Мнимое счастье

Оправила лямки платья цвета морской волны и попросила Марту помочь зафиксировать лаком мои кудри. Я не напрягалась с организацией вечеринки так сильно, как заморочилась со своим внешним видом. Я была обязана выглядеть на все сто процентов. Нет, на целых двести! — Платье не слишком короткое? — спросила у подруги и ещё раз повертелась около зеркала. — Слишком, — подмигнула Марта. — Твоя задница смотрится чертовски сексуально! Идеально! Озорно улыбнулась своему отражению и, наконец, оценила наряд подруги. Впрочем, она всегда выглядела соблазнительно, оттого и восхитительно. — Туфли, правда, натирают, — пожаловалась и присела на пуфик, умудрившись одним глазом поглядывать в зеркало, а вторым в сторону подруги. — Может, к этому платью подойдут белые босоножки? Марта одарила меня странным взглядом: — Не припомню, чтобы ты раньше напрягалась из-за своих вечерних «луков». Через приоткрытую дверь ванной комнаты послышалось приглушённое хихиканье: — Для сталкера старается! Агата как всегда была слишком «кстати» со своим замечанием… Закатила глаза и показала средний палец двери, надеясь, что до подруги дойдёт моё негодование. Марта вновь задумчиво окинула меня взглядом: — Ты пригласила его на вечеринку? Да, чёрт возьми, я пригласила его на вечеринку. Более того, я настолько была воодушевлена знакомством с Гэбриелом Норманом, что в ярких красках обрисовала подругам детали нашей встречи. Наших нескольких встреч. Агата была в восторге, в прочем, любовная тема всегда производила на неё неизгладимое впечатление. В свою очередь Марта скептически отнеслась к новому знакомому, заявив: — Он не сталкер, Бьянка. Он — кабель. Да, я не забыла упомянуть наличие девушки, которую видела собственными глазами, но настолько «мельком», что начинала забывать о её существовании. Марта же зацепилась за нелицеприятный факт и не уставала напоминать. Вот и сейчас, когда я лихорадочно поправляла макияж, она в сотый раз повторила: — Не нравится мне этот сталкер. — Он тебе и не должен нравится, — парировала Агата, выйдя из ванной комнаты. — Достаточно того, что он нравится Бьянке. Оторвавшись от созерцания своего отражения, не поленилась в очередной раз показать подруге характерный жест: — Сталкер мне не нравится. Ну-у-у, не в том смысле, в котором вы могли подумать. Судя по взглядам подруг, они не подумали доверять моим словам. — Мне нравится его компания, — продолжала настаивать на своём, не помышляя, насколько сильно мои слова напоминали оправдания. — Мы неплохо общаемся и… Ему одиноко в незнакомой стране, почему бы не поддержать человека, м-м? — Девушка его не веселит? Бросила предостерегающий взгляд на Марту, которая уже получила локтем в бок от насупившейся Агаты. Хоть кто-то на моей стороне! — Девушка не стена! Подвинется! Самое время тактично промолчать, но я умудрилась в возмущении воскликнуть: — Я не претендую на сталкера! — взяла со столика мобильный телефон и протянула подругам. — Я даже написала, чтобы подружку с собой приводил. Мне то что? Одним гостем больше, одним меньше! Агата посмотрела на меня как на умалишённую. Примерно также я чувствовала себя, когда отправила приглашение Гэбриелу и зачем-то упомянула его девушку. Мне настолько сильно хотелось доказать сталкеру, и в первую очередь себе, что наше общение не более чем «приятельское времяпровождение», что я умудрилась пригласить его подружку. Очень надеялась, что он не принял мои слова всерьёз и придёт на вечеринку в полном одиночестве. Однако Гэбриел не спешил с приходом, отчего я начинала нервничать. Мы с подругами спустились на первый этаж родительского гнёздышка, который был заполнен гостями. Верхние этажи — табу для посторонних, и для забывчивых предусматривались декоративные ограждения с золотистыми столбиками и бархатным канатом. Осторожно пересекла самодельную преграду и попала в водоворот нескончаемой болтовни и смеха. Уделила внимание семейке Марино, которая в полном составе приняла моё приглашение, не забыла поприветствовать сестёр Риччи, чьи успехи в ювелирной нише соответствовали говорящей фамилии. Мимо проносились официанты, силуэты которых мозолили глаза, но в большей степени меня отвлекали организаторы. Они неустанно подбегали ко мне, уточняли детали мероприятия, сетовали на недостаток алкоголя, который  гости употребляли литрами. Наконец, когда из-за очередной фразы организатора: «Можно вас на минуточку?», я потеряла нить разговора с миссис Бруно, не выдержала: — Я за что деньги плачу? — рявкнула на организатора. — Не хватает алкоголя — закажите ещё! Бочками пусть прикатывают! Делайте всё, чтобы гости были довольны, и меня не трогайте! Спустя полчаса пустых разговоров, позволила себе отдалиться от общей массы и погрузиться в мобильный телефон. Ни одного сообщения. Лгу. Сообщений множество, но только чат с Гэбриелом молчал. «Ты скоро?» — быстро напечатала и, пока не успела передумать, отправила. Пожалела о сообщении сразу же, как только оно приняло статус «прочитано». Заблокировала экран мобильника и прикрыла глаза, чувствуя, как неприятно покалывали кончики пальцем. Волнение. — Замечательно выглядишь, Бьянка. Вздрогнула от внезапного голоса, прозвучавшего позади меня и слишком близко, отчего мужское дыхание задело мой затылок. Обернулась на нарушителя личных границ и вынудила себя улыбнуться в тридцать два зуба: — Спасибо, Марко. Марко Санно — известный в Италии прожигатель жизни и медийное лицо, украсившее не один рекламный ролик на территории нашей страны. Мы познакомились на съёмках одной рекламной компании, и с тех пор не раз пересекались на подобных вечеринках. Я старательно ограничивала наше общение работой, но Марко не оставлял попыток продвинуться на этом поприще чуть дальше. Так и сейчас его наглая ладонь, без разрешения обосновавшаяся на моей талии, норовила опуститься ниже. Сделала шаг назад и приняла