Окно напротив

С минуту я стоял с прочным канатом в руках, смотря на Луи непонимающим взглядом. Тот оставался невозмутимым, лишь слегка улыбаясь. Он что, действительно думает, что я полезу к нему в окно по веревке? По веревке, натянутой на уровне второго этажа? Серьезно? Я громко сглотнул, руки вспотели. Я вытер одну об свои пижамные штаны. Если я сорвусь с этой веревки, то, в принципе, я свалюсь на мягкую траву, но есть риск что-нибудь себе сломать при неудачном приземлении. Вдобавок, я боюсь высоты. - Ну, что встал-то? – Луи поторопил меня. – Будешь лезть или нет? -А другого способа попасть к тебе в дом нет? Например, через дверь? – съехидничав, я оперся о подоконник. - Нет, только так. Дверь – это неинтересно. Через дверь в гости ходят только скучные зануды. А тем более, по ночам. Ты что, боишься? – Томлинсон приподнял бровь. - Не то чтобы я боюсь… Просто это глупо. Что за правила такие? Тебе как-будто 8 лет. - Ну не хочешь, как хочешь. Мое дело предложить. – Луи начал медленно отходить от окна, но я, немного покумекав, окликнул его. - Ладно, ладно, я полезу. Луи захлопал в ладоши и немного подпрыгнул. Какой ребенок, честное слово. Он начал диктовать мне инструкцию о том, как правильно завязывать канат и перебираться по нему, изобразив при этом странный, дебильный голос. - Итак, пункт номер 1: выберите прочное крепление, чтобы завязать канат вокруг него. – я увидел, что Луи поправляет воображаемые очки на носу. Ухмыльнувшись, я отошел от окна в поисках предмета, о который можно безопасно обвязать канат. Первой на глаза попалась батарея. Она казалась довольно прочной. Я подошел и немного подергал её. Вроде, надежная. - Ну что, мистер Стайлс, вы следуете инструкции? – таким же забавным голосом спросил Луи. - Да, я нашел. Батарея подойдет? - высунувшись из окна, спросил я. - Вполне. Пункт номер 2: завяжите прочный узел. Это обеспечит вашу безопасность во время скольжения по канату. Я снова опустился на колени и принялся завязывать какой-то специальный узел, которому меня учили в лагере для скаутов. Я любил лагеря, почти каждое лето до четырнадцати лет я ездил в лагерь «Скаут-бурундук» и «Костер дружбы». Не знал, что в будущем то, чему меня учили в этих туповатых мальчишеских лагерях, мне пригодится. Я с силой затянул узел и, подергав его пару раз, показал Луи большой палец. - А вы молодец, мистер Стайлс. – он снова поправил воображаемые очки, что жутко меня веселило. – Пункт номер 3: начинайте движение по веревке плавными, не резкими движениями, ухватившись за неё руками и ногами. Тут все веселье закончилось, и мне стало реально страшно. Я по пояс высунулся из окна и посмотрел вниз. Было не настолько высоко, чтобы до дрожи в коленках бояться, но все же мне было не по себе от мысли, что сейчас я буду висеть в пяти метрах от земли на какой-то веревке. Если я сорвусь, то я точно разбужу маму и родителей Луи, и нам обоим влетит по первое число. Я глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Обернулся, оглядел всю комнату, убедившись, что все в порядке. Неуверенно посмотрел на Луи. Он смотрел на меня с видом профессора. Я сел на окно и спустил ноги. В животе словно засквозило, и я уж было хотел залезть обратно, но все же собрался и ухватился за веревку. Боже мой, мне 17 лет, а я лезу по веревке к какому-то малознакомому парню в дом. Откуда же ты такой дебил, Гарри. Я повис на руках. Повисев так несколько секунд, я ухватился за веревку ногами и повис, как свин на вертеле. Ну и что дальше? - Двигайся. – послышался осторожный голос Луи. Я начал плавно передвигаться по веревке, стараясь не смотреть вниз. Дойдя примерно до середины, у меня ужасно затекли руки. Спортсмен из меня хреновый. До окна соседа оставался метр, и мне уже начало казаться, что я зря я согласился на все это. Голова закружилась и мне показалось, что я вот-вот упаду, но через мгновение все пришло в норму. Я с облегчением выдохнул и подполз впритык к дому Луи. Я увидел его лицо прямо перед собой. Он подал мне руку. Я ухватился. Его