Утренний кофе всегда по расписанию

      Утро для Гена выдалось жутко тяжёлым. Он ещё никогда не просыпался с несильной, но всё-таки ощутимой головной болью и слабостью во всём теле. Одеяло не грело от слова совсем, Асагири давно отвык просыпаться в кровати одному. Седрик, как персональная грелка, всегда спал рядом, а когда собирался уходить, то будил и своего болтолога, чтобы тот укутался в его вещи. И именно в этот день Гена почему-то не разбудили - видимо, этот засранец спешил и покинул комнату раньше, чем вспомнил о вечно мёрзнущем менталисте. Отыскать толстовки в шкафу у американца не составило труда - он весь был ими завален, как старый сундук - сокровищами. Выбор Асагири сегодня пал на чёрную тёплую толстовку-кенгурушку с капюшоном и рисунком колбочки с каким-то зелёным реагентом. Рукава уже заметно покрывали ладонь менталиста куда больше, чем оно было надо - молодой босс рос быстрее, чем можно было себе вообразить.       Ничего больше для утреннего Гена не требовалось, чтобы спуститься в кафе, в котором он в это время всегда был самым раздетым посетителем.       Звонкие шлепки по лестнице становятся все ближе к первому этажу, отделанному под кафе. Взгляд Асагири падает на кучу народа, что-то активно обсуждающего и явно очень занятого. Седрик сидит за барной стойкой и со своей привычной хитрой ухмылочкой говорит о какой-то новой операции.       Первой его замечает Эмбер - её глаза хитро сужаются, и она громко присвистывает, обращая всё внимание в их сторону. Сонный и растрепанный Ген вопросительно глядит на подругу, а после безразлично ступает босыми ступнями на прохладный пол кафе.       Обсуждение замерло. Все, кроме Юлиана и Рича, смотрят в сторону незваного гостя. Хром поспешно прикрывает пылающее лицо, Ляпис хихикает в руку, тихо и задорно, а Эмбер постукивает ногтями по столику, глядя на реакцию Седрика. Босс шумно сглатывает и выдыхает, но после лёгкой улыбки в его сторону от неожиданно явившегося болтолога заметно расслабляется.       - Седрик, ты не говорил, что зака.., - речь тёмного здоровяка прерывает сверкнувший в его сторону яростный взгляд Хрома.       - Его зовут Ген, он популярный в Японии и заграницей менталист, - спокойно поясняет молодой босс, - однако не советую говорить про него что-то нелестное, мои ребятки к нему жутко привязались, - довольный смешок, и афроамериканец тоже усмехается, правда как-то немного нервно и не отводя взгляда от парня у лестницы.       Ген делает шаг вперёд, к барной стойке. Все заворожённо на него пялятся. Именно пялятся, да ещё и самым наглейшим образом - но команде из кафе Ишигами уже не привыкать. Однако то, что делает бесстыдник-Асагири дальше, заставляет младшую сестру шумно вдохнуть воздух и громко прыснуть.       Его мягкие ноги ловко пристраиваются на колени лидера здешней банды, Ляпис он кивает обыденно, прося дозу так нужного ему сейчас кофе. Седрик сначала думает, что ему привиделось, но холодная кожа ног его болтолога явственно ощущается сквозь дырки на коленях его джинсов.       - Ген.., - босс выдыхает ему в ухо, на что менталист только смешно дёргается и устраивает голову на чужом плече.       - Ладно, неважно, нам надо обсудить этот чёртов план, - одна рука умнейшего засранца в этой комнате обвивает тело парня, сидящего у него на коленях, а другая прислоняется к виску - о, он определённо должен хорошо там помассировать, чтобы работать продолжила именно голова, а не что-то другое. Что-то другое, что уже навязчиво начинает напоминать о себе. Седрик вздыхает - со стороны кресла давно уже слышатся кряхтения и хрипы Эмбер, которая наверняка утомилась так долго смеяться.       Кофе вскоре оказывается в руке Асагири, а молодой босс пытается обсуждать вопрос невероятной важности, но ни у него, ни у его посетителей не выходит ничего даже отдалённо напоминающего нормальное обсуждение. Блондинка на полу у кресла выдаёт хриплым от смеха голосом:       - Не ожидала, что горные массивы могут так запросто возвыситься в одной единственной комнате.., - на большее её не хватило. Видимо, она осознала всю абсурдность данной ситуации, и на неё нахлынула новая волна смеха.       Ляпис наблюдала за всем с хитренькой усмешкой, а Седрик уже никаким образом не мог скрыть стояк, который хоть и не с такой силой - всё-таки джинса достаточно плотная ткань - но упирался прямиком в ягодицы чертовски обнаглевшего сегодня болтолога.       В кафе царила атмосфера полного отсутствия присутствия, все пялились на обнажённые участки кожи менталиста и на его до очаровательного спокойное лицо.       Как только кофе в кружке больше не осталось, Асагири легко соскользнул с коленей Седрика и громко прошлёпал к лестнице. Скрылся на втором этаже он за пару секунд, но и этих пары секунд хватило на новый приступ хохота несчастной Эмбер, живот которой уже разрывался от такой продолжительной нагрузки.       - Если соединить все ваши холмы, мы получим Эверест! - Ляпис пискнула где-то в углу, подавившись смехом, - Невероятное обсуждение, на котором даже лежачие стоят! - Хром закрыл уши и глаза, а Юлиан с Ричем многозначительно переглянулись, что-то друг другу прошептали и тихо засмеялись.       Седрик издал страдальческий стон - он не может больше терпеть, это сущий ад! Если он прямо сейчас не прекратит эту встречу, ставшую яркой иллюстрацией его болтолога, то он помрёт на месте. Не от стыда, нет. Его сейчас до краёв переполняло желание заставить менталиста умолять о прощении. Его чёртова встреча сорвалась именно из-за него! Из-за этого порочного засранца, который решил явиться именно в это самое время в это самое место! Стояк болезненно ныл. Но, кажется, не только у него.       - Встреча... Завтра днём, после 12, повторная, - Седрик с трудом выговаривал каждое слово. Эмбер от невероятной физической нагрузки на сегодня просто вырубилась, с огромными усилиями сумевши заползти на кресло. Ляпис тихо хихикала в углу, протирая очередной бокал. Хром, весь красный и злой, смотрел в пол.       Гости разошлись. Вопрос нихрена не решён. Седрик грузно и почти угрожающе поднимается со стула на высокой ножке. Менталист сейчас получит сполна за всё, что успело произойти за это злополучное утро.