бокал вина, в галантном жесте предоставленный мужчиной. Его попытки понравиться станут проблемой на весь вечер, и я это прекрасно понимала, когда отсылала приглашение. Иначе не могла — фамилия Санно известна в наших кругах и без сомнений привлечёт внимание к моей вечеринке. А мои вечеринки всегда проходят на «ура!». — Прикольная вечеринка, — сделал сомнительный комплимент Марко и даже не смог прочитать мой красноречивый взгляд. — Заплыв в бассейне предусматривается? Не сдержалась от саркастического смеха: — Обязательно. Конкурс мокрых плавок начнётся в двенадцать. Не опаздывай! Марко рассмеялся, а я вновь улыбнулась, наперёд зная, что и эту улыбку он не в силах правильно интерпретировать. Мне смешно и одновременно грустно от того, что приходилось тратить время на общение с «медийным лицом», когда моего внимания требовали многие другие…лица. Мне грустно, что впервые не испытывала восторга от вечеринки и желания сделать её лучшей в новом году. Кажется, Марко что-то сказал, но куда важнее для меня было разблокировать экран мобильного телефона и прочитать полученное сообщение. «Ты скоро?» «Без меня не можете начать?» Усмехнулась и, позабыв о существовании Марко, записала голосовое сообщение: — Именно так, сталкер. Все ждут твоего прихода: фанфары настроены, салюты в боевой готовности, — не удержалась от нервного смешка и от собственной несдержанности сжала пальцы руки в кулак, чувствуя, как неприятно длинные ногти впились в ладонь. — Серьёзно, Гэбриел, если у тебя появились другие планы, то дай знать. «Чтобы я не изводила себя в ожидании твоего прихода», — мысленно закончила и, конечно же, не озвучила. Отправила аудиосообщение и в притворном смущении вернула внимание Марко: — Извини, — мило захлопала глазами. — Ты что-то сказал? Я знала этого мужчину достаточно хорошо, чтобы наверняка предугадать его реакцию. Он не будет кидать в меня обидку по двум причинам. Причина номер один — в случае ссоры от мизерного шанса на отношения не останется ни следа. Вторая причина — ссора с одним из членов семьи Бесьяно ещё никого не делала счастливым. Именно поэтому в моём доме так много гостей, громкого смеха и дружелюбных улыбок: никто не осмелился проигнорировать моё приглашение. — Я предложил выйти на улицу, — повторил Марко и в галантном жесте пропустил меня вперёд. — Покурим? С языка норовил слететь положительный ответ, но я вовремя прикусила его кончик. Отказалась. — На улице дождь, — пояснила свой отказ сомнительным аргументом, будто не признавая наличие крыш. — Лучше принеси мне ещё один бокал вина. А лучше всю бутылку. Марко подмигнул и, одарив белоснежной улыбкой, отправился на поиски алкоголя. Наконец-то! Шансы отыскать местечко, где никто не потревожит, свелись к нулю. Поглядела в панорамное окно, прожигая взглядом стену дождя, и ощутила, как лёгким не хватало глотка свежего воздуха. Не отказалась бы выйти на веранду, послушать шум природы и ладонями собрать капли дождя. Возможно, воспользовалась бы запасами сигарет, припрятанных в клатче, но точно, не будучи в одной компании с Марко. Оглянулась в поисках мужчины и, пока он не вернулся, быстро направилась к выходу из дома. Ближайший путь на улицу расстилался сквозь гущу гостей, и я ловко маневрировала, с милой улыбкой отказываясь поддержать пустой разговор. Пробралась к главному выходу и резко остановилась, тем самым преграждая путь официанту. Парень споткнулся о неожиданную преграду в виде меня, но надо отдать ему должное — вовремя спохватился и предотвратил погром сервиза. Механически кивнула на быстрые извинения и неотрывно наблюдала, как моя подруга одаривала своей коронной улыбой моего гостя. Сталкера. Он что-то говорил ей, сопровождая слова ленивой жестикуляций, видимо, не замечая, как с каждой секундой Агата подходила ближе. Я знала подругу достаточно хорошо, чтобы уловить характерные сигналы: вот она откинула волосы за спину, невзначай оправила лиф коктейльного платья, чтобы её «четвёрочка» не осталась без внимания необычных глаз. Агата активно кивала, поддерживая слова Гэбриела, и всё чаще касалась ладонью его локтя, не забывая одаривать заинтересованными улыбками. — Бьянка, ты куда пропала? Вынужденно оторвалась от созерцания неприятной картины и переключила внимание на подошедшего Марко. Всё-таки нашёл. — Ты чего застыла? — Можно ещё больше вопросов? — раздражённо парировала и, зацепившись взглядом за бокал вина в его руке, приняла причитавшийся для меня напиток. — Надо поприветствовать новоприбывших гостей. Не дожидаясь, пока Агата перейдёт к более активным действиям, двинулась в сторону парочки. Подруга заметила меня первой и радостно помахала рукой, будто мы полчаса назад не примеряли вместе гардероб. — Бьянка! — воскликнула она, и Гэбриел обернулся, встречаясь со мной взглядом.- А я гостей твоих встречаю! — Для этого есть швейцар, — как можно дружелюбнее заметила, не сводя глаз с ледяного мужчины. И правда, ледяной, раз со своим появлением привнёс в дом морозную свежесть. Духота исчезла, а тело окутали предательские мурашки. — Я немного растерялся в огромном доме, но Агата помогла мне сориентироваться, — пояснил Гэбриел и одарил девушку улыбкой. Улыбкой, чёрт дери! На мою же долю он не скупился ухмылкой, когда я пригубила вино. Подруга вновь не сдержалась в улыбках и в очередной раз коснулась локтя сталкера, даже не подозревая, какую злость вызывали во мне эти прикосновения. Ответила ухмылкой на ухмылку и вздрогнула, когда тёплая ладонь Марко обосновалась на моей талии. Надо же, я успела забыть о его существовании. — Марко, познакомься с моим новым знакомым, Гэбриелом Норманом. Мужчина протянул руку для рукопожатия и, когда американец ответил на него, представился: — Марко Санно, — когда с любезностями было покончено, мужчина прищурился.