рука была на удивление холодной, но мягкой. Он втянул меня к себе в окно и я с грохотом упал на пол в его комнате. Луи залился бесшумным смехом, упав рядом. Я немного покряхтел и поднялся на ноги. Высунулся из его окна и посмотрел на свое. Моя комната была прекрасно видна, точно так же, как мне была видна его. Я развернулся и увидел, что Луи выходит из комнаты. - Ты куда? – спросил я. - Пойду сделаю чай. А ты не шуми тут, а то предков разбудишь. – парень осторожно вышел и плавно закрыл за собой дверь. Я оглянулся вокруг. Помещение было в персиково-рыжих тонах; было ощущение девчачьей комнаты. Я увидел тот стол, за которым Луи постоянно сидел во время моих наблюдений. Было довольно странно несколько дней наблюдать за этим местом, а потом вот так резко в нем оказаться самому. Канат, по которому я перебирался, был привязан точно так же к батарее. Я сел за стол. Провел рукой по стопке книг Джона Грина, по стопке тетрадей, кинул взгляд на бамбук в черном керамическом горшочке. На столе уже не было такого бардака, как раньше, будто Луи готовился к моему приходу. Я встал из-за стола и подошел к синтезатору. На его клавишах было что-то написано маркером. Наверное, парень ещё только осваивал инструмент. Я нажал на клавишу, и та издала довольно громкий звук. Я в страхе отдернул руку, надеясь, что не взбудоражил родителей Луи. Раз он сказал «предки», значит, он живет не только с мамой, как я. На тумбочке рядом с его кроватью стояла неглубокая банка с недоеденным салатом и банка доктора Пеппера. Я присел на его кровать; она оказалась куда мягче обеих моих кроватей и в том доме, и в этом. Провел рукой по красному постельному белью. Рука нащупала что-то твердое под одеялом. Мобильник, наверное. Напротив меня висела огромная картина, та, которую я не смог разглядеть в бинокль. На ней был нарисован какой-то город. Я не мог разобрать, какой именно, но это выглядело довольно красиво. Кроме стола, кровати, кресла, тумбочки, комода и синтезатора в комнате парня больше ничего не было. Она была несколько меньше моей комнаты, но куда уютнее, на мой взгляд. Макбук Луи был открыт на странице фэйсбука, и я сразу же вспомнил про случай с «Соседом напротив». Но я не закончил свою мысль, так как в комнату зашел Томлинсон с двумя кружками чая в руках. Из каждой кружки свисает желтый бумажный квадратик с надписью «Липтон». Люблю этот чай. Луи осторожно закрывает ногой дверь и ставит кружки на стол. - Угощайся. – он улыбается и садится за стол. - Ты давно сюда переехал? - Нет, примерно неделю назад. – отвечаю я и делаю глоток горячего чая. Он приятно обжигает горло. Чувствую во рту привкус земляники. - Меня не было в городе пару дней, когда я уезжал, дом ещё пустовал. Почему вы переехали? – Луи смотрел на меня, не переставая отпивать из кружки, держа её двумя руками. У него были аккуратные кисти, и совсем небольшие, худые пальцы. Его рука отличалась от моей. Моя же кисть была массивной и размашистой, с длинными пальцами, хотя и с такими же тонкими, как у Луи. - Я сам точно не знаю. Наверное, маме захотелось перемен. Она не так давно развелась с моим отчимом и решила начать новую жизнь таким образом, я думаю. - Ммм… Понятно. Вы вдвоем живете здесь? - Да. Иногда я думаю, что нам хватило бы обычной маленькой квартирки где-нибудь в центре Лондона, нас ведь двое. Но маме всегда нравились просторные коттеджи немного дальше от скопления людей. - Да, здесь хорошо. Я живу в этом доме с самого детства и не представляю, что могу жить где-нибудь ещё. Здесь очень красиво, знаешь… И свежий воздух. Это совсем другое, не то, что в самом сердце Лондона, с кучей машин и постоянным запахом пыли и выхлопных газов. - парень немного помолчал, сделав большой глоток и одной рукой вытерев губы. – Тебе здесь нравится? - Здесь неплохо, но мне все ещё сложно привыкнуть. Это несколько отличается от моего прежнего места жительства. – моя кружка уже наполовину опустошилась. Я посмотрел на нее; кружка была с рисунком слоника, держащего в хоботе воздушные