Когда холод сменится теплом...

Казалось я парю в небесах от счастья, но мои крылья вырвали и заставили удариться об реальность.

***

ᴄʜᴀɴɪɴɢ ғᴀᴛᴇ

Рин… Свет солнца ослепляет взор. Дети радуются яркому светилу, ведь его лучи так и греют душу. Взрослые же не могут не улыбнуться — больше чем солнце их согревали улыбки маленьких ребятишек. Радостный смех доносился, казалось, на всю деревню. Некоторые продавцы бурчали, но приподнятые уголки губ не могли скрыть их хорошего настроения. Деревенька находилась на подножье горы Фудзи. Вокруг был густой лес. Однако, никого в деревне это не напрягало. Дети знали, что ходить в лес опасно. Взрослые и не беспокоились. Ведь опасности… Нет? Но опасность была

Мой дом находился выше по тропе, ведущей дальше в гору, чтобы спуститься в деревню требовалось минут 15-20, мой отец охотник, а мать домохозяйка, так что дикие животные никогда не были страшны, дом был крепкий, поэтому бояться того, что к нам вломятся животные или бродяги, не нужно было

Но бояться нужно было не животных

***

Идя по небольшому рынку, я искала рис. Сегодня отец поймал двух зайцев. Матушка опять сердилась, ведь он был вновь не аккуратен и порвал своё хаори, из-за чего заслужил грозный взгляд своей жены, но стоило ему улыбнуться и поцеловать её в щеку, как она, буквально, растаяла на глазах. Я смотрела со стороны и восхищалась. Когда-нибудь и я встречу того, кого полюблю всем сердцем, и мама с папой будут счастливы за меня. Так мне казалось — РИИИИН! Громкий крик заставил меня вынырнуть из воспоминаний. Только сейчас я заметила, что стою посреди рынка и смотрю в никуда. Заозиравшись, я увидела добро улыбающуюся старушку, что махала мне своей морщинистой рукой. — Бабушка Ханако! Я знала эту женщину довольно давно. Она любила меня искренне, словно я была её кровной внучкой. Бабушка Ханако часто помогала мне. Она рассказывала мне сказки на ночь. Её истории были самыми волшебными.

***

РинFlashback — Бабушка Ханако! Я быстро шла на встречу к пожилой женщине, стоящей неподалёку от небольшого домика. Бабушка всегда была одета в потёртую, со временем, юкату. Неизменно на её плечах лежала шаль. Она часто заплетала длинные волосы в пучок. Ей было пятьдесят лет, она была не столь сильна, но, на удивление, всегда азарна, и даже морщины на её лице не могли скрыть былую красоту и блеск хитрых зелёных глаз. — Ох, Рин, цветочек мой! Я обняла пожилую женщину, её морщинистое лицо исказила улыбка. Она действительно меня любила. Впрочем, как и я её. — Бабуля, ты мне обещала! Расскажи мне сказку! Мои глаза искрились от радости, а руки подрагивали от нетерпения. Сказки бабушки всегда вселяли в меня тепло, они заставляли верить во что-то неземное. Эти, казалось бы, детские истории меня многому научили. — Хорошо, пошли. Мы сидели в доме за столом и пили ароматный чай. Я ожидающе смотрела на неё. Она подняла на меня взгляд и усмехнулась. Видимо, моё нетерпение её забавляло. — Ты так желаешь всякий раз послушать сказку. Я не ошиблась в тебе, внученька. Но сегодня сказки не будет. — Что?! Но как же… Глаза в миг потеряли блеск. Было печально, ведь я так… надеялась. — Не расстраивайся, мой цветочек. Да, сказки не будет. Я тебе спою. — Споёшь? — Слушай внимательно, Лин. Ты сказка. Ты чудо. Ты хочешь? Я буду. Дай руку, не бойся. Ты только откройся И поверь, что так бывает. Знаешь, как нас называют? Непоседы от природы, кто не любит непогоды. Мы рисуем в небе кистью солнца яркий свет сквозь листья. Перед тем, как тучи снова краски смыть решат дождем. За это, кивая, нас люди ругают. Нас двое, их — много. Зачем же так строго? Им трудно. Мы знаем, что мы им мешаем. Где солнце — там ветер. Ты рядом. Мы вместе навсегда. Ты сказка. Ты тоже. Другая, но все же. Дай руку, не бойся. Ты только откройся И поверь, что так бывает. Знаешь, как нас называют? Непоседы от природы, кто не любит непогоды — От которой стынет сердце. Ты нашла свой ключ от дверцы, За которой — радость встречи с острой ноющей тоской. До боли, до крика. Так страшно, так дико. Без грима, без маски — такие вот сказки. Никто не вернется. Что нам остается? Без боли, без крика, так страшно, так дико погибать. Ты серьезно? Или так? Ты серьезно? Или так? Ты серьезно? Или так? Ты встанешь? Я встану. Смотри, без обмана. Все скрыто? Все стерто? Пошли вы все к черту! Ты сказка. Ты чудо. Я верю. Я буду. Где солнце — там ветер. Ты рядом. Мы вместе навсегда.¹ Ханако пела чистым, немного хриплым, но сильным и звонким голосом. Я не могла оторваться. Эта песня, она… Такая искренняя. Я не заметила как по щекам потекли слёзы. Бабушка вздохнула и вытерла слёзы руками. Переведя на неё взгляд, я наткнулась на улыбку. — Ну-ну, не плачь, мой цветочек. Вот видишь, улыбка идёт тебе больше. Я задумалась и решилась задать интересующий меня вопрос. — Бабуля, ты всегда улыбаешься. И даже когда я плачу, ты утираешь мне слёзы, говоря улыбаться. Почему? — Запомни, милая моя. Есть сильные люди, которые плачут. А есть люди, которые держат всё в себе. Улыбка помогает им идти вперёд, не смотря ни на что. Когда тебе будет грустно или больно, просто улыбнись. Улыбнись так ярко, чтобы осветить своим огнём всех!