- Я тебя раньше никогда не видел в наших кругах. — Я недавно в Неаполе. Почувствовала, как ледяной взгляд резанул по моей талии, на которой покоилась ладонь Марко, и осторожно отстранилась от прикосновения. Да, следовало сделать это раньше, но я промедлила до того момента, пока Агата не перестала касаться Гэбриела своими длинными пальчиками. — Гэбриел из США, — подхватила беседу Агата, не отводя восторженного взгляда от сталкера. — Ты так уверенно говоришь по-итальянски! Ребят, скажите, акцента почти не слышно! — Да, неплохо, — кивнул Марко и склонился к моему уху. — Теперь-то мы можем разделить бутылку вина наедине? Вновь почувствовала на себе ледяной взгляд и, само не ведая, что творила, кокетливо улыбнулась Марко: — Чуть позже, хорошо? Мне нужно поговорить с Агатой. Оторвать подругу от Гэбриела оказалось слишком сложно: она неустанно говорила и говорила, подкрепляя свою болтовню комплиментами, которые, по её мнению, должны попасть в самое сердечко сталкера. Мужчинам нравятся, когда их хвалят, не так ли? Видимо, подруга выбрала верную стратегию, раз Гэбриел не жалел для неё и её декольте внимания. — Бьянка-а-а! — пищала от радости подруга, когда мы отдалились от мужчин и спрятались за декоративным цветком. — Ты не говорила, что сталкер та-а-а-кой красавчик! Пожала плечами, немного растерявшись от напора Агаты. Стоило ли соглашаться с очевидным или тактично промолчать? — Симпатичный, — выдавила себя, то и дело косясь в сторону сталкера. О чём он разговаривал с Марко? — Как он мог тебе не понравиться? — щебетала подруга, заставляя вновь посмотреть на её восторженное выражение лица. — Хотя, тебе сложно угодить. Честно, Бьянка, чтобы такого самца отхватить, нужно постараться! — Никаких усилий не прилагала, — не без гордости заметила и не сдержалась от упрёка. — А вот ты слишком старательно его облизываешь, Агата. Подруга хихикнула: — В моих планах облизать его целиком и полностью! Показано сделала вид, будто меня мучительно тошнит, и замерла, когда Агата уточнила: — Ты же против? Не против ли я, чтобы ты облизывала моего сталкера? Чёрт возьми, я против! Категорически против, но почему-то не остановила подругу, позволяя ей рисовать в своей голове эротические сцены. — Ты же помнишь, что у него есть девушка? — предприняла попытку остановить подругу и не «запачкать» свою репутацию, но единственное, чего добилась — это глупое хихиканье: — Где девушка? — повертелась вокруг своей оси и развела руками. — Не вижу девушки. Ладно, Бьянка, я тебя оставлю. Не хочу, чтобы Гэйб соскочил! За спиной подруги образовались крылья, на которых она благополучно подлетела к Гэбриелу. Он изредка перекидывался фразами с Марко и не выглядел заинтересованным в дальнейшем общении, чаще поглядывая в нашу сторону, нежели на собеседника. Агата только успела пересечь личные границы сталкера, как сразу же подхватила его за локоть, подражая влюблённым парочкам этого вечера. Что за чёрт? Видимо, я упустила момент, когда ситуация вышла из-под контроля, раз представила в своей голове, как расправляюсь с подружкой. Медленную и мучительную смерть уготовила ей моя фантазия, однако я не успела передать бразды правления воображению, наткнувшись взглядом на ледяные глаза. Гэбриел красивый, и с этим фактом, который подметила не только я и Агата, согласны многие представительницы слабого пола. Он не выглядел слащавым, под стать Марко, напротив, отличался своей непохожестью на итальянских мужчин. Мягкие черты лица отсутствовали в его внешности, зато преобладали заострённые линии скул, тонкая линия губ и столь же острый взгляд, представленный прищуренными глазами. Я же не могла смотреть в эти глаза вечно, верно? Не могла, поэтому одарила Гэбриела очаровательной улыбкой и отвернулась. Возвращаться в их компанию и в очередной раз давать надежду упёртому Марко не хотелось. Кажется, это самая отстойная вечеринка в моей жизни! Направилась вглубь дома, минуя гостиную, в которой на диванах величественно устроилось взрослое поколение, также прошла мимо импровизированной зоны для танцев, где шумела отборная элита Неаполя. Скрылась от гостей в кухне и, переведя дыхание, непонимающе нахмурилась при виде испуганного персонала. — У нас всё под контролем! — выбежал из гущи кастрюль шеф-повар и лихорадочно пролистал перед моим лицом меню, расписанное поминутно. — Холодные закуски будем подавать через десять минут! — Отлично, — похвалила шеф-повара и, оглядев застывший персонал, подбадривающе захлопала в ладоши. — Чего застыли? Продолжаем работать! Присела за барную стойку, на которой в ряд расположились подносы с приготовленными шотами, и облизнулась. Удачное местечко, и почему я сразу не додумалась провести здесь остаток вечера? Мой мобильный телефон разрывался от гневных сообщений младшей сестры, которую родители забрали с собой на выходные. Фелиса до последнего надеялась, что вечеринка не обойдёт её стороной, но я была непреклонна. Мало того, что мне предстояло следить за поведением любвеобильных подруг, так ещё не хватало нянчиться с младшей сестрой! Кстати, подруги… Перед глазами предстал образ Агаты и Гэбриела, мило щебечущих под ручку, и я с жадностью осушила первый шот. За ним второй и третий, правда, четвёртый шот не успел добраться до моей печени — я услышала громкое фырканье и обернулась. Сталкер во всей своей холодной красоте с нескрываемой насмешкой смотрел на рюмку в моих руках. Громко опустила напиток на поверхность барной стойки и не сдержала едкого замечания: — Вход только для персонала. Гэбриел вместо ответа занял соседний стул, не отрывая насмешливого взгляда от моего лица: — Разве ты обслуживающий персонал? — Я — администрация. — А я долгожданный гость, а ты могла бы быть полюбезнее, — неожиданная улыбка, коснувшаяся его губ, выбила из колеи, и я не нашлась с ответом. — Почему ушла? Кажется, Марко обеспокоен твоим отсутствием. Не сдержалась от фырканья, однако ухватилась за возможность связать