Принятие неизбежного, или история о том, как Чуя пытался убить свою родственную душу

— Просто взял и выкинул тебя из окна? — Акико заканчивала осмотр Дазая. — Да. С четвёртого этажа. Просто. Взял. И. Выкинул. Как какую-то кошку, блять! — Осаму был не в духе с того момента, как Куникида привёз его в агентство. И это не потому, что у него было сломано три ребра и рука, а потому что эта мелкая стерва, как он выражался, даже не выслушал его! — Нет, хороший мой, с котом бы он так не поступил. Ну, что, готов к лечению? — глаза девушки опасно заблестели. — Очень смешно. Приступай уже, — парень хоть и не любил боль, но привык к ней.

Спустя 40 мучительных минут

— Ну и методы у тебя, конечно, — вставая с кушетки, проговорил парень. — Зато какие действенные! Я тебя, конечно, подлатала, но все равно, повязку с руки не снимать две недели и, по возможности, от физической активности отдохнуть. — Ага, блять, с таким соулмейтом мне физическая активность и физическое насилие обеспечены до конца моих дней. Хотя, такими темпами мои последние дни наступят очень быстро, — Осаму был все ещё не доволен своим поражением. — Ты опять к нему пойдёшь? — Йосано удивлённо посмотрела на Дазая. — У меня есть выбор? Этот мелкий алкоголик — моя родственная душа, хочу я этого или нет. Я с его копией живу почти год, мне хочется уже оригинал, а этот оригинал все ещё в обиде. — А из-за чего обида? — и вот тут парень понял, что сболтнул лишнего. — Неважно. Ладно, я пошёл, меня директор ждёт, — с этими словами молодой человек удалился.

***

      В кабинете Фукузавы стоял полумрак, а сам хозяин помещения, сидя за своим столом, слушал рассказ своего сотрудника. — То есть, он просто выкинул тебя из окна? — Вы все время будете меня об этом спрашивать? Да, просто взял и выкинул, даже не выслушав! — А чего ты от него хотел? Чтобы он к тебе с распростертыми объятиями в свадебном платье и с фатой побежал? Ты предал его, хотя и знал, что он твоя судьба. Лично я поддерживаю Чую. — Он мог бы просто выгнать меня, а не выбрасывать из окна. — Он лучший пёс Огая, соответственно, и самый жестокий. — Ладно, забыли эту ситуацию. Лучше подскажите, что мне делать? — Попробуй извиниться. Снова. — Ага, в первый раз он меня чуть на морском дне не похоронил, во второй выбросил — из окна, а в третий что? Под поезд бросит? — Ты же сам прекрасно понимаешь, что ты будешь ходить к нему снова и снова, пока он хотя бы не выслушает тебя. Кстати, а почему бы тебе не обезвредить его способностью? — Не буду, я хочу добиваться его честным и безопасным, по крайней мере для него, путем. — Интересно, кто будет быстрее. — В плане? — Либо его добьёшься ты, либо он добьет тебя. — Пф, я буду быстрее. Ладно, пойду отдохну немного и опять к этому карлику, — с этим словами Осаму вышел из кабинета директора.

