Хорек и его ручной темный маг

Постоялый двор был среднего достатка, что полностью устраивало Поттера. Драко не спрашивали, но ему тоже понравилось это, на удивление, уютное заведение. Было чисто, люди не походили на разбойников. Здесь никто не смотрел на его мага как на прокаженного, не уходил в спешке. Кто-то даже позвал Гарри выпить с ними, но тот отказался, сославшись на долгий путь. Все здесь оказалось не так, как рассказывали. Малфой чувствовал себя обманутым маленьким мальчиком и не знал, как относится к этой правде. И в тоже время ждал подвоха. Может это здесь так спокойно, а в стальной части Империи было не так уж все и гладко. Поттер же не выглядел разочарованным. Он словно знал, что здесь будет именно так, а не иначе. Это слегка подбешивало Малфоя: маг явно знал больше, чем говорил. Но вот они сняли комнату без каких либо проблем. Гарри ушел мыться в местные бани, оставив Малфоя одного. Драко брезгливо обследовал комнату на предмет всякой пакости, которая может ожидать в постоялых дворах, и остался приятно удивлен. Ни постельных клопов, ни грязи, ни пыли. Хозяин очень тщательно следил за своим хозяйством, за что прибавил в глазах хорька. Вскоре вернулся Поттер. Свежий и блестящий, как только выпущенная монета. Упав на постель, он перевел мутный взгляд, на восседающего на подоконнике, Драко: — Можешь сходить прогуляться. В этом городе положительная энергия, поэтому тебе нечего опасаться, но все равно будь осторожен. И выключился. — «Как он так молниеносно засыпает?» — с легкой завистью подумал Малфой, но совету мага последовал. Здесь также как и дома стояла ранняя осень. Было тепло, но уже виделись желтые листья. Да, в принципе, здесь все было практически также как и дома. Строения, люди, запахи. Но мода была другой. Женщины свободно ходили в брюках, мужчины не носили верхнюю одежду, обязательную в их Империи. Все это было так странно, и Драко понадобится время, для того, чтобы привыкнуть. Вернувшись в лес, Драко нашел небольшой ручеек, в котором долго плескался, а после залез на дерево. Пока теплый ветерок сушил его шерстку, он уставился невидящим взглядом в горизонт, и впервые за столько дней подумал о маме. Тогда на поляне, когда он думал, что умрет, у него не было ни единой мысли о матери. Был лишь страх, злость на Гарри, опять страх, только за него. Малфой видел какая сильная была та тварь, и так боялся, что с его магом может случится что-то. Драко разъедало чувство вины. Сколько уже прошло? Почти месяц с его побега. Малфой надеялся, что с матушкой все в порядке, что Эдмунд будет рядом, и поможет ей пережить потерю. Конечно, месяц ничтожно малый срок для смирения с утратой, но все же его мама была сильной женщиной, и он наделся, что она не изменила себе и сейчас. — «Было бы здорово отправить ей хоть какую-то весточку. Показать, что я жив. Или все же не стоит? Пусть лучше думает, что ее сын сбежал в лес и там окончательно стал зверем? Но разве это не жестоко по отношению к ней? Жить, думая, что твой сын умер, а он жив на самом деле, и вообще находится по другую сторону барьера? Что же будет лучше?» Малфой не знал, и вряд ли ему кто-то может дать правильный ответ. Он решил подождать немного, а после решить, как поступить. Тем более, он надеялся, что сейчас у Поттера будет больше времени на то, чтобы снять с проклятие. Поттер… Так неоднозначно все с этим темным магом. Малфой провел с ним достаточно времени, чтобы изучить его и проникнуться к нему симпатией. Он не похож на тех, про кого рассказывают ужасные истории. И все же, перед глазами встает тот случай в доме ведьмы. И пусть Гарри объяснил Малфою, чем та магиня заслужила такую участь, он не раскаивался. Его не терзало чувство вины или совесть. Это и пугало Драко. А что если он перестает контролировать себя и свою тьму? Что если он сходит с ума? — «Ну, ты загнул, дружок,» — сам себя оборвал юноша. Он так и не понял боится ли он Поттера или за него. Устав от размышлений, Драко вернулся в постоялый двор, когда стемнело. Маг все еще спал, и не просыпался, судя по всему. Малфой устроился рядом с магом и сам уснул крепким сном. Прошла почти неделя, прежде чем маг полностью восстановился и начал совершать какие-то активные действия, кроме прогулок по пограничному городу. За это время он успел выяснить немало информации, которая так или иначе может пригодится ему в будущем, но самое главное, что в соседнем городе, в местную школу требовался преподаватель. И именно туда хотел отправиться Поттер. Малфою пришлось напомнить о своем существовании, и мягко намекнуть, что ему тоже требуется помощь. — Я не в силах разбить это проклятие, могу только ослабить его, — сказал Поттер, после долгого молчания. — «В смысле ослабить?» — не совсем понял Малфой. — Я могу сделать так, что проклятие ослабнет, и ты сможешь становиться человеком на недолгое время, может часа два или три в сутки. Сейчас это не так сложно