А если сначала...

Девушка вылетает из кухни и, утопая в слезах, идёт в свою комнату. Стягивает джинсы, водолазку и, натянув на себя свитер Воронцова, встаёт напротив зеркала. Вытирает слёзы, распускает волосы и поправляет цепочку. «Ничего, не дедушке решать, как нам с вами быть. Мы с папой вас очень любим и ждём.» Выспаться в эту ночь почти никому не удалось. Бабушка то и дело переводила взгляд с фото средней внучки на тёмное звёздное небо, качала головой и снова отпивала глоток валерьянки. Галина Сергеевна не смогла заснуть из-за плачущей Жени, а всякие попытки заговорить девушка пресекала на первых секундах. Дверь в комнату родителей прятала за собой горячую дискуссию. Об обороте не шло и речи. Просто Сергей Алексеевич, как любой другой любящий отец, очень переживал за своего ребёнка, за свою дочь! Однако из аргументов находил лишь то, что она всё ещё ребёнок. Он вспоминал, как носил её на руках, как с маленькой Женечкой они играли в лошадку, обезьянок и клоунов, как после съедения сладкой ваты малышке приходилось вытирать не только ладошки и личико, но и волосы, платьице и мордашку любимого плюшевого зайчика, не накормить которого считалось ужасным предательством. Помнил тот период жизни этой девчушки, когда она забила первый гол, когда попросила называть её Жекой, хотя бы в людных местах, когда она в первые увидела в парне не только соперника или соплеменника по футбольному полю. И наконец подобрался к Воронцову, который, нужно заметить, в первую встречу произвёл очень даже позитивное впечатление. Отец вспоминал, как отпускал свою шестнадцатилетнюю дочь до двух часов ночи под ответственность этого юноши в парк или на крышу, ведь все рано или поздно должны увидеть звёзды одними глазами с трансляцией ощущений в каждое из двух любящих сердец, ведь каждый в шестнадцать лет заслуживает робких поцелуев и осторожных прикосновений. Даже если всё это потом сводится к оправданиям вроде: " Мы были на не свидании» или " Воронцов, да он же дебил». И всё всегда было прекрасно, а теперь… Теперь у его дочки с её детьми будет разница в возрасте всего в 17 лет. Людмила Сергеевна же заняла позицию женщины, а не матери. Она была довольна словами своей дочери, и гордилась тем, что Женька готова нести ответственность за свои поступки. Но как мать этот поступок дочки Людмила Сергеевна всё же расценивала как ошибочный. Разговор был сведён к тому, что супругами было принято решение помогать во всём новоиспечённым родителям, хотя будущий дедушка обещал серьёзный разговор с Воронцовым в любом случае. Спокойно спали тут только самая старшая и самая младшая дочери Васнецовых. Сама же Женя очень старалась не плакать, так как понимала, что наносит вред малышам. Однако ситуация мало приятная и не такой бурной реакции ожидала девушка от своих родителей. Набрав СМС любимому, Васнецова обняла себя за живот и решила урвать последние два часа сна. *** Утром вторника девушка ехала на работу в привычном автобусе, на своём любимом месте, хоть Денис и запрещал ездить стоя. В кармане завибрировал телефон. — Женечка, привет. Я прочитал СМС. Рано или поздно родители должны были узнать. Да, номер мой дай Сергею Алексеевичу, дел натворил мне и отвечать. Не плачь пожалуйста, малыш. — Я стараюсь, но мне так больно от папиных слов. Я понимаю, что они заслуженные, но он говорил с такой злостью… Мне было очень горько слышать его слова. — Прости меня, слышишь?! Прости, маленькая моя. Это я должен был думать головой. — Денис!!! Ты не виноват ни в чем, ну или во всяком случае виноваты мы оба. Мне очень тебя не хватает. Номер я уже дала папе, так что жди, послушай тоже эту воодушевляющую речь. Ладно, солнце, мне пора, я уже у офиса. — Буду ждать звонка. Удачного дня и не реви больше пожалуйста. Целую. Люблю вас. — И мы тебя любим. Целую. Как только трубку положила Женя, раздался звонок от её отца. — Сергей Алексеевич, здравствуйте. — Здравствуй, Денис. Думаю, догадываешься о чём речь пойдёт?! — Думаю, что догадываюсь. — Молодец, так что у тебя к моей дочери? — Сергей Алексеевич, я очень люблю вашу дочь. — Знаешь, сынок, когда любят ценят. А ты думал о том, что она ребёнок ещё. О том, что в 17 лет беременность и роды очень влияют на организм девушки. Ей сейчас дико трудно. И где