Всевидящая
Как только Малефисента сообщила отцу новости, он снова собрал всех взрослых драконов, чтобы обсудить свежую информацию и обдумать дальнейшие шаги. Единственной проблемой богов был недостаток веры, а сейчас они, казалось, нашли способ решить её.
Как только в зал собраний вошёл Тургар, Вожак начал:
— Только что мы получили сведения о сложившемся союзе между некоторыми членами Совета и Олимпом. Первые собираются привлечь ещё больше аурадонских дворян к договорённости, которая подразумевает постоянные молитвы граждан и передачу веры богам.
Несколько секунд стояла тишина, прерванная словами Гаррундара:
— Это серьёзно усилит наших врагов. Надо как-то разрушить этот союз.
Тургар, до этого крутивший в руках молот, высказался:
— Хорошо бы отвлечь людей от постоянных молитв.
Малефисента предложила:
— Не знаю, почему тебе не пришла в голову эта мысль, дорогой кузен, но можно заставить их воевать. Пусть наши «союзники» нападут на них. В таких условиях ты либо бежишь, либо защищаешься. У воинов времени на молитвы почти нет, а количество мирных жителей серьёзно уменьшится.
Красный дракон расхохотался и признал:
— Да, идея отличная. Жаль, что не моя. Поддерживаю.
Большинство сразу же согласилось с этим планом, а Хоэнгрот грустно вздохнул:
— Это жестоко, но выбора нет. Я за.
Малефисента сказала:
— Есть и хорошие новости. Выяснилось, что не все боги поддерживают войну. Гера, Деметра, Гестия и Персефона образовали негласный кружок пацифистов. К ним примкнули Дионис и Афродита. Посейдон и Гефест просто послали Зевса, а Афина, Аполлон и Артемида отказались от конкретно этой войны, потому что это «неправильно». Аид, как мы уже знаем, на нашей стороне. В итоге сражаться предстоит всего с тремя богами: Зевс, Арес и Гермес.
Аид пожал плечами:
— Как я и говорил, собственно.
Хоэнгрот явно воспрял духом, а Тургар снова рассмеялся:
— Гермесу точно хватит одного удара.
Судя по отсутствию возражений от Аида, её кузен не ошибался. Рогрота этой весёлости не разделила:
— Зато он уже побежал вербовать сторонников. Сента, его никак нельзя подловить и прикончить, пока он не навербовал?
Малефисента покачала головой:
— Нет, мне пока не удаётся проследить логику его действий или предсказать следующий поступок. Как только удастся, я устраню его.
Венфитар возразил:
— Не одна! Тургар, ты ведь кроме тренировок сейчас ничем больше не занят?
Племянник кивнул:
— Понимаю о чём ты, дядя. Буду тренироваться здесь. Всё равно я дома уже все мишени перекрошил.
Зулкир Разума закатила глаза:
— Ничего, у нас свои запасы. Наши покрошишь и мне с Гермесом, если что поможешь.
Как только с главным решением встречи было покончено, а Рогрота сказала, что разошлёт письма всем союзникам, встала Квеспа:
— Я подготовила неплохие места, где можно спрятать острова. Если активировать стационарную защиту крепостей, то никто даже не догадается, что мы там.
Стационарная защита — многослойный купол, обеспечивающий абсолютную безопасность внутри его контура. Силовой барьер, несколько пологов, гарантирующие невозможность обнаружения без помощи магии, а также специальный купол, скрывающий энергию, ауры и все невидимые глазу магические следы.
Венфитар кивнул:
— Надо подготовиться к уходу в стационарную защиту. Зарядить и настроить телепортаторы и артефакты связи, а также отключить все маяки и привязки к островам. Если придётся прятаться, то надо прятаться идеально.
Квеспа, отвечающая за сокрытие островов и помогающая в этом всем Главам Кланов, кивнула, а Венфитар подвёл итоги:
— Итак, готовимся прятаться, рассылаем письма и продолжаем подготовку к войне.
После этого все драконы начали расходиться, а отец повернулся к ней:
— Сента, у меня есть к тебе одна особо важная просьба.
Зулкир слегка кивнула, показав своё внимание, а Венфитар продолжил:
— Мэл — будущее нашего Дома. Она должна выжить, а единственный способ гарантировать это — запретить ей участвовать в битве.
Малефисента поморщилась:
— Ты прав, но я её не контролирую. Никто не сможет запретить ей что-либо. Если мы не сможем убедить её остаться в стороне, воззвав к благоразумию, то она помчится в бой. К сожалению, Мэл по какой-то причине уверена, что грядущая война начинается из-за неё, а это означает, что она не сможет стоять в стороне, когда остальные драконы будут сражаться.
Венфитар глубоко вздохнул, но кивнул, признавая истину. Мэл была невероятно упрямой и до глупости самоотверженной в таких ситуациях, когда ей чудилась её вина. Поэтому никаких способов остановить её не было.
