Игры с судьбой

Тони

       «Эжжди Сагашш. Марисси Созуаанни.»        Чей-то глухой, рокочущий, как шторм, голос бубнит где-то бесконечно далеко непонятные слова, отвлекая меня…        Отвлекая?        От чего?        От того самого, нагнетающего внутреннюю дрожь, странного чувства, что я никак не могу определиться — где болит сильнее, в левой части груди, ближе к сердцу, или все же в правой ноге?..        Там, в дурацкой, будто не моей ноге, все словно скованно, и то и дело неведомая сила покалывает мою конечность, будто проверяя, жив ли я, а я каждый раз дергаюсь, как на электрическом стуле и тяжело, с усилием, дышу…        Хочу дышать.        — Азаннтил, прошу прощения, что прерываю процесс, но ответьте, Тони слышит нас?        Гил…        Мой лучший друг.        — Гилберт, я уверен. Не переживайте, то, что ваш друг затих и почти не подает признаков жизни, как мы знаем, вовсе не значит, что он стал хоть на шаг ближе к краю. Нет, Гилберт, Тони просто пытается сейчас хоть как-то стабилизироваться после очевидной убийственно тяжелой, тем более для человека, стычки с магией. Вы позволите мне вернуться к ритуалу?        — Господи, Азаннтил, ну о чем вы… Прошу прощения.        — И, если вы, мой дорогой, перестанете выскальзывать, подобно рыбке миарри, из нашей сети, то, думаю, мы сможем добиться некоего равновесия…        Просто дивный вечер в кругу друзей…        Я издевательски усмехаюсь, дивясь внезапным откровениям, пока…        Пока не осознаю, до безумия все еще пытаясь увидеть что-то в кромешной тьме, что все это — не более чем искусная иллюзия.        Обманка.        Пустая конфетная обертка от забытой мечты.        Отвлекающий маневр.        Они говорят все это специально, нарочито безмятежно и ровно, так изумительно спокойно, только для того…        Только для того, чтобы я не заметил за вежливыми, бесплотно простыми уверениями и реверансами главного.        Главного — что пока все бесполезно.        У самого великого мага по этой специализации, я с закрытыми глазами могу подтвердить, прекрасно зная упертость Алиссуна Гринвуда, что он наверняка перевернул небо и землю, чтобы добыть нам такого класса мастера, ни черта не выходит…        Отсюда и все эти менуэты и книксены…        «Да что же вы творите? Пропадите вы в преисподнюю со своими учтивыми кодексами, нам нужно вернуть Пепла, прекратите расшаркиваться, словно вы на рауте и всего-навсего лишь ждете начала какого-нибудь баснословно редкого, как цветки Иффанна, сумасшедшего аукциона «для своих»…»        Я взрываюсь, немея от идиотизма ситуации.        Гилберт еще бурно что-то говорит, но его бесцеремонно прерывают.        — Гил, признаться, я не очень верил в эту вашу затею. Мои поздравления. Вы невероятно хорошо знаете своего друга...        — Я сделал это только потому, что мы и правда немного запутались… И лишь Тони сможет нам помочь. У них абсолютно невероятная, галактическая связь. И, если честно, я даже у самых родовитых волшебников крайне редко встречал подобное.        — Согласен с вами, мой друг. Но, как мне кажется, мы чуть увлеклись нашей необычайно любопытной беседой. Может быть, мистер Старк внесет свои, как я подозреваю, чрезвычайно смелые коррективы в наш план?        И я вдруг выплываю на поверхность.        Без предупреждения..        Шало и шумно вдыхая такой сладкий, свежий, вкусный воздух, я сумрачно разглядываю Гила.        И совершенно незнакомого мага, с учтивой улыбкой предлагающего мне стакан воды.        — Тони Старк, безмерно рад познакомиться с вами. Азаннтил Кавалерри к вашим услугам. И, пока вы ищете менее яростные слова, чтобы не убить нас обоих сразу, сообщу то, что вы так хотите знать…        Он, резко остановившись, рвано выдыхает, и я осознаю — маг не шутит.        Ни капли.        Наоборот, его отчетливо блеснувшие манким и горьким оттенком индиго глаза словно ищут в моих подсказку.        Все непросто…        — Простите, я не думал, что... Что все окажется таким нелегким.        — Говорите… Пожалуйста, говорите… — умоляюще прошу я, цепляясь в нарастающей панике лишь за его дымчатые, тревожные глаза.        Серебряные волосы вспыхивают при свете магических светильников, и я жду продолжения.        — Так вот, Тони… Я попробовал провести обряд Ошрри, но увы… Основные узлы я разбил, но... Но, Тони, вашего удивительного друга, спасшего вам жизнь, что-то блокирует. Там, на границе миров. И мне нет туда доступа.        — Подождите, Азаннтил... Но как же так? Вы самый лучший волшебник этой стихии, и вам не дотянуться до него? Я чего-то не понимаю, или вы все что-то недоговариваете? Что случи…        Закончить мне не дают.        — Гилберт, Азанттил, как я вижу, Тони пришел в норму. Оставьте нас на пару минут, остыньте немного, друзья мои.        — Здесь нужен другой подход… — тихо шепчет он в сторону.        Аллиссун Гринвуд, любезно улыбаясь, выпихивает бледного до синевы, до последнего не желающего уходить Гила и ни разу не тихого Азаннтила, нервно ломающего руки, из нашей условной переговорной.        — Тони... Полагаю, можно обойтись без приветствий, но я рад тебя видеть. Очень.        Он обнимает меня, аккуратно придерживая за плечи.        — Привет, Аллиссун! А ты все воюешь, никак не можешь без приключений.        — Тони... Как и ты....        — Выкладывай, Аллиссун. Я готов.        — Тони, Азаннтил не лгал. Он и правда в замешательстве. И только ты сможешь попробовать найти своего человека там. Понимаешь меня?..