свой уход с надоедой-Санно. Не признаваться же в том, что меня раздражала собственная подруга, посягнувшая на моего сталкера? — Хочется немного отдохнуть от назойливой компании Марко. Ну, а ты почему оставил Агату в одиночестве? «Вы же, чёрт возьми, нашли общий язык!», — мысленно негодовала и вновь растерялась, когда Гэбриел подался корпусом ближе ко мне, будто не желая быть подслушанным поварёшками. — Представь себе, пташка, точно по той же причине. — Тебе наскучил Марко? Уголки его губ заметно дрогнули: — И он тоже. Сердце лихорадочно забилось, распространяя приятное волнение по всему телу. Наверное, я ужасная подруга, раз радуюсь фиаско Агаты? Ничего не могла поделать с собственными эмоциями, против воли улыбаясь в тридцать два зубы. Странная реакция на сталкера, который с первой нашей встречи вызывал во мне исключительный интерес, подобно интересу, возникающему к чему-то новому и ранее неизведанному. Сейчас же я испытывала непреодолимое желание удовлетворить любопытство, не покидая компанию Гэбриела как можно дольше. — Можем подавать закуски? Вздрогнула от неожиданного громкого голоса шеф-повара и на автомате кивнула, хотя не будь здесь сталкера, непременно бы отчитала за беспокойство. Сейчас же была только благодарна, радуясь, что появилась возможность вырваться из плена ледяного взгляда и усмирить эмоции. — Не хочешь вернуться в зал? — спросила, когда официанты открыли дверь и один за другим выходили к гостям, впуская в помещение отголоски громкой музыки. — А ты? — Я первая спросила, — рассмеялась и неосознанно сжала ладони на коленях, чувствуя, как мои плечи сгорбились под натиском мужского внимания, однако выпрямить спину оказалась не в силах. — Я пришёл сюда исключительно, чтобы провести с тобой время. Если ты останешься здесь, то я с удовольствием поддержу твой выбор. Затаила дыхание, переваривая полученную информацию, и в нескрываемом изумлении уставилась на мужчину. Разве можно так сразу…в лоб? Меня накрыла паника. Сама не могла объяснить собственных эмоций, которые точно магма, быстро поднялись вверх и покинули кратер вулкана, распространяя жар по всему телу. Неприятное чувство тревоги заставило нервно рассмеяться и, позабыв о причёски, взлохматить пятернёй накрученные локоны волос. — Гэбриел, ты-ы, — вновь придурковатый смех, но всё лучше, чем дрожащий голос. — Прости, но ты зря теряешь время. — В смысле? — В смысле ты отличный парень и-и-и временами бываешь забавным, и-и-и… Мужчина выжидающе приподнял брови, и уже по его лицу было понятно, что он понял, к чему я так медленно клонила разговор. Понимал, но не делал попыток остановить словесный фонтан, дожидаясь, пока я окончательно не выдохнусь: — Мы с тобой можем стать хорошими приятелями. Не более. Гэбриелу понадобилась несколько секунд, прежде чем пожать плечами и улыбнуться. Вновь улыбнуться без намёка на привычные усмешки: — Я тебя понял. Поднос с напитками опустел ровно на один шот, который сталкер с чувством осушил. Я смотрела на него и не могла угадать, какие чувства одолевали его в этот момент. Злость, обида, безразличие? Видимо, я была слишком поглощена собственными эмоциями, пульсирующей болью в висках и дрожью в коленках, что не смогла уловить реакцию Гэбриела. — Мне лучше вернуться в зал! С этими словами соскочила со стула и понеслась вон из кухни, чуть не споткнувшись из-за кинутых в спину слов: — И, правда, не стоит хозяйке надолго оставлять гостей без внимания. Плотно закрыла за собой дверь и прислонилась затылком к её поверхности, зажмурив глаза до боли. Дура! Дура! Дура! Мысленно ругала себя, гневаясь на панику и идиотский смех, выставивший меня кретинкой перед сталкером. Кажется, я всё испортила. Я в очередной раз повязла в своём болоте под названием «Страх», и лишилась удовольствия узнать Гэбриела ближе. Дура! Намеренно ударилась затылком о дверь и испуганно отскочила в сторону, когда дверная ручка неожиданно пришла в движение. — Я тебя не ушиб? — спросил Гэбриел, в голосе которого не слышалось беспокойство, скорее удивление. Заверила, что всё хорошо, и не успела сбежать от мужчины, как на пути образовалась новая преграда. Агата и Марко заметили нас и, не сговариваясь, двинулись в нашу сторону. Кажется, или мы одновременно испустили вздох облегчения? — Куда вы пропали? — налетела Агата и встала между нами с такой непосредственностью, что никто бы не посмел сделать ей замечание. — Я проверила кухню, — виновато посмотрела на Марко и улыбнулась, краем глаза наблюдая, как Агата взяла сталкера под локоть. Почему, чёрт возьми, он не сопротивляется? Почему я не сопротивляюсь, чувствуя на своей пояснице прикосновение Санно? — Я уговорила диджея включить мой плейлист! — радостно просветила нас подруга, конечно же, не отрывая взгляд от иностранца. — Кстати-и, играет любимая песня… Гэбриел, не хочешь пригласить меня на танец? В чём магия? Как ей удавалось с такой лёгкостью озвучивать желания и с той же лёгкостью получать желаемое? Гэбриел к моему огромному разочарованию перехватил руку девушки и направил на выход из нашего импровизированного кружка: — С удовольствием, Агата, приглашаю. Помнится, со мной он не рвался кружиться в танце. Испепеляла спины удаляющейся парочки и чувствовала, как от злости лопались капилляры глаз. Марта была права: мой сталкер — настоящий кобель! Не получилось со мной, он резко сменил ориентиры на сговорчивую Агату. Обидно. И очень неприятно, настолько неприятно, что ощутимый ком образовался в горле и неизвестно, к каким последствиям он приведёт. — Может, и мы потанцуем? Перевела взгляд на Марко и усмехнулась: — Я надеялась, что ты предложишь! Мы прошли в основной зал, обустроенный в классическом стиле: благородство и верность традициям. Мебель была оформлена в бело-золотистые оттенки, колонны представлены в шоколадных тонах, а габаритные люстры переливались ярче редких