Поморщившись и напряжённо о чём-то подумав, отец ушёл, а Малефисента догнала уже отошедшего к двери Аида и отвела его в сторону, чтобы обсудить нечто крайне важное. Оглянувшись на всякий случай, она начала:
— Есть одна новость, которую тебе стоит знать. Но это лучше обсудить в моей мастерской. Здесь слишком…
Бог аккуратно перебил:
— Идём.
До комнаты они добрались быстро. Оказавшись внутри, Малефисента установила двойной звуковой полог, чтобы гарантировать конфиденциальность беседы. Информация, уготованная для этого разговора, не должна была покинуть этих стен. Аид удивлённо приподнял брови, а Зулкир начала издалека:
— С недавних пор я пытаюсь предсказать действия противника, просматривая различные варианты будущего. Ты знаешь, я могу.
Бог кивнул, а дракона продолжила:
— Надо сказать, что они слишком разнообразны, чтобы можно было хоть то-то понять. Ещё не все фигуры заняли свои места, а они могут менять своё мнение, поэтому я буду пытаться немного позже. Однако есть одна вещь, которая с недавних пор стала неизменной. Последствия разнятся, но кое-что точно произойдёт.
Когда она закончила, Аид опустил голову на локоть и шокированно выдохнул:
— Офигеть.
-------------------------------------
Король Аурадона
Бен никогда не отличался особой внимательностью к атмосфере вокруг себя, но напряжённость, царящую во дворце, не почувствовать было невозможно. Слишком уж серьёзно всё закрутилось. Все явно понимали, что мир на континенте доживает последние недели, если не дни. Не было сомнений и в том, кто именно вцепится друг в друга с намерением разодрать на куски.
Драконы были сильными, несомненно, но богам играла на руку их репутация бессмертных, так что в Аурадоне симпатии большинства однозначно находились на стороне олимпийцев, но драконы были слишком опасны, чтобы вмешиваться в эту войну.
Однако у Бена была ещё одна причина для беспокойства — его сестра. Он хотел, чтобы Иви в ближайшую пару недель помогла ему с переубеждением дворян в его пользу. Родители по его просьбе уже поехали в разные концы страны, чтобы заниматься тем же. Все семейные ссоры были забыты — безопасность страны стояла гораздо выше. А сейчас Иви явно была не в порядке.
Всё началось с лёгкой утомляемости и серьёзной слабости. Стоило ей побыть активной хоть несколько минут, как на неё сваливалась страшная усталость. Пару дней спустя усталость накатывала без каких-либо видимых причин. Сейчас, а всё началось около недели назад, Иви уже не вставала с постели вообще, а всем, кто пытался её поднять, сонно говорила о своей усталости. Бессмысленная лень была ей несвойственна, так что Бен с каждым днём беспокоился всё сильнее.
Сегодня он всё же решил позвать врача, чтобы сестру обследовали. Фея Крёстная уже осмотрела её и магических причин такой ситуации не обнаружила. Возможно, обычная медицина поможет всей этой ситуации лучше.
Придворный врач, сухой и пожилой до седины мужчина, аккуратно и неторопливо осматривал Иви, после чего вынес вердикт:
— Никаких внешних причин для такого состояния я не вижу, а уж названные Вашим Величеством симптомы и вовсе сбивают меня с толку, несмотря на весь мой опыт.
Сказав это, он слегка потормошил Иви за плечо:
— Ваше Высочество, проснитесь.
Принцесса лишь ткнулась лицом глубже в подушку и сонно пробормотала:
— Нет… Слишком устала.
После чего погрузилась обратно в сон. Лекарь задумчиво нахмурился:
— Я возьму у Её Высочества немного крови на анализ, но я не совсем уверен, что это принесёт результаты. Чтобы погрузить человека в такой сон, нужна просто огромная доза снотворного, но она же и будет смертельной. Я в сомнениях по поводу причины такого долгого сна.
Бен почесал затылок:
— Слуги говорили мне, что она ест прямо здесь, но крайне мало и во время еды напоминает зомби, после чего сразу же возвращается ко сну.
Лекарь вытащил из своего саквояжа все инструменты для взятия крови и между делом ответил:
— В любом случае, анализ крови должен сказать больше. Будет готово через пару дней.
Бен слабо кивнул, нервничая, но надеясь на это.
-------------------------------------
Всевидящая
Драконий Глаз — самый универсальный артефакт из всех существующих. Невозможно перечислить все его свойства, возможности и способности. Но самой важной особенностью скипетра Малефисента всегда считала возможность видеть всё. Прошлое, настоящее и даже все бесчисленные варианты будущего — ничто не могло скрыться от взора Всевидящего.