сделать, проклятие уже теряет свою силу, поэтому я легко могу вписать в него другую схему. Но ты можешь дождаться, когда оно полностью спадет. — «Нет, не хочу ждать! Если ты можешь сделать так, как сказал, то я буду очень благодарен, » — Ответил Малфой, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения. Гарри не смог сдержать усмешку, но стремление Малфоя понимал. Он бы и сам, на его месте, не отказался бы, пусть и пару часов, но побыть человеком. Маг надел свои очки и еще раз взглянув на хорька, начал плести заклинание. Малфой видел составляющую заклинания, но разобрать мог только отдельные связки, которые ему были знакомы благодаря учебникам. Заклинание, светившиеся темным цветом, мягко поплыло к Малфою. Тот даже перестал дышать, ожидая действий. Он видел, как заклинание впитывается в его тело, и в глазах тут же потемнело. Но внутренние ощущения подсказывали, что магия срабатывает. В этот раз превращение не сопровождалось болью, как в первые два раза. На поляне у стригой, Малфой думал, что с него заживо сдирают кожу, а в момент наложения проклятия, боль была такой, словно ему сразу ломают все кости. Сейчас же было небольшое покалывание, словно Драко долгое время не двигался. Перед глазами руки, его руки, от которых он успел отвыкнуть. Глаза немного слезились, перейдя на обычное человеческое зрение, но Драко так был рад этому, что не обращал внимания. Самое главное, что он теперь человек! Поттер, все это время пристально наблюдавший за юношей, поспешно отвернулся, и подошел к шкафу, вытащив оттуда запасные рубаху и брюки. — Маловато, но на первое время пойдет. Потом купим тебе вещей по размеру, — протянул он вещи, все еще глупо улыбающемуся Малфою, старательно отводя взгляд. Драко так был рад своему человеческому телу, что не сказав ни слова, скрылся в ванной комнате. Поттер же шумно выдохнул, и уселся на кровать. Заклинание не было сложным, но его организм все еще был истощен после демонического заклятия, не смотря на долгий отдых. Прошло немало времени, прежде чем Драко вышел из ванной комнаты. Одежда Гарри висела на нем мешком, но при этом была коротковата. Брюки не скрывали худые щиколотки, а из-под ворота рубашки выглядывали ключицы. Поттера всегда удивляло, почему многие мужчины- аристократы не занимаются своим телом? На них ведь даже подышать страшно. Они были похожи на девиц своим телосложением, и ничуть этого не смущались. Но при этом умудрялись устраивать дуэли. Гарри считал это глупым. Он понял, что слишком долго молчит, разглядывая Малфоя, когда над его ухом раздалось нетерпеливое покашливание. — Прости, задумался, — отвечает Поттер, отводя взгляд. — За время нашего путешествия, мне показалось, что подобной функции у тебя нет, — ядовито отозвался Малфой, присаживаясь на свободную половину кровати и с наслаждением разлегся, раскинув руки по сторонам. — Я уже жалею, что расколдовал тебя, — Гарри складывает руки на груди и чуть хмурится. — В образе хоря ты был куда симпатичнее. Но зато я теперь понимаю, за что тебя прокляли. — Ничего ты не понимаешь. Та ведьма была взбалмошной дурочкой, которой нужен был не я, а результат ее действий. А когда я сказал ей прямо, что у нас ничего не выйдет, а взбесилась и прокляла меня, — обида, про которую Малфой и думать забыл, не до того было, вновь поднялась. От злости он сжал руки в кулаки, но понимал, что ничего не сможет сделать. — Тебе разве не говорили, что с ведьмами надо быть осторожным? — Поттер пытался сдержать ехидные нотки, но они все же проскользнули. Малфой либо не заметил их, либо просто не стал обращать внимания. — Я не знал, что она ведьма. Никто не знал, даже ее родители. Она прокляла меня и исчезла. Гадина. И тут же Малфой резко поднялся с кровати и отвесил Поттеру церемониальный поклон. — Мы даже не познакомились как следует. Я Драко Люциус Малфой, наследник одного из древнейшего рода, который вхож в императорский дворец. Рад знакомству с тобой и хочу сказать спасибо за свое спасение. От его важного тона Гарри смог только рассмеяться. Драко обиженно поджал губы, совершенно не понимая, чем вызван приступ веселья у этого мага. — К чему эти церемонии, после того как ты несколько недель катался на моей шее? — произнес Поттер, все еще посмеиваясь. — У тебя не только проблемы с умственным развитием, но и с воспитанием, — пробурчал Малфой, плюхаясь обратно на кровать. — Таким как я оно не нужно, — пожал Гарри и поднявшись с кровати, принялся собираться. — Ты сказал, что мое проклятие ослабло, что это значит? — поинтересовался Драко, скосив глаза на мага. — То, что условие проклятия начинает выполняться и ты на верном пути. Драко прекрасно помнил условие проклятия. И знал, что оно никогда не исполнится, потому что сам Малфой не верил, что сможет когда-либо полюбить. Он родился не в том окружении, где можно было бы поверить в такое возвышенное чувство. Браки по расчету были обычным делом в высшем