Наемница, или сделай выбор, мой король.

Там, где гномам приходилось втягивать все выпуклые места, снимать поклажу и оружие, я спокойно проходила, даже не разворачиваясь. Однако у меня тоже были проблемы. Типа Бомбура впереди. - Спасибо, - очень тихо сказал Торин, идущий за мной, когда я в очередной раз притормозила. Я глянула на него, подняв бровь. - За Кили, он иногда увлекается, хочет погеройствовать, - как-то мягко, по-доброму усмехнулся мужчина. - Да не за что, - пожала я плечами. – Это мне нужно тебя благодарить. Теперь уже король задрал бровь. - Не подложи ты руку, светить бы мне симметрией, - улыбнулась я, показав на ссадину, которая не спешила подживать. - Болит? – еще тише спросил командир, когда мы снова остановились. Он так боится проявлять заботу?! Или просто смущается? - Терпимо, - отмахнулась я. – Давай, малыш-гномик, все в себя втянул и… Я спиной подперла громадного гнома, проталкивая его через особенно узкую щель. Толстячок все-таки пролез, а меня качнуло вслед за ним. Пискнув, машинально ухватилась за первое попавшееся под руку. - Еще раз спасибо, - смущенно выдавила я, чуточку покраснев и отпуская судорожно сжатый рукав командира. Наткнувшись на лукаво блеснувшие глаза Гендальфа, что шел последним, я поспешно отвернулась, продолжив путь. И вот наконец впереди стало светлее и просторнее, гномы со вздохами облегчения вываливались из ущелья. Я предусмотрительно отошла подальше от предводителя отряда, по возможности максимально спрятавшись за спину волшебника. - Долина Имладрис, а на всеобщем наречии… - Ривенделл, - выдохнул хоббит, любуясь такой красотой. И действительно, сколько раз я здесь была, ровно столько же замирала от переливов зелени и светлого камня, от пения птиц и игры света… Эльфы, одним словом. - Вот куда ты завел нас?! – прошипел Торин, оборачиваясь к Гендальфу. – К эльфам, что столько раз предавали моих предков?! - Ты – не они! – осадил его колдун. – У нас есть вопросы, на которые нужны ответы, и лорд Элронд сможет нам помочь. - Мне не нужны ни их помощь, ни их советы! – уперся гном. – Они наши враги! - ЗДЕСЬ у тебя нет врагов, Торин Дубощит! – встала я перед ним, закрывая собой волшебника, от которого начала распространяться тьма. – Подумай головой, сын Траина! Тебе необходима помощь Элронда, ибо тебе нужно прочесть карту. А злые помыслы есть здесь лишь у тебя одного! – закончила я так, чтобы слышал только мужчина. И остальным: - Пошли, ребята! Торин дал добро! Сзади послышалась ругань на кхуздуле и довольно ироничное хмыканье. Я, не оборачиваясь, припустила вперед, всерьез опасаясь гнева командира. Гномы кучковались около лестницы, когда к нам стал спускаться эльф. - Митрандир! – радушно проговорил он. - Линдир! – также откликнулся волшебник. - Зачем ты здесь? – по-эльфийски спросил эльф, в упор меня не замечая. Точнее, делая вид. Мы вообще с ним стараемся не замечать друг друга по возможности. - Мне нужен лорд Элронд. - Его здесь нет… Пропел рог. Волшебник усмехнулся холеному лицу нелюдя. А гномы готовились к атаке, построившись в боевое кольцо и затолкав хоббита к себе за спины. Только мы с Гендальфом спокойно стояли у подножия лестницы. Элронд не постарел ни на день. Все так же молод. Все так же стар. Глаза быстро пробежались по разношерстной низенькой компании и остановились на нас. Эльф спрыгнул с лошади. - Здравствуй, мой друг! – Они обнялись. – Зачем вы здесь? - Мы пришли за помощью. Владыка кивнул и устремил темные глаза на меня. Мне, как и много лет назад, стало немного совестно под этим взглядом, словно все грехи тут же стали на лице написаны. А у меня их не мало… - Дитя! – Элронд раскинул руки, и я сама шагнула к нему. – Столько лет… Ты совсем не изменилась, такая же вредная и юная! – Он потрепал меня по волосам. Кинул взгляд на гномов. – Но я вижу что-то новое в некогда спокойных глазах… Что случилось, Радомира? - Он что, оскорбляет нас? – подозрительно протянул Глоин, так как Элронд говорил исключительно по-эльфийски. - Нет, мистер Глоин, - улыбнулась я и уже саркастично эльфу: - Он зовет нас отужинать и отдохнуть в его чертогах. Владыка усмехнулся и в упор посмотрел на Торина. - Приветствую тебя, Торин, сын Траина, внук Трора. Я знал твоего деда, когда он царствовал под горой. - Странно, что он не упоминал о тебе, - едко протянул Дубощит. - Ты знаешь, дядя, мы так устали, позволь отдохнуть нам с дороги! – втесалась я. - Конечно, дитя. Пойдемте, дорогие гости! – И жестом радушного хозяина пригласил всех наверх. Командир пошел последним, придержав меня за руку. Эх, а