***

      В Портовой Мафии, на удивление, было тихо. За весь день в кабинет Чуи зашли лишь Коё и Рюноске. Прошло уже полгода с того момента, как парень узнал личность своего соулмейта, и вот уже полгода эта личность просто поселилась в мафии. — Эх, Чи, вот бы в комплекте с тобой не шла твоя большая копия, тогда бы жить было в разы легче... — Вот только не ври, что я тебе не нравлюсь, — голос Дазая был сильно уставшим, но самодовольства было столько же. — И не надо на меня так смотреть. Я, вообще-то, пришел не извиняться, а просто выпить. Меня порядком достали твои отказы, поэтому я решил прекратить пытаться добиться тебя. И подумал, что это отличный повод надраться как следует, как для меня, так и для тебя.       Все это время Накахара смотрел охреневшим взглядом на суицидника. И, немного подумав, ответил: — Хорошо, но давай детей Коё отнесем? И ничего лишнего не думай, это всего лишь временное перемирие. — Хорошо-хорошо. Пошли!       Спустя некоторое время парни вернулись в кабинет, но уже без чибиков. — Так у тебя их уже два? — Ага, они довольно милые, в отличие от некоторых. — Пф, такое ощущение, что я в восторге от тебя. Давай доставай, что принёс. — Стоп. Мы пить тут, что ли, будем? — А где? — Ну, поехали ко мне, — пожав плечами, сказал Осаму. — Э, нет, я помню, чем такая пьянка закончилась. — Не желаешь повторить? — снова этот тон, который заводил выводил Чую из себя. А между тем, Дазай медленно, на манеру кошки, начал подходить к экс-напарнику. — А ну стоять! Ты же вроде бросил попытки добиться меня! — Попытки бросил, но хорошо провести время вместе нам никто не запрещает. — Значит так, ты сейчас берешь и разливаешь алкоголь по бокалам, ты знаешь, где их найти, а потом мы просто пьём, причём ты на диване, а я за столом. — Скучный ты, — цокнув, парень перестал двигаться и пошёл к пакету, который принёс.       Чуя все ещё был в обиде на Дазая за то, что тот ушел. Но не выпить с этим суицидником было бы непростительно. Во-первых, у него всегда хороший алкоголь, а хороший алкоголь и Чуя — это синонимы, во-вторых... А во-вторых не требуется, Накахаре хватало первого пункта. — Ты на кой хрен коньяк притащил? Знаешь ведь, что я только вино пью, — начал возмущаться рыжеволосый, когда увидел бутылку, которая появилась на его столе. — Знаю, тебе я взял вино, а коньяк мне.       Первая бутылка вина и половина бутылки коньяка были выпиты в полном молчании. Но долго молчать Дазаю несвойственно. — Что нового? — это было первое, что пришло в голову парню. — Хм, дай-ка подумать. О, знаю! Соулмейт — пидарас. — Пф, если бы я не ушёл, ты бы сейчас прыгал на мне от счастья, — растягивая слова, проговорил Осаму. От такого заявления Накахара аж вином подавился. — Чего, блять? — Ой, да ладно тебе, давай начистоту. Я тебе всегда нравился. — Мумия, ты по окну сильно соскучился, я посмотрю? — Молчу-молчу, — мило улыбнулся Дазай и поднял руки в примирительном жесте. — Ещё что нового? — Я стал «правой рукой» Мори и стал чаще пропускать работу. — Хах, Огай, все-таки, послушал меня. По твоему взгляду вижу, что ты ждёшь объяснений. Когда я уходил, Мори начал искать мне замену. Ну, я и порекомендовал ему тебя. — закончил свой рассказ Осаму, допивая очередную порцию коньяка. — М-да, почему в моей карьере все время фигурируешь ты? Черт, спина затекла. — Потому что, когда я уходил, сделал все возможное, чтобы ты был, по возможности, в безопасности. Давай на диван перебирайся, тут места много. И сними уже свою дурацкие шляпу и плащ! — А вот и неправда! Мне Коё по секрету рассказала, что тебе мои шляпы всегда нравились, — снимая с себя верхнюю одежду, заплетающимся языком сказал Чуя и упал на диван рядом с Дазаем, но сразу же отодвинулся от него. — Недотрога, — фыркнул парень и начал пить новую порцию коньяка, но, осознав слова Накахары, сразу же им подавился. — Что тебе Озаки сказала? — Судя по реакции, это правда. — Пошёл к черту, — рыкнул Осаму и залпом выпил остаток алкоголя.       За такими перебранками-разговорами парни опустошили четыре бутылки вина и полторы бутылки коньяка. Но если Дазай лишь немного опьянел, то Чуя был «в стельку» пьяный и с каждым бокалом вина все ближе и ближе двигался к суициднику. — Ты никогда не умел пить. — Заткнись. — Заставь, — Осаму был более чем уверен, что его ударят, но вместо этого Накахара стал двигаться ещё ближе. — Да уж, правду говорят, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, ну или в штанах.       Когда между их лицами оставалось в районе пяти сантиметров, Чуя произнёс: — Что, скумбрия, на слабо берешь? — шёпот, который сводил Дазая с ума каждый раз, когда они пили вместе. — Даже если и беру, поведешься? — с каждым словом их лица приближались все ближе и ближе. Тогда-то Накахара и не вытерпел: запрыгнул на колени к Осаму и сказал: — Поведусь, — выдохнув в губы своему соулмейту, Чуя впился в них жарким поцелуем. Все тело рыжеволосого вжималось в парня, а руки пытались развязать бинты Осаму. А сам суицидник охотно отвечал на все действия своего экс-напарника, пока тот не застонал в голос. От этого действия Дазай будто протрезвел и, схватив Чую за талию, резко отодвинул того. — В чем дело? — недовольно рыкнул пёс мафии. — Не могу так, не хочу. — Судя по твоим натянутым штанам, ты все можешь и хочешь, — ухмыльнулся пьяница. — Нет, ты не понимаешь. Мне важно, чтобы этого хотел именно ты, а не алкоголь в твоей голове, — последние слова Осаму произнёс уже в пустоту, так как Накахара мирно спал на его плече. — Года идут, а ты не меняешься, — детектив аккуратно положил Чую на диван, а сам лёг рядом. В таком положении они проспали до утра.

