеть об этом, Стив не мог удержаться, когда дело доходило до стейков. И до бекона. Если Солдат захочет бекона, то Стив пожарит ему новую порцию. В конце концов, Стив же инвалид, ему надо набирать вес. Но Стиву и правда нужно было принять лекарства и сделать упражнения, так что он поднялся из-за стола, скрипя всеми суставами, убрал посуду и пошел заниматься тай-чи. После настало время подремать. Стив пришел к выводу, что среди дня ему, в отличие от любого нормального человека, легче уснуть на свежем воздухе, чем в собственной постели, словно его тело знало, что он пытается сделать, и не давало себя обмануть. Обычно он стелил покрывало на землю: солнце над головой и мягкая трава сразу же нагоняли на него дремоту. Обычно. В час дня Стив расстелил покрывало на любимом месте, ощущая, что Солдат буравит взглядом его затылок. Это был настоящий талант. Стив так и не понял, где тот прячется. Взгляд, казалось, шел со всех сторон. Это несколько нервировало. Стив улегся на живот, подложил руки под голову и попытался не обращать внимания на этот взгляд. Солнце приятно грело, по небу плыли редкие облака, а трава была как мягкий ковер. Он попытался уснуть. К двум часам взгляд в затылок стал невыносимым. Это было психическим эквивалентом соседской дрели над ухом. Не открывая глаз, Стив перевернулся на спину. Может, если продолжать прикидываться бревном, Солдат утомится и перестанет. В два тридцать Стив вспомнил, что Солдат был убийцей и привык выслеживать свои цели целыми днями в гораздо худших условиях. Стив встал, свернул покрывало и ушел в дом. Он вышел из дома через пару часов и удивился, увидев Солдата на открытом месте – точнее говоря, сравнительно открытом. Тот сидел в кустах под яблоней и выглядел злым и наполовину сварившимся в своей черной форме. Он сразу же устремил на Стива яростный взгляд, который не казался таким уж угрожающим, потому что исходил от человека, тонущего в собственном поту. Почувствовав жалость, Стив похромал в сторону теплицы, открыл кран и пустил воду в резервуар испарителя. – Поможешь мне собрать овощи на ужин? Солдат немедленно поднялся на ноги, будто получил приказ, но Стива воодушевило знакомое уже выражение яростного возмущения на лице Солдата, пока тот шел за ним в огород. Грядки ужасно заросли, но Стив все равно мог узнать кое-какую ботву, которую он тянул из земли еще на Западном фронте. Он отправил Солдата в сарай за корзинкой, а сам опустился на землю. У него ушло на это минуты три, но он ругнулся всего дважды, а это значило, что он точно идет на поправку. К тому времени, когда Солдат показался из-за угла дома с корзинкой в руках, Стив выдернул из земли первую репу. Он бросил ее в сторону Солдата. Солдат бросил корзинку, выхватил откуда-то нож и перерубил репу прямо в воздухе. Его пустой, готовый к бою взгляд наполнился недоумением, когда он увидел кусок корнеплода, нанизанный на острие его Ка-Бара [1]. – Смотрю, тебе не терпится начать резать овощи, – сказал Стив. Взгляд Солдата пообещал ему тотальное уничтожение. Казалось, Солдат пытается найти слова, чтобы выразить всю глубину своей ненависти и не взорваться. Репа сползла по лезвию ножа и упала в корзинку. Стив послал Солдату солнечную улыбку. – Ну вот видишь, ты понял принцип, – сказал он. – Нужно выдернуть их из земли, а то они сгниют. Солдат выглядел так, будто хотел воткнуть нож Стиву в глаз, но поднял корзинку с земли и побрел к другому концу грядки. Там он посмотрел себе под ноги и сложился как садовый стул. Птички чирикали, пчелки жужжали, а Солдат выкапывал из земли репу, морковку и чеснок сначала так, словно это мины, а потом – будто это дохлые мыши. Когда у Солдата с носа начал капать пот, Стив подумал, что это может кончиться солнечным ударом, и решил вмешаться. Наташа сначала тоже загоняла себя до полусмерти, ей потребовались время и помощь, прежде чем она научилась сама замечать голод и жажду. – Можешь пойти в испаритель охладиться, – сказал Стив, – я имею в виду в теплице. Он уже, наверное, набрался. Я использую его как мелкий бассейн. Солдат одарил его очередным ядовитым взглядом из-под мокрой челки. – Или нет, – сказал Стив. – Можешь тут закончить, а я пойду сделаю нам лимонада. Солдат выдернул из земли очередную морковку и бросил в кучу к остальным овощам. Стив оставил его в покое. Дома перед Стивом встала другая проблема. Он вытащил из холодильника несколько лимонов и посмотрел на них с сомнением. – Не может это быть так уж сложно, – сказал он вслух. Все оказалось намного сложнее. Шесть лимонов пали смертью храбрых от его рук, но сока он из них так и не добыл. Через пятнадцать минут он отложил в сторону давилку для картошки и написал Сэму. Птиц: Чувак, это вода, лимоны и сахар. Это три ингредиента и два шага. Птиц: Почему ты просто не погуглил? кобра коммандер: Гугл осуждает еще хуже, чем ты кобра коммандер: а еще у нас нет вай-фая. Птиц: мне как-то слабо верится в оба этих утверждения кобра коммандер: это западная вирджиния, Сэм, а не башня мстителей Птиц: ты не можешь к каждому предложению добавлять это не башня мстителей, как будто это извиняет твою лень, чувак. позвони в телефонную компанию и наладь себе наконец интернет кобра коммандер: у нас нет вай-фая и нам не нужен вай-фай кобра коммандер: я живу в горах, сэм кобра коммандер: западная вирджиния теперь мой дом [2] Птиц: Белый чувак, не ври мне. Я видел, ты смотрел Бальные танцы с детьми [3] на моем Нетфликсе. Ну, не выгорело. А кроме того, Наташе надо начать пользоваться собственным Нетфликсом. В отчаянии Стив начал перебирать книги на полке над камином. Он не обратил на них внимания, когда поселился на ферме – окинув взглядом выцветшие обои и хоббитскую мебель, он решил для себя, что на полке, скорей всего, Стейнбек или что-то такое же невыносимое. А теперь он надеялся, что у прежних владельцев