Сомнительные увлечения Салливана Фишера

«Ты знал, что я приеду, Салли. Так что иди открывай. Мы же не хотим, чтобы кто-то из прислуги увидел что-нибудь лишнее?» Этого сообщения следовало ожидать, но Сал все же надеялся в начале, что подобного не получит. Да, погорячился немного, просто перенервничал, с кем не бывает.. Сейчас, по дороге к двери, он сто раз уже пожалел о содеянном, хотя и извиняться, умоляя простить, уж точно не собирался – много чести ублюдку. – Приветики, Салли. – Трэвис слащаво улыбнулся, сжав губы в тонкую линию, как он один умеет, вроде бы и улыбка, но как-то сразу становится ясно, что такое выражение лица на самом деле не сулит ничего хорошего. – Ты что, не рад меня видеть? Фишера пробрало от одного только «доброжелательного» взгляда в его сторону, он попытался захлопнуть дверь прямо перед лицом блондина, но тот успел предусмотреть этот вариант и быстро прошел внутрь, вытесняя голубоволосого вглубь прихожей. – Что ты тут провернуть пытался? Веди в свою комнату. Живо. – тон Фелпса звучал так, что Сал при всем желании бы не смог воспротивиться ему. Понимая это, парень решил сохранить остатки своей небывалой гордости, съязвив напоследок: – Как быстро ты забыл, где моя комната, Фелпс. А, кажется, всего дней десять прошло с тех пор, как ты наделал в штанишки прямо у двери, когда наши отцы поднялись вдруг по лестнице.~ – Я не просил тебя разыгрывать спектакль на твоей попущенной гордости, Фишер. – безразлично отрезал Трэвис, подмечая, как разочаровался в его реакции голубоволосый «провокатор». – Шоу будешь устраивать в комнате. «Как пожелаешь, ублюдок. Рад, что смог настолько разозлить тебя, что ты даже весь покрылся этой лицемерной мягкостью. Вот бы тебе хер откусить.» Фелпс заметил некое подобие улыбки на лице Фишера, пока они шли по коридору, и это только подстегнуло блондина. – «Ты очень зря лыбишься, Салли. Я здесь, в первую очередь для того, чтобы показать тебе на твое место.» - - - - - Сал нарочито бестактно и неаккуратно открыл тяжелую дверь в свою комнату. Он обернулся, посмотреть, насколько сильно при этом пришиб следовавшего по пятам блондина, но мерзавец среагировал мгновенно и просто отступил на шаг от дверного проема, так, что самая крайняя грань двери прошлась точно в сантиметре перед его носом и с глухим звуком врезалась в стенку, так никого и не задев. Фишер посмотрел на это все растерянно, как в замедленной съемке, потому что просто не мог поверить в то, что его уловки можно знать настолько хорошо. Он, само собой, был увлечен своими не самыми позитивными мыслями, и даже не смог среагировать, когда его со всей дури толкнули спиной в комнату. Сал просто-напросто отлетел в сторону, запутавшись в ногах и жестко приземлившись на только что вымытый ковер. Впрочем, хоть как-то проявлять слабину с Трэвисом было ни в коем случае нельзя, подстегнутый этой неглупой мыслью, Фишер тут же поднялся на ноги и, отойдя на пару шагов назад, нащупал у себя за спиной кресло и пафосно уселся в него, положив ногу на ногу, всем своим видом стараясь выражать какое-то холодное спокойствие. Он тут же услышал тихий щелчок дверного замка и понял, что Фелпс, наверняка, снова хочет напугать его. Что ж, этого не будет. – В чужом доме можно было бы быть и повежливей. Замечание было вполне уместным, а в тоне явно чувствовалась достаточная власть, но блондина она ничуть не смутила, он даже улыбнулся. – Даже в чужом доме, я могу делать все что угодно со своими вещами. «Вот мерзавец.» – руки у Сала непроизвольно сжались в кулаки, но, вовремя обратив на это внимание, он взял над собой контроль, убирая злобу поглубже внутрь и начиная безобидно накручивать прядь распущенных, кое-как высохших волос на палец. – Ну и.. что делать собираешься?