***

Flashback end Эээх, я скучаю по таким денькам. Сколько себя помню, у неё всегда мы покупали самый вкусный рис. Рис. Как раз таки-то, что мне нужно. Я с улыбкой прошествовала к маленькому прилавку, на ходу поправляя упавшие на глаза волосы. — Что-ж ты, внученька, по сторонам не смотришь? Смотри, зашибут и не заметят! Я немного покраснела. Стало неловко от своей небольшой слабости. Но неловко было и от того, что старушка вновь намекнула на мои 160. Я была маленькой, но, отнюдь, не хрупкой. Не сказать, что я могла сломать бревно голыми руками, но мой отец охотник, поэтому владеть ножом я умела. Да и отец с детства любил гонять меня по лесу, иногда мы вместе радостно, а точнее он смеясь, а я истерически визжа, бежали от разъярённого кабана. Хм, м-да… — Ишь как покраснела! Ахахаха! Неужто Малышка Рин влюбилась? Только отступивший румянец накрыл с головой. Я активно начала мотать головой. Но хитрое лицо старушки и сверкнувшие зелёным огоньком глаза, вгоняли меня в приступ смущения. Я немного запинаясь сказала: — Нет, что вы, Бабуль?! Какой влюбилась? Дайте мне лучше небольшой мешочек риса. Матушка будет ругаться, если опоздаю к ужину. — Ох, да-да, конечно! Подожди секунду! Бабушка Ханако, немного посмеиваясь, стала отсыпать мне рисенок. — Ну, вот. Держи, дорогая. И айда домой. Вечереет. Посмотрев на небо, я поняла, что солнце близилось к горизонту, и, решив больше не медлить, я крепче сжала мешочек в руках и, отсыпав пару монет, побежала, находу крича: — Пока, Бабушка Ханако! Краем глаза я видела, как бабуля помахала мне в ответ, но вскоре я скрылась среди деревьев, нужно поторопиться.