завалялась парочка поваренных книг. Видимо, у них был племянник-юморист, потому что он все же нашел одну-единственную поваренную книгу, засунутую между Стейнбеком и Хемингуэем. Он вытащил ее и уставился на разноцветную обложку. Заглавие, написанное прописными буквами, гласило: «ПОВАРЕННАЯ КНИГА ДЛЯ ИДИОТОВ. ПОРА БЫ ТЕБЕ ВЫРАСТИ!» – Ладно, – сказал Стив и открыл оглавление. Он поставил книжку вертикально, подперев ее разделочной доской на странице, озаглавленной «ЖИЗНЬ ДАЛА ТЕБЕ ЛИМОНЫ» и подзаголовком «А ТВОЕЙ МАТЕРИ ЖИЗНЬ ДАЛА ИДИОТА-СЫНА, НЕ СПОСОБНОГО ПРИГОТОВИТЬ ЛИМОНАД», и перешел к выжиманию сока. Еще через двадцать минут он стал обладателем целого кувшина жидкости, которую с некоторой натяжкой можно было назвать лимонадом. Но она была холодной и годилась для питья, так что пойдет. Стив вышел на улицу, но Солдата не увидел. – Пить хочешь? – громко спросил Стив, решив, что не станет стучать вилкой по кувшину, как обычно стучал по миске с кошачьей едой, чтобы привлечь кошек. А потом он увидел Солдата, лежащего лицом вниз в тепличном испарителе. Резервуар был большим, почти десять футов в длину, и предназначался, чтобы распределять воду для испарения по всей теплице. Солдат неподвижно лежал в самом центре бассейна. – Э-э-э, – сказал Стив. Солдат не ответил. На секунду Стив по-настоящему испугался, что меньше чем за день сумел довести Солдата до края, но тот повернул голову и посмотрел на него одним глазом. – Чего надо, – буркнул Солдат, слегка пуская пузыри. – Ничего, – ответил Стив, – совершенно ничегошеньки. – Ты мне мешаешь. – Я вижу, – сказал Стив, опуская взгляд на поднос с лимонадом, который держал в руках. Он постарался, чтобы все выглядело максимально ужасно, даже нашел несколько бумажных зонтиков в ящичках буфета, в самом лимонаде плавали куски лимона, а Микки Маусы, побитые жизнью и многочисленными мойками, скалились с пластикового стакана. Стив поколебался, раздумывая, что делать, а потом наклонился и поставил поднос на край бассейна. – Это можно пить, – сказал он. – Когда закончишь. Солдат медленно перевернулся в воде, не пошевелив при этом ни рукой, ни ногой – ни дать ни взять сосиска в бульоне. – ...Окей, – произнес Стив, когда Солдат, который теперь лежал на воде лицом вверх, подплыл к бортику, не делая при этом никаких видимых движений. – Не буду тебе мешать. Ужин в семь. Когда закончишь, отнесешь стакан в раковину. – Понял, – почти вежливо ответил Солдат. Да можно сказать, что в сравнении с тем, что было раньше, он просто лучился дружелюбием. Стив на мгновение задумался о том, что Солдата, видимо, нужно поливать, как грядку, чтобы он был в порядке, а потом развернулся и пошел в дом. Лимонад получился замечательным. Стив отправил фотографию Сэму с комментарием: «Если в тебе есть дух первопроходцев, то ты можешь добиться чего угодно».

* * *

Этот... человек, к которому его привезла Вдова, отправился в постель в 21:35. А перед этим он час занимался приготовлением еды и два часа читал на крыльце. Также он совершил несколько попыток заманить Солдата внутрь, но все они оказались неудачными. Обещания еды, оставленной для Солдата в духовке, не были верифицированы. Солдат сделал ошибку, выпив лимонад, и его зубы до сих пор сводило от фантомной сладости. Так что кто знает, что за хрень скрывалась под кодовым названием «ужин». У него были более важные задачи. Когда наступила полная темнота, он проник в объект под названием «дом». Он обыскал это место сверху и до самого низа. Его новый хендлер оказался маньяком-извращенцем, но так Солдат хотя бы понял, с чем имеет дело. Возле кухонной двери стоял чемоданчик. В нем оказалось два заряженных пистолета, но чемоданчик был не только покрыт пылью, но еще и заперт. Сверху лежало семь потрепанных книжек в бумажных обложках, на кухонном столе обнаружилось еще двадцать таких же. А крохотная гостиная просто тонула в книжках, как и весь остальной дом. Солдат такого еще не видел. Он отправился в «гостевую спальню», которую этот Стив для него приготовил. Она была маленькой, с аккуратно заправленной кроватью. Вообще комната выглядела чистой и даже приличной – насколько это возможно при таких обоях в цветочек. Солдат не обнаружил ни единой камеры или микрофона, хотя обыскал комнату дважды. Он даже раскрутил кончиком ножа выключатель настенной лампы, но обнаружил только доисторическую проводку и бесчисленные трупики каких-то жуков. Солдат поморщился и привел выключатель в первоначальный вид. В доме был пыльный и набитый книгами чердак, а еще подвал – практически пустой, если не считать пары полок, на которых стояли банки с огурцами. Кухня оказалась чистой и хорошо укомплектованной, на полу лежала плитка, которая не издавала ни малейшего звука под ботинками Солдата. В холодильнике нашлось множество йогуртов и несколько контейнеров, маркированных как пробиотики. Один из кухонных шкафчиков оказался заполнен различными лекарствами, а в другом лежали перевязь для руки, ножной ортез и бандаж для ребер. Он продолжил свои исследования. В кухонном ящичке нашлись права на мотоцикл на имя Стивена Гранта Роджерса, библиотечная карточка Стивена Гранта Роджерса, кредитка, дебитовая карта – и все, блин, Стивена Гранта Роджерса. А еще там был значок Щ.И.Т.а. «КОММАНДЕР СТИВ Г. РОДЖЕРС» значилось на обороте. Щ.И.Т. Вдова работала на Щ.И.Т. Но. Вся эта ситуация была совершенно бессмысленной. Если этот... Стив был коммандером в Щ.И.Т.