"Не сдавайся!"

— Спасибо, что привел к нам последнюю из Фелициных, Аллен. – раздался, как гром среди ясного неба, голос мужчины без лица. — Я привёл её и что теперь? Что вы планируете делать с ней дальше? – настороженно спросил Лен всё ещё не выпуская бессознательную Анну из рук. — Не волнуйся, вреда мы ей точно не причиним, скорее наоборот, попытаемся спасти от, пока что, неизбежного будущего... — Ой, да не нагнетай, Слендер, не такое уж оно и неизбежное! Достаточно всего-то разик ткнуть отцу этой девчонки ножиком в сердечко, да и дело в шляпе! – с усмешкой в голосе произнёс мужчина с разрезанным от уха до уха ртом, за что тут же получил подзатыльник от женщины, стоящей прямо рядом с ним. – Да что не так-то, Джейни? Мы ведь так весь мир от уничтожения спасем, все как ты любишь! — Если бы не было альтернативы, я возможно и смирилась бы с таким решением, однако, пока существует план Слендермена, в котором не предусмотрено ни одной жертвы, я ни за что не решусь на подобную хрень! Каким бы ни был тот мужчина и что бы он не совершил, он всё ещё отец этой девочки! — Спасибо, Джейн, но всё же, думаю для подробного разъяснения основного плана нам следовало бы привести главную его участницу в чувства. – всё таким же невозмутимым тоном произнёс Безликий, на что младший Петерсон тут же засуетился, не зная, что ему делать, однако, подоспевшая ему на помощь Энн тут же взяла всё в свои руки, вначале забрав Анну из рук Лена (чему тот был вовсе не рад), а после, аккуратно уложив её на диване и достав из поднесенной Тимом Маски аптечки нашатырь с ваткой, начала приводить девушку в сознание.       Спустя примерно пол минуты блондинка всё же открыла глаза, начав аккуратно осматриваться, постепенно понимая, что увиденное ею ранее – вовсе не сон. — Приветствую вас, юная леди. Прошу прощения за то, что вас, должно быть, сильно испугали все присутствующие здесь, но спешу уверить: вреда они вам не причинят. – произнёс Слендермен, после того, как вплотную подошёл к Достоевской, заставив её чуть привстать, а после вновь опуститься на место. — З-здравствуйте, п-простите я просто... Просто была немного шокирована всем происходящим и... – заикаясь, хриплым голосом начала было Анна, однако её тут же прервали, не дав договорить. — Такое поведение характерно для человека ни разу не слышавшего о нас, в конце концов, насколько мне известно, ни Аллен, ни Джеймс ни разу не рассказывали вам о своих истинных сущностях. — О к-каких сущностях?... – всё так же чуть ли не трясясь от волнения спросила девушка, при этом вопрошающе посмотрев на самого Петерсона, но тот лишь отвернул взгляд, чем ещё больше привел Анну в смятение. — О сущностях детей известнейших убийц, не так ли, Лен? — Эт-то.... Прости, Ан, я не хотел тебя пугать... – взволнованно произнёс блондин, стараясь не смотреть в глаза девушке, потому что знал – в них он наверняка не увидит ничего, кроме разочарования.       Однако все его домыслы испарились, как капля воды на солнце, стоило Петерсону только заслышать смех Достоевской. Но это был вовсе не тот радостный смех, который он привык слышать – это был грустный, скорее даже истеричный смех, переполненный отчаянием и болью.       Остальные же жильцы данного места лишь сочувствующе посмотрели на девушку, что кое-как пыталась прийти в себя, ведь всё это было им до боли знакомо. В начале – истерика, затем – отчаяние, а в конце – полное смирение. Вот только после смирения может идти сумасшествие – то, что пережил каждый из присутствующих, которое возможно лишь в том случае, если человек всё еще хочет жить. — Пхах... Так значит... хах... Всего лишь дети известных убийц? Тоже мне корову молоком напугали! Ахах... Неужели, раз узнали обо мне, то не узнали, кто мои родители и к какой организации я принадлежу? Ни за что не поверю! – чуть успокоившись произнесла Анна, серьезно посмотрев на Безликого. — Мне прекрасно известно, кто твои родители, Анна Достоевская, последний потомок Фелициных. – всё так же спокойно продолжал Слендермен, не взирая абсолютно ни на какие изменения в состоянии собеседницы. — Что значит "последний потомок Фелициных"? Зачем я вам? — Что ж, вот теперь я думаю стоит посвятить тебя в план, в котором тебе предстоит сыграть самую важную роль, однако, перед этим, хотел бы тебе рассказать одну историю. Когда-то давно, когда эсперов ещё и в помине не существовало и люди жили обыденной жизнью