Окно напротив

Ужасно жарко. Ворочаюсь в постели, не могу уснуть. Тело зудит от жары и безделья. Я целыми днями дома. Заканчивается третий день без Томлинсона. Поворачиваю голову на тумбочку у кровати: на часах ярким зеленым светом высвечивается 12:35 a.m. Меня посещает мысль о том, что неплохо бы было открыть окно, чтобы проветрить комнату, но я тут же вспоминаю причину, по которой я не делаю этого уже третий день. Не буду врать – мне не хватает этих ночных вылазок. Я часто прокручиваю в голове моменты; как я лезу по веревке и Луи специально раскачивает её, чтобы напугать меня до смерти; а вот я валяюсь у него на кровати и хохочу от его очередной глупой фразочки, пытаясь делать это негромко, чтобы не разбудить родителей. Не получается избавиться от Луи. Никак. Перед глазами постоянно его лицо, его комната и его запах. Я ловлю мимолетный кайф, прокручивая эти моменты в голове, но через секунду по моему телу проходит холодный разряд, и я понимаю, что опять думаю об этом. Переворачиваюсь на бок. Пролежав так с минуту, слышу резкий звук: что-то ударилось об стекло. Я дернулся от неожиданности, спустил ноги с кровати и босиком пошлепал к окну. Я раздвинул пальцами жалюзи и увидел Луи, высунувшегося из окна. Он держал в руке шарики для пинг-понга. Что уж там, сразу бы кирпичом кидал, для лучшего эффекта. Луи снова нацелился, и шарик опять влетел в моё стекло, издав забавный звук. Меня это слегка разозлило, я распахнул окно. - Какого черта?! – возмутился я, разведя руками. - Ну надо же, сработало. А я-то думал, что ты не среагируешь. – тихим голосом ответил Томлинсон. Было холодно, и я поежился, так как стоял в одной майке и шортах. – Может, наконец, объяснишь мне, почему не разговариваешь со мной уже 3 дня? Я постановочно закатил глаза и начал быстро закрывать окно, но жалостливый голос Луи остановил меня. - Пожалуйста, Гарри…- его лицо исказилось в кислом выражении, брови искривились. Я решил дать парню шанс и снова открыл окно. В лицо дунул поток холодного ветра. Запахло дождем. - Это из-за того инцидента? – спросил Луи. - Не понимаю, о чем ты. – я старался, чтобы это прозвучало как можно безразличнее, чтобы мой собеседник понял, что мне все равно. - Всё ты понимаешь. И именно из-за этого не хочешь видеть меня и убегаешь из парка со сладкой ватой в руках. Ведешь себя, как идиот. – Луи посмотрел мне в глаза. – Но мне не стоило этого делать, прости, кудряшка. - Не называй меня кудряшкой. – резко отрезал я и, нахмурившись, оперся о подоконник, выглянув из окна. - Ладно, извини, больше не буду. Повисло неловкое молчание; я услышал раскаты грома вдалеке. - Зачем ты сделал это? – спросил я в пустоту, не отрывая взгляда от черного неба, которое иногда подсвечивалось от вспышек молнии. - Я же сказал тебе, что хотел проверить тебя. - Это неправда. - В каком смысле? - Ты бы не стал самовольно дрочить другу. Сам подумай, Луи. Либо я тебе нравлюсь, либо ты больной на всю голову. Парень напротив меня опешил от такого заявления. Я решил действовать четко и резко. Больше никаких нюней, только факты. За эти несколько дней, что я не видел и не слышал Томлинсона, я раскладывал этот инцидент по кусочкам, каждый кусочек клал на свою полочку и рассматривал его с разной стороны. В конечном итоге, когда я добрался до кусочка, который назывался «как Луи смотрел на меня, когда делал это», я понял, что здесь что-то не так. Тем временем рот Луи безмолвно шевелился. Он явно пытался что-то выдавить из себя, но не получалось. Раскат грома пронесся по небу. - Я тебе нравлюсь? Мой вопрос попал прямо в лоб парню. Я хитро прищурился. Я знаю, что он будет отнекиваться. Интерес рос, я ждал ответа. - Ч-что? – неуверенный голос Луи донесся до моих ушей. -Я-тебе-нравлюсь? – повторил я громче и четче, чтобы друг расслышал. - Я не понимаю, Гарри… - Томлинсон замялся и начал поправлять свою челку, стараясь не встречаться со мной глазами. Я буравил парня взглядом, ожидая вразумительного ответа. - Я видел, как ты смотрел на меня тогда. Когда дрочил мне. – я понизил голос. На щеках Луи отчетливо выступил румянец. Неужели я заставил этого непробиваемого