е, то почему он сидит здесь, словно отшельник? Он что, какой-то спящий агент [4]? Вдова обращалась с ним как с гражданским, а потом сказала, что он оперативник. Но он двигался совсем не как оперативник, даже после ранения. А значок был брошен в ящик кухонного стола, будто ему самое место среди поломанных ручек, резинок и мелочи. Как давно он находится в изгнании? И сколько Солдату придется провести на этой ферме? Он знал, что правильней всего было бы убить этого Капитана, угнать грузовик и вернуться в Вашингтон. Он должен вернуться на базу и доложить, признаться в провале и подвергнуться рекалибровке. Но Вдову нельзя было недооценивать, это могло стать фатальной ошибкой. И он понятия не имел, какие именно меры предосторожности она предприняла, чтобы не дать ему сбежать. Он должен был определить, что это за тюрьма и как из нее выбраться. Мертвым он будет бесполезен. Вдова сказала, что он сможет тут исчезнуть. Солдат прокрался наверх. Это оказалось намного труднее, чем казалось, потому что здешние ступеньки на девяносто процентов состояли из скрипа и всего на десять – из дерева. Ну хоть его форма давно высохла после купания в бассейне. Коммандер Стив Г. Роджерс спал с открытой дверью, все окна тоже были распахнуты настежь, а в углу тихо гудел вентилятор, заглушая другие тихие звуки. Половина инстинктов Солдата кричала, что это ловушка, а другая – что коммандер идиот. Блядский Стив был едва прикрыт тонкой простыней, которая сбилась вокруг бедер, открывая одну ногу. На нем была очередная майка и шорты. Толстые хирургические швы пересекали его грудь и правое плечо, еще один шов шел вдоль правой ноги. На шее у Роджерса висели жетоны. Один из них был повернут лицевой стороной вверх и серебрился в лунном свете. «КАПИТАН СТИВЕН Г. РОДЖЕРС 37337566 T42 43 C». Капитан. Это прозвучало правильно. «Коммандер» было неправильным словом, как и «Стив». Коммандеры не издеваются над подчиненными, но зато Солдат встречал достаточно капитанов, у которых солидности было, как у заскучавшего двухлетки в церкви. Хватание коровы за все места явно было капитанским поведением. И черт возьми, Солдат отказывался называть его Стивом. Он наконец понял, что происходило сегодня с самого утра. Он побывал во множестве ударных отрядов и должен был распознать дедовщину гораздо раньше, но в свое оправдание мог сказать, что обычно это он издевался, а не над ним. Вдова отправила его сюда, потому что это испытание? Он вышел на улицу. В сарае все так же воняло, как в раздевалке, только с животными. Ужасная корова снова пернула в его сторону из своего стойла, но он был не из тех, кто реагирует на такие провокации. Он забрался по лестнице на второй этаж сарая. Там было полно сена. Осматривая территорию, он заметил две, четыре, семь пар отражающих свет глаз, уставившихся на него с дальнего края сеновала. Одна из пар глаз мяукнула. Солдат оскалился и съехал вниз, на землю. Границы владений сложно было определить. Он прошел вокруг, по широкой дуге обойдя ульи. В теплице растения росли как хотели, некоторые даже высунули ветки в разбитые окна, только вокруг испарителя место было расчищено. За сараем и правда оказалась уборная, внутри которой к стене действительно был привинчен какой-то металлический ящик. И, как и было обещано, прямо там располагалось паучье гнездо. Солдат не боялся пауков. А кроме того, у него была металлическая рука, чтобы разбираться с опасными и токсичными субстанциями. Типа пауков. Он решил, что нет необходимости открывать ящик прямо сейчас. Он продолжил обход. Дальний конец территории фермы переходил в лес, и Солдат не рискнул туда углубляться, не имея четкого представления об установленных там мерах защиты, поэтому развернулся и пошел в обратную сторону. Во дворе перед крыльцом стоял древний пикап, который явно принадлежал Капитану. Заросшая травой подъездная дорожка вела к шоссе. Он остановился на краю гравийной дороги. Тут не раздавалось никакого гула и не было видно ни малейших признаков лазерной сети, так что либо она включалась при помощи активации какого-то сенсора, либо Капитан ему соврал. У Солдата не было способа это выяснить. Тихий голос внутри шептал, что Капитан еще ни разу ему не врал, но Солдат проигнорировал его, как ненадежный источник информации. Он сделал еще шаг вперед. Все еще ничего не происходило. Может быть, защита настроена, чтобы не впускать, а выходить за периметр можно? Он осторожно прокрался до конца гравийной дороги – туда, где она переходила в побитый асфальт, но ничего не произошло. К столбику на обочине был прибит деревянный почтовый ящик – древний, выбеленный дождями и солнцем, с неразличимым номером дома. Его почти полностью скрывал плющ. Солдат поднял с земли камень и бросил на дорогу. Ничего. Еще шесть камней, брошенных с разной силой, произвели идентичный результат. Вероятно, эта сетка активируется биообъектами. У него не хватало ресурсов, чтобы проводить дальнейшие тесты. Единственным логичным вариантом было отступление. Солдат еще дважды обошел вокруг дома и сарая. Никаких намеков на угрозу или конфликт, если не считать насекомых, которые орали в кустах с такой силой, будто воевали друг с другом. Один раз Солдат заметил краем глаза какое-то движение. Он резко развернулся в ту сторону, но это оказалась кошка, которая спрыгнула с крыльца, мяукнула и удалилась в темноту. Солдат остался стоять между сараем и пикапом с колотящимся сердцем и без уважительной на то причины. Капитан не отдавал приказов. Не устанавливал параметров приемлемого поведения. Точно так же, как и Вдова. Здесь было совершенно нечем заняться. Остаток ночи солдат провел, патрулируя территорию, под кожей у него нарастал зуд. Все тело ломило сильнее, чем когда Капитан приказал ему отмокать в бассейне. Предложил. Предложил ему освежиться. Этот Капитан вообще никакой не куратор. Он просто... сторож. Он уборщик при этом конспиративном доме. Солдату нельзя об этом забывать. Ему просто нужно пережить происходящее, как он переживал все остальное. Вдова вернется за ним. А до того момента ему придется справляться своими силами. И если Капитан получит приказ всадить Солдату пулю в голову, то быстро узнает, что это не так просто. Солдат решил, что будет оставаться начеку.