~ – Конечно, удовлетворить, как сумею, одну тупую шлюху, которая только и мечтает, наверное, чтобы ее сегодня как следует трахнули. – Себя что ли, мм..?~ Довольный оскал тут же пропал с лица Трэвиса, он еще какое-то время думал, ни послышалось ли ему, но заметив откровенную издевку на лице голубоволосого, понял, что эта шавка и правда снова посмела ему дерзить. Он, конечно, ожидал этого и мог бы поставить слабака Фишера на место кулаками, «выбить дурь и выебать», так сказать, но честно говоря, на физическое насилие сейчас был попросту не настроен, да и план его был совсем другим, а значит, надо было выбирать другой способ.. – Нас все еще связывает кое-какой прелестный договор. Тебе напомнить? – Я не такой старый, как ты. – парировал Сал, нагло вздернув подбородок. – Память меня еще ни разу не подводила, к твоему сведению. – Однако ж ты все никак не запомнишь.. – Заткнись. – голубоволосый поднял бледную руку вверх в надменном повелевающем жесте, из-за чего Фелпс, казалось, вот-вот подавится. – Заткнись и не перебивай, потому что я не закончил. Не забывай, что ты не у себя дома.– внешне Фишер был спокойнее некуда, его действия выражали сплошное безразличие и самоуверенность, но в душе он уже успел испугаться за такую спокойную реакцию блондина на все. Тот просто стоял чуть в стороне, не собираясь, видимо, приближаться, и послушно молчал, обдумывая наверняка, как будет убивать Сала за подобные вольности. Такова была версия самого Сала, и она была не так далека от правды. Трэвис собирался вдоволь насладиться упрямым характером голубоволосого, дать тому почувствовать себя на некоторое время свободным, а потом хорошенько размазать, заставив признать свою ничтожность и, ползая в ногах, просить прощения, он изначально обдумал этот момент. «Только попробуй сломаться прежде, чем я тебе позволю.» – подумал блондин и усмехнулся, когда Фишер снова открыл рот. – Я прекрасно помню твой очередной садистский приступ, в который ты втянул моего Ларри. И я прекрасно помню ту хрень, что ты хотел втереть мне на следующий же день. Фелпс прищурился, присел на корточки и посмотрел на голубоволосого снизу-вверх, поставив того практически сразу в тупик. – Прямо-таки «хрень»? – Теперь уже и самому конченому дураку ясно, что ты не убьешь Ларри, более того, ты ничего с ним не сделаешь. Ты не можешь, ты и сам к нему привязался, я это видел. А значит весь «договор» – это не больше чем просто кусок ненужного и бесполезного дерьма, как и его создатель. Все просто как день. – Сал, преодолев собственную дрожь, грубо взял усмехающегося блондина за его точеные скулы и приблизил к своему лицу. – У тебя больше нет предметов для шантажа, детка.~ – О, ты так уверен, «детка»?~ – передразнил в ответ Трэвис, даже не пытаясь отцепить чужую руку от своего лица, все равно сейчас сама уберется. – Эшли так и не рассказала ему про тебя и наркотики. Оу, малыш, боюсь, что Ларри едва пережил тот факт, что ты сраная потаскуха, а если еще подтасовать пару фактов, сделать их, скажем, актуальными.. Ты снова разобьешь ему сердце! Ах! – блондин притворно ужаснулся, наконец, свободный, благодаря тому, что Фишер, не выдержав, одернул руку. – Как же ты мог скрывать от него подобное, Салли! Ты же обещал быть с ним честным и настоящим, или что ты там наплел ему, чтобы он дал тебе шанс.. Да даже если не обещал, я знаю Ларри. О да, я знаю его куда лучше, чем ты. Больше всего на свете он ненавидит, знаешь что? – «Что»? – одними губами спросил голубоволосый, и