Окно напротив

До самого глубокого вечера Эмили пробыла с нами. Луи порядком вымотался, бегая за ней по комнате кругами. Я все ещё чувствовал себя слегка неловко после того небольшого случая с мамой. Сейчас уже 10 вечера, а я за это время ещё ни разу не встал с кровати Томлинсона. И, знаете, мне было хорошо вот так сидеть на его мягкой небольшой постели и наблюдать за тем, как Эмили заливисто смеется, бегая от своего старшего братика. А сейчас же, когда малышка уже слегка угомонилась, она решила устроить салон красоты, используя при этом мои волосы. С трудом забравшись на кровать, Эмили серьёзным тоном приказала Луи принести из её комнаты расческу, заколки и резинки. После того, как все необходимые приспособления оказались у девочки в руках, начался долгий и кропотливый процесс плетения косичек. Томлинсон наблюдал, как я корчусь под руками его сестры, когда она слишком сильно тянет меня за волосы. - А-ау, полегче! – визгнул я, когда Эмили снова слишком сильно дернула мой локон. В ответ на мой визг девочка чмокнула меня в макушку и продолжила своё занятие. - А кто-то влюбился! – игриво произнес Луи, смотря в нашу сторону. - Ничего я не влюбилась! – ответила малышка обиженным тоном. - Тебе всегда нравились мальчики постарше, не так ли? Действительно, зачем тебе какой-то Джон, только и умеющий копаться в песочнице! – захохотал Луи. Все мои кудряшки переместились на мой лоб, на голове было сплошное птичье гнездо из косичек и запутанных волос. Я услышал, как сзади меня раздался милый зевок. - Не пора ли тебе спать, принцесса, м? – спросил Луи. - Нет, я не хочу, мне надо доплести Гарри косички, Луи! – девочка обняла меня за шею, не желая отпускать. Томлинсон неохотно поднялся с кресла и подошел к нам. Моё лицо оказалось на уровне его живота. Девочка позади меня захныкала, когда её брат начал расцеплять её ручки на моей шее. – Эмили, мама с папой будут ругаться, если узнают, что ты ещё не спишь в такое время! - Но я хочу остаться с Гарри! – хныкала она, цепляясь за мою шею и плечи. - На сегодня Гарри мой. – строго ответил парень, и мои щеки покраснели. Луи подхватил плачущую малышку на руки и направился к двери. - Пожелай Гарри спокойной ночи. - Спокойной ночи. – прошептала Эми, продолжая хныкать брату в плечо. – Я доплету твои косички завтра, хорошо? - Хорошо, милая. – улыбнулся я, и Томлинсон скрылся за дверью. Я остался один. Решил подойти к окну, чтобы посмотреть, горит ли свет в моем доме. Подойдя, я увидел лишь тусклый свет на веранде. Ни на первом, ни на втором этаже его не было. До меня донесся плач; наверное, Луи безуспешно пытался уложить неугомонного ребенка в кровать. Не понимаю, почему он считает её дьяволенком? Вполне обычная девочка, немного шаловливая, всего-то. Я поднял руку и нащупал косички, только что заплетенные мне. Распутав их, я поправил волосы, чтобы не выглядеть идиотом, когда мы останемся наедине с Луи. Что он имел в виду, когда сказал, что на сегодня я его? В животе засквозило, будто я ожидаю какого-то важного события. Взяв со стола одну из книг Джона Грина, я уселся обратно на кровать, решив почитать немного, пока прилежный нянь выполняет свои обязанности, и заодно отвлечься от всяких ненужных мыслей. Устроившись поудобнее, я приступил к чтению и дошел до двадцатой страницы, пока наконец не услышал шаги Луи. Отложив книгу в сторону, я выпрямил плечи и ещё раз поправил волосы. Прихорашиваюсь как перед свиданием. Самому от себя противно. Томлинсон зашел в комнату, закрыв за собой дверь. - Ты извини за неё, не дала нам провести время нормально. – виновато произнес Луи. - О чем ты говоришь? Она же такая милая девочка! Ты прочитал ей сказку на ночь и поцеловал в лобик? - Что за нюни?! – фыркнул парень и уселся рядом со мной на кровать. – А у тебя нет братьев или сестер? - Неа. Я один. Но, знаешь, иногда мне хочется сестренку или братика. - Ты дурак, Гарри, сестры и братья, тем более младшие, - это самый настоящий ад. - Ты такой пессимист. – я состроил недовольно лицо. - Нет, я реалист, кудряшка. Я слегка улыбнулся и перевел взгляд на Луи. Сегодня он был каким-то особенным. Не таким, каким бывает каждый день. Кончики пальцев моих рук касались его, но одного этого касания хватило, чтобы послать в мой живот и мозг какие-то приятные импульсы. Я наблюдал его профиль, прекрасный, очаровательный профиль. В голове всплыла вчерашняя ночь. - Ну… эм… - начал парень и посмотрел на меня. Откуда между нами такая неловкость? Раньше такого не случалось. Это удивило меня. Луи начал рассматривать мое лицо; я видел, как его глаза опускаются с моих волос и достигают губ. Я мгновенно краснею, хочется отвернуться, но я не могу, пристально наблюдая за его взглядом. По телу проходит дрожь, когда я вижу, что его лицо приближается к моему. Опускаю взгляд на его губы. Он становится ещё ближе, и ещё. Мне начинает казаться, что сейчас я упаду в обморок. Наконец между нами остается пара сантиметров. Я слышу скрип кровати, то, как она прогибается под движениями Луи в абсолютной тишине. Моё внимание фокусируется на каких-то совершенно посторонних вещах. Мне вдруг