* * *

И конечно, следующим утром у него начался жар. Капитан, как ни странно, заметил. – Как ты себя чувствуешь? – спросил он, остановившись в дверях. – Нормально, – рявкнул Солдат, но его выдали стучащие зубы. – Хорошо, – кивнул Капитан, – но должен тебя предупредить, что у меня нет выбора, мне нужно воспользоваться ванной. Солдат сидел в ванне, потому что тут было легче всего защищаться, плюс так он имел неограниченный доступ к воде. А кроме того, это была единственная ванная комната в доме. – Да д-давай уже, – прорычал он, забившись в угол, чтобы железная рука не дребезжала о бортик ванны. Капитан, хромая, вошел внутрь; он помыл руки, почистил зубы, изучил шрамы на щеке и подбородке, втер мазь в бедро и плечо, а потом задернул шторку, прежде чем воспользоваться унитазом. Солдат изо всех сил старался держать глаза открытыми. На шторке были нарисованы уточки, они начали плясать. В какой-то момент Капитан ушел, а потом вернулся, потому что Солдат услышал его голос неподалеку, но не на расстоянии удара. – Черт побери, Наташа, у него что, ломка? Голос Вдовы был тонким, но различимым: – Да что ты? – Да, черт возьми, очень похоже на то, – голос Капитана звучал раздраженно, – если ему нужна медпомощь, ты должна прилететь и забрать его. – Да все с ним будет нормально. Просто заливай в него куриный супчик, как делал это со мной. – Если ему не станет лучше к вечеру... – Тогда звони мне. Я сильно сомневаюсь, что если ты отвезешь его в больницу, то обойдется без жертв. Я соскочила ровно с тех же препаратов, на которых он сейчас, только у меня не было его сыворотки. Он крепкий, оклемается. Капитан сбросил вызов и тяжело вздохнул. Солдат задумался, сможет ли открыть кран ногой в ботинке. Его тело стало полем битвы для двух армий огненных муравьев. Может, ему удастся утонуть. Капитан склонился над ним, нависая как розовый монолит. – Давай я отнесу тебя в постель, дружок, – сказал он, протягивая руки, но тут же отшатнулся и зашипел, когда Солдат автоматически поставил блок. Он тут же вернулся и перехватил металлическую руку. Сенсоры давления не отличались особой чувствительностью, но Солдат понял, что хватка была крепкой, гораздо сильнее, чем у обычного человека. – Тебе нужно прилечь, – сказал Капитан, – в постели тебе будет удобнее. – Нет, – из принципа возразил Солдат. Огненные муравьи начали использовать артиллерию, а ванна была прохладнее воздуха. – Нет? А что не так с кроватью? Солдат не мог поверить, что Капитан слепой и не замечает огненных муравьев. Он долго и подробно объяснял, какой тот идиот, но по какой-то причине его рот не работал. – Грлрггх, – пожаловался он. – Точно, – согласился Капитан. – Я тоже ненавижу кровати за грлрггх. Тебе тут удобно? Солдат, которого накрыло ковровой бомбардировкой огненных муравьев, хотел сказать Капитану, чтобы тот шел нахуй, но, кажется, Капитан его не понял. Может, он союзничает с муравьями? – Хочешь снова полежать в воде, дружок? Вода. Солдат попытался сосредоточиться и понять, какой из трех Капитанов, медленно плывущих над ним, является настоящим. У него болели даже кости. Он так устал. Он понятия не имел, что ему предлагает Капитан, но хуже быть просто не могло. – ...Да, – сумел выговорить он, приложив героическое усилие. Капитан поднялся на ноги, а потом наклонился и с трудом поднял Солдата из ванны. Тот попытался отбиться, но Капитан покрепче прижал его к себе и вынес в коридор. Солдат постарался пихнуть его локтем, но быстро забыл, что делает и зачем, поэтому просто повис, подергиваясь, у Капитана на руках, пока тот спускался по ступенькам. Когда Солдата опустили на бетон, его глаза распахнулись. Деревья над головой, солнечный свет. Он в бассейне в теплице. Рука над его головой повернула кран, и он услышал звук льющейся воды. Форма намокла, уровень воды постоянно повышался, и армию муравьев смыло. Он почувствовал, как с него стаскивают ботинки. Может быть, Капитан все-таки не заодно с муравьями. Солдат закрыл глаза. Через некоторое время его голову приподняли и подсунули под нее нечто, по ощущениям похожее на свернутое полотенце. – Это чтобы ты не утонул, – где-то в стороне произнес голос Капитана. – Брэдбери или Вудхаус? Значит, Вудхаус. Так, давай посмотрим. «Если бы Дживс был здесь, он смог бы рассказать мне, как учинить обыск с минимальным беспорядком и максимальной эффективностью, но его здесь не было по той простой причине, что именно его комнату я и обыскивал...» Низкий глубокий голос звучал знакомо, вода была прохладной и, кажется, вполне справлялась с атаками муравьев, он чувствовал на лице то солнце, то тень, его обдувал ветер... наверное, он упал в реку и кто-то рассказывал ему историю. Наверное, он умер. Это теория быстро оказалась опровергнута, потому что вода нагрелась и стала атаковать его вместе с муравьями. Свет стал слишком ярким. Он слепил даже сквозь закрытые веки, а отвернуться было так же невозможно, как подвинуть мешок с цементом, используя глазные мышцы. Если бы он был мертв, то ему явно не было бы так хреново. А потом на его лицо легла ладонь, она была горячей, но несла с собой темноту. А после ладони – холодная мокрая тряпка. Он почувствовал такое облегчение. – Давай уберем тебя с солнца, – произнес голос, и его снова подняли на руки. Его положили на что-то мягкое, но он все еще находился на улице, его овевал ветерок. Слишком уязвимая позиция. Он медленно начал воспринимать реальность. Состояние невообразимой слабости – именно сейчас должна появиться команда извлечения. Он это знал. Ломка после миссии была такой тяжелой именно для того, чтобы сделать его совершенно беззащитным. Если он не возвращался на базу достаточно долго, они могли заставить его повиноваться. В любую минуту в него прилетит дротик с транквилизатором, потом его ждут магнитные наручники, а после – криокамера. Но ничего не происходило. Он все так же лежал в тени, дул ветер, а низкий голос читал ему под аккомпанемент пения птиц, жужжания пчел и кваканья лягушек. Он снова уснул. Рядом был кто-то знакомый. Он защитит. Кто-то был на страже. Он не уйдет и не уснет. Он рассказывал Солдату историю. В какой-то момент кто-то понюхал его ухо, потрогал лицо и залез на грудь. Солдат подумал, что у него есть глаза, и попытался их открыть, но вспомнил, что на лице у него мокрый платок. Существо устроилось у него груди поудобнее и начало мять лапками его живот. – Не обижай его, ему сейчас нехорошо, – произнес Капитан. Существо мяукнуло в ответ. – Это Фрогги, она извращенка, потому что любит воду. – Мяу. – Да, я про тебя говорю. – Мррряяя. – Ты чужая среди своих и оскорбление для всего кошачьего рода. – Мррррр. – Так я и думал.