К сожалению, будущее невозможно предсказать точно. Множество ещё не совершённых поступков, ещё не принятых решений, не сказанных слов и речей, не отправленных писем — всё это давало самые разнообразные комбинации будущего. Эффект бабочки гласил, что даже самое минимальное изменение в настоящем может привести к громадным изменениям в будущем.
Малефисента почти никогда до этого не пользовалась возможностью заглядывать в будущее, потому что никогда нельзя сказать, сбудется ли это видение или какие-то события помешают ему стать правдой. Впрочем, если заглядывать в недалёкое будущее около часа вперёд, то предвидение становится вполне точным.
Как только выяснился реальный состав противников, дракона всё же решила посмотреть в будущее. Результаты оказались весьма и весьма интересными. Заглядывать дальше недели Малефисента не стала, но даже этого хватило.
Осталось лишь убедиться, что последствия новости будут верными. Тут от неё мало что зависит, но всё же.
-------------------------------------
Молодая Дракона
— Что тут происходит?
На поле для тренировок по магии собрались все драконы-воины: дедушка, Гаррундар и Тургар, а также с ними почему-то оказался папа. Аид обрадованно подошёл к ней:
— Мэл! А я уж было решил, что ты не появишься.
Дракона сложила руки на груди, нахмурилась и повторила:
— Что тут происходит?
Дядя Тургар недовольно глянул на дедушку и Гаррундара и сказал:
— Мы пытаемся понять, как можно победить бога, но пока что нашли только один способ — проломить череп молотом.
Мэл приподняла бровь, но не стала спрашивать, как они это вывели, а папа добавил:
— Для Гермеса и Ареса этого хватит, а вот Зевс — боец дальнего боя. Молнии уничтожают свои цели издалека. А к магии у богов очень высокий иммунитет.
Дракона почесала затылок, обдумывая эту загадку, а Гаррундар вдруг предложил:
— А может, Смертельный Свет попробуем? Только этот вариант и остался.
Аид пожал плечами и сказал:
— Почему бы и нет? Давайте попытаемся.
Мэл выудила из внутренних хранилищ по небольшой капельке обеих энергий и смешала Смертельный Свет, вспыхнувший у неё на ладони небольшим сияющим шариком. Папа осторожно протянул руку к её ладони. Как только кончики его пальцев коснулись шарика энергии, Аид с воплем боли отдёрнул руку:
— Зевс! Больно!
Мэл швырнула шарик вверх, где он незамедлительно взорвался, и подбежала к отцу. Его ладонь оказалась обожжена несильно — только самые кончики пальцев. Она обеспокоенно посмотрела на него, но тот через боль улыбнулся ей:
— Всё нормально, Мэлли. Заживёт. За то мы нашли, чем убить Зевса. Его молнии — концентрат божественной энергии. Хватит и капельки драконьей, после чего всё взорвётся.
Гаррундар с любопытством смотрел на всё это, а потом начал ходить туда-сюда и думать вслух:
— То есть, по каким-то причинам только Мэл может оперировать Смертельным Светом. Наверное, это связано с тем, что двойное ядро обеспечивает «узнавание» каждой из частей смеси мано-каналами, что позволяет не обжигаться.
Аид странно посмотрел на Зулкира Энергии, а Мэл отмахнулась:
— Он всегда такой. Безумный учёный.
Тургар подошёл к ним и спросил:
— Значит, с Зевсом справимся. А Гермес и Арес? С ними могут возникнуть сложности?
Бог покачал головой:
— Гермес — хитрец, редкостный плут и вечный посыльный, а не боец. Ему, как ты говорил, хватит одного удара. Арес — воин. Он использует в бою копьё. Я не особенно разбираюсь в стилях борьбы, но он вспыльчив, склонен к жестокости и насилию, а также легко поддаётся на провокации.
Аид сделал паузу, рассматривая обожжённую руку, а Тургар с интересом кивнул и поинтересовался:
— Кроме копья оружия нет?
Папа покачал головой и сказал:
— Только копья, хотя он иногда их меняет.
Дядя задумчиво кивнул и ушёл, негромко попрощавшись, а Мэл сказала Аиду:
— А я придумала свой герб. Хочу, чтобы ты увидел его первым.
Папа заинтересованно кивнул, а дракона вытащила из пространственного кармана свой скетчбук и показала то, над чем она работала последние недели. На угольно-чёрном фоне ярко выделялся белоснежный меч, окружённый огнём. С одной стороны он был зелёным, а с другой — голубым. Аид рассмотрел рисунок и улыбнулся:
— Подходит тебе. Синий и зелёный огонь на гербе для Мэлларии от крови богов и драконов.
Мэл тоже улыбнулась и продолжила объяснять детали геральдики:
— Белый меч — для Пылающего Меча, а чёрный фон — традиционный фоновый цвет для драконьих гербов. А также свет во тьме, как Смертельный Свет во мне, потому что Мэл — Тьма.
Папа кивнул:
— Да. Идеальный герб для тебя.