тогда Фелпс потянул его вниз, на себя, и прошептал прямо в ухо: – «Больше всего на свете Джонсон ненавидит недомолвки. Недосказанности, тайны и секреты. Все, чего в тебе так много, Салли. Больше всего на свете Джонсон ненавидит тебя.» Слова, в которых есть слишком много правды, всегда ранят, даже если их произносят только чтобы сделать больнее, Сал понимал это и прекрасно знал, что кошки внутри заскреблись не потому, что он поверил, но потому, что вдруг испугался, что весь этот бред может впоследствии стать правдивым, а пока.. – Не убедил. – Фишер сухо отстранился и поджал губы. – Да я и не пытался, ты же знаешь. – Да мне наплевать, «ты же знаешь». – Сал не знал, сколько еще он собирается острить и ехидничать, и самое главное, сколько еще ему будут спускать это с рук, поэтому чувствовал, что играет в какую-то весьма опасную лоттерею, но остановиться не мог. – Интересно, кто надоумил тебя вдруг дерзить своему хозяину. Плохой день? Так терпи, как порядочная сучка.– теперь блондину, видимо, надоело и он поднялся на ноги, пронизывая Фишера холодным уничижающим взглядом сверху. – Даже здесь, в этой комнате, в твоей собственной комнате, в доме, в котором ты вырос, чувствуя себя полноправным хозяином, солнцем, луной и звездой с неба.. Ты всего лишь Салли, моя тупоголовая шлюха. – Как минимум в одном слове ты ошибся. – Сал солнечно улыбнулся, ничуть не смутившись оттого, что Трэвис в любой момент мог спокойно врезать ему. Он немного выгнулся и провел рукой по торсу, демонстрируя чудеса пластики и соблазнения, а потом открыто усмехнулся. – Да, в одном ты прав, я шлюха.. Но вот загвоздка, эта шлюха совсе-е-ем, совсем не твоя..~ Терпение Фелпса лопнуло в тот момент, когда Фишер умудрился еще и показать ему средний палец, подсунув его чуть ли под нос блондину. – Один разок, все же придется тебя проучить. – последнее, что услышал голубоволосый, прежде чем его ударили головой обо что-то сзади, предположительно стену, после чего все поглотили разноцветные болезненные искры. - - - - - – .. И вот так вроде нормально.. – когда Сал очнулся, Трэвис шептал у него что-то едва разборчивое за спиной, скорее всего мысли вслух, или что-то даже более зловещее, хрен знает. Для Фишера блондин вполне мог бы сойти за какого-нибудь злодея из комиксов, и если уж совсем честно, из комиксов для взрослых. Сейчас голубоволосый даже не удивился своему положению: он находился все еще в своей комнате, на ковре, полностью обездвиженный и связаный по рукам и ногам, а Фелпс как раз закреплял сзади последние узлы. – «Прекрасно.» Сал слегка шевельнулся, чисто инстинктивно, так как Трэвис слишком крепко прижал его запястья. – О-ой, так ты проснулся..~ – нарочито сладкий голосок раздался прямо за ухом, и Фишер рад был бы от него уйти, но просто не мог, так что пришлось перетерпеть этот раздражающий зуд в ушной раковине и тут же последовавшие за этим мурашки. – Я и не спал, придурок. Ай!! – Сал вскрикнул, когда Фелпс неожиданно сделал слишком тугой узел, наверняка в отместку. – Ты перетянул мне руки, ублюдок!! Что это все вообще за херня??! – Ты не в том положении, чтобы огрызаться, псина. Не заставляй надевать на тебя еще и намордник. – Трэвис вовсе не веселился, заранее жалея Фишера и ненавидя себя самого за эту слабость, но голос его специально звучал до обидного непринужденно. – Объясняю для того, чтобы такая недалекая тварь, как ты, могла понять: ты в таком положении только из-за своего собственного упрямства. Терпеть не могу неблагодарность. Ну как, понятно «что за херня»? – Нет, не понятно. – процедил голубоволосый сквозь зубы, пока только разозленный всей сложившейся ситуацией. – И я тебе не тварь. – «И почему я уже даже с псиной согласен??!» – Как сказать.. Сал уже заранее закатил глаза. – Даже не думай.. –..