бриллиантов. Несмотря на выдержанные традиции, музыка из плейлиста подруги резко контрастировала с обстановкой. И гости, пришедшие на вечеринку, явно не вписывались в величественный интерьер, продуманный до мелочей моими родителями и лучшими итальянскими дизайнерами. Провела Марко в центр зала, отыскивая взглядом парочку, и мысленно выругалась. Минуту назад была уверена, что моя злость предназначалась исключительно сталкеру, сейчас же не была столь уверена. Агата буквально висела на мужчине, старательно прижимаясь своим «декольте» к его груди, и так крепко обвила руками его шею, что я забеспокоилась — бедолага посинеет от упорства девушки. Бедолага ли? Нет, Гэбриел не выглядел мучеником, напротив, наслаждался ситуацией. Позволила Марко обосновать руки на моём теле в рамках разумного и, последовав примеру подруги, приобняла его за шею. Я даже музыки не слышала, настолько сильно шумело в висках, и отдала «бразды правления» мужчине. Пусть ведёт в танце, а я же испепелю парочку до последней клетки! — Слышал, ты появишься на обложке мартовского Vogue. — Ага-а, — бездумно бросила и настойчиво вернула мужскую ладонь на дозволенные границы. — Лука — волшебник. — Думаю, заслуга не только фотографа, но и очаровательной модели. Перевела взгляд на Санно и остановила танец, не в силах справиться ни с расшатавшимися эмоциями, ни с неугомонными руками партнёра. — Очень мило, Марко, — выдавила улыбку и застыла, услышав звонкий смех Агаты. Смех привлёк внимание и Марко, который быстро обернулся, оценил обстановку, и вернул на мне свой взгляд: — Кажется, твоя подружка нашла компанию на вечер. Моя улыбка медленно превратилась в гримасу, и Марко даже не подозревал, что невинным комментарием заработал минус триллион очков в пользу нашего «долго и счастливо». Отстранилась от мужчины и поспешила выйти из зала, но очередная порция смеха приковала к месту. Агата что-то громко щебетала и активно жестикулировала, чем раздражала Гэбриела. Да, я помнила его едкие комментарии о моей привычке выражать эмоции бурной жестикуляцией. Так вот Агата переплюнула меня в этом, и я, чёрт дери, внутренне торжествовала. Однако торжество продлилось ничтожно мало — до тех пор, пока я не увидела, как Гэбриел склонился над девушкой и зашептал ей в ухо, утопая лицом в золотистой копне волос. Почему, чёрт дери, я должна это терпеть? Направилась прямиком к парочке, ловко маневрируя между танцующими гостями, и одарила сталкера холодным взглядом, когда он первым заметил моё приближение. Это что, улыбка? — Что такое? — не поняла Агата, стоило Гэбриелу без слов понять мой грозный взгляд, брошенный в сторону выхода. — На минуту, не волнуйся, — сомнительно утешила подругу и, дождавшись, когда сталкер покинет женские объятья, двинулась на выход из зала. Миновала длинный коридор, наблюдая, как мужская тень верно следовала по пятам, и остановилась у главной двери, ведущей на улицу. Семейство Риччи в полном своём составе столпилось у гардероба и что-то бурно обсуждало, явно не имея возражений втянуть и нас в свой разговор. Потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить о ещё одном ближайшем выходе из дома, пролегающий через цокольный этаж, и быстро последовала к «перекрытой лестнице». — Куда мы идём? — не выдержал Гэбриел, когда мы спустились в полутёмное помещение, единственным источником освещения которого являлась подсветка бассейна. — Я провожаю тебя на выход. Шум мужских шагов стих, и только стук моих каблуков нарушал воцарившуюся тишину. — Не понял. Вынужденно остановилась и обернулась к мужчине, показано смиряя его взглядом: — Что непонятного? Ты уходишь. Брови сталкера взлетели вверх, и он даже не пытался скрыть хриплого смеха, вызванного искренним удивлением. — Очень мило, — посмеивался Гэбриел и спрятал руки в карманы брюк, возвращая мне прищуренный взгляд. — Позволь узнать причину. — А хозяйке вечера нужна причина, чтобы выставить неугодного гостя вон? Стоило мужчине сделать шаг вперёд, как я заметно дёрнулась, чем вызвала новую волну смеха. Однако он не думал подходить ко мне, вместо этого подошёл ближе к бортику бассейна, позволяя бирюзовому свету подсветить его резкие черты лица. — Я успел стать неугодным, пофлиртовав с твоей подругой? Потребовалось собрать всю волю в кулак и выдержать насмешливый взгляд. Как говорится, сама заварила кашу — сама расхлёбывай! — Так, ты поторопишься? — в нетерпении поцокала каблуком, делая вид, что не услышала предположение сталкера. Оно же чертовски верное! Гэбриел покачал головой: — Нет, я не ухожу. — Тогда я вызову охрану! — Такая смелая пташка, — наигранно подивился мужчина, не жалея издевательского тона. — Имей же смелость признать, что задело тебя моё внимание Агате. Только, почему тебя это волнует? Почувствовала, как бешено заколотилось сердце, будто меня поймали с поличным и пригрозили неутешительными санкциями. Приблизилась к мужчине, делая всё возможное, чтобы дрожь в коленках не была замечена пронзительным взглядом. — Мне совершенно всё равно, с кем ты проводишь время, ясно? — не сдержалась от повышенного тона.