Иллюзорный артефакт

На темно-синем, почти черном небе уже давно взошла белоснежная полная луна. Сквозь открытое окно в кабинете Драко Малфоя ночную тишину разрезали звуки сверчков. Одинокий светильник на столе освещал лишь малую часть комнаты, но этого хозяину было достаточно. Он неподвижно стоял около стеклянного серванта, в котором за одной из полок находился тайник. Тайник, который он скрывал от собственной жены. То, что было в нем, являлось камнем преткновения в их отношениях. Их в целом сложно было назвать спокойными и гармоничными, но этот предмет доводил Гермиону до безумия. Кубок. Магический кубок, принадлежавший Малфою по праву и наследству. Драко достал его из тайника и задумчиво покрутил в руках, осматривая идеальную цилиндрическую форму, взвешивая прекрасное творение, украшенное множеством драгоценных камней, в руке. Он был полон магии и настоящих, заключенных в необычную тюрьму, душ. Драко чувствовал их. Они были ему как родные. Они принадлежали ему. Ну как он мог избавиться от него? Гермиона требовала, чтобы он перестал им пользоваться и позволил ей спрятать кубок от него подальше. Потому что, видите ли, он разлагает его душу. Допустим, он перестал им пользоваться, но зачем его прятать? Он хотел, чтобы эта реликвия так же передалась по наследству его сыну, Скорпиусу. Потому что это уникальная чаша, уникальный артефакт, достойный быть в коллекции наследства Малфоев. — Драко? — вдруг раздался голос Гермионы. На мгновение парень затаил дыхание, осознав, что был застигнут врасплох. — Скорпиус уже уснул? — как ни в чем ни бывало спросил он, стараясь аккуратно положить чашу обратно в тайник, не издав ни звука. — Да. Что ты… — в ее голосе прозвучало недоумение, а затем она быстро подошла к Драко и, обхватив его за локоть, развернула к себе, — здесь делаешь?! Драко глубоко вздохнул, осознавая, что пойман с поличным. — А на что, по-твоему, это похоже, — повел плечом Драко, засовывая дальше чашу в тайник. — Ты снова доставал его! — И что? — устало взглянув на Гермиону, безразлично произнес Драко. И пусть безразличие было фарсом, он действительно устал от их постоянных споров об этом артефакте. — И что?! — взъелась бывшая Грейнджер. — Ты спрашиваешь меня «и что?». Ты прекрасно знаешь что, Малфой! Я просила тебя столько раз не доставать его, он опасен, черт тебя дери! Она явно хотела что-то еще сказать, но вдруг взглянула на дверь и осеклась. Быстро осмотревшись, она нашла взглядом палочку Драко и, схватив ее, наложила заклинание тишины на дверь. Этого времени хватило, чтобы она немного остыла. Глубоко вздохнув, она уже спокойнее произнесла: — Я знаю, как тебе не нравится эта тема, но я попрошу еще раз — в очередной, стотысячный, миллионный, раз, — пожалуйста, давай избавимся от него. — Ты прекрасно знаешь мой ответ, Гермиона, — наигранно небрежно ответил Драко, внутри ощущая нарастающее раздражение. Он развернулся по направлению к двери, показывая всем видом, что разговора не будет. — Малфой… — предостерегающе начала девушка. — Я твой муж, Гермиона, уже давно пора начать называть меня Драко даже тогда, когда тебе что-то не нравится! — с каждым словом в его голосе появлялись стальные нотки, заставляющие девушку стихнуть и съежиться. Но за то время, что они уже живут вместе, — а это без малого год, — она научилась брать себя в руки, и вновь вскинула подбородок. — В такие моменты ты не заслужил быть Драко, — дерзко ответила она, сложив руки под грудью. Этим жестом она непроизвольно приковала внимание мужа к своему телу, облаченному в короткие шорты и полупрозрачный топик. Конечно, ведь она давно уложила Скорпи спать, и ей понадобилось еще несколько минут, чтобы приодеться для него и прийти в кабинет… Совсем для других целей. Она хотела его внимания, близости, ласки и поцелуев, а он любуется своим кубком. Хорошо, что Драко больше не позволяет себе использовать на ней Легилименс, иначе он упал бы со смеху, посчитав, что она ревнует его к артефакту. Драко театрально вскинул бровь, продолжая бесцеремонно блуждать взглядом по полунагому телу девушки, прекрасно понимая, как она реагирует на это. Молчание, продлившееся несколько секунд, заставило Гермиону вспыхнуть, а соски напрячься.  — И как же я должен заслужить свое имя, скажи мне, миссис Малфой? — он облизал нижнюю губу и закусил ее, пропустив между зубов. — Не говори глупостей, Драко, не перескакивай с темы! — попыталась отрезвить его Гермиона. Ей было слишком важно то, что он не хотел избавиться от этого артефакта. Она была преисполнена уверенности, что однажды наличие этого кубка у них в доме выйдет им боком. И в первую очередь она боялась за Скорпиуса… Что Драко передаст ему эти опасные знания. — Я много раз тебя просила… — Мы не будем это обсуждать, — отрезал Драко. Эта его резкая фраза… О, Мерлин, как же он бесил ее, когда бывал таким невыносимо непреклонным. Жестким. Гермиона сжала кулачки и снова глубоко вздохнула. — Нет, будем, Малфой, иначе я… — Ты ничего не сделаешь, Гермиона, — вновь перебил ее Драко, еще сильнее выбесив ее. — Точно так же не сделаешь, как я ничего не делаю с твоей этой идиотской инициативой Г.