обществе, и лишь малый процент мог похвастаться теплыми взаимоотношениями. Его родители были самым ярким примером поведения аристократов. Он ненавидел своего отца — тирана, возомнившего из себя вершителя их судеб. Он считал, что раз «купил» себе жену, то имеет полное право обращаться с ней так, как ему хочется. Это правило распространялось и на Драко. Люциус любил повторять, что если бы не его решение взять в жены именно Нарциссу, то Драко бы и не появился на свет. Поэтому он должен быть благодарным отцу за свое рождение и делать все, чтобы Люциус не жалел о своем решении. Потом Драко и вовсе разочаровался в людях. — Как думаешь, я могу написать своей матери? Не будет ли это плохой идеей? — внезапно обратился Малфой к магу, лишь бы только отбросить мерзкие воспоминания в сторону. Поттер посмотрел на юношу и пожал плечами: — Я не могу дать ответ на этот вопрос. Ты должен сам решить, как будет лучше для тебя и для нее, помня о том, что обратного пути отсюда нет. — Я не смогу вернуться домой? — тупо переспрашивает Малфой, хотя и так знал ответ. Он знал о нем, еще когда решался отправиться дальше вместе с Поттером. — Возможно однажды, — не стал отнимать надежду маг, — но не тем способом, которым мы пробрались сюда. Драко кивнул, принимая неизбежность окончательно. А после и вовсе улыбнулся: открыто и наконец свободно. — Я напишу ей, как только мы прибудем в эту твою школу. Будет время обдумать, что написать. — Отлично. А теперь собирайся. Пока есть время — прикупим тебе вещей, — скомандовал Поттер, бросая в Драко плащ. Следом полетели сапоги. Малфой что-то недовольно пробурчал, но маг уже покинул комнату, и ничего не услышал. Драко же оглядел вещи, которые дал ему Гарри, и невольно скривился — не привык носить ношенные вещи. Но он тут же отдернул себя: у него начинается новая жизнь и теперь он больше не аристократ, поэтому пора привыкнуть. Маг ждал его у лестницы. Когда Малфой закрыл за собой дверь на ключ, они вместе направились к выходу. — Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Поттер, ведя за собой юношу по улочкам. — Я безумно счастлив снова быть человеком, — честно ответил Малфой, который заново привыкал к своему человеческому телу. Ему приходилось держать мага под руку, потому что постоянно спотыкался. Но, кажется, Поттера это ничуть ни смущало, когда как сам Драко точно покраснел и тихо злился на свою нерасторопность, но это не мешало ему наслаждаться компанией и тем, что он снова в своём теле. — Я рад это слышать, — кивнул маг, — надеюсь, никаких побочных действий не будет. — А они могут быть? — насторожился Драко. — Вполне, — отозвался Гарри, выводя их на главную площадь, где расположились всевозможные магазины, — я не могу с уверенностью сказать, что встреча со стригоем никак на тебя не повлияла. Он бросил на Малфоя неодобрительный взгляд, но тот даже и бровью не повел. Вместо этого он переключил внимание на магазины с готовой одеждой. Они заглянули в первый же попавшийся, где Драко тут же привычным действиями принялся отбирать понравившуюся одежду по тканям. И только спустя несколько минут до него дошло, что денег-то у него нет, а грабить мага ему не хотелось, даже если у него есть возможность купить ему то, что Малфой выберет. Решив не наглеть, Драко с сожалением отошел от стендов с дорогой одеждой, и повернулся к более дешевым вариантам. Ткань была не такая хорошая, но зато ему точно не будет стыдно, когда Поттер будет расплачиваться. — У меня достаточно денег, для того, чтобы купить тебе ту одежду, к которой ты привык, — Малфой не заметил, как Поттер подошел к нему, и вздрогнул от неожиданности. Бросив взгляд на продавца, который потерял к ним интерес, и лишь время от времени посматривал на них, Драко прошептал: — Я не хочу наглеть, Поттер, и тратить твои деньги, которых точно не так уж и много. — Не будь кретином и пользуйся положением. Я могу купить тебе то, что тебе понравилось и не попросил бы возвращать деньги обратно, потому что это меньшее, что я могу сделать в благодарность за то, что ты не единожды спас меня, — точно также прошептал Поттер и отошел от Драко. Проследив, как маг направляется к продавцу, Малфой понял, что спорить бесполезно. Усмирив гордость, юноша все-таки позволил себе вернуться к желанному стенду, решив, что потом обязательно вернет все до монетки. Он быстро выбрал понравившиеся варианты, которые под него тут же подогнали и пообещали, что доставят в постоялый двор, где они остановились. Поттер рассчитался и повел Драко в обувную, которая находилась неподалеку. Там тоже не возникло никаких проблем, поэтому они вскоре вернулись обратно комнату. Как раз вовремя, потому что Малфой чувствовал, что вот-вот станет вновь хорьком. — Думаю, отправимся в путь уже завтра, — оповестил Поттер, посмотрев на Драко. Тот лишь кивнул, и разлегся на кровати, ожидая превращения. Через минуту на кровати уже лежал белоснежный хорек.