Наемница, или сделай выбор, мой король.

Боль проходила быстрее, чем можно было ожидать, но медленнее, чем распространялась в начале. Волнами поднимаясь от щиколотки до головы, особенно сильно задевала легкие и сердце. Первые словно вдыхали раскаленный воздух, а второе просто отказывалось сокращаться. Дар сидел на полу у кровати, на которую меня сгрузил, и грыз яблоко, время от времени усмехаясь. - В чем дело? – не выдержала я. - Табличка на двери. «Заходи, если ты не Торин!» - услужливо пояснил братец. - Хватит мне клыки заговаривать! – Я хлопнула его по макушке. – Какого эльфа ты здесь забыл? - Меня вызвал Гендальф. - Зачем? - Сказал, что дело очень важное. - И что это за дело? - Не знаю. Мы замолчали. Брат догрыз яблоко, покрутил его за черенок и, радостно хмыкнув, выкинул в распахнутое окно. Снизу послышалась отборная ругань на эльфийском. Похоже, невезучий эльф на время забыл о своей перворожденности. - А теперь объясни мне, Рада, чем ты думала?! – серьезно вопросил брат, в миг забывая о своей привычной дурашливости. - Меня не известили о том, что защита среагирует даже на поцелуй! Ян говорил… - И много ты его слушала?! -…что она реагирует лишь на факт прямой измены. - То есть на… хм… постель? - Да, «то есть на… хм… постель». Брат задумчиво постучал пальцем по подбородку. Обычно он так делал, когда встречался с чем-то воистину интересным. - Что? - Видимо, Тариян нашел способ усилить привязку. Верно, это не сулит тебе ничего хорошего, - заметив мои нахмуренные брови, кивнул парень. – Хотя, в общем-то, я не об этом спрашивал. – Я подняла бровь. Брат зеркально повторил этот жест. – На кой ляд ты понеслась вместе с этими гномами?! - Ты знаешь ответ, - тихо ответила я. - А ты знаешь, что я думаю по этому поводу. – Он вздохнул и присел на краешек моей кровати. – Если ты Яна не слушаешь, так послушай меня. Месть ничего не исправит и родителей нам не вернет. А вот потерять еще и сестру я могу… - Тут Дар вдруг округлил глаза: - Так вот зачем тебе этот Торин!.. - А? – умно отреагировала я. Как он может знать, если даже я сама не знаю?! - Ему же тоже нужна смерть этого ящера! Тоже нужно отомстить! Просто у вас вдвоем меньше риска, чем если бы вы работали в одиночку. - Дар, ты бред несешь. - Но ты об этом думала, да? Вижу, что да. - Дарлат, не нагружай мне мозг. Я и так запуталась… - В чем? – Брат с интересом покрутил в руке ягодку темно-синего цвета. - Не важно, забудь, - отмахнулась я. Дожила, брату про свои сопли розовые рассказывать собираюсь! - Если ты о Яне, то я тебе об этом уже давно говорю. И как мужчина тебе заявляю: он по головам пройдет, но ты будешь его женой… - Вот это мне и не нравится, - заметила я, еще более пристально разглядывая татуировку. Я жила с ней всю жизнь и поэтому вообще не обращала на нее внимания. А сейчас мне стало интересно… - Дар, смотри. – Подождав, пока брат послушно склонился к ноге, продолжила: - Видишь, вот эту лозу? Она вроде и вплетается в узор, но все равно… Ее делал другой мастер! - Точно, линии более грубоватые и угловатые! – Он бесцеремонно схватил меня за ногу и, не заботясь о «больно-не больно», начал вертеть по всем углам. – Она была изначально? - Не знаю. Я не приглядывалась никогда… - А стоило, - воскликнул он так, словно по моей милости мы потеряли наше родовое поместье. – Возможно, тебе ее дорисовали во время последней поправки. Я кивнула, угрюмо соглашаясь. Поправку нам делали в том случае, если с печатью что-то происходило: неосторожно задели и поцарапали, специально соскаблила ушлая невеста, жаждущая свободы, или ранение пришлось как раз в это место… Суть в том, что если целостность печати нарушается, нарушается и плетение заклятья. Но что может означать эта линия? - Ты не собираешься отступать, да? – печально вздохнул брат, внимательно наблюдая за моим лицом. - Да. Я отомщу этому ящеру за то, что родители не вернулись из Эребора. - Ян четко намекнул, что тебе не следовало уходить с гномами. И тут я замялась, специально не глядя ему в глаза. Дар выронил очередную жертву ягодных репрессий и, рукой зафиксировав мой затылок, заставил посмотреть-таки в глаза. - Я чего-то не знаю? – подозрительно мягко поинтересовался он. - Месяц назад я должна была вернуться в Гравиору, чтобы начать подготовку к свадьбе, - очень-очень тихо прошептала я, опуская голову. С минуту парень молчал. Молчал и смотрел. А потом его прорвало потоком таких отборных