А.В.Н.Э. Точно так же, как я молчу, когда ты задерживаешься до полуночи в гребанном министерском кабинетике вместо того, чтобы сладко спать со мной, — Драко сделал шаг вперед и навис над женой, почти прикасаясь к ее телу. Она отошла на два шага назад. — Ты ничего не сделаешь… — Это все бредовые мелочи по сравнению с тем, — она указала рукой на тайник, — что лежит там!!! — Гермиона сорвалась на крик, не в силах сдержать переполняющее отчаяние, что она бесполезно стучалась в стену. Он не хотел ее слышать. Даже не давал сказать. — Этот кубок… Скорпиус не должен о нем знать. Ты знаешь, я против. У Драко уже была готова ответная фраза, как он вдруг осознал, что этот бессмысленный разговор ни к чему не приведет. А она стоит перед ним, такая сексуальная… Он вновь окинул ее взглядом: разгоряченную и румяную. Длинные волосы спадали на плечи, короткий прозрачный топик очерчивал яркие бутоны сосков. О, нет, кубок и сын — это не то, о чем Драко хотел бы сейчас говорить. Буквально в один шаг Драко преодолел разделяющее их расстояние. Обхватив запястья Гермионы, он завел ей руки за спину и толкнул к дивану. Возможно, это могло показаться грубым, но только не для них. Он знал, что жена зажигалась, как спичка, рядом с ним, и плавилась, как карамель под солнцем. Он знал все ее слабости, как и она его. Секунда, и Гермиона перестала сопротивляться, став податливой в его руках. Резкая хватка на руках ослабла, прикосновения Драко стали нежнее, но не менее нетерпеливыми. Он сел на диван и Гермиона сама залезла ему на колени, раздвигая ноги. Еще секунда — и полупрозрачного топика уже нет. Он же — полностью одетый. Этот контраст присутствия на нем одежды всегда добавлял остринки в их секс. Одной рукой Драко обхватил Гермиону за шею, а другую положил на грудь, ощутимо сжимая. Она была сверху, но насаживал на себя ее именно он. Гермиона начала двигать бедрами, терлась промежностью об его вставший член сквозь одежду. Обхватив Гермиону за затылок, Драко подтянул ее к себе и прошептал на ухо: — Все еще хочешь что-то сказать, милая? — слегка выкрутив сосок, Драко толкнулся пахом вверх. Прежде чем ответить, Гермиона издала стон. — Хочу, — прошептала она в ответ слишком томно и сексуально, чтобы можно было воспринять это всерьез. — И скажу. Позже ты еще у меня получишь, Малфой, — прошептала Гермиона, ручками оттягивая резинку его штанов. Ведь именно так она и хотела провести сегодняшний вечер, да? Драко Малфой всегда ломает ее планы. Либо вносит в них коррективы. Она немного привстала, помогая приспустить ему штаны, а Драко раздел ее полностью. Гермиона уже потянулась к его футболке, как Драко демонстративно зацокал. — А-а-а, миссис Малфой… Сегодня у вас будет другая программа развлечений, — Драко хитро улыбнулся, закусил губу и взглядом опустился вниз, давая понять ей, чего он от нее ждет. — Я сейчас злая, не боишься? — игриво вернула ему усмешку Гермиона, слезая с его колен. — Я в любом случае не останусь в долгу, — пропуская сквозь пальцы локоны ее волос, ответил Драко. Он обожал этот вид. Обожал, когда она сидит перед ним на коленях с распущенными волосами. Как прикасается влажными губами к головке его члена, как берет ее в рот, облизывает по кругу… как во время этого действия поднимает на него свой затуманенный похотью взгляд. Он знал, что ей нравится это тоже, потому что нет ничего приятнее, чем дарить удовольствие любимому человеку. На очередном захвате Драко издал короткий стон и откинул голову на спинку дивана, целиком отдаваясь ощущениям. Она специально ласкала его так, чтобы не довести до кульминации. Дразнила, доставляла блаженный кайф, но не позволяла перейти границу. Почувствовав, что хочет снова взять контроль в свои руки, он аккуратно намотал волосы Гермионы на кулак и, сделав пару глубоких движений, заставил ее подняться. — Иди ко мне, — хриплым шепотом произнес Драко. Ему было уже не до шуток, он возбужден и нетерпелив. Его разум затуманился похотью и удовольствием. Драко лег на диван и притянул ее бедра к своему лицу. Он хотел вылизать ее всю. И когда она опустилась, он аккуратно раздвинул половые губы и сначала нежными, дразнящими движениями стал ласкать ее. Мягкий язычок подготавливал к более резким движениям. Как лопаткой он проходился от клитора до влагалища, сосредоточился на набухшем бугорке, одновременно проник в нее сразу двумя пальцами, наслаждаясь, какая она мокрая для него. Как сладко будет оказаться в ней. Ее стоны распаляли все сильнее. Когда Драко почувствовал, что она готова уже кончить, он взял ее за бедра и спустил вниз. Поднявшись и сев спиной к дивану, он обхватил ее за талию и насадил Гермиону на себя. Их слияние сопровождалось одним на двоих стоном. Резкие и глубокие толчки были олицетворением их эмоций друг к другу, а крепкие объятия тело к телу — их чувств. Очередной острый разговор оканчивался неистовым и безудержным сексом, а тот — нежными поцелуями и объятиями. Не это ли лучший способ примирения? Для них — точно.