Больше мы не виделись

***

Несясь по лесной тропе, я всё ближе подбиралась к своему дому. Солнце уже село, поэтому в темноте искать дорогу было немного затруднительно, но зная её столько лет я могла избегать особо каверзных мест, поэтому всё же не стала переходить на новый этап «отношений» с землёй. На миг меня охватило непонятное чувство страха, но я быстро прогнала это навождение. Зря Я уже видела свой дом, поэтому прибавила ходу. Тишина. Обычно смех отца было слышно ещё до подхода к дому. «Странно» Ох, беги, малышка Рин, беги… Распахнув дверь я крикнула: — Я до… ААААААААА!!!!!! Я не могла пошевелиться, ужас сковал тело. Всё происходящее казалось мне лишь сном, детским кошмаром. Этого не могло случиться. Только не с нами. Ками-сама, помоги мне… Обезображенное тело моего отца валялось недалеко от входа, точнее его остатки. Даже не задерживая на нём взгляда я заметила, что от него практические ничего не осталось. В голове пульсировала мысль «Кровь. Она везде…». Наш дом будто превратился в одно кровавое пятно, а запах металла впивался в ноздри. Не выдержав, меня стошнило прямо там, где я стояла. Услышав возню я подняла взгляд выше, давясь слезами и не обращая внимания на продолжающиеся спазмы. И замерла от ужаса уже второй раз. Окровавленное тело моей матери было в руках… демона. Он смотрел на меня, видимо ожидая, когда я его замечу. Кровавый, обезображенный. Даже в темноте я видела, что его руки непропорционально длинные по сравнению с остальным телом. Я не могла его рассмотреть внимательнее. Да и хотела ли я? Он сидел в дальнем углу и противно чавкал, с жадностью пожирая плоть близкого мне человека. Я могла стоять так и дальше, а возможно и потеряла бы сознание, но демон не мог не заметить меня. Резко вскинув голову, он уставился на меня своими круглыми ядовитыми глазами. Я никогда не забуду эти глаза. Его глаза горели жаждой плоти и крови, обещая мне мучительную смерть. Он отбросил недоеденную руку в сторону. Медленно поднимаясь, он неотрывно смотрел мне в глаза. После сделав шаг, снова замер, будто хищник, готовящийся к прыжку. Хриплый, скрежетащий голос, нет, рык, нарушил «звонкую» тишину. — Девчонка, твой запах… Я будто отмерла, перестав слышать отвратительное чавканье, голова начала соображать, а тело напряглось, готовое бежать. Я, не сводя с демона глаз, резко подалась назад. Я только и успела закрыть дверь и отбежать, как сзади раздался рык. Я хочу жить, я просто не посмею здесь сдохнуть. «Ками-сама» Слёзы текли непрерывно, в полной темноте я бежала по лесу, чувствуя как ветки хлещут по лицу и рукам, как камни по ногами грозят мне подвернутой ногой. Моё лицо было всё в крови, ноги пульсировали от бега по неровной поверхности. Я могла лишь бежать, если остановлюсь — умру. Не в силах дать отпор демону, я лишь продолжала перебирать конечностями, надеясь оторваться. «Я не знаю, куда бегу» Эта мысль стучала в висках, знакомый с детства лес казался чужим. Ветви деревьев угрожающе заслоняли собой лунный свет. Послышался гром и на землю посыпались капли дождя. Они не щадили, намочив одежду насквозь, они будто проникали под горячую плоть, надеясь навсегда её заморозить. Я не сдамся так легко, моё тело не остынет, растерзанное этой тварью! Я не видела демона, но знала, чувствовала, что он за спиной. «Он со мной играется» Верно, для них мы всего лишь игрушки. Матушка, отец, бабушка Ханако. «Деревня!» Я хотела броситься к ним и предупредить их о демоне, но я не знаю, не знаю куда бежать. Дождь полил с новой силой. Я слышала хриплое дыхание за спиной, громкий смех существа был слышен даже через шум падающих капель. Слёзы катились, не останавливаясь. Со всей силы которая у меня только есть, я крикнула во весь голос: — Я НЕ ХОЧУ УМИРААААТЬ!!!!!! Вместе с этим прогремел раскат грома, будто в моей голове. Я почувствовала, как моя нога проваливается в пустоту… — НЕЕЕЕЕЕТ!!!!!! Лишь ощущение свободного полёта, а потом… Темнота… Простите меня, я не смогла…

***

В овраге, на зелёной траве лежала девушка. Её красные, словно кровь, волосы разметались вокруг неё ореолом. Ссадины по всему телу, синяки. Они расползлись и на юном девичьем лице, красными узорами скрывая её красоту. Но самым главным было не это.

Она дышала