шутника смутиться? - Что ты несешь, Стайлс… - Дай мне веревку. – грубо произнес я. - Что? - Верёвку мне дай. - Зачем? - Я иду к тебе. Томлинсон застыл на месте, но спустя несколько секунд все же наклонился, поднял веревку с пола и бросил её мне. Я ловким движением поймал её и начал оборачивать вокруг батареи. - Значит, ты на меня уже не злишься? Я оставил вопрос Луи без ответа и затянул узел покрепче. Проверив тугость веревки, я повторил все то же самое, что делал на протяжении нескольких недель. Повиснув, я начал быстро перебираться, ожигая руки трением о жесткий материал. Мною двигала какая-то новая, неизведанная мне сила, в крови что-то забурлило, я словно находился под действием энергетика. Хотелось крушить, ломать, кусаться. Голова закружилась, и я чуть было не свалился с веревки. Сверху послышался резкий возглас Луи. Испугался, что сорвусь. Я удержался и, сделав ещё пару движений, достиг цели. Руки зацепились за подоконник, и я быстро запрыгнул в окно. Луи в шоке отпрянул и врезался в стол позади себя. По его лицу было видно, что он слегка напуган моим напором; его грудь быстро поднималась и опускалась, лицо раскраснелось. Он вел себя, как нашкодивший ребенок, которого застукала мама. Я резко сократил расстояние между нами. Захотелось наброситься на парня, сделать с ним что-нибудь, ударить, поцеловать, обнять. Что угодно. Я ощутил его нехватку за эти три дня. - Какого черта ты творишь? – возмутился Луи, шепча. Наверное, если бы его родителей не было дома, он бы уже орал на меня или же пищал от удивления. - Я задал тебе вопрос, но так и не получил ответа. - грубо отрезал я и подошел к Луи ещё ближе. - Ты с ума сошел… Гарри, тебе нужно домой, иди, выспись, ты не в себе. – парень сложил руки на груди, словно отгораживаясь от меня. – Зачем ты пришел? - Мне нужно знать, почему ты это сделал. - Я уже сказал тебе, почему, и прошу прощения. - Ты сделал это не только поэтому. – я нахмурился и сделал ещё один шаг навстречу к Томлинсону. – Я тебе нравлюсь? Я снова задал вопрос, жаждя получить ответ. Мне хотелось выяснить все прямо сейчас. - Гарри, отстань. Я серьёзно, иди домой. – Луи опустил взгляд на пол. Я заметил, что пальцы на его руках слегка подрагивают. Ямочка на его шее между ключицами становилась то глубже, то пропадала совсем от его прерывистого дыхания. Внизу моего живота что-то резко и приятно потянуло от вида парня, и я сделал одну большую, как мне тогда показалось, ошибку. Я сделал два шага вперед и обнял Луи. Я сжал его в своих руках, уткнувшись носом в шею. Он так и не расцепил рук на груди. Костяшки его пальцев довольно больно уткнулись мне в ребра, но мне было все равно – я наслаждался моментом. От парня пахло гелем для душа; я быстро втянул ноздрями приятный аромат. Мои ладони лежали у него на спине, я чувствовал позвоночник Луи под его футболкой; я чувствовал его тепло у себя на груди и животе, мысли перепутались, сердце застучало, и я ощущал, как его биение отдавалось в грудь Томлинсона, прижатую ко мне. Я не знаю, сколько мы простояли вот так, но внезапно я почувствовал резкий толчок в грудь. Луи разжал руки и оттолкнул меня, да так, что я влетел в противоположную стену и больно ударился, врезавшись практически четко в окно. Ещё бы сантиметр, и, клянусь Богом, история с моим падением на траву повторилась бы. Бок, на котором все ещё находился синяк, предательски заныл от резкого удара, и я поморщился. Мои кудри упали на лоб, и сквозь них я видел Луи, который испуганно стоит напротив меня. Я слышал, как он быстро и тяжело дышал, смотря на меня, схватившегося за бок. В голове пронеслась мысль о том, что я все испортил, и сейчас Томлинсон сам выкинет меня из окна за то, что я так бесцеремонно обнял его и сделал это совсем не по-дружески. Но вместо каких-то пламенных речей я услышал быстрые шаги, направляющиеся в мою сторону. Мое тело дрогнуло, когда Луи обвил меня руками за плечи и опустил на пол. Он обнял меня и прижал к себе, положив голову поверх моей. Стало страшно. Что он делает? Руки сами потянулись к телу рядом, и я обнял парня за талию, прислонившись ухом к его груди. Я слышу стук его