"Не сдавайся!"

      Юко сидела за столом в новом доме и размышляла о последних событиях, произошедших за этот месяц.       Еще три недели назад она и другие дети наконец-то смогли выбраться из ужасного места, в котором пробыли такое долгое время, и вот сейчас Дазай сидит дома с родителями в полном спокойствии и безопасности.       У девушки наконец появилась собственная комната, она начала ходить в школу, да и вообще стала жить обычной жизнью, не связанной с убийствами и другими противозаконными действиями, которые ранее совершала.       Вдруг за окном упало что-то маленькое белое и тут же растаяло. Затем второе, третье…       Юко встала и теперь уже подошла плотнее к окну, чтобы рассмотреть то, что привлекло ее внимание, а потом поняла в чем дело.       Это был снег, на который еще в прошлом году она бы совсем не обратила внимания, а теперь почему-то была рада, словно ребенок увидевший леденец.       В дверь постучали, а затем в комнату к русоволосой вошла ее мать Хироми с двумя чашками еще горячего чая. — Не помешала? – аккуратно спросила женщина, будто бы боясь чем-то задеть дочь. — А? Нет, все хорошо, заходи. – Юко наконец отошла от окна и подошла к матери. В первую неделю пребывания ее в доме отец и мать пытались осторожничать как только могли, что сильно напрягало девушку, но со временем все наладилось и теперь Дазай действительно чувствовала себя частью семьи. — Что делаешь? — Да вот, в окно смотрю... Сегодня же Рождество? — Да, мы с твоим отцом собирались сегодня ёлку поставить, но его в срочном порядке вызвали на работу. Куникида даже в выходной отдыху не даёт... – последнее Хироми произнесла чуть раздражённо, на что Юко лишь улыбнулась. — Тогда давай вместе поставим ее и украсим дом? — Ну давай.       Мать и дочь пошли в кладовку за искусственным деревом и другими различными украшениями. По пути туда они разговаривали о том, какие закуски будут готовить на вечер и сколько придет гостей. Оказалось на Рождество к семье Дазай сегодня заглянут некоторые работники Агентства, а именно: Накаджима Ацуши и Кёка, Куникида Доппо, Рири и Акайо, Сакуноске Ода и Хитоми; члены Портовой Мафии: Акутагава Рюноске, Гин, Ичиё и Аяна, а также Накахара Чуя и его дочь Лесли. В общей сложности из всех знакомых Юко, приглашенной на праздник не была только Анна, которую после всех разбирательств все-таки отправили в приют.       От этого Дазай становилось даже немного грустно, но ничего сделать она, увы, уже не могла...