ругательств на нашем родном раидоне, что у меня аж челюсть отвисла. - То есть ты хочешь мне сказать, что пропустила мимо ушей прямой приказ своего Повелителя?! - Да, именно это я и хочу сказать. Больше того, я это уже сделала. И, Дар, за мою своенравность отвечать только мне, поэтому до того момента, пока я не вернусь из гномьего царства, я прошу тебя остаться здесь. Он шумно выдохнул. Сел обратно на кровать, с которой вскочил в порыве чувств, и потер лицо ладонями, взъерошив и без того пятерней расчесанные волосы. - По-твоему выходит, что я должен просто спрятаться здесь. - Так и есть. Тебе не хуже меня известна жестокость нашего Повелителя, а ты – самый короткий поводок, чтобы держать меня на привязи. - Раньше нужно было думать! – огрызнулся младшенький. И тут же едко ухмыльнулся: - Впрочем, вижу, что я теперь не единственный краткий путь к тебе. Я вспыхнула. Но тут же засмеялась, обнимая брата одной рукой. - Как ты? – спросил он. - Нормально. Пожалуй, нужно сходить к Элронду. - Помочь? - Нет, я сама уже. Владыка отыскался в той зале, где у нас проходил ужин. Все гномы сидели там же и что-то громко обсуждали. Лишь король сидел мрачнее обычного, вперив темный и тяжелый взгляд в тарелку. Пустую, к слову сказать. Здесь же сидели Гендальф и Бильбо и тоже о чем-то толковали с мудрым эльфом. - О, я вижу, ты уже окончательно пришла в себя! – улыбнулся он, рукой указывая на место справа от себя. – Зачем ты поднялась, дитя? - Мне нужно с тобой поговорить. Точнее, кое о чем попросить. - Ты можешь говорить здесь. - Нет, не могу. - В чем дело, Радомира? – встревожился волшебник. – Я могу заверить, что ты смело можешь говорить о своей просьбе, и я ручаюсь – дальше присутствующих это не пойдет. Да чтоб вас всех, - подумала я. - Я прошу тебя не говорить Тарияну о том, что Дарлат здесь, у тебя. - Почему? – поднял бровь Элронд. - Потому что он найдет его. А потом найдет меня. – «И убьет сначала Торина, а потом и весь отряд!», хотелось досказать мне. - Глупо прятаться от своего Повелителя, девочка. - Возможно, однако, я не слышу ответа на свой вопрос. Владыка усмехнулся, мягко и дружелюбно, даже в какой-то степени ласково. Он часто так делал в моем детстве, когда родители оставляли меня на его попечение, а сами уезжали к гномам. Улыбался он так лишь тогда, когда я шкодила, и как раз перед тем, чтобы разродиться трехчасовой промывкой мозгов на тему «Поведение, недостойное юной леди. Часть 1». Часть 2 начиналась с трудовой повинности, когда я убирала и восстанавливала то, что испортила. И даже спустя сто с лишнем лет я инстинктивно вжала голову в плечи. - Нет. Я мигом расправила плечи и удивленно посмотрела на него. - Почему?! - Я не хочу рисковать своим королевством из-за какой-то девчонки и ее ошибки. - И чем же она так опасна для вашего… королевства? – послышался с другого конца стола густой, приятный, но полный насмешки баритон. - Ты много не ведаешь, Торин, сын Траина. Что тебе известно о Тарияне Маливаре? – с гордо поднятой головой вопросил Владыка. - Повелитель государства райдов, Гравиоры. Ее второй властитель, принял власть, сместив отца, Авирайда Первого, основателя их государства, - как с листа оттарабанил король гномов. Я его прямо зауважала после этого. - «Маливар» - с раидона как «Смерть приносящий». Его неспроста так окрестили. Тариян умен и справедлив, при нем государство райдов расцвело. Но он жесток сверх меры, и любое предательство возвращает сторицей. Хочешь ли ты стать орудием его мести? – иронично спросил Элронд. Я видела, как Подгорный король в упор посмотрел на меня, но мне было страшно поднимать на него глаза. Не хочу представлять его смерть, не хочу, чтобы меня в этом обвиняли, пусть и меч занесу над ним не я. - Он придет сюда за ней и ее братом, и если ее уже здесь не будет, то Дарлата он из-под земли достанет. Предварительно пройдясь мечом и огнем по моей земле! – рявкнул вдруг эльф. - Я никогда и ничего не просила у тебя, дядя. Наши взгляды встретились. Его – горящий гневом и справедливым опасением за свой народ. И мой – просящий и, если понадобиться, умоляющий. - Дарлат – это все, что у меня осталось. Гномы молчали, хоббит положил мне руку на плечо в попытке поддержать. Я с улыбкой ему кивнула, благодаря. - Запомни, Радомира Ярона. Если Ян придет сюда, кровь моих подданных будет на твоих руках. И, осознав услышанное, я кинулась к нему на шею. - Спасибо, Эл! Спасибо!