Ежевичный вечер

Ночами Косой переулок умирал. Сразу после конца войны на магической улице было не протолкнуться, жизнь бурлила круглые сутки. Люди выплескивались на старую мостовую, щеголяли яркими нарядами, оглушали раскатами смеха. Они сбивались в группы, веселились, знакомились. Иногда даже казалось, что никаких смертей не было, как и самой войны. Показное веселье спало лишь через пару недель. Наконец, все пришло в норму. В относительную норму, насколько это возможно при всех потерях, что пережила магическая Британия. Волшебные лавки снова вывесили расписание работы, и по ночам на улице редко можно было увидеть запоздавших прохожих. Джордж закрывал свой магазин одним из последних в Косом переулке. Он никогда никому не признался бы, но ему нравилось, когда стихал шум, уходили люди, гас яркий свет. Ему было намного уютнее в тишине и полумраке от переливающихся товаров-приколов. И в одиночестве. Его тяготили даже редкие визиты родителей, к которым иногда присоединялись Джинни и Рон. Он чувствовал себя до глупости неловко, когда мама начинала украдкой вытирать слезы, глядя на большую фотографию близнецов — счастливых, беззаботных, живых. Отец не поднимал голову и крутил в руках очередной недоделанный веселый «шедевр». Джинни болтала без умолку, а Рон рассказывал что-то про министерство магии и после каждой фразы хлопал Джорджа по плечу. Хотелось всех выгнать, захлопнуть дверь и больше никого не впускать в квартиру, а заодно и в жизнь. Несколько месяцев спустя у Джорджа почти получилось убедить всех, что он в порядке, и раздражающие визиты прекратились. Только Джинни, бывало, забежит рассказать семейные новости или пожаловаться на Гарри, который сутками пропадал в аврорате. Джордж искренне ей сочувствовал и забывал тут же, как только утихало зеленое пламя в камине. Своих проблем хватало: как справиться с магазином, как придумать что-то новое, как начать снова спать по ночам. Дел было много, а времени и сил почти не оставалось. Неплохо бы нанять помощника, но Джордж постоянно откладывал, находя отговорки. Если он впустит кого-то в их дело значит, он заменит брата. Без Фреда дела продвигались медленно, магазин раздражал, а квартира над ним казалась слишком пустой.

***

Весна в этом году выдалась ранней и непривычно дождливой. Холодная морось сыпалась с неба третий день подряд, вгоняя жителей Лондона в уныние. Косой переулок был пустынен, редкие прохожие пробегали от магазина к магазину, прятались под козырьками и глубже кутались в мантии. Ветер качал уличные фонари, отбрасывающие причудливые тени, и заставлял жалобно дребезжать стекла в витринах. Колокольчик над дверью зазвенел, и Уизли поднял голову, с облегчением откладывая документы. На пороге стояла запоздалая посетительница, и, хотя магазин закрывался через шесть минут, Джордж был ей рад — прекрасный повод отложить ненавистную бумажную волокиту еще ненадолго. — Добро пожаловать в «Всевозможные волшебные вредилки». Девушка сложила красный зонт и с трудом втиснула его в специальную подставку. Она подошла к прилавку, с любопытством оглядываясь. Высокие стеллажи были заставлены яркими банками, коробками причудливой формы, которые пищали, дрожали и искрились, из левого зала с разными любовными «шуточками» по полу расползался розовый туман, а в правом, где продавались защитные вещи, что-то тоскливо завывало, — все это производило на посетительницу должное впечатление. — Здравствуйте, — она улыбнулась Джорджу и тут же вздрогнула, когда из накрытой клетки за его спиной раздался разноголосый визг, противный и пронзительный, будто скрежет металла по стеклу. — Что это? Джордж жестом фокусника сдернул ткань с клетки. — Наш новый товар — эксклюзивные карликовые пушистики прямиком из Перу. — Комки иссиня-черной шерсти метались по клетке, сталкивались и издавали странные скрежещущие звуки. На привычных пушистиков они походили разве что размерами, но выглядели как их темные злобные собратья. Уизли подтвердил это впечатление, показав забинтованный палец и прибавив вполголоса: — Дерутся, кусаются, в общем, думаю, они будут нарасхват. — Очень… милые создания. — Хотите приобрести? — с затаенной надеждой спросил Джордж, но она покачала головой. — На самом деле я зашла просто познакомиться. Я ваша новая соседка, — девушка снова улыбнулась и махнула рукой в сторону входной двери. — У меня магазин прямо напротив, достался по наследству. — О, книжный мистера Макензи? — Джордж вспомнил узкое трехэтажное здание, втиснутое между лавкой котлов и «Службой совиной доставки Крайтона». Он даже не заметил, когда пропали доски с заколоченных окон и двери. Еще в том году старик Макензи умер от инфаркта в девяносто семь, и долго не могли найти наследников. То ли близких родственников не осталось, то ли тот давно перестал с ними общаться из-за склочного характера, известного на весь Косой переулок. Девушка совсем не походила на него — мрачного, нелюдимого и вечно бурчащего. Едва ли старше двадцати лет, белокурая, кудрявая, с простым лицом, усыпанным светлыми веснушками, и мягкой улыбкой. Странный акцент выдавал иностранку. Пока Джордж пытался сообразить, уместно ли выражать соболезнования через столько времени после смерти Макензи, девушка рассматривала витрину за его спиной. — Симпатичная кружка, можно посмотреть поближе? — она указала на цветную коробочку, вполне безопасную на вид. Джордж поставил ее на прилавок, аккуратно достал и подвинул к девушке. — Предупреждаю, кружка тоже с острыми зубами. — У вас все в магазине кусается? — она опасливо повертела ее в руках и поднесла к лицу. Фарфоровые края со звоном сомкнулись, едва не задев кончик носа. — Моему крестнику должно понравиться, он обожает угощать незванных гостей чаем. Сколько она стоит? — Нисколько, — Джордж упаковал кружку обратно и настойчиво протянул девушке. Та замотала головой и детским жестом спрятала руки за спину. — Прошу вас, это в знак добрых соседских отношений. Она внимательно посмотрела на него, нахмурилась, задумалась на мгновение, но подарок приняла. Хотя по покрасневшим щекам и поджатым губам было понятно, что ему стоило ждать ответной любезности. И Джордж очень надеялся, что это хотя бы будет не старинная занудная книга. — Спасибо, мистер Уизли. — Девушка бросила взгляд на часы и покраснела еще больше. — Ох, простите, я совсем потеряла счет времени. Я вас так задержала. — Ничего страшного, мисс… — Можно просто Эва, — девушка махнула рукой на прощание и повернулась к выходу. Уже распахнув дверь, она обернулась и с улыбкой произнесла: — Рада была познакомиться, мистер Уизли. Джордж не успел ответить, как дверь за ней закрылась. Эва перебежала на другую сторону улицы, размахивая закрытым зонтом и смешно втягивая голову в воротник мантии, и скрылась в магазине. В узких окнах горел яркий свет, а над вывеской качался зажженый фонарь, и Джорджу даже показалось, что мрачный дом стал выглядеть уже намного приветливее, чем при старике Макензи. Вздохнув, он выбросил из головы новую знакомую и взял в руки исписанные пергаменты. Нужно успеть все посчитать до утра.