все мы твари божии. Ахах. Ахахах. – комнату заполнил чуть ли не истерический смех, который блондин, даже если бы и захотел, то не смог бы сдержать, это, наверное, чересчур на сегодня, итак уже достаточно сдерживался, а впереди только еще больше ограничений.. сердце в стальной кулак. – Хахаха!! – Фишер тоже засмеялся, пусть немного нервно, но весьма даже «одобрительно», главное, впрочем, чтобы белобрысый придурок повелся и расслабился. – «Иногда такое может сработать.. Психологически расположить к себе и манипулировать. Шокер в ящике, добраться бы до ящика.. И почему я раньше этого не сделал? » Сал еще немного посмеялся и даже посмотрел блондину в глаза. – Хахаха, а ведь и правда.. Фу-ух.. Развяжи меня, м?~ – Не-а.~ – слишком быстрый и легкий ответ за секунду разбил, похоже, единственную здравую попытку голубоволосого освободиться, а потом Трэвис подлил в огонь еще немного масла – Я знаю тебя как облупленного, Салли, это было очень наивно, но ты повеселил меня. Фишер не мог сейчас видеть блондина, так как не собирался ради такого поворачивать голову, но благодаря сладкой интонации и слегка искаженному голосу, он мог явно прослеживать на тонких губах чертову улыбку. «Издеваешься? Веселишься?» – Давай уже на чистоту, милый. – буквально через силу выплюнул Сал, уже и не надеясь еще больше ухудшить свое положение. – Признавайся, совсем извращенцем стал? Без веревки не обойтись? Ааа.. ты, наверное, головкой ударился, и к тебе вот это вот все пришло. Или, может, пока уздечку прокалывал, тебе инфекцию занесли? Ой, зря ты это.. – Не зря, если сразу так много внимания. – Фелпс обошел болтливого парня кругом и присел рядом, открыто усмехаясь тому прямо в глаза. – Я вижу, ты уже завелся, Фишер, раз уж начал мечтать тут о моем члене, даже пирсинг припомнил, но вынужден разочаровать: я не собираюсь тебя трахать. – М? – брови Сала тревожно подступили к переносице. – Что такое, псинка? Тебя поставили в тупик, да? Я ничего такого не собирался с тобой делать, «совсе-е-ем не моя шлюха». – блондин устало закатил глаза, как бы осмеивая и подвергая сомнению процитированную фразу. – То, что я сказал, что собираюсь удовлетворить тебя, похотливую подстилку, еще не значит, что я буду делать это самостоятельно. – Что за бред ты несешь?? – Тц. – Трэвис цокнул языком, а потом со вздохом провел рукой по щеке тут же скривившегося Фишера. – Твой острый язычок выводит меня из себя, но я не хочу быть с тобой грубым.. – указательный палец блондина остановился на чужих губах в мягком затыкающем жесте, он с жалостью посмотрел на беспомощного парня, – Тебе итак достанется, незачем и мне добавлять. После этих слов, довольный напуганным вздохом голубоволосого, Фелпс отошел куда-то в сторону, снова став невидимым для первого, и принялся что-то искать в ящиках, греметь каким-то непонятным хламом и насвистывать одну из тех легких мелодий, что вечно появляются в фильмах про серийных убийц. Салу в это время было совсем не так легко и спокойно, хотя виду он все еще не подавал. Старался держаться особнячком, делая недовольное личико и цокая время от времени язычком. – Я сейчас позову охрану, у меня все тело затекло. – Тебе полезно, потерпи немного. – отмахнулся Трэвис, продолжая возню. – Можешь звать охрану, твоему отцу, наверное, будет здорово узнать, что теперь ты еще и шибари увлекаешься. – Чего? – Ой, не делай вид, что ты не понял. Ты все знаешь о порно, разве нет? Что все подумают, увидев тебя, связанного