- Только не на моей вечеринке и не с моими подругами, уяснил? Я помнила, что его раздражала активная жестикуляция, но ничего не могла поделать — меня распирало от злости, а руки, как лакмусовая бумажка, выражали поток неугомонных эмоций. — Думаешь, можешь мне строить глазки, а потом подругу мою окучивать? — Окучивать? — прыснул Гэбриел, явно потешаясь надо мной, и я в ярости ткнула пальцем в его грудь: — Уходи, — видя в его глазах исключительно веселье, а не подчинение, ещё раз ткнула пальцем и вскрикнула, когда кисть моей руки оказалась перехвачена. Не от боли, скорее от неожиданности. Хотя приятного в этом «прикосновении» было мало. — Пташка, твоё поведение было забавным первые несколько минут, сейчас же у меня начинает болеть голова, — твёрдо опустил наши руки, не обращая внимания на моё гневное пыхтение. — Переведи дыхание. Успокойся. На мгновение прикрыла глаза, лихорадочно соображая, как выпутаться из ситуации, где вновь чувствовала себя круглой дурочкой. Не нашла ничего умного, как выжидающе уставиться на Гэбриела: — Ты вынуждаешь меня вызвать охрану. Гэбриел в приглашающем жесте махнул в сторону, откуда мы пришли. Поджала губы, чувствуя себя загнанной в угол, и сделала несколько шагов по направлению к лестнице, пока предательский каблук не проехался по влажной бровке бассейна. Пошатнулась на скользящей поверхности и непременно бы получила синяк на заднице, если бы крепкие руки мужчины не спасли от падения. Прижалась спиной к мужской груди и рассмеялась, одновременно стараясь восстановить равновесие: — Чуть не упала, — зачем-то прокомментировала, когда самое время сделать вид, будто ничего не произошло. — Было бы смешно. Мужчина усмехнулся: — Было бы смешно, если бы ты свалилась в воду. Резко прекратила смеяться, перехватив загадочный взгляд Гэбриела. До меня запоздало дошли его мотивы: то ли я была настолько сконфужена, то ли очарована кольцом его рук на талии. Тем не менее, я успела вырваться из объятий до того момента, как Гэбриел сбросил бы меня в воду. Его позабавила моя реакция: — И в мыслях не было, пташка. Может, и не лгал. Однако я принялась здраво оценивать свои шансы, испытывая непреодолимое желание хоть чуть-чуть, но отомстить за испорченный вечер. Гэбриел как раз переминался с ноги на ногу, что было лучшим моментом для расправы — навалилась на грудь мужчины всем телом, заставляя его потерять равновесие от неожиданности, и руками направила в сторону воды. В какой-то момент поймала себя на мысли, что не чувствовала под ногами землю: предательские каблуки в очередной раз сыграли со мной злую шутку, и я с громким криком свалилась в воду. В ушах громко зашумело, и нос болезненно защекотало, но я быстро справилась с секундным оцепенением. Паника накрыла с головой, и я активно задвигала руками и ногами, прорываясь сквозь миллион пузырей к поверхности. Крик из моей грудной клетки вынырнул раньше, чем я сделала лихорадочный глоток воздуха. Громко закашляла, избавляясь от избытка воды во рту, ноздрях, и активно проморгала пелену, чтобы увидеть сидящего на корточках сталкера у самой бровки. — Бьянка, ты не перестаёшь меня удивлять! — Тебе смешно? — ещё больше опешила и подплыла к бровке, запоздало вспоминая о своём внешнем виде. Страшно представить, во что превратился мой макияж и причёска! Резко отвернулась от мужчины и лихорадочно убрала мокрые, похожие на паутину волосы с лица. Коснулась пальцами глаз, и с громким стоном увидела на коже тёмные подтёки от туши. — Моему макияжу пиздец! — вскричала и ударила кулаком о поверхность воды, поднимая фонтан брызг. —  Гэбриел, как ты посмел? Громкое фырканье эхом раздалось в помещение, и я в нескрываемой ярости зыркнула на мужчину через плечо: — Пташка, ты сама хотела, чтобы я оказался в воде. — Но в воде оказалась я! Мужчина усмехнулся: — Это называется карма. Гневно сверлила усмешку глазами, стараясь не думать о том, как убого я выглядела в глазах мужчины. Сделала вид, что собиралась покинуть бассейн, тем самым «усыпляя» бдительность сталкера, и зачерпнула ладонями как можно больше воды, направляя брызги в сторону виновника. Гэбриел прикрыл голову локтем, но это его мало спасло. Я неустанно создавала брызги, не забывая про притворный злобный смех, и неожиданно для себя почувствовала… веселье. Да, мне нравилось происходящее, несмотря на испорченный вечерний гардероб. — Shit! — выругался по-английски Гэбриел и резко стянул с себя футболку, отчего я прекратила плескаться и в изумлении уставилась на мужчину. Точнее на его оголённый торс, который не только смутил меня, но и заставил напрячься. Не просто же так Гэбриел вздумал поиграть мышцами? Вскрикнула, когда сталкер прыгнул в воду, и быстро попыталась подтянуться на бровке, желая скорее выбраться из воды и избежать участи утопленницы. Однако крепкие руки обхватили талию и не позволили преодолеть ничтожное расстояние до земли, возвращая в воду громкими брызгами. Снова и снова обрушивала на Гэбриела фонтан брызг, одновременно укрываясь от «бомбёжки» в свою сторону, и в какой-то момент очутилась загнанной в угол. В прямом смысле этого слова. Подняла руки в знак капитуляции и рассмеялась: — Сдаюсь! Сдаюсь! — забавлялась, испытывая необъяснимое чувство лёгкости, которое настигло в тот момент, когда увидела искреннюю улыбку мужчины. — Поднимаю белый флаг! Гэбриел подплыл достаточно близко, чтобы в глухом свете подсветки я увидела мельчайшие детали его лица. Чрезмерная близость должна насторожить, но я почему-то не предприняла попытки вырваться из ловушки, продолжая внимательно вглядываться в ледяные глаза. Смех застрял в горле, и улыбка застыла на губах, но я продолжала оценивать минусовой градус мужского взгляда, отчего мурашки стремительно окутали моё тело. Тишину прервал негромкий всплеск воды, когда Гэбриел поднял руки и упёрся ими о бортик, не оставляя шансов обплыть его и оказаться «на воле». — Твои глаза… — прошептала, стоило бирюзовой подсветки осветить кристально-голубой окрас левого глаза и подчеркнуть насыщенно-карий оттенок правого глаза. Меня и раньше подкупала их необычность, но сейчас иначе… Потому что ближе и интимнее. — Ты сдалась! — резюмировал Гэбриел, и с этим не поспорить. Кивнула и громко выдохнула, когда расстояние между нами стало ещё меньше, а лопатки упёрлись в плитку. Знакомая паника подкралась слишком незаметно, отчего я громче задышала и активнее задвигала ногами, чувствуя, как немели конечности. Гэбриел близко, катастрофически близко, и этот факт будоражил сознание, развращал фантазию, а неугомонное сердце претерпевало тысячный удар в секунду. Прикрыла глаза и ощутила лёгкое прикосновение горячих губ к