ты, любитель? — Я в армии, и мне никак от этого раньше срока не освободиться. К сожалению. Женю я безгранично люблю. Я понимаю, что возраст не самый подходящий. Вернее, совсем не подходящий. Понимаю что в сложившейся ситуации виноват я, больше всего виноват именно перед Женей. Мне очень стыдно перед ней за то, что в её жизни не будет периода, когда возраст уже не будет ограничением и можно будет всё, потому что не зависишь ни от кого и ни от чего. А у нас в это время уже будут ползунки, пелёнки и памперсы… Она абсолютно точно заслуживает всего самого лучшего, но раз так уже получилось, я обязательно постараюсь сделать всё, чтобы у неё осталось время на её юность. Я очень жду этих деток. И я обещаю, Сергей Алексеевич, когда я вернусь из армии, больше ни за что её не оставлю, вы никогда больше не увидите её слёз. Я всегда буду рядом с ней и нашими малышами. Васнецов был крайне удивлён тем, что Воронцов первой репликой закрыл все его вопросы и накипевшие ругательства. Не зная, что ещё сказать, Сергей Алексеевич дал понять молодому человеку, что доволен выбором дочери и попрощался. *** В 7 утра Васнецова средняя проснулась от вибрации телефона под подушкой. — Да, я слушаю. — Сонным голосом ответила девушка. — Малыш, открой дверь. — Умиляясь голосу любимой, попросил Воронцов. — Денис?!! Я думала это шефу не спится. Подожди… Какую дверь? — Входную. Там сюрприз) — Сейчас… Он подождёт секунду? Я халат накину. — Думаю, подождёт))) И вот спустя несколько мгновений на лестничной площадке появилась розовощёкая, светлокудрая девушка. Сиреневый халат был кое как запахнут, что позволяло видеть любимую фиолетовую пижаму Васнецовой. Пряди волос путались и лежали так, как им вздумается. Алые губы слегка пересохли. От увиденного перед дверями, пушистые светлые ресницы, олицетворяя удивлённый восторг, начали так часто смыкаться и вновь широко открываться, что казалось любимая девочка Воронцова вот вот взлетит. Вдруг из глаз, как два ручейка, хлынули слёзы. — Денис!!!? — Вытирая слёзы, девушка кинулась в объятия любимого. — Ну что ты) Не плачь. — Воронцов обнял любимую за плечи. — Это не я, это гармоны. — Девушка улыбнулась и опустила руку на живот. Глаза молодого человека в след за рукой любимой опустились к её животику, и широко раскрылись. В силу того, что девушка вынашивала двойню и была спортивного телосложения к концу первого триместра её положение уже хорошо стало заметно. -Ого! — Всё, что смог сказать Воронцов. — Ага, солнце) — Женя рассмеялась. — Папа удивляется, как мы быстро растём. — Папа… — Денис расплылся в счастливой улыбке. — Спасибо, малышка. Молодой человек крепко обнял любимую и наконец коснулся таких родных и желанных губ. Пальчиками девушка вырисовывала интереснейшие узоры на шее любимого, ноги потихоньку становились ватными. Это снова гормоны? Или достаточно просто его присутствия после долгой разлуки? Вдруг рука молодого человека оказывается на животике Васнецовой, и он прерывает поцелуй. — Денис! Ты чего? — Женя подняла взгляд на Воронцова. — Нет, нет, всё хорошо. Просто я думал сочиняют) — Юноша опустил взгляд на живот любимой. — Что сочиняют? Ты о чём??? — девушка с непониманием следила за его ладонью. — Да вот выяснилось, не сочиняют) Знаешь, я только что получил такой заряд, потому что в моих руках оказалось всё самое ценное, что может быть в жизни. Это действительно невероятно, вроде бы обнимаешь любимую, а на самом деле знаешь, что сейчас у тебя в руках ещё две маленькие жизни. Это удивительные ощущения, Женьк. — Напугал, де… Дорогой. А ты прав, знаешь раньше твои прикосновения в низу живота вызывали другие ощущения, а теперь это так мило. — Девушка широко улыбается, а в глазах чёртики пляшут. — Ход конём значит. Вредина моя. Воронцов сделал ещё шаг и девушка оказалась прижатой к стене. Одной рукой молодой человек крепко прижимал к себе любимую, другой убирал её светлые пряди с плеч. Девушка подняла взгляд к глазам любимого, и в следующую секунду пара слилась в уже куда более страстном поцелуе. — Как же я скучал… — Сказал Денис едва отдышавшись. — Думаешь я нет? А гормоны вообще штука страшная. Я иногда сама не понимаю чего хочу. — Значит будем договариваться с твоими гармонами. — С лёгкой улыбкой на лице сказал Воронцов.