я так хотела слинять… Вот назгул меня дернул на всеобщем говорить… - Он. Твой. Дядя?! – тихо, с расстановкой проговорил король. - Названный, - кивнула я, и мужчина резко отбросил мою руку, как будто ядовитую змею. - Почему ты не сказала?! – Он теперь даже не прикасался ко мне, словно я была чем-то мерзким, способным запачкать его. - Потому что ты ослеп от своей безумной ненависти! И не видишь разницы между Элрондом, покровителем всех путников, и Трандуилом, ледышкой с ягодами в волосах! И я пошла вперед, спиной чувствуя ярость гнома, которого я специально задела за живое. Да, это был удар под дых, но он не имел права смотреть на меня, как на грязь! Элронд устроил небольшой праздник по случаю приезда племянницы, и сейчас прекрасные, но холодные эльфийские девы расставляли еду, играли на арфах и просто ублажали взор сидящих за столом мужчин. Дядя… Он даже подумать не мог, что у этой девчонки везде знакомые. Словно за свои сто шестьдесят лет она успела весь мир обойти!.. Он даже сам не понял, когда разозлился. А главное – на что? Торин сидел по правую руку от Владыки, и он рассказывал ему, что же за мечи они нашли у троллей. Сын Траина, благодаря Раде, не узнал ничего нового, но уважительно кивнул, принимая сверкающий клинок. Она оказалась права, Элронд, кажется, совсем не похож на своих лесных собратьев. Он бросил взгляд на сидящую напротив, но чуть левее, девушку. Сейчас, отмытая от грязи и крови, в чистой одежде и с распущенными волосами, которые обычно были собраны в хвост или косу, он бы действительно поверил, что она названная племянница Владыки Ривенделла. Впервые Торин не знал, что делать. А от важных мыслей отвлекал звонкий девичий смех и игра заходящего солнца на пепельных волосах. Темные глаза нехорошо блеснули, когда сзади к ней подкрался Линдир. Точнее, это он думал, что крадется. - Позволь пригласить тебя на танец, Радомира? – Эльф вежливо улыбнулся. Девушка едва заметно скривилась, словно съела что-то кислое, и уже хотела ответить что-то столь же едкое. Потом кивнула своим мыслям, и поймала его. Он не успел отвести взгляд, и голубой столкнулся с черным. Рада ухмыльнулась от уха до уха и, сверкнув зубами в насмешливой полуухмылке, все-таки ушла танцевать с остроухим. Ведь она не хочет! И все равно!.. Сидящий рядом Двалин весело хмыкнул, заметив, как сжалась в кулак рука его короля и друга. - Перестань, - проговорил он, провожая взглядом Ярону. – Она просто играется, а ты ведешься и ревнуешь, как мальчишка. - Я не ревную! – выпалил он прежде, чем понял, что этим выдает себя с головой. - Нет, конечно, - с серьезным выражением на лице кивнул друг. Тут Гендальф поманил его и хоббита к себе, и они вышли из залы, следуя за Владыкой. Возвращаясь обратно к столу, он был слишком занят мыслями об открытии входа в гору, чтобы заметить, что стол уже давно пуст. Но когда заметил, услышал ярусом ниже смех и какую-то веселую мелодию. И пошел на слух, решив, что один вечер можно выкроить на отдых. Народу значительно прибавилось. Теперь здесь уже были эльфы и эльфийки. Посреди залы развели костер, в углу играли музыканты, а члены отряда танцевали вместе с эльфийскими девами. Торин не поверил своим глазам, но прерывать веселье постыдился. Он видел этот танец, когда приехало посольство райдов. Тогда, договорившись о поставке оружия, было решено устроить пир, и посольство попросили показать их народный танец. Он помнил, как Арнаст и Миловина танцевали. Помнил и еще больше убеждался, чья дочь сейчас танцует в свете огня. Казалось, для нее нет разницы, что танцевать здесь, в эльфийских чертогах, что на поле битвы, но уже с клинками. Такой радостной и живой он не видел еще наемницу. И ему нравилось, как она улыбается сейчас. Как развеваются волосы и блестят глаза, в которых танцевало само пламя. Она улыбнулась кому-то, и Дубощит не смог не улыбнуться в ответ. Но оказалось, что она просто втаскивала в танец Фили. Племянник заметно покраснел, но не отказался, и она закружила его под веселую мелодию… Нет, одернул он себя, он не хочет вот также скакать у огня, на виду у всех. Не хочет ловить ее взгляд, обращенный на него, улыбку, дарованную лишь ему. Нет, он не хочет чувствовать ее радость и молодость. Не хочет прикоснуться к девушке в танце, к коже, а не в бою к доспехам. Нет, не хочет обнять хрупкий стан и вдохнуть запах волос и тела. Он снова одернул себя, сдвинув брови. А не хочет ли?.. Вот она вытянула из сидящих на низких ступеньках Балина, вот Двалин поддался уговорам. И даже весь пунцовый Ори все-таки закружился в