6:30 утра следующего дня

      В кабинете заместителя главы Портовой Мафии на диване спали два человека, причём друг на друге, но вскоре эту идиллию нарушит одна интересная особа: — Чуя, я, конечно, все понимаю, но вы обещали забрать детей ровно в одиннадцать, — последние слова Коё произнесла шёпотом, её глаза широко раскрылись от увиденной картины. Тихо достав из кармана кимоно телефон, она сделала фотографию и начала тихо будить парней: — Ребята, ребята-а-а! — Да не ори ты так, мелочь разбудишь, — тихо пробубнил Дазай и стал аккуратно перекладывать Накахару на диван. Когда источник тепла исчез, рыжик сжался в маленький комок. Заметив это, Осаму накрыл своего соулмейта собственным плащем. — Если хочешь поговорить, то пойдём на улицу, не надо его раньше времени будить, — получив в ответ лишь кивок, пара вышла из кабинета.       Выйдя на улицу, Осаму вздохнул полной грудью и спросил: — О чем ты хотела поговорить? — Что между вами было? — голос девушки был строг. — Ничего, то есть могло бы что-то быть, если бы я не остановил. — Чего? Ты бегаешь за ним с самого дня рождения и тут вдруг отказался от секса? Осаму, ты нормальный? — Коё была поражена поступком парня. — Уже сомневаюсь, пойми хоть ты это. Чуя так меня ненавидит в трезвом состоянии, а если бы мы переспали, то шанс на то, что он меня простил, резко бы упал до нуля. В пьяном состоянии он настоящий, но сама посуди — все время мне его спаивать не удастся. Тем более я хочу, чтобы он сам этого желал, — голос Дазая был полон горечи. — Мне интересно вот что: если ты так он нем постоянно печешься и бережешь его, получается, что ты его любишь? — Эм... — этот вопрос поставил детектива в тупик. — То есть ты все это время бегал за ним, но ни разу не задумывался, любишь ли ты его? Ха-ха, Осаму ты не меняешься, от слова совсем, — смех девушки разносился по тихой улице. — Тц! Хватит ржать, отдавай мне Чую и Чию, и я пойду, — недовольно пробурчал парень. — Сейчас, — Коё аккуратно достала два спящих комочка, которые отличались лишь размером и одеждой. — Эй, малыши, идите к папочке, — ребятки быстро проснулись и кинулись к своему хозяину. — Папочка? Серьёзно? — В скором времени и наш любимый карлик так будет меня звать, — Дазай подмигнул Озаки и отправился к себе домой.       Девушка смотрела ему вслед, тихонько поглаживая его маленькую копию по голове, а потом пошла к себе в квартиру.       Все разошлись, и на улице снова стало спокойно. И только тихое, но тяжёлое дыхание рыжеволосого мешало этой идиллии.