Walzer auf der Messerklinge Вальс на лезвии ножа

Проблемы личной жизни плотно перемешались с проблемами от вассальной клятвы, и вроде бы Слизерину и Дювалю должно было быть все равно, но, видимо, потеря сильного союзника ощущалась где-то на подкорке сознания. Уснуть так и не удалось, потому как мысли девушки все больше возвращались к Трис. Казалось, все это бред и никакого чудесного рождения подобных тварей быть не может. Со вздохом она села на край кровати и, свесив ноги, сжала одеяло так, что побелели костяшки. Голову прострелило болью, и на мгновение в глазах потемнело. Обязательства, клятвы, вранье. Никто не знал, насколько она устала от этого всего и как сильно хочет стать независимой от всех. Встав с кровати и почти на ощупь добравшись до ванны, девушка умылась и посмотрела на себя в зеркало. Тусклые зеленые глаза, в которых больше нет и, скорее всего, не будет живого пламени. Хотелось уйти, покинуть этих людей и не объяснять причину. Все равно никто бы не понял ее желание убежать даже от себя. Собрав свой рюкзак, девушка вышла из комнаты, собираясь покинуть это прекрасное место и желательно как можно быстрей. Проходя мимо комнат, она заметила Адель и, на мгновение затормозив чему-то, кивнув, продолжила путь. — Уже сдалась? — ехидно спросила та. — А ты хочешь реванш? — Что сказал мой брат? — Ничего хорошего, поэтому и ухожу. — Так и будешь до последнего бегать ото всех? На первый взгляд ты та еще стерва, но, похоже, я ошиблась и вместо холодной девушки вижу неудовлетворенную жизнью девчонку, которая не в силах решить обычные проблемы. — Ты нарвешься, — предупредила она. — А слабо пойти и поговорить с ним? — Да пошла ты, — Энж сделала шаг в сторону лестницы. — Стой, истеричка, — буркнула Адель и забрала у нее рюкзак, закинув его к себе. — У меня есть идея лучше. Кетч понимала, что ее определенно затягивают в какой-то очередной план, но никак не ожидала, что сестра ее несостоявшегося жениха потянет ее и Катрин в кабаре-бар. Сколько было выпито под слезливый монолог о том, как ей надоело это все и как она хочет покоя, не помнил никто, как и то, каким образом три пьяные девицы едва не спалили бар. Однако некоторые моменты прочно врезались в память всех троих, и это была самая большая тайна. Сидя за столиком и отмахиваясь от надоедающих магов и магглов, желающих познакомиться, Адель и Энж стали причиной спора Катрин и какого-то паренька. Незнакомец красочно описывал, кого и в какой позе хотел бы, только вот не учел взрывной характер двух ведьм. Оттуда он бежал с подпалённым костюмом, слыша смех девушек. Вытащив Энж танцевать, Адель не рассчитывала, что блондинке хватит пары бокалов виски, чтобы оторваться на полную. Однако в порыве чувств подруга брата прильнула к ней с поцелуем и, слегка сжав талию, заставила тихо застонать. Неожиданный порыв чувств закончился большим количеством алкоголя и утром в одной кровати. Выругавшись от осознания, что могло произойти, Энж еще больше захотела исчезнуть и желательно до того, как кто-то из сюзеренов узнает о произошедшем. Приняв душ, она одевалась, смотря в окно, и почувствовала на талии тонкие пальчики. — Уже сбегаешь? — нежно прошептали на ушко. — Адель, ты ведь понимаешь, что произошедшее вчера это не более чем фарс или помешательство? — Значит, тебя больше привлекает мой брат, а как напьешься, то сразу «Адель, ты такая прекрасная», — спародировав последнюю фразу, она запустила в блондинку подушку. — Вообще-то ты сама потащила меня в бар, а что было после выпивки, я толком не помню, — хмыкнула собеседница. — Не помнит она, — передразнила Адель и ушла в ванну. Прихватив рюкзак, девушка