* * *

Как Наташа и говорила, к полуночи жар спал. Стив не стал будить Солдата и оставил и дальше спать на крыльце. Он принес себе несколько одеял, чтобы не так жестко было сидеть на подвесных качелях. Он подумал, что матрас из гостевой комнаты, который он вынес для Солдата, высохнет без проблем. А парнишка как раз расслабился и стал нормально дышать во сне. Стив сидел над ним до самого рассвета, читая с телефона про Дживса и время от времени осматривая постепенно светлеющий сад. Каждые минут сорок он поднимался, чтобы проверить температуру и пульс Солдата, которые постепенно приходили в норму. Какими бы модификациями он ни обладал, они точно работали. И это хорошо. Если он похож на Наташу, то визит в больницу привел бы к тому, что тот исчез бы на тринадцать дней, чтобы заняться самолечением а-ля Франкенштейн. Это были незабываемые две недели. Фьюри тогда активировал сверхсекретный вариант Эмбер алерт [5], но Наташа появилась у Стива на кухне с самодельными швами и не менее самодельным гипсом на ноге. Она сидела и ела из миски картофельный салат самой большой ложкой. Она неплохо справилась, но после этого инцидента Стив записал ее на вечерние курсы парамедиков и сам записался туда же. Стив очень сомневался, что ему удастся провернуть такой номер с Солдатом, но был уверен, что сможет заставить того пить как минимум восемь стаканов воды и электролитов в день. Нужно будет снова сделать лимонад. И заодно обновить свои навыки в игре «спрячь мультивитамины во все возможные типы еды». Именно так ему пришлось поступить с Наташей. Солдат явно не добирал витаминов и питательных веществ. Стиву пришлось расстегнуть ему воротник, чтобы ослабить давление. Он заметил, что металлическая рука переходит в плечо, и судя по шрамам вокруг, она не отстегивалась. Кроме того, Стив расслабил шнурки на ботинках, но, найдя там три ножа, решил ботинки не снимать, а ограничиться ослабленной шнуровкой. Солдат проспал до позднего утра. Стив поднялся примерно в половине девятого, потому что ему нужно было покормить кошек и принять свои лекарства. Когда Фрогги, самая дружелюбная из местных кошек, пришла и начала тереться об ноги Стива, он отправился на кухню готовить завтрак. Он мог наблюдать за Солдатом через кухонное окно. Около одиннадцати Солдат сел на крыльце, как вампир, восставший из гроба. Он огляделся, убедился, что находится там же, где и прежде, и начал проверять свое оружие, что-то явно, а кое-что незаметно, как Наташа, слегка шевеля разными частями тела. Видимо, он остался доволен результатом, потому что принялся шнуровать ботинки. Стив добавил в свои мюсли йогурт, размешал их, взял со стола поднос с завтраком и ногой открыл входную дверь. – Привет, дружок, – сказал он бодро, – завтракать будешь? Солдат одарил его взглядом, полным слегка разбавленной враждебности, но ничего не ответил. – Я рад, что тебе лучше. – Стив поставил поднос рядом с собой на качели – так, чтобы Солдат мог его достать, не вставая. Солдат сердито уставился на тост. Стив взял его, намазал маслом, слегка присыпал корицей и сахаром и подал Солдату. Тот явно раздумывал, брать его или нет и что это будет значить с моральной точки зрения. – Я слышал, что есть полезно для здоровья, – сказал Стив. Солдат сдался и взял тост. Еще спустя несколько секунд он вцепился в него зубами, словно у тоста есть глотка, которую он мечтает перегрызть. Стив присел на ступеньки. Он доел свои мюсли и теперь прихлебывал чай, разглядывая сад. Наверное, стоит осмотреть плющ, который растет снаружи теплицы, и выбрать из земли осколки стекла. Сам он нечасто там ходит, но Солдат, похоже, готов залезть в любую дырку в радиусе мили от дома, просто чтобы убедиться, что он может. А еще стоит привести в порядок крыльцо. Стив видел там и тут торчащие щепки размером с палец. Солдат хмуро расправился с двумя кусочками тоста, а теперь явно оценивал свои силы, глядя на чашку с чаем. Наконец он, видимо, пришел к выводу, что чай неядовитый, что было отличной новостью. Потому что Стив уже собрался бороться с его обезвоживанием при помощи самодельных сосулек из Гаторэйда [6]. После завтрака парень не начал выглядеть счастливым. Стив краем глаза наблюдал за ним, и тот, казалось, заводится все сильнее и сильнее. Он, как и Стив, осматривал двор, только гораздо менее доброжелательно. Стив снова отхлебнул из чашки, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно громче и противнее. И еще раз. И еще. – Что это, блядь, за место? – не выдержал Солдат. Он взорвался, как пароварка, у которой слишком крепко закрутили крышку. Стив удивленно посмотрел на него: – Ты о чем? Солдат сделал резкий жест, обводя рукой все вокруг: начиная с трех трехцветных кошек, лежащих на солнышке перед сараем, и заканчивая пятнами от травы на джинсах Стива. – Чем ты тут занимаешься? – со злостью произнес он, почти срываясь на крик, и Стив снова подумал, что тот, наверное, моложе, чем выглядит, а еще гораздо сильнее расстроен, чем Стив предполагал. Хотя об этом, конечно, можно было и раньше догадаться. Наташа даже в самом начале держала себя в руках гораздо лучше, но ее аура тоже была похожа на растревоженный улей. А кроме того, крошки от тоста, которые застряли в щетине вокруг рта Солдата, несколько портили впечатление. Стив вздохнул и вытянул ноги. – Тем и сем,– сказал он. – Ухаживаю за животными. Читаю, ем, сплю. – И все?! – Я в отпуске по медпоказаниям, дружок. – По каким. – На меня упал инопланетный кит, – мягко