на полу, со смазкой и гондонами за спиной? Еще одно твое сомнительное увлечение, Фишер, только и всего. Сал быстро смекнул, что мерзавец прав. Никто и не подумает, что его связали не потому что он умолял «сделать это так», он будет выглядеть извращенцем, который не только любит подобные штучки, но еще и нуждается в зрителях. Голубоволосый глубоко задумался на эту тему, размышляя, как ему получше съязвить в ответ, чем пригрозить или спровоцировать, как вдруг, прямо к его лицу, прилетело что-то черное, со звоном упавшее в нескольких сантиметрах от широко распахнувшихся глаз. Предмет сразу же приобрел свои до боли знакомые очертания, и Фишер хмуро закусил губу. – «Нашел все-таки, ублюдок. Так и знал, что эта хрень выйдет мне боком.» – Нахрена мне этот ошейник? Я его для тебя берег. – сама невозмутимость, а в душе сплошной крик бессилия, он знал, к чему все идет. – Я думаю, он куда лучше смотрится на твоей шее, более того, я думаю, он смотрится на ней идеально.. И я даже готов дать тебе выбор, возможность отделаться в легкую. – Блондин усмехнулся, увидев загоревшуюся в голубых глазах надежду и тут же растоптал ее – Сдайся мне. Признай поражение. Скажи что принадлежишь мне.. Подставь шейку для того, чтобы я смог поместить на нее столь подходящий аксессуар, на который ты сейчас смотришь.. Только и всего. И ты будешь свободен. «На этот раз я не буду тут же бросаться выполнять твои чертовы условия, теперь я буду умнее, придурок.» – думал Сал, глядя исподлобья на «придурка», – «То ты грозишься порезать меня ножиком, то задушить, а на деле ни на что не способен, только языком молоть, да запугивать убедительным тоном.» – П-подойди б-ближе..– с робким заиканием произнес парень, отводя взгляд в сторону. Фелпс легко купился и выполнил просьбу, склонившись совсем близко к Фишеру, а тот в свою очередь, не теряя времени зря, смачно плюнул блондину в лицо. – Вот где ты для меня, и вот почему насрать мне три кучи, что ты там от меня хочешь. – Видимо, ты сделал свой выбор. – процедил Трэвис сквозь зубы, брезгливо вытирая лицо. Теперь ему не было так жалко Сала, теперь этот урок глупому нахалу был просто необходим. Блондин выкатил на видное место большой, заранее открытый чемодан, и достал из кармана наполовину наполненный прозрачной жидкостью шприц. – Сейчас, подготовим тебя к поездке и отправимся в кое-какую командировочку.. Фелпс начал приближаться, пуская из иглы небольшую струйку, чтобы избавиться от ненужного воздуха внутри, и в этот момент Фишер по-настоящему испугался. До этого угрозы блондина казались чем-то вымышленным, каким-то устрашающим цирком, блефом, но теперь.. – С-стой.. Н-НЕ НАДО..!! – Сал болезненно дернулся, когда «комарик укусил» его в шею, и буквально сразу же почувствовал, как начинает слабеть. – Тише, тише.. Ты выбрал это сам.. – голос Трэвиса прозвучал для Фишера приглушенно, будто бы издалека, хотя он сидел совсем рядом, поглаживая того по волосам и убирая назад шприц. – Я не такой жестокий, чтобы запихивать живого человека в чемодан в сознании.. Глаза Сала начали закатываться, но он упрямо встряхивал головой, пытаясь противиться снотворному, которое вовсю гуляло в его крови, быстро разнесенное главной артерией. Голубоволосый все еще пытался слушать Фелпса, но вскоре перестал разбирать и половину слов. –..разозлил меня.. * не могу закрыть ** ***** *****.. Ты пару дней ******** ***, и поймешь, как важно **, *** * для тебя делаю. … Прошло около двух минут с небольшим, как химия взяла свое, и Сал сдался. – П-про..шу.. з-заткни.. п-па..сть.. – он все-таки успел выдавить это перед тем, как потерять сознание.