сердца. Он постепенно успокаивается, становится равномерным. Слышу, как он дышит. В его груди что-то хрипит; заболел, наверное. - Ты мне нравишься. Да. Теперь доволен? – я услышал голос Луи. Он доносился из его груди, такой спокойный и нежный. Чувствую, что моё лицо горит. – Не обязательно было так накидываться. - Как друг? - я неуверенно задал вопрос, всё так же прислушиваясь к стуку сердца под моим ухом. - Как угодно. Ты мне просто нравишься. Если бы не нравился, я бы ни за что не впустил тебя сюда. – чувствую, что давление на мою голову усилилось; Томлинсон вжал свою щёку в мои волосы. - Это… Это хорошо. Прости, что убежал тогда от тебя в парке. – сказал я совершенно не к месту. - Ничего страшного. Я бы тоже не слишком хотел видеться с человеком, который так бесцеремонно отдрочил мне, тем более, который являлся мне другом. – я услышал вину в голосе парня. Мы разговаривали так, будто ничего не произошло, словно вот так вот сидеть на полу и обниматься уже вошло в привычку и мы вели обычную беседу. Я чувствовал себя ужасно глупо и неловко, как и Луи. - Почему ты сделал это? Только не говори мне это снова, не говори. – тихо спросил я. - Потому что я хотел. - Хотел чего? - Коснуться тебя. От слов в моем животе снова что-то сжалось, и я сильнее обвил Луи, вжимаясь в его грудь. В этот момент в моей голове не было ничего, кроме человека, которого я сейчас обнимаю, сидя на полу. Я жил в моменте, словно ничего, кроме него, не существует. - Ты замечательный, Гарри. Ты даже не представляешь, насколько. – сказал Луи с улыбкой, и я сам невольно улыбнулся, закусив нижнюю губу, вслушиваясь в сладкий голос парня. - Твой смех, он такой милый. Каждый раз, когда ты смеешься, мне хочется обнять тебя и подергать за твои щечки, на которых появляются ямочки. А то, как поправляешь свои волосы? О, Гарри, видел ли ты когда-нибудь себя со стороны во время этого? То, как ты улыбаешься; как уголки твоих губ все равно опущены вниз при этом, что делает твою улыбку в тысячи, миллионы раз прекраснее. Твои руки. То, как ты держишь кружку с чаем, которую я давал тебе каждый день, то, как твои пальцы огибают её. Твои шутки, твой характер, твой голос – мне всё нравится. Можешь считать меня полным ослом, но это так. Ты особенный, именно поэтому я впустил тебя в свою жизнь. Я сидел и слушал Томлинсона, смотря куда-то в пустоту. Воздух в комнате словно сгустился и потяжелел, несмотря на открытое окно, под которым мы сидели. В голове взорвались тысячи фейерверков. Наверное, из моих мыслей. Я совершенно не понимал происходящего. Все события перепутались. - Что происходит, Луи? – спросил я, подняв голову и уставившись на подбородок парня надо мной. - Я не знаю. - Если честно, я понятия не имею, что делать дальше. Мы ведь друзья? – неуверенно спросил я и сглотнул накопившуюся во рту слюну. - Друзья не будут сидеть на полу так, как мы, Гарри. Ты испытываешь ко мне только дружеские чувства? - Я не знаю… - соврал я, ведь прекрасно понимал, что друг не станет вызывать в моем животе бабочек. – А ты? - Я… эм… Давай прекратим этот разговор. Я и так слишком много взболтнул лишнего только что. О нет, сейчас он заберет все свои слова обратно, и всё будет как раньше. Может, даже хуже. - Это ты был тогда, на фейсбуке? – после некоторого молчания спросил я, снова опустив голову на грудь парня. - Ага. – Луи хихикнул, снова вжавшись щекой в мои кудри. - Ну ты и придурок. – в шутку буркнул я. – Ты такой хороший, Томлинсон. Я правда рад, что переехал сюда месяц назад. С тобой весело и уютно. Ты принес в мою жизнь что-то новое, то, чего не давали мне мои друзья до тебя. - Но? – перебил меня он. - Что «но»? - Всегда есть «но». - Но ты делаешь странные поступки. - Например? - Я до сих пор не могу понять, на кой черт ты повел меня в тот бар. Что ты хотел этим доказать? - Ничего. Я просто думал, что тебе нравятся девочки, трясущие грудью и попой. А это оказалось не так. – ухмыльнулся Луи. Я отпрянул от него, расцепив руки на его спине. - Я знаю, что ты считаешь меня педиком. Не нужно снова говорить об этом. – буркнул я. Луи не стал расцеплять руки и оставил их на моих