***

      Блондинка с длинными волосами в белой рубашке и чёрных джинсах быстро шла по коридору приюта. Только что директор позвал её в свой кабинет, сказав, что девушку хотят усыновить. Конечно же Анна знала, что возможно её кто-нибудь сможет когда-нибудь забрать, но то насколько быстро это произошло немного пугало Кано.       И вот, наконец та самая заветная дверь к которой всё это время шла девушка. Не церемонясь Анна постучалась, а за тем, не дожидаясь ответа, резко дернула за ручку. Дверь распахнулась и внутри кабинета блондинка увидела самого директора, а так же длинноволосого стройного мужчину, часть головы которого была обмотана бинтами. — О, Ан-чан, а вот и ты! – воскликнул директор приюта, после чего указал на стул рядом с её возможным опекуном. Девушка села и боковым зрением стала оценивать мужчину, пока мужской голос не прервал её. – Знакомься, это Иван Александрович Гончаров – представитель того, кто хочет тебя усыновить. — Но... Разве так можно? — Вполне можно, ведь я знаю этого человека, не волнуйся, он хороший. — Но кто он? — Скоро узнаешь... Так вы забираете её? – директор обратился к Гончарову и тот, согласившись, подписал нужный бумаги, после чего Анне велели собирать вещи и выходить из здания приюта, ведь машина, на которой за ней приехал Иван уже ждала её на улице.       Быстро зайдя в комнату, в которой всё это время проживала девушка, Анна начала собирать свои немногочисленные вещи. Закончила она это дело буквально за 10 минут, поэтому, схватив рюкзак, девушка выбежала из комнаты и, спустившись вниз по лестнице, поспешила к выходу. Необъяснимое странное чувство затаилось в сердце блондинки и она совершенно ничего не могла с этим поделать. Её манила неизвестность и поэтому, не отвечая собственному чувству осторожности, девушка вышла на улицу и, заметив припаркованный рядом со зданием черный лимузин, не раздумывая решила подойти к нему. Лишь когда до машины оставалось меньше метра, Анна почувствовала, что что-то не так и решила остановиться. В тот же миг дверца, где сидел водитель открылась и оттуда не спеша вышел Гоголь. — Давно не виделись, Ан-чан! Как же я рад тебя видеть! – весело сказал блондин, после чего стал подходить к девушке. Та же, в свою очередь, стала пятиться назад. — А я вот совсем не рада вас видеть. Что вам от меня нужно? — Как что? Теперь ты официально дочь Дос-куна и сейчас я отвезу тебя домой. – в доказательство собственных слов, Николай достал аккуратно сложенный акт об усыновлении и, раскрыв его, вытянул перед собой, после чего вплотную подошёл к девушке, которая уже уперлась спиной прямо в холодную стену приюта. — Н-Нет... Этого... этого... не может быть... – по щекам блондинки потекли слёзы, а в её глазах сейчас можно было увидеть лишь отчаяние, что и замел Гоголь. — Ну что же ты, Ан-тян, не плачь! Или ты так рада, что это слёзы счастья? – усмехнулся парень, после чего нагло схватил девушку за руку и потащил в сторону машины. — Отпусти! Отпусти меня! Не хочу! – Кано или же уже теперь Достоевская пыталась сопротивляться, однако вскоре Гоголю это надоело и он, не раздумывая активировал собственную способность и переместил девушку прямо в салон лимузина.       Анна не сразу поняла, что произошло, а когда осознание сложившейся ситуации всё же комом свалилось в её мысли, девушка наконец решила осмотреться. Первым, кого сразу заметила блондинка, стал Гончаров, который удобно расположился справа от неё и сейчас пристально разглядывал дочь "босса". Вторым стал довольно уродливый мужчина в куртке, капюшон которого был натянут ему на голову. Этот совсем не был заинтересован в ней, что немного успокоило девушку, но вот следующий человек одним своим видом заставил Анну затрястись от ужаса. Да, это был Достоевский. Заметив, что дочь наконец увидела его, Фёдор заговорил: — Ну вот мы и встретились, Анна. Как же я рад тебя видеть, а ты?       