шарики. Довольно мило, как и все в комнате парня. – У тебя симпатичная комната. - Ха, спасибо. Фишка в том, что раньше это была комната моей сестры, но она пару лет назад уехала учиться в Манчестер, и я решил перебраться сюда. Здесь почти вся мебель её. Её кровать, её тумбочка и её синтезатор. – Луи указал рукой на инструмент. - Ты играешь? - Не то чтобы играю. Когда мне было 12, я пошел в музыкальную школу на класс фортепиано, но, отмучившись там год, я больше не вернулся. За тот год я научился кое-чему, но все же игрок из меня никудышный. – Луи легко усмехнулся и отпил из кружки. – Ещё я пел, знаешь… Давно. В школе меня постоянно просили петь в школьных спектаклях. Я ужасно стеснялся своего голоса, но все же уступал и пел, если меня просили. Это были забавные времена. А ты ещё учишься в школе? - Да, я заканчиваю 10 класс. У нас тоже ставят всякие бессмысленные пьесы, но я никогда в них не участвую, хотя тоже люблю попеть втихаря. Мы замолчали на несколько минут. Странно было то, что он даже не собирался спрашивать меня о моей позорной слежке. Я допил свой чай и аккуратно поставил кружку на стол. От неё остался круглый мокрый след. Луи смотрел в одну точку; кажется, он задумался. Когда он убирал кружку ото рта, его губы становились влажными и пухлыми от горячего чая. - У тебя когда-нибудь была девушка? – неожиданно спросил он, откинувшись на спинку кресла. - Была, одна. Но это было давно и по глупости. Мне тогда было 14, и я думал, что это любовь на всю жизнь. – я улыбнулся, вспомнив ту девушку. Я встречался с Наоми в 8 классе, мы думали, что это серьезно. Хотя, возможно, только я так думал. Она мне даже отсосала один раз у меня дома. На этом наши отношения и закончились. Через неделю после отсоса Наоми кинула меня и ушла к капитану школьной команды по бейсболу, Нику. После этого с девушками у меня не складывалось, да и были сомнения насчет того, нужна ли мне именно девушка. - Оу, понятно. У меня была пара неудачных отношений, и после этого я понял, что мне, собственно, никто не нужен. Так что я уже года три как одинок. Сам по себе. Даже с друзьями редко вижусь. Они все учатся, времени совсем нет, а я два раза пытался поступить в Манчестер на преподавателя драмы, и все два раза мне не хватало пары баллов. Я уже даже отчаялся. В этом году снова попробую. – Луи встал с кресла, взял кружки, открыл дверь и вышел из комнаты. Я заметил, что он довольно разговорчив, не то что я. Стало как-то не по себе. Время перевалило за 12. Спать совсем не хотелось, крепкий чай с земляникой меня взбодрил. Я подошел к окну и осмотрел нашу улицу. В соседних домах ещё горел свет. Вдалеке я видел огни Лондона, они расплывались у меня в глазах. И тут на первом этаже в моем доме загорелся свет. Наверняка мама проснулась и зашла на кухню. Но зачем? А вдруг она решит заглянуть ко мне в комнату? Что тогда делать? Я уж было хотел лезть обратно к себе, но зашел Луи. - Ты чего? – он подошел ко мне и выглянул из окна. - Кажется, мама ходит по дому. Если она заметит, что меня нет, мне влетит. Я и так наполовину наказан. - я чувствовал руку Луи рядом с собой, она едва касалась моей в районе плеча. - Да ладно, как она заметит, что тебя нет? Не станет же заходить к тебе в комнату. На первом этаже погас свет. Ещё через пару минут ничего не произошло. Я с облегчением выдохнул. Но внезапно увидел, что дверь в мою комнату приоткрылась. Дыхание сперло, и я упал на колени на пол в такую же позу, в какой шпионил за Томлинсоном каждый день. Мою темную комнату озарил мягкий свет из коридора. - Нагнись! – скомандовал я парню и дернул его за руку на пол. Он рухнул рядом со мной. Мы стали наблюдать. Мама стояла в проеме двери и смотрела на мою постель. К счастью, когда я вылезал из неё, мое одеяло образовало бугор. Я молился, чтобы мама приняла этот бугор за меня. - Нужно отвязать веревку! – шепнул я Луи. Тот медленно начал распутывать узел, и через пару мгновений веревка полетела вниз. Мое сердце выстукивало степ, было так страшно. Я продолжил наблюдать