своим губам, которые с мучительной медлительностью ласкали каждый миллиметр нежной кожи. В помещении стало жарко. На теле появилась испарина, которая вперемешку с водой увеличивала объём жидкости в бассейне. Открыла глаза и чуть отклонила голову, стараясь справиться с собственными ощущениями: либо я снова сбегу, либо уже не остановлюсь. Гэбриел переместил поцелуи на линию скул, давая возможность привыкнуть к забытым ощущениям, когда тебя целуют, и вновь вернулся к полоске губ. Собственный вес тела вдруг стал слишком тяжёлым, чтобы могла удерживаться на плаву, и я охватила руками мужские плечи, вздрогнув от соприкосновения с горячей кожей. Мои ладони скрестились в единый замок вокруг шеи мужчины, и я уткнулась носом в ямку на его щеке, прислушиваясь к шуму ошалевшего сердца. Сердце Гэбриела, напротив, билось в размеренном ритме. — Сталкер… — прошептала, встретившись с ледяным взглядом. — Поцелуй ещё раз. Гэбриела не требовалось уговаривать, и меня вновь закружил водоворот нежности. Чувствовать невесомое прикосновение его губ оказалось для меня райским наслаждением, и я чувствовала зависимость от ранее неизведанного наслаждения. Почувствовала ладонь на щеке и лёгкое давление на скулы, заставляющее приоткрыть губы. Подчинилась, впуская в рот влажный язык, и позабыла о существовании былой нежности. Будто и не было нежности, а только дикое, яростное сплетение языков в горячем танце. Запустила пальцы в его жёсткие волосы на затылке и неосознанно сжала их в кулак, испытывая непреодолимое желание оказаться ещё ближе к мужчине. Ноги сами, поддаваясь внутренним инстинктам, сомкнулись вокруг мужских бёдер, и в ту же секунду я спиной ощутила столкновение с плиткой. Руки Гэбриела подтянули мои бёдра выше, и ладони очутились на ягодицах, сминая под водой кусок платья. Ультракороткая длина поднялась ещё выше — выше только подбородок, и я вздрогнула от соприкосновения сильных мужских рук с оголённой кожей моих ягодиц. Вздрогнула от длинных пальцев, стремительно продвигающихся к лоскуту кружевного белья. — Постой, — прохрипела и нехотя отстранилась от поцелуя. — Я думаю, нам лучше не торопиться. Потребовалось несколько секунд, чтобы ледяной взгляд прояснился и сконцентрировался на моём лице: на опухших губах и широко распахнутых глазах. Наконец, Гэбриел вернул руки в исходное положение — зацепился за бортик, и быстрым движением покинул пределы бассейна. Помог и мне выбраться из воды, придерживая несколько секунд за талию, тем самым давая возможность найти равновесие. Кажется, я забыла, как передвигать конечностями. Оправила подол платья и приспустившийся лиф, искоса поглядывая на мужчину. О чём он думал? Жалел или, наоборот, был не прочь повторить? Ни один мускул его лица не выдал истинных эмоций, и я мысленно застонала, гневаясь на способность сталкера воздвигать нерушимые барьеры. — Отсюда можно выбраться только в главный холл и на улицу? — поинтересовался Гэбриел, нарушая повисшее молчание. Он поднял с пола ранее снятую футболку и, поколебавшись, перекинул её через плечо. — Есть лестница, ведущая на верхние этажи, — указала в сторону тёмного закутка, в котором была запрятана винтовая лестница. Лестница вела в кладовую, уставленную инструментарием домработницы, и предназначалась исключительно для обслуживающего персонала в целях упрощения их передвижения. — Нам лучше поторопиться, с минуты на минуту должен начаться конкурс мокрых плавок. Гэбриел фыркнул: — Ну, в конкурсе мокрых платьев ты одержала победу. Рассмеялась и направилась в сторону лестницы, наблюдая за мужской тенью, покорно следующей за мной: — Прозвучало слишком завистливо, — не сдержалась от подколки. — Можешь остаться и принять участие. Вскрикнула от резкого выпада мужчины и со смехом забарабанила ногами вверх по лестнице. В тёмной кладовой был установлен датчик движения, поэтому мне не пришлось отыскивать выключатель — стоило переступить порог помещения, и яркий свет осветил наш потрёпанный внешний вид. Проходя мимо всевозможных швабр, приборов и полок, зацепилась взглядом за настенное зеркало, и в ужасе округлила глаза. О том, что на моём лице когда-то красовался безупречный макияж, напоминали поплывшие смоки, подтёки туши и размазанная красная помада. Быстро-быстро принялась растирать черноту под глазами, глубоко в душе надеясь на чудо, и возжелала как можно быстрее оказаться в ванной комнате. — Красивый дом, — услышала позади себя похвалу Гэбриела, когда мы покинули кладовку и очутились в холле, разветвлённого на два крыла: зона отдыха и рабочая зона, предназначавшаяся исключительно для отца. Там и кабинет, и библиотека, и конференц-зал на случай важных переговоров. — Спасибо, — искренне поблагодарила мужчину и, посчитав его похвалу зелёным светом, разговорилась. — Моя мама лично занималась интерьером. Она хотела, чтобы всё было выдержанно в итальянском стиле. Поэтому тебе может показаться, что в доме слишком много элементов вычурной роскоши, но это всего лишь дань традициям. Ну, античный Древний Рим и всё-такое. — Древний Рим, — задумчиво протянул Гэбриел, когда мы поднимались вверх по лестнице на последний этаж, и я оглянулась, чтобы увидеть его усмешку. — А я-то думал, что мне напоминает мебель, украшенная резьбой в форме ядовитого плюща… Мне не понравилась его усмешка, но решила не заострять на этом внимания, продолжая путь до своей спальни. — Твоя мама увлекается работами Рафаэля Санти? Перехватила взгляд Гэбриела, брошенного на несколько представленных репродукций итальянского художника, и улыбнулась: — Рафаэль Санти — один из любимых художников отца. Мужчина ничего не ответил, продолжая медленно сканировать глазами репродукции, чем я и воспользовалась. Быстро проскользнула в свою комнату, оставив чуть приоткрытой дверь, и лихорадочно принялась осматривать обстановку. Смела к чёрту гору мелких игрушек с постели и