вспоминаются избиения Джереми в туалете, мой проваленный зачет по химии, Зейн, Луи, мама. Да кто угодно. За секунду я словно исчезаю с того места, где сейчас нахожусь. - М-может, выпьем чаю? – выпаливаю я Луи почти в губы, но понимаю, что поздно, когда чувствую на своих губах тепло. Слышу резкий вдох напротив меня и ощущаю ладонь Томлинсона на моей щеке. Глаза широко распахиваются, и я смотрю куда-то за спину Луи. Прохожусь взглядом по стене, двери. Голова совершенно не работает. Тем временем я чувствую, как язык парня постепенно пытается прорваться сквозь мои губы, и именно в этот момент мне окончательно срывает крышу. В животе тянет, я чувствую потребность в этом поцелуе. По всему телу разливается тепло, и я приоткрываю губы, закрывая глаза. Мягкий, слегка шершавый язык проникает чуть внутрь, оглаживая мой рот изнутри. Затем он отправляется сквозь мои зубы, глубже, и через считанные мгновения я уже чувствую своим языком его. Луи делает движение губами, я слышу тихое причмокивание. На это движение снова реагирует мое тело, и начинаю двигать языком в ответ. Становится жарко. Темп убыстряется, я слышу мокрый звук, который издают наши сплетенные рты. Дыхание парня опаляет мою щеку, в то время как его большой палец слегка поглаживает другую. Мои глаза закрыты, но я вижу миллиарды маленьких разноцветных точек. Наверное, это моя визуализация наслаждения, которое я получаю в этот момент. Томлинсон двигается ближе ко мне, и я чувствую, как он наклоняет меня на спину, пытаясь уложить на кровать. Я не сопротивляюсь. В животе все так же играет буря из ощущений, с каждой секундой я все больше нуждаюсь в близости Луи. Его губы такие мягкие, и на вкус он как персик. Мы продолжаем целоваться, издавая тихие причмокивания. Я все шире открываю рот. Позволяя языку Луи блуждать по моим деснам, зубам и иногда сплетаться с моим. Я никогда так не целовался. А тем более, с парнем. Последний раз чей-то язык в моем рту бывал в 8 классе. Лежу на мягкой кровати, сверху меня довольно увесистое тело парня. Я чувствую, как его живот надавливает на мой, когда он дышит. По-прежнему не могу сообразить, куда деть руки, и первое, что мне приходит в голову – это закинуть их на спину Томлинсону, что я и делаю. Его пах вжимается в мой, и мне кажется, что то ощущение, которое я получаю при этом, в миллионы раз лучше любой дрочки. Возбуждение нарастает, кажется, что ещё чуть-чуть, и я потеряю контроль над собой. Дыхание учащается, мы играемся языками, я все ещё чувствую его вкус. Его рука зарывается в мои волосы, пальцы накручивают мои кудряшки. То, что делают его руки и то, что делает язык – две совершенно разные вещи, и я не могу понять, как он может совмещать их. Его ладони и пальцы так нежны, а язык и губы терзают мой рот. Проходит ещё несколько секунд, и я начинаю постанывать под парнем. Мне слишком хорошо, и я не могу сдержать своих эмоций. Знаю, что потом пожалею об этом. Возможно, мы оба пожалеем о том, что вообще сейчас здесь произошло. Понимаю, что Луи улыбается сквозь поцелуй, и его язык покидает мой рот, а через секунду и губы отстраняются от моих. Он тяжело дышит, нависнув надо мной. Я в полной агонии с все ещё закрытыми глазами. В животе скопилось горячее возбуждение, и я нуждаюсь в чем-то большем, чем поцелуй. - Иди домой, кудряшка. – отрезал Луи и поднялся с меня, поправляя волосы. - Но… - срывающимся голосом возражаю я, оставаясь в прежнем положении. - Иди. – в его голосе чувствуется вина, будто он сожалеет. Ну вот, приехали. Так и знал, что все так и будет. - Тебе стыдно, да? – в отчаянии спрашиваю я, пытаясь отдышаться. В ответ получаю лишь такое же сбитое дыхание. Сейчас мне не хочется ничего выяснять, я даже не могу найти сил для этого. Поднимаюсь с кровати и быстро иду к окну. Поворачиваю голову на Томлисона. Он сидит, закусив губу и смотря куда-то в стену. Оказавшись у себя в комнате, я быстро отвязываю веревку и падаю на пол под подоконник. Расстегиваю джинсы, рука ползет под боксеры. Обхватываю свой налитый член и провожу рукой, на этот раз пытаясь сдержаться. Хватает пары движений и воспоминаний о языке Луи, как оргазм накрывает меня с головой. Моё лицо искажается от наслаждения, но я не издаю и звука. Рука продолжает движения, пока меня наконец не отпускает, и я обессилено валюсь на пол. Ощущение такое, будто мой мозг растекается по полу. Не могу собрать мысли воедино. Валяюсь на полу с расстегнутыми джинсами, раскинув руки и ноги в стороны, как последняя оттраханная шлюха. Дверь в комнату не заперта, но мне плевать. Я бессмысленно пялюсь в потолок и, кажется, я счастлив. Сворачиваюсь в комочек прямо на прохладном полу, не желая делать лишних движений и идти в кровать. Я, наверное, сошел с ума. Не знаю, что будет завтра, знаю только то, что сегодня мне было хорошо. P.S: я решила особо не распинаться в этой главе, она небольшая, но довольно насыщенная. Я не стала пихать всякие ненужные подробности, все чётко и быстро, ибо я и так уже долго тянула. Надеюсь, вам понравилось. И да, ещё, автор очень слаб в описании таких "горячих" вещей, так что простите, если что не так.