простых смертных, на свете появилось одно зло. Имя этому злу было Кабадатх и нёс он смерть и ужас повсюду, за что прозвали его Принцем Тьмы. Люди абсолютно никак не могли противостоять столь сильному противнику, от чего казалось, что человечество обречено на смерть, но это было вовсе не так. Пусть Кабадатх и творил множество ужасающих вещей, он понимал, что такое его поведение ни к чему хорошему ни его, ни людей не приведёт, а создания его – марионетки смерти, коими сейчас называют низших демонов и призраков, которые вовсе не могут ни думать, ни чувствовать, и вовсе уничтожат весь мир, не дай люди им достойный отпор. И впал он в размышления долгие, раздумывая о том, как же ему быть, однако решение пришло от туда, от куда он и вовсе не мог представить – одна молодая ведьмочка нашла способ запечатывать марионеток смерти, да отпугивать с помощью талисманов различных их от домов и самих людей. Имя той ведьмы было Василиса Фелицина. Разыскал тогда Кабадатх эту девушку, да предложил ей заключить сделку, благодаря которой обе стороны могли оставаться в относительной сохранности, ведь смысл её был в контроле своих сородичей с обеих сторон двумя предметами: у Кабадатха – Картами Отражения, у Василисы – Книгой Желаний. И первое, что пожелали они – сделать так, чтобы каждый третий человек обладал способностью, которая, как нельзя лучше, подходила к его самозащите – это было первое желание Фелициной, записанное в Книгу и начало эры эсперов. Вторым желанием, уже не записанным в артефакт, как предыдущее, стало желание о взаимопомощи сторон друг другу в том случае, если кто-то посторонний попытается помешать текущей обстановке дел, прямо как сейчас. И третьим желанием стало предложение Василисы заключить основную часть силы Книги в ней самой, которая передавалась бы из поколения в поколение только в роде Фелициных, которая и помогла тебе, обладающей обеими способностями появиться на свет. – закончил рассказ Слендермен в конце обратившись уже к самой Анне. — Тогда, получается, на свет и раньше могли появляться люди, обладающие смешанными способностями, прямо как я? Для этого было введено то правило, которое гласило о том, что наследник Фелициных может выйти замуж или жениться только на не одаренном человеке? И где же тогда сейчас сама Книга? Откуда вы во обо всём этом знаете? – начала спрашивать Анна, на что Слендермен так же продолжал отвечать: — Нет, такой ребенок, как ты первый и последний в своем роде, так как смешение способностей уже произошло, а следовательно дальше – только человек без способности, поэтому я больше чем уверен, что на тебе истинная сила рода и закончилась, и да, именно для этого было создано то правило. Сама Книга сейчас находится у тебя, тебе достаточно лишь призвать её, искренне пожелав увидеть её, а знаю я обо всём этом лишь потому, что сам являюсь наследником Кабадатха, а точнее – его старшим сыном. — Вот как... И что же у вас за план? Это связано с целью отца создать мир без эсперов? — Всё верно. В рождественскую или же, как у тебя на родине, в России, принято, новогоднюю ночь сила Книги за счёт перехода от старому к новому году увеличивается, а, следовательно, можно загадать самое мощное, масштабное желание и загадать его можешь только ты. Я же хочу попросить тебя загадать его: пожелать о том, чтобы оба артефакта были уничтожены, но, взамен их был создан новый – никому не принадлежащий и не подчиняющийся. Тот, что смог бы сам регулировать состояние обеих сторон. — Но разве такое возможно? И что, если отец узнает обо всем этом и моем местоположении раньше, чем наступит эта... новогодняя ночь? — Для этого тебе придётся остаться здесь, под нашей полной защитой, но не волнуйся, видется с друзьями ты сможешь. — Благодарю, но... Есть кое-что еще... Можно ли мне будет пожелать в эту ночь кое-что ещё перед полным уничтожением артефактов? — Можно, но это должно быть лишь одно желание. Советую тщательно подумать ним, в конце концов у тебя ещё есть пять недель до тридцать первого декабря. А на этом пока что всё, остальное будет обговорено чуть позже. Джейн, прошу, выдели девочке комнату, ей придется задержаться здесь. Джефф, Бен, Маски, Худи и Тоби, сделайте всё, что угодно, но скройте местонахождение Анны и без убийств! Нам не нужно лишнее внимание, по-крайней мере сейчас. – произнёс Безликий, а после покинул зал, будто бы его здесь и вовсе не было.

Продолжение следует...