запихнула их под кровать, поспешно убрала барахло на туалетном столике в ящике и распахнула окно, выветривая из комнаты запах сигарет. — Вижу, работы Санти и тебя не оставили равнодушным, — хихикнула, когда в комнате показался Гэбриел. Он усмехнулся: — Особенно фреска «Изгнание из рая». Чтобы то ни значило, я ни черта не смыслила в искусстве, поэтому кивнула и поспешила сменить тему: — Можешь принять душ, а я пока принесу что-нибудь из одежды братьев, — не дожидаясь ответа мужчины, осторожно уточнила. — Или ты против душа? — Я бы не отказался смыть с тела перехлорированную воду. На том и порешили. Мне потребовалось около десяти минут, чтобы убедиться, что все спальни братьев заперты, и вскрыть комнату Эдоардо шпилькой. Надеялась, Эдоардо не слишком расстроиться, если я позаимствую у него футболку и джинсы, ведь его телосложение примерно соответствовало параметрам сталкера. Прежде чем вернуться обратно в свою комнату, прислушалась к шуму, доносившегося с первого этажа. Не очень красиво со стороны хозяйки оставлять гостей без внимания, но на этот вечер я расставила приоритеты. Не каждый день в моей спальне принимал душ мужчина. Точнее, в моей спальне никогда не было голых мужчин, и это событие было куда грандиознее, чем очередная вечеринка с одними и теми же действующими лицами. Когда я вошла в спальню, то услышала, как стихла вода в ванной комнате. На мгновение прикрыла глаза, сминая «краденые» вещи в руках, и осторожно постучала в дверь: — Гэбриел, я зайду? — ужаснула от того, настолько двусмысленно прозвучали мои слова в тишине комнаты, и тут же добавила. — Я положу вещи на тумбу? Получив положительный ответ, приоткрыла дверь, одним глазком оценивая ситуацию на случай, если Гэбриел не смущался наготы, и вошла в комнату. Клубы пары в ту же секунду образовали испарину на моём теле или же это были мои тщетные попытки не смотреть в сторону душевой кабины. — Можешь выходить, — зачем-то ляпнула, выскользнув из ванной комнаты, и заслуженно услышала усмешку: — А ты ушла? — Да. Гэбриел негромко рассмеялся: — Жаль… Рваный смешок вырвался из груди, и я поспешно прикрыла дверь. Надо успокоиться. Совладать с эмоциями. Надо, в конце концов, раскрепоститься и не олицетворять оловянного солдатика, способного по команде смеяться над каждой репликой сталкера. Спустя несколько минут ванную покинул Гэбриел, и к тому моменту я нашла в себе силы справиться с волнением. Оглядела мужчину, подмечая, как плотно на нём сидели джинсы и футболка брата, и возрадовалась, что именно у Эдоардо позаимствовала одежду. Да, она совсем чуть-чуть мала сталкеру, но зато какие виды открывала для моей испорченной фантазии. — А тебе идёт, — показала большой палец вверх, и Гэбриел показано повернулся ко мне спиной, демонстрируя эмблему футбольного клуба: — Не думал, что когда-нибудь надену атрибутику «Наполи». — Имеешь что-то против «Наполи»? — в напускном подозрении сощурилась и, улыбнулась. — Коне-е-чно, ты фанатеешь от американского футбола. Не сдержалась от гримасы при воспоминании об игроках в диких масках и увидела приближение сталкера на шаг. Шага было достаточно, чтобы жар его тела после горячего душа и контраст его ледяных глаз вызвал рой мурашек на коже. — Пташка, кажется, ты имеешь что-то против американского футбола? — вернул мои же слова, и я фыркнула: — Ваш футбол слишком жестокий и агрессивный. Это не игра, это… — взмахнула руками в попытке отыскать подходящее слово, и выпалила. — Бои без правил. Точно! Не игра, а побоище! — Ну, а ваш футбол сравним с институтом благородных девиц, вышедших прогуляться на лужайку! Набрала в лёгкие побольше воздуха и, против воли, рассмеялась: — Знаешь, я никогда не интересовалась футболом, но мне хочется с тобой поспорить. Видела, как губы мужчины дрогнули: — И я не фанат регби, но успел придумать несколько аргументов. Вновь смех вырвался из грудной клетки, но на этот раз он был поддержан ледяным мужчиной. Нет, не такой уж он и ледяной, поскольку смеялся слишком тепло и улыбка искренняя, вызывающая в моём теле дрожь исключительно от удовольствия, а не зябкости. В какой-то момент руки сталкера сомкнулись на моей талии и подтянули ближе к распаренному телу, побуждая положить ладони на крепкие предплечья. Гэбриел в силу своего роста склонился к моему лицу, не оставляя сомнений на скорый поцелуй, и я, наплевав на внутренние предрассудки, податливо приоткрыла губы. Почувствовала улыбку на нежной коже и приоткрыла глаза. Гэбриел и, правда, улыбался, только глаза серьёзные, отчего подлинный эмоциональный фон мужчины оставался для меня загадкой. — Встретимся завтра? Облизнула пересохшие губы и кивнула, однако вспомнив о насущных делах, нахмурилась: — Не получится. У меня работа на студии. — Когда же ты свободна? — вопрос заставил припомнить своё расписание, и за размышлением я не сразу уловила изменившуюся интонацию голоса. — Дай-ка угадаю… В пятницу? Пташка, меня не устраивают встречи в ночь с пятницы на субботу. Мой одурманенный мозг принялся лихорадочно отыскивать компромисс, но здравый смысл внезапно активировался на полную мощь, заставляя медленно проговорить: — У меня очень плотный график, Гэбриел. Устраивает тебя это или нет, но пятница — самый оптимальный вариант для меня. Ледяные глаза сощурились, и знакомый холод проник в лёгкие, затрудняя дыхание. Неожиданно Гэбриел наклонился ближе и запечатлел быстрый поцелуй на моих губах, чтобы с той же резкостью выпустить из объятий: — Провожать не надо, выход я найду. Доброй ночи, пташка. Не успела и глазом моргнуть, как спальня опустела, и вот я снова в полном одиночестве и в полной растерянности. Чёрт дери, я опять всё испортила! В раздражении плюхнулась на кровать, наплевав на мокрое платье, и подтянула колени к груди. «Мужики рядом со мной «вымирают», — мысленно расхохоталась. — «Даже из спальни сбегают». И смешно, и грустно.