В горле Ан сразу же пересохло, а руки затряслись ещё сильнее. Сейчас такая спокойная всё время девушка уже не казалась такой уверенной как раньше, и поэтому Достоевский сразу это заметил. Махнув рукой Гончарову, мужчина встал с места и сел рядом Анной, от чего та лишь сильнее затряслась и попыталась отодвинутся подольше, но рука Фёдора её тут же остановила. — Не бойся, я не причиню тебе вреда. — Откуда мне знать? Зачем я вам нужна? Отпустите... – по щекам девушки вновь потекли слёзы и это, как ни странно, испугало Фёдора, до этого не взаимодействовшего ранее с подростками, и поэтому мужчина не нашёл ничего лучше, чем обнять дочь. На мгновение Анна прекратила рыдать, но, когда Гоголь завёл машину и она наконец тронулась, блондинка заплакала лишь с новой силой и постаралась отстранится от Достоевского. — Прошу хватит плакать. Что тебя так испугало? — Вы... Отпустите пожалуйста... — Успокойся, я ведь уже сказал, что всё будет хорошо. — Я не верю в это! — И почему же? — Потому что мама с самого детства говорила, что вы опасны! — Вот оно что... – на мгновенье Фёдор задумался, но потом, найдя хорошее решение, вновь заговорил: – Что ж, в таком случае мне не зачем отрицать что-либо и пытаться врать тебе, но прошу, выслушай меня, а потом сама реши: оставаться или уйти. — Хорошо, но расскажите мне всё. — Уверена? — Абсолютно. — Для начала... Николай, останови машину, разговор будет тет-а-тет. Александр, Иван, покиньте помещение! — Слушаемся.       Лишь когда в салоне остались лишь Федор и Анна, Достоевский заговорил: — Пятнадцать лет назад был проведён эксперимент по созданию эспера, который будет обладать сразу двумя способностями. Увы, но для того, чтобы выяснить это мне действительно пришлось заставить твою мать... — Я поняла. — Однако она сбежала спустя неделю, после того, как узнала, что беременна, хоть я и предлагал ей выйти за меня. Конечно же, начались поиски её и тебя, но увы они ни к чему не привели. И вот, спустя пять лет я узнаю твоё возможное местоположение и иду туда. Конечно же сразу было не понятно, кто из всех детей ты, но это смог помочь понять мне Гоголь, нашедший все досье на всех детей-эсперов. — А если бы я родилась без способностей? — Такое тоже было возможно, но кое-кто приглядывал за твоей матерью, поэтому я точно знал, что ты одаренная. Увидев твою способность мне оставалось лишь убедится в том действительно ли ты та, за кого себя выдаешь. И я не ошибся. — Но зачем я вам сейчас? — Зачем? Это довольно не точный вопрос, но я всё же постараюсь на него ответить. Понимаешь, моя способность отличается от всех остальных тем, что может убить любого, кто прикоснётся ко мне, если я этого захочу, а в совокупности со способностью твоей матери, я боюсь даже представить насколько ты можешь быть опасна, как для других, так и для самой себя. Да и всё же я в ответе за то, что Анастасия целых пять лет растила тебя в одиночку... Это всё. — Если честно, мне трудно ответить на это, но что вы собираетесь делать, если моя способность случайно выйдет из-под контроля? — Конечно же остановлю тебя, не дав ранить тебе саму себя и окружающих. Всё же моя способность одна из двух частей твоей. Этого достаточно? Теперь ты сможешь ответить? — Думаю да. — Вот и отлично. Ты согласна остаться жить со мной? — Да, но при одном условии: вы поможете вернуть из мёртвых мою мать, я слышала о том, что это вполне возможно. — Это... Довольно сложно, но я постараюсь сделать всё, что в моих силах. По рукам? – Фёдор протянул руку девушке. — Да. – Анна пожала руку отца, но внезапно, он обнял её так, будто действительно нашёл то, что потерял. — Я так рад, что нашёл тебя... Прошу, давай станем семьей? Я буду охранять тебя от всего и ты ни в чём не будешь нуждаться, только останься со мной... — Х-хорошо... — И пожалуйста, давай на "ты". От этого "вы" мне совсем не по себе. — Ага... — В таком случае предлагаю сегодня отметить Рождество вместе, в знак перемирия. Ты согласна? — Да.       После этого Достоевский открыл одну из дверей машины и, махнув Николаю, велел всем возвращаться в салон. Через пару минут лимузин тронулся и поехал дальше...

***

      На улице уже стали запускать фейерверки, когда Аяна, Лесли, Акайо и Юко вышли на балкон дома Дазай. — Эх... Как думаете, Ан тоже сейчас смотрит на эту красоту? – вздохнув спросила друзей русоволосая. — Я думаю что да, в конце концов это ведь Ан, а она всегда любила это праздник. – ответила девушке Накахара. после чего между четверкой воцарилась полная тишина.       А тем временем на другом конце города, во дворе особняка Достоевского Анна и вправду смотрела на фейерверки, которые любезно запускали для неё Гоголь и Гончаров и радовалась, стоя рядом с отцом. Впервые за всё время она была спокойна, хоть это спокойствие и стоило ей многого...

Конец первой части.

~С Наступающим 2021 годом!~

Продолжение следует...