спустилась вниз и, проходя мимо гостиной, была остановлена Леоном, который вместе с Марволо спокойно пил кофе. Мужчины не выражали никаких эмоций, отчего казалось, что на нее вот-вот обрушится вся возможная кара. — Проходи, присаживайся, — нарочито спокойно сказал Слизерин. Противиться приказу сюзерена было сложно, и магия начинала давить, пока, едва не теряя сознание от нехватки воздуха, Энж не дошла до кресла. Упав в кресло и бросив рюкзак на пол, Кетч мазнула взглядом по мужчинам и откинула голову назад, рассматривая потолок. Леон, несколько раз кашлянув, попытался привлечь внимание но, поняв, что это не произошло, решил надавить силой. — Мы требуем ответов, — стальным голосом сказал он, и на запястье девушки загорелся обет правды, отчего та взвыла и на коже проступили бледные чешуйки. — Спрашивай, — голос собеседницы хрипотцой резанул по ушам. — Мы желаем знать, почему ты ушла, не оповестив нас, — начал Слизерин и увидел, как девушка усмехнулась. — Разве помощь другим является запретной? Я просто помогла Трис, и это поспособствовало развитию бизнеса Дюваля. — Тем не менее ты ушла, не сказав нам. — Вы мне не мужья, братья или иные родственники. — Сюзерен для тебя пустое слово? — вспылил Леон. — Сюзерен — единственный, кто защищал меня от всего, — она встала с кресла, но магия, словно почуяв неладное, заставила сесть обратно, — вы еще не стали такими же, как он, и не защитили бы ту же Трис от тех тварей. — Значит, ты убила кого-то? — Да. — Кого? — Тварь, порожденную Тьмой Инквизиции для уничтожения Хранителей Грани. — Одну? — Нет, их было около пятидесяти, — голос собеседницы становился тише, пока не стал отрешенным, будто она провалилась в транс, — мессир создавал таких но, поняв, что дело плохо, уничтожил. — Как они связаны с Трис? — Леон слегка напрягся. — Она сказала, что родила их, но родить подобное невозможно. Твари сжирают любую теплую плоть, не брезгуют и своими. — То есть моя жена лжет? — возле окна появился Серж. — Я не отвечу на его вопрос, — оскалилась девушка. — Отвечай, — с нажимом сказал Марволо. — Ненавижу, — не своим голос произнесла она, — я не знаю, что она тебе сказала, но могу показать, что видела, — девушка протянула руку, и мужчина, взглянув на когти, нервно сглотнул. — Боишься? — Я тоже хочу это видеть, — сказал Леон, и все взялись за руки, после чего их унесло в транс, состоящий из воспоминаний. Спустя минут пять мелькающих сцен она заметила, как побледнели мужчины, и вытолкнула их в реальный мир. Приняв обычный облик Энж усмехнулась, смотря на то, как обет рассыпался прахом на светлый ковер, и размяла пальцы. — Слабоваты вы что-то, — усмехнулась она. — Там хоть что-то осталось от моего дома? — Серж попытался взять бокал виски дрожащими руками. — Не думаю, все же огонь не так просто потушить, но почистил он все знатно. Что теперь касается меня, то я покину ваше прекрасное общество. — Почему? — едва ли не хором спросили мужчины. — Потому что мне надоело зависеть от вас. Меня раздражает не только тот факт, что я в юном теле и не могу нормально расслабиться, но и то, что вы постоянно рядом. — Ты ведь сама захотела во Францию, — удивился Дюваль. — Захотела, только это не говорит о том, что надо контролировать каждый мой шаг. Если вы не забыли, то мне примерно столько же, сколько и вам. — Что? — Серж нервно выпил виски. Не церемонясь, девушка погрузила друга семьи в сон и затерла воспоминания об этом разговоре. Ей, как и другим было невыгодно, если тайну кто-то узнает тем более это неплохой компромат, как на нее, так и на сюзеренов. Короткий допрос перерос в долгий спор о том, почему ей стоит остаться рядом с сюзеренