1001 тупой подкат от Геральта

Поначалу Геральт пытался всячески скрыть свою непрошеную улыбку, которая так и норовила появиться на лице, когда он наблюдал за Юлианом, делающим свою обыденную работу. Казалось бы, ничего необычного — совершенно простые движения, когда молодой учитель поправляет декорации, перебирает изящными пальцами струны лютни, на которой, оказывается, умеет потрясающе играть, или когда помогает детям встать в более подходящую позу, но все это так завораживало внимание Геральта, что тот просто не мог отвести взгляд, подмечая каждую деталь и, конечно, не переставая улыбаться тому, как мило Лютик выглядел. Это был первый раз, когда Геральту довелось наблюдать его взаимодействие с детьми и эту заботу, которая проявлялась буквально везде — в этих нежных движениях, в том, как он едва заметно трепал детей по голове, в мягком голосе… спонтанный гость этой репетиции даже представить себе не мог, насколько сильно его сердце может заполняться каким-то приятным нежным чувством привязанности просто от того, что он может наблюдать. Это усиливало желание стать ближе, поэтому он поставил перед собой цель флиртовать при первой удачной возможности. Но Геральт не отличался беспалевностью. Возможно, его просто не заботило то, как он выглядит со стороны, когда пялится на Лютика, а возможно, в глубине души поселилось желание быть замеченным, дать еще один небольшой знак о своих зарождающихся чувствах. Тем не менее, в чем бы ни была причина, это было совершенно неважно, потому что Лютик был не против, когда стал чувствовать на себе пристальный взгляд, немного смущающий, но делающий его счастливее в то же время. Оба чувствовали некий уют, окутывающий всю студию и погружающий ее в какую-то теплую атмосферу, которую замечали только они, но этого было достаточно. И чувствовал он везде. Казалось будто они стали героями какого-то сериала, где все продумано до мельчайших деталей и было так идеализированно… Но это была реальная жизнь, в которой Геральт с Лютиком ловили каждую секунду пребывания в этой малоосвещенной студии. Но кто сказал, что в реальной жизни не может быть плот твистов? Задаваясь этим вопросом, Геральт поднялся на сцену, где дети репетировали «Спящую красавицу». Его дочка лежала на импровизированной кровати, сделанной из 5 стульев, но Лютик пообещал, что обязательно подыщет что-нибудь получше на роль ложа для юной принцессы. К Цири подошел мальчик, играющий принца, и аккуратно чмокнул ее в щеку, немного покраснев. Девочка захихикала, открывая глаза. — Все прекрасно, за исключением одного, и я бы хотел обратить на это ваше внимание, – начал было Лютик, но Геральт перебил его. — Да, целуешь как-то не по-мужски–  — Геральт, они еще де- — Смотри как надо, – он направился к учителю, кладя руки на его талию и приближаясь губами к губам Лютика. Когда их лица были на расстоянии нескольких сантиметров, учитель поставил ладонь между губами, не давая им соприкоснуться.  — Во-первых, они дети, во-вторых, он не может обхватить ее за талию, потому что она лежит, а, в-третьих, не думаешь ли ты что мы слишком мало знакомы для поцелуев?— Лютик изогнул бровь.  — Окей, подловил, сегодня могу забрать тебя после работы, и мы поедем в какое-нибудь романтичное место. Считай это свиданием, ммм?  — Геральт, я не могу…– сердце Геральта замерло, и Лютик, заметив, как тот поник, добавил, — сегодня у меня дела. Но, я смогу в пятницу, идет? -Идет.- кивнул успокоившийся Геральт и, повинуясь порыву, заключил его в объятия.