танце. Лишь он остался стоять, прислонившись к косяку плечом. Сокрытый в тени. И вдруг… Она пропала. Он судорожно водил глазами, выискивая невысокую, хрупкую фигурку наемницы, но ее не было. Куда, а главное – когда она успела скрыться?! - Ты думаешь, тебя не видно? – тихо сказала искомая девушка, появляясь у него за спиной. К своей чести, он даже не вздрогнул. От неожиданности. Но слишком уж чувственно прозвучал такой простой и обычный с виду вопрос. - Я не хотел вам мешать, - по возможности спокойно проговорил он, не оборачиваясь. Не сейчас… Только не сейчас! - Ты все время такой хмурый, Торин, - как-то по-детски сказала Рада, вставая сбоку от него. - Потому что у нас есть серьезное дело, а вы ведете себя, словно дети! – скрыл истинные эмоции под раздражением он. - Да, наверное, - пожала она плечами. – Но разве плохо иногда забыть о собственных проблемах и стать чуточку свободнее? За это он ее уважал: она умела задавать правильные вопросы, называть правильную цену каждого желания. Какая же цена будет у его желания, мелькнула мысль. - Ты не хочешь стать свободнее, мой король? Он резко обернулся и столкнулся с девушкой глазами. Нет, ему показалось, понял он, в ее словах не было того, что он услышал в этом обращении, что дало простор мужской фантазии. - Я – король, я не могу стать свободнее. Она вздохнула, негодующе помотав головой. Он надеялся, она не заметила, каким взглядом он проследил падение серебристых прядей. - Что сказал Элронд? - Лунные руны, - внутренне облегченно вздыхая, ровно ответил Торин. – Нужно в День Дурина быть у серого камня, и найти дверь, когда прострекочет дрозд. Он удивленно посмотрел на Раду, когда та зло фыркнула и ударила кулачком по каменной стене рядом. Да, по сравнению с его рукой у нее была очень маленькая ручка… - Неужели нельзя просто сказать «тогда-то, тогда-то подойдите туда-то и сделайте то-то»?! Почему обязательно нужны эти загадки?! - Тогда бы все смогли войти, - улыбнулся он, волевым усилием отворачиваясь. - Но не у всех есть ключ, мой король. Неужели она не может говорить нормально?! Без подобных подоплек и хриплых ноток?! Неужели не видно, как ему и без того не просто?! - Мне кажется, или тебе не хорошо? – вдруг спросила девушка, опуская руку ему на лоб. Нет, не кажется, хотелось рявкнуть ему и унести ее подальше. Запереть на сотню замков и единолично наслаждаться ею. Но он даже не шелохнулся, стоически подавляя собственные желания. - Торин, я серьезно говорю. Да у тебя глаза блестят, как у горячечного! Маленькая, немного шершавая от мечей ладошка переместилась вниз по лицу и остановилась на щеке. - Торин, тебе нужно… Резко обхватив ее рукой за талию, он дернул ее во тьму. По возможности мягко прислонил к стене и сделал то, что ему действительно было нужно. Да, это именно то, что может его сейчас излечить!.. Он прижал ее своим весом, ни на секунду не отпуская мягкие губы на свободу и крепко держа за запястья. Пусть потом она его убьет, да пусть хоть вместе с Гендальфом и Элрондом поглумиться над его трупом, но сейчас он не позволит ей уйти. А она не собиралась. Тихо задыхаясь под его натиском, она совершенно не сопротивлялась. Но и не отвечала со всей той страстью, на которую, он уверен, она была способна. И он, почти теряя терпение, брал крепость штурмом. Да! Победа! Через какое-то время девушка все-таки оттаяла, но как только он почувствовал робкий язычок у себя на губах, из ее глаз, в которые он смотрел, не отрываясь, брызнули слезы. Радомира вдруг выгнулась в его руках, захлебываясь страшным криком, хуже которого, казалось, он ничего не слышал в жизни. Девушка забилась в конвульсиях, сползая на пол по стенке, но Торин успел ее подхватить. - Опусти ее на пол и отойди! – холодный и резкий голос резанул по натянутым нервам, и мужчина на автомате зарычал, оборачиваясь к источнику звука. Рядом с ним стоял высокий, выше его на голову с лишним, юноша с пепельными волосами и голубыми глазами. Такими же, как у Рады, волосами. - Я сказал: отпусти мою сестру! Девушка сквозь слезы уперлась руками ему в грудь, и он послушался, медленно опустив ее на подложенный Двалином плащ. Оказывается, все уже были здесь, сбежавшись на звонкий вопль наемницы. - Дар! – всхлипнула она, перекочевывая с пола к нему на руки. Торин одернул себя, напоминая, что ревновать к брату – глупость. – Дарлат… И абсолютно черные глаза закрылись. А ветер, легонько коснувшись подола ее платья, открыл горящую татуировку, опоясавшую правую щиколотку… Она была невестой. Чужой невестой. Это и есть цена за его желание.