To each his own.

247 - David Correy

Пятница. Сегодня Пак ночует у Чона. Но до сна ещё есть время, поэтому они решили что-нибудь посмотреть. Пак взял с собой четыре бутылочки соджу, надеясь, что этого им хватит. Они выбирают фильм, выключают свет, и садятся в позе лотоса на мягкий диван с подушками. Перед ними стоит столик с закуской и соджу. Они берут по бутылочке и пьют, смотря кино. Тут Чон смотрит на Чимина, который пьёт из бутылки, на губы, обхватывающие так соблазнительно горлышко, что хочется, чтобы они были на его плоти. Хочется почувствовать, как они кольцом обхватывают его орган, как посасывают, как целуют. Представляя все это, он невольно начинает возбуждаться. Чонгук замечает подушку и незамедлительно кладёт её на свои бёдра, так, чтобы Чимин не заметил внушительный бугорок на его штанах. Они продолжают смотреть фильм, а Чону не комфортно сидеть со стояком. Поэтому он говорит Паку, что отлучится ненадолго и уходит в туалет. Он заходит и опирается спиной о стиралку, опуская руку к паху и сжимая его через ткань, выдыхая от этого. Приспускает штаны и бельё, вытаскивая орган, и легко проводит по нему кончиками пальцев. Обхватывает кольцом, проводя от основания до головки, большим пальцем растирая выделившуюся смазку. Вдруг он чувствует чужую руку, обхватывающую его собственную, и открывает глаза, встречаясь с чужими и видя в них желание. — Я помогу, — Чимин убирает его руку, начиная водить по члену своей миниатюрной. — Мне снился сон, — около уха ещё больше возбуждающий шёпот. — И какой же? — Гук спрашивает, выдыхая, потому что рука начала двигаться быстрее. — Мне снилось то, как ты берёшь меня раком, — прикусывает мочку уха, — трахаешь своим членом, заполняя мою дырку, — Чимин опускается на колени, смотря на член перед собой. Пак покрывает плоть поцелуями, касаясь шершавым языком, и смакует непривычный, но приятный привкус Чонгука. Он плотно обхватывает губами головку и сжимает ее так, что Гук дергается, не сдержав стон. Язык широкими касаниями ласкает чувствительную кожу, цепляя уздечку, а пальчики мягко скользят по всему стволу. Он опускается ниже, вбирая наполовину, и принимается слабо покачивать головой, с каждым разом толкаясь все глубже и ощутимо посасывая твердую плоть во рту. Расфокусированный взгляд Чонгука опускается на парня, который сейчас выглядит так пошло и сексуально, что хочется кончить от одного вида. И Чимин не прячет глаза, смотрит прямо и уверенно, продолжая скользить пухлыми, влажными губами по всей длине члена, изредка выпуская головку и вновь всасывая ее в горячий рот. Понимая, что желание кончить становиться сильнее, Чонгук стал выходить, освобождая ротик, оставляя лишь головку, и тут же ощущая, как язычок стал активно вылизывать её и обсасывать. Чимин цепляется пальцами за его бедра и прикрывает глаза. Язык нащупывает и изучает, скользит по каждой вздутой венке, по подбородку стекает влажная и вязкая слюна, а губы начинают ощутимо гореть и покалывать. Чимин ускоряется, чувствуя пульсацию органа. Для успешного завершения Пак помогает себе ладошкой, ускоряя ритм движения руки и губ, и с тихим стоном принимает обильно выстрелившую в горло сперму, невольно давясь ею. Несдержанный стон Чонгука становится усладой для ушей, а дрожащее после перенесенного оргазма тело мелко содрогается, пока Чон пытается восстановить тяжелое дыхание. — Моя очередь, — говоря это, Гук поднимает парня на руки, неся в спальню. Он ставит Пака на ноги около кровати, раздевая себя и его. А Чимин смотрит на него диким взглядом, гадая, что же тот хочет сделать. Они ложатся на кровать, когда Чон, нависая сверху, проговаривает: — Давай сюда свою задницу, — Чонгук разворачивает парня, ставя на колени и заставляя широко их раздвинуть. Чон поглаживает округлые ягодицы, сминая их в пальцах. — Прекрасно, — Чимин смущается, но прогибается лучше, расслабляясь. Чонгук выдыхает, обхватывая ягодицы, и прижимает их крепко друг к другу, после чего шлёпает каждую. Чонгук наклонился ближе, и раздвинув края дырочки большими пальцами, широко провёл языком, слизывая смазку и оставляя после себя влажный след от слюны. Чимин, тут же коротко вскрикнув, уткнулся в сгиб своего локтя. — Гуки… — он тихо прошептал. Войдя во вкус, Чон начал активно вылизывать попку. Чимин, не переставая, тихо всхлипывал и тяжело дышал. Чон аккуратно стал надавливать и проталкивать язык внутрь, ощущая как пульсирует колечко мышц, сжимаясь вокруг него. Гук толкнулся языком особенно глубоко, и Чимин, выгибаясь, стал несильно толкаться навстречу. Чон сжимает пальцами бёдра и шлёпает ягодицы, продолжая смачивать сжимающийся вход и толкаться в него языком. Проводя пальцами по промежности, Чонгук вновь разводит ягодицы Пака, трахая его дырочку языком, слыша громкие стоны. Чон чувствует, как напрягается Пак, а после слышит жалобный крик и удерживает Чимина, когда тот содрогается, кончая на простыни. — Мы не закончили, — Гук поглаживает спину пальцами, нагибаясь и целуя её. Он поднимает Пака, хватая за талию рукой и прижимая его к своей груди, и целует шею, проводя по ней языком. Чон проникает пальцами в ротик, чувствуя слюну на языке, который сразу принялся двигаться. Гук покусывает шею Пака, не переставая трахать пальцами горячий ротик. Он не спеша вынимает пальцы, отрывая парня от своей груди, ставя вновь на четвереньки, и раздвигает половинки, размазывая слюну, по и так мокрой дырочке. Он давит пальцами, наконец проникая внутрь. Не медля, он проникает глубже, растягивая несопротивляющиеся стеночки, давя на заветный бугорок внутри, понимая, что наткнулся на простату, когда Чимин выгибается и громко вскрикивает. Он стимулирует чувствительную точку, добавляя ещё один палец, разрабатывая дырочку. — По..ах..пожалуйста, — выдыхая со стоном, произносит Пак. — Пожалуйста, что? — издевается. — Заполни меня своим членом и трахни, — Чимин уже умоляет, поворачивая голову и смотря на Чона через плечо. Чону больше повторять не нужно. Он вынимает пальцы, беря свой член у основания, и направляет его в раскрытую дырочку, и медленно проведя вдоль промежности, стал входить. Пак чувствовал, как член входит все глубже и глубже, одновременно задевая маленький бугорок наслаждения. Удерживая руками ягодицы Чимина раскрытыми, Чону было видно, как его член погружается в жаркую глубину. Войдя до конца, он переместил свои ладони выше на талию парня, и крепко сжав, вдавил того в кровать, заставив Чимина выдохнуть и начать хватать ртом воздух. Чон стал выходить из тела, но он тут же загоняет член обратно вглубь сжавшейся уже на нём дырочки и принимается двигаться внутри, наращивая темп, при этом рыча от удовольствия. Чон подаётся тазом назад, выходя из тут же закрывающейся следом дырочки, но лишь наполовину, в следующую секунду резко проникая, врываясь обратно, проходясь по всем нужным точкам в глубине, заставив парня под ним задохнуться и натянуть пальцами простыни, грозясь разорвать их. Чонов член скользит прямо в растянутую дырку, и с каждым разом движения становятся лишь нетерпеливее, грубее, а звонкие шлепки от соприкосновения их тел громче. Чонгук трахает размашисто, проникая глубоко внутрь, не переставая стимулировать чувствительную простату, раздражая её только сильнее. Чонгук замедляется, вжимается членом в простату, после выходит, оставляя головку внутри, но затем загоняет член резко, утыкаясь в простату, и рычит от наслаждения. Чимина выгибает под углом, он зажмуривается, пока из члена выплёскивается сперма, пачкая грудь и живот. Пак напрягается всем телом и протяжно скулит, пытаясь соскочить с члена, но Чонгук не даёт, двигаясь быстрее и делая последний глубокий толчок, кончает внутрь, заставляя Чимина дрожать. Уставшие, они валятся на кровать, Гук уже хочет обнять парня, но отстраняется, идя за полотенцем. Он возвращается, вытирая Чимина от белесых капель, и откидывает грязную простынь в сторону, заставляя Пака от этого действия приподняться. Чон ложится рядом, крепко обнимая парня, который приподнимается, чтобы быть с ним наравне и целует. Устало так. Чон проводит языком по пухлой нижней губе и проскальзывает внутрь. Чимин выдыхает через нос, млея от ласк, и отстраняется, прижимает Чона ближе к себе, вновь спускаясь и обнимая, утыкаясь носиком в шею. Чон улыбается от этих действий, крепче обнимая Пака. — Завтра мы идём на свидание, — Чон утверждает, зарываясь носом в иссиня чёрные волосы и гладя их пальцами. Он чувствует, как Пак улыбается, легко кивая и целуя его в шею. Чон накрывает их одеялом, что лежало у ног, и обнимая самого прекрасного, по его мнению, парня, засыпает, слыша, что тот мирно посапывает.