плечах. – Но вот что насчет тебя, мистер Натурал? - То, что я обнимаю тебя, ещё не делает меня геем. – возразил Луи и убрал голову с моей, сделав ударение на последнем слове. - Но я видел твой дневник. - Что? - Запись в твоем дневнике. Про Финна. Я почувствовал, что Луи напрягся. Сейчас он скажет, что я самый последний кусок дерьма, который посмел расклеить эти чертовы листы дневника и прочитать то, что написано там. - Это было давно и глупо. Неужели из-за этой дурацкой записи ты подумал, что я могу быть… как ты? - Я не подтверждал того, что я гей. Я ничего не подтверждал. - Я тоже. - И что теперь? - Ничего. - Совсем? - Совсем-совсем. И без того бессмысленный разговор зашел в тупик, и я снова придвинулся к парню, чтобы обхватить его руками. Мы оба ещё не поняли, было ли это дружеским жестом или чем-то большим. Одно я знал точно: я не хочу отпускать его. Мы просидели на полу несколько минут, вслушиваясь в тишину, пока Томлинсон не прервал эту идиллию. - Ты очень красивый… там. – прошептал он. В горле пересохло и я почувствовал, что моё сердце забилось со скоростью звука. Его стуки отдавались в мои уши. Что он несет? - Заткнись, иначе мы перейдем черту и все станет неправильно. – сказал я ему, на что сильные руки парня только сильнее сжали меня. Я испугался. Я правда испугался. Всё случилось так быстро, я ещё не успел осознать произошедшее. Все, что я смог уложить в своей голове на данный момент, это то, что я обнимал Луи и что его шея пахнет сгущенкой. Как глупо, правда? Я ещё раз поднял голову, чтобы носом уловить этот запах, и поймал взглядом его источник – засохшее пятнышко на шее парня. До чего неуклюжий, как можно было пролить сгущенку на свою шею? Невыносимо приятно разглядывать каждую мелочь на его теле, которое так близко. Я слышу раскаты грома за окном. В комнате Луи горит люстра, и она хорошо освещает пространство рядом с нами. На Томлинсоне горчичный свитер. Кто станет носить свитер летом? Конечно же, Луи. Я провел глазами по его челюсти и заметил редкие волоски на его подбородке. Захотелось коснуться его кожи, но я остановил себя, потому что подумал, что все испорчу. И дураку было бы понятно, что именно в этот момент порог дружбы был перешагнут. Начался ливень. Гром разносился по всему небу, отдаваясь эхом вдалеке. Капли дождя бились об карниз окна и отлетали от него, попадая прямо на нас с Луи. Я почувствовал, как моё тело расслабляется, позвоночник прогибается, и я постепенно проваливаюсь в сон под раскаты грома и звук бьющихся капель. Томлинсон ущипнул меня за плечо, что заставило меня резко открыть глаза. - Эй, ты спишь что ли? – он попытался заглянуть мне в лицо. - Да, прости, просто заслушался. Я бы не отказался от нескольких часов сна. Пойду, пожалуй. Пошатываясь, я встал с пола, выбравшись из рук Луи. Дождь окончательно усыпил меня, и я широко зевнул, запустив руки в кудряшки. - Эй, не-не-не, никуда ты не полезешь. Смотри, какой ливень на улице! Веревка мокрая, свалишься ведь. Да и ты слишком сонный, чтобы лезть сейчас обратно. – поучал меня Томлинсон. Развернувшись, я увидел, что парень встал с пола и направился к своей кровати. Аккуратно встряхнув подушку и одеяло, он жестом пригласил меня ложиться. - Прошу, ваше ложе готово. – он наклонился по пояс и улыбнулся мне. Сладко потянувшись, я залез в теплую кровать. Сил на то, чтобы возражать, не было, так что я, не колебаясь, завернулся в одеяло. В комнату проник холодок от дождя, гром все ещё продолжал заявлять о себе, перекатываясь с одной стороны неба на другую. Я сонно улыбнулся стоящему надо мной парню. Его фигура начала расплываться у меня перед глазами, и я провалился в сон. P.S. Я очень надеюсь, что не лажанула с этой главой, потому что в последнее время вдохновение совсем покинуло меня, и я облажалась с предыдущей. У автора кризис, прошу меня извинить, но я правда постараюсь вернуться в прежнее состояние в скором времени. Пишите в отзывы мнения о главе, лажа или нет, лол. И да, наконец-то наши сладкие мальчики приступили к действиям по отношению друг к другу. Давайте же похлопаем мне, что почти 10 глав я не сводила парней вместе.