за мамой и увидел, что она посмотрела в сторону окна. Мы успели вовремя отвязать веревку, иначе бы она, протянутая к соседскому окну, вызвала бы массу подозрений. Постояв в дверях ещё несколько секунд, мама развернулась и вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь. С меня словно сняли бетонную плиту, такое облегчение я испытал. Мать ничего не заметила, и я расслабленно рухнул на пол в комнате Луи. - Ну и что нам теперь делать? – спросил он, сев рядом, согнув ноги, и положил руки на колени. - В каком смысле? – не понял я. - Мы отвязали веревку, придурок. – парень поправил волосы. - О, черт… - я схватился руками за голову. Действительно, что теперь делать? Как я попаду домой? Без ключей? Сам виноват, не нужно было вообще лезть к этому Луи. Чего я этим добился? Ничего, кроме безвыходного положения. - Эй, ну, не паникуй ты так. – Луи слегка пихнул меня локтем в бок. – Что-нибудь придумаем. - Что тут можно придумать? Я никак не смогу попасть в дом без ключей. Даже задний вход в доме запирается на ночь. Остается только ждать утра, а мне завтра в школу. – запричитал я, положив подбородок на колени. - Ну значит переночуешь у меня, а утром, когда твоя мама откроет задний вход, незаметно проскользнешь домой. – парень говорил спокойным голосом, будто успокаивал меня, как ребенка. Мысль о том, что я буду ночевать в чужом доме у малознакомого человека, меня немного настораживала. Хотя Луи не был похож на маньяка или серийного убийцу, который по ночам завлекает жертв к себе домой, а потом жестоко убивает. Я взглянул на него и мы встретились глазами. У парня были добрые, какие-то теплые глаза. Я невольно улыбнулся и согласился на ночев. - Но где я буду спать? - спросил я, поднявшись с пола и немного успокоившись. - На кровати. - С тобой что ли?- я онемел и посмотрел на Луи. - Рехнулся? Нет. Я буду спать рядом на полу, вон, смотри, какой у меня тут мягкий ковер. И правда, на полу лежал большой, круглый, пушистый белый ковер. - Эм, Луи… А можно я схожу в ванную комнату? – спросил я немного смущенно. - Конечно, иди. По коридору налево. Я аккуратно вышел в коридор. Было темно и немного страшно. Я услышал легкий храп за дверью рядом с комнатой Томлинсона. Наверное, это спит его отец. Я прошел чуть дальше и наконец, нащупав выключатель, зажег свет в ванной комнате. Быстро умывшись холодной водой, я так же быстро отлил, вымыл руки и поспешил вернуться обратно. Зайдя в комнату, я увидел, что Луи уже удобно устроился на ковре с планшетом в руках. - Ты ложись, не стесняйся. Я надеюсь, ты ночами не ссышься в постель? Ну или хотя бы беспорядочно не кончаешь? – он обернулся на меня, робко стоящего в дверях. В полупрофиль Луи выглядел просто волшебно, особенно легко освещаемый настольной лампой. - Н-н-нет. – ответил я и шмыгнул носом. - Ладно, я шучу, расслабься. – он гоготнул и лег на ковер, что-то прокручивая в планешете пальцем. - А я смотрю, ты шутник. – буркнул я, на что получил сухое «ага». Я забрался в холодную из-за открытого окна постель и закутался в одеяло. Задница почувствовала холодный металл – это оказался мобильник, как я и ожидал. - У тебя тут это, телефон валяется. – я высунул руку с мобильником из-под одеяла и положил на пушистый ковер. В ответ тишина. Я лежал, повернувшись лицом к Луи и смотрел, что он так рассматривает в своем планшете. Кудряшки разлетелись почти по всей подушке, и я чувствовал себя на редкость уютно в чужой постели. Я смотрел, как рука парня слегка напрягается, когда двигается по экрану планшета. На его правой руке торчала симпатичная изогнутая венка. В комнате было темно, и лишь свет от небольшого экрана падал на лицо парня; он явно был сосредоточен на чем-то. Мои глаза медленно закрываются, звуки отдаляются, и я почти проваливаюсь в сон. Слышу, как Луи говорит «Спокойной ночи, Гарри», и после этого меня окончательно вырубает. P.S: Ребята, прошу оставлять отзывы, ибо я нихрена не понимаю, нравятся вам проды или нет, и читает ли эту бредятину кто-то вообще. Спасибо за внимание.