ответил Стив. Солдат ненадолго задумался. – Битва за Манхэттен, – произнес он, но как-то неуверенно и со странным напряженным выражением в глазах. – Ага, – сказал Стив. – Сломал каждую кость в теле. Это вывело Солдата из ступора. – Неправда! – Даже маленькие косточки в ушах. – Ты врешь! – Каждую косточку до единой. – Ты все врешь, – упрямо сказал Солдат. – Если бы ты сломал все кости, ты бы умер. – Ну, мне немного помогла сыворотка, – признал Стив, почесывая живот. – Из-за нее у меня выросло три новых кости, например. – Нет. – Их я тоже сломал. – Какие кости! – Я ж тебе уже сказал, все до единой. – Не выросли у тебя новые кости! Ты все врешь! Где они? – Пытаешься нарушить мою медицинскую тайну? – в шутку предположил Стив, но у Солдата в ответ сделалось такое лицо, будто он не понял половину слов в этом предложении. – Давай так, – сказал Стив. – Если догадаешься, где они, я тебе их покажу. – Какое мне дело до твоих дурацких костей, – мрачно буркнул Солдат и отвернулся. – Хорошо, что тебя не слышат медики из исследовательского департамента Восточного берега, – сказал Стив в основном самому себе. Он допил остатки чая. – Если тебе скучно, мы можем найти тебе занятие. Солдат немедленно набычился, как кот при виде пылесоса. – Например, какое? – Ты когда-нибудь ходил на рыбалку? Солдат отрицательно мотнул головой. Стив оглядел его с ног до головы, почесал подбородок – ему явно давным-давно пора было побриться – и сказал: – Думаю, мои старые бродни тебе отлично подойдут.

* * *

x3642bq9863z29: IMG.34 x3642bq9863z29: IMG.35 x3642bq9863z29: IMG.36 x3642bq9863z29: IMG.37 x3642bq9863z29: IMG.38 P3849s: а стив знает, что ты его тайно фотографируешь? x3642bq9863z29: на его мнение можно положиться? P3849s: я доверяю ему свою жизнь. P3849s: почему ты спрашиваешь? X3642bq9863z29: определи название оборудования «бродни» x3642bq9863z29: код к миссии под названием «рыбалка» P3849s печатает P3849s печатает P3849s печатает P3849s: Стив сам тебе объяснит P3849s: Не бойся, будет весело :)

* * *

Наташа позвонила ему, когда он садился в машину. – Как у него дела? – спросила она вместо приветствия. – Изумительно, – сказал Стив. – Что он тебе сказал? – Что ты грязный извращенец, который пристает с непристойностями к животным, и что ты собираешься утопить его в болоте. – В общем, не соврал, – ответил Стив, пристегнувшись. – Дай догадаюсь, ты доил корову и собираешься взять его на рыбалку? – Ага. А еще я сказал ему, что у меня есть старые бродни, поэтому сейчас мне нужно съездить в магазин, купить их, а потом сделать так, чтобы они выглядели аутентично. – Тебе там очень весело, я смотрю, – под звук заводящегося мотора сказала Наташа с упреком в голосе. – Это Западная Вирджиния, Нат, мне надо как-то кинки чесать. – Если он уедет от тебя травмированным сильнее, чем прибыл, это несколько противоречит моим целям. – Но это полезно! Только так можно укрепить характер. – Если завтра в новостях появятся заголовки о том, что у вас случилось убийство и самоубийство через утопление в болоте, я буду очень расстроена. – Сомневаюсь, что тут есть новостные службы, – произнес Стив, выезжая на грунтовку, которую с очень большой натяжкой можно было назвать подъездной дорогой. Подождал, пока пикап минует все ухабы и окажется на асфальте, и только после этого продолжил: – Могу поклясться, что на прошлой неделе видел наклейку на бампер, где написано: «ЕМ РЕПОРТЕРОВ НА ЗАВТРАК». – Очаровательно, – ответила Наташа. – Вполне может оказаться правдой, если учесть, что именно тут едят, – сказал Стив. – Что ты как маленький. «Ой, люди съели крокодила! Ой, это что, ящерица?» – Я разговариваю вовсе не так, – терпеливо возразил Стив. – И сомневаюсь, что в Западной Вирджинии есть крокодилы. – Найдешь – устрой барбекю для соседей. – Сомневаюсь, что в Западной Вирджинии есть соседи. – Я же говорю, как маленький. – сказала Наташа. – Продолжай над ним издеваться. Если он до сих пор тебя не убил, значит, ты что-то делаешь правильно. – Можешь пояснить еще раз, что именно мне делать? – спросил Стив, но Наташа в ответ только рассмеялась и повесила трубку. Стив вздохнул и положил телефон в подставку для стаканов. Вернувшись из магазина, он вытащил с заднего сидения авто две пары бродней. Он разложил их на земле возле сарая и начал лупить тростью, чтобы они начали выглядеть так, будто их еще дедушка носил. Через пять минут стало похоже, будто они прошли войну. Все войны в истории. За этим занятием его и застал солдат. Стив застыл на месте с поднятой тростью, и они уставились друг на друга. – Их нужно обмять, – произнес Стив. – Ну знаешь, выбить всех пауков. Лицо Солдата перекосило спазмом. – У нас тут нет ядовитых, – продолжил сочинять Стив, – так что можешь не волноваться, даже если я всех не перебью – это не страшно! Солдат на секунду закрыл глаза. Когда он открыл их снова, в них горело адское пламя. Стив ответил широкой, слегка маниакальной улыбкой. – Кстати, – он оставил в покое бродни и направился к машине, – смотри, что я тебе купил в рыболовном магазине. – Стив протянул ему набор из четырех ножей. – Хватит уже воровать ножи с кухни. При виде подарка Солдат приобрел совершенно растерянный вид. Может, он думал, что Стив слишком туп, чтобы заметить пропажу кухонных ножей? Солдат протянул было руку, но заколебался, глядя на Стива. – Никаких пауков, – пообещал тот. Солдат выхватил ножи из его рук и наградил его презрительным взглядом. – Я не боюсь пауков. – Только при Наташе этого не говори. – Стив прислушался к себе и с грустью осознал, что это звучит именно так, как она изобразила. А потом они отправились на рыбалку. Стив привез их на речку в паре миль от дома, расстелил на берегу покрывало и расставил на нем вещи так, как это делали в кино, когда по сюжету изображали рыбалку. С броднями все оказалось более-менее понятно: Стив натянул их, как штаны, и они просто выполняли свою функцию. Солдат надел бродни с видом человека, которому предложили помыть ноги в радиоактивных отходах. Стив насвистывал, пока устанавливал удочки на распорках. Он лениво размышлял, как долго ему удастся изображать старого Макдональда [7]. И решил, что поймет, когда хватит, как только Солдат попытается свалить его в грязь. А пока Стив решил проверить, не потерял ли он навык спать сидя. Прошло минут тридцать, ни один поплавок даже не шелохнулся, как вдруг Солдат швырнул удочку на землю, вскочил на ноги и устремился в воду. Он прошел несколько ярдов и остановился, видимо размышляя, что лучше: утопиться или дальше проводить время со Стивом. А потом вытащил нож. – Эй, ты что, – начал Стив, а Солдат тем временем наклонился и застыл, держа нож перпендикулярно поверхности воды. – Так не получится... Нож мелькнул – и внезапно на его конце оказалась рыбина. Стив уставился на Солдата во все глаза, тот уставился в ответ, рыбина бешено извивалась на ноже. – Ну... так тоже можно... – медленно произнес Стив, – ты молодец. Хмурое выражение на лице Солдата сменилось самодовольным. Ему шло. Жаль, что Стив так и не научился тормозить, когда надо. – А ты когда-нибудь потрошил рыбу? За этим последовала сцена, которой было самое место в ужастиках, так любимых Сэмом – с бензопилами и хоккейными масками. Когда Солдат остановился и обтер нож о бедро, рыбина не то что была выпотрошена, он ее практически распылил. Стив смотрел туда, испытывая легкую тошноту и радуясь, что бродни доходили до бедер, потому что брызги крови долетели даже до него. – Видимо, на ужин у нас будет что-то другое, – сказал Стив. Лицо Солдата приобрело еще более самодовольное выражение, словно ему удалось сделать именно то, что он и планировал. И раз Стив решил, что больше они на рыбалку точно не поедут, то, возможно, так и было. * * * В отсутствие миссий нужно тренироваться, но в этой проклятой, набитой жуками дыре заняться было абсолютно нечем. Солдат мог, конечно, отжиматься, но от этого у него вскоре возникало желание броситься в камнедробилку ногами вперед. У Капитана, конечно, тоже были для него разные занятия, но все они казались абсолютно неприемлемыми. Например, вчера он что-то говорил про переворачивание компоста. Солдат начал скучать по криокамере. Особенно в этой жаре. Птицы чирикали, пчелы гудели, Солдат с остервенением пинал дерево. Он чувствовал себя так, словно вот-вот расплавится. Он уселся под деревом, достал нож и начал хмуро втыкать его в кору. – Эй, не надо так с деревом, – сказал Капитан, когда вышел из дома и заметил Солдата, – оно тебе ничего плохого не сделало. Кора – это словно кожа дерева. – Мне все равно, – ответил Солдат и воткнул нож поглубже. Капитан не двинулся с места. – По крайней мере, оставь в покое живые деревья. Если тебе так хочется производить щепки, то идем, за сараем есть поленница. Солдат согласился последовать за Капитаном, сменил нож на топор и провел следующие двадцать минут, самозабвенно разрубая поленья, пока ему не стало скучно и правая рука не устала. Все это время Капитан оставался неподалеку – стоял, прислонившись к стене сарая, а потом, когда Солдат наконец швырнул топор на землю, решился приблизиться. Они осмотрели радиус разлета щепок и кучу уничтоженных поленьев. Все это выглядело так, словно посреди поленницы взорвали шашку динамита. – Наверное, можно затопить камин, – медленно произнес Капитан. Солдат чихнул. С его волос на землю дождем посыпались древесная пыль и щепки. – Или лучше развести костер, – сказал Капитан, подопнув ногой неровный кусок деревяшки. – Или, может... – Он с трудом наклонился и поднял деревяшку с земли. – Что ты делаешь, – немедленно заподозрил неладное Солдат. И, когда Капитан вытащил нож, понял, что предчувствие его не обмануло, хотя это был жалкий складной ножик, которым Солдат не стал бы даже в зубах ковыряться. – Мы научимся резать по дереву. Это как создавать картины, только ножом. – Я знаю, что такое резьба по дереву, – ядовито сообщил Солдат. – Отлично, вот и продемонстрируешь мне свои умения. Солдат жестом указал на деревянный взрыв. Капитан вздохнул и упер руки в бока. Ему явно было неудобно, потому что в одной руке находился нож, а в другой – кусок дерева. – Давай найдем, куда присесть. Солдат на минутку представил, как поднимает с травы топор и бросает его, но все-таки передумал и пошел за Капитаном. Тот зашел в дом, а вернулся волоча за собой симпатичную, хоть и довольно грубо вытесанную скамейку, сколоченную из крупных кусков какого-то темного дерева. У Солдата сначала не нашлось слов. – Это ты, что ли, сделал, – спросил Солдат. – Не-е, – протянул Капитан, вытягивая ноги перед собой. – Ну, в смысле, я помог старому Джо выбрать дерево, но это ничего не значит, потому что самой резьбой занимался он. – И он научил тебя всему, что знал, – сардонически добавил Солдат. – Ага. – Стив похлопал рядом с собой. – Садись, чтобы я мог научить и тебя. Спустя минут пятнадцать Капитан произвел нечто, что при определенном ракурсе и освещении можно было принять за лицо. В любых других обстоятельствах оно больше всего напоминало картошку. Солдат так ему и сказал. – Это похоже, блядь, на картошку. – Мои руки не те, что раньше, – отозвался Капитан. – А раньше они были как камни, что ли? – Красота – это субъективная категория, – ответил Капитан, поменяв тему так резко, что Солдату пришлось физически подавить импульс заулюлюкать ему прямо в лицо. – А что ты сделал? Покажи! Солдат сжал в руке свой кусок дерева. Ему захотелось выбросить его как можно дальше, или втоптать в грязь, или, блин, проглотить. Но у него было чувство, что Капитан все равно поднимет его с земли, выкопает или заставит выплюнуть, чтобы сказать что-то невыносимое типа: «БОЖЕ Ж ТЫ МОЙ, КАКАЯ КРАСОТА. СРОЧНО ЗВОНИТЕ В ЛУВР!» Солдат медленно и неохотно разжал пальцы. Капитан и Солдат молча уставились на результат. – Нож, – в конце концов сказал Капитан, и его голос дрогнул. – Ты вырезал собственный нож. Теперь Солдат точно забросит его куда подальше. – Ты даже вырезал крошечное лого Гербер, – продолжил Капитан полным восторга тоном, – я вижу там маленькую гору. Солдат, который и так чувствовал себя как бабуин, окончательно регрессировал на пару сотен миллионов лет. – Заткнись, – прошипел он. – Просто заткнись. Ты сам сказал, красота – это субъективная категория. Капитан пискнул, как хомяк, попавший в мясорубку. Солдат бросил свой нож, который, вибрируя, воткнулся в землю, потому что был идеально сбалансирован, и удалился прочь. С крыши сарая он наблюдал за тем, как Капитан с трудом присел на корточки и выдернул деревянный нож из земли. Это потребовало гораздо больше усилий, чем должно было, но он его достал. На конце ножа торчала репа. Солдат не сумел сдержать яростный рык. Вся эта блядская ферма была против него. * * * Вернувшись ночью в сарай, Солдат увидел, что на деревянной лавке стоит накрытая крышкой тарелка. Он поднял крышку. Оттуда донесся запах жареной репы, помидоров и говядины. Рядом лежал сложенный в несколько раз альбомный листок. «В честь твоей первой добычи», – было написано там отвратительным почерком, который выглядел точно так, как он и ожидал. А внизу были нарисованы смайлик и репа. Солдат запустил тарелку в сад, словно фрисби, и со злобным удовлетворением услышал, как она разбилась о дерево. * * * Он снова был в доме. Он не знал, как оказался в логове Капитана, но ему нужно было выбраться наружу и попасть в сарай. Попытался найти дверь на кухню, но расположение комнат изменилось. Обои были выцветшими, краска на дверях облупилась и везде была пыль, но он ничего не узнавал. Он открыл какую-то дверь. За ней стоял Капитан в сине-бело-красном костюме и в руках у него была тарелка с репой. – Сосиска в тесте? – с надеждой спросил Капитан. Солдат захлопнул дверь у него перед носом и бросился бежать. Он распахнул другую дверь. – Картофельные шарики? Захлопнул снова. И снова побежал. – Кукуруза и капустный салат? Захлопнул. – Пюрешка, как ее делала мама, – вслед ему бубнил Капитан, пока Солдат мчался по бесконечным коридорам. В конце концов он сбежал вниз по лестнице. На кухне повсюду лежала кошачья еда. Фигура у плиты повернулась к нему. Это была Бесси. Она замычала. Между половиц начало просачиваться молоко. – Хочешь глоточек? – сказал Капитан у него за спиной. Он ухмылялся, как гиена, пока медленно растворялся в поднимающейся белой пене. Солдат проснулся, задыхаясь. Ему много раз снились кошмары, но сейчас он, казалось, был заперт в картине Нормана Роквелла, только нарисованной Иеронимом Босхом. Он был в аду, в покрытом сеном, заляпанном грязью аду. Это место не было убежищем, Вдова просто не решилась нейтрализовать его самостоятельно, поэтому привезла сюда, чтобы он погиб от естественных причин. Он был уверен, что это место проклято. Кто-то мяукнул в темноте. Через секунду маленькая пушистая кошка потерлась о его бедро. Ему пришлось напрячься всем телом, чтобы не подскочить на полметра. Еще через пару секунд кошка забралась к нему на колени и устроилась там, мурлыкая, будто у него в карманах была еда. Кошка, доверчиво лежащая у него на коленях, немного вернула его к реальности. Ему приснился дурной сон. Он, блин, Зимний Солдат. Это он тьма, это он проклятие. Репе его не победить. * * * Следующим утром Стив нашел фигурку человека, сделанную из веточек, веревочек и соломы. Спичка, привязанная к руке, явно изображала трость. Фигурка оказалась прибита к двери – нож был воткнут ей в голову. Стив сделал фото и отправил его Наташе. чебурашка: вау чебурашка: отлично сделано кобра коммандер: я знаю. у парня талант кобра коммандер: помнишь как ты вышивала мне на подушках угрозы убить? чебурашка: ахаха старые добрые времена кобра коммандер: в шпионской школе учат вышивке и вуду? чебурашка:😂😂😂 чебурашка: неее просто перфекционизм наше все кобра коммандер: такая креативность заслуживает награды. Стив нашел веревочку, сделал петлю и повесил фигурку на крыльце, как китайский колокольчик. – Наконец-то здесь появилась своя атмосфера, – сказал он и сделал еще одно фото для Наташи. Notes: [1] Боевой нож [2] Стив цитирует строчку из песни Джона Денвера Take Me Home, Country Roads [3] Baby Ballroom реалити шоу на канале Нетфликс [4] Агент, не выполняющий никаких заданий, не имеющий связи с центром [5] Система экстренного поиска пропавших или похищенных детей и подростков в США и Канаде [6] Спортивный напиток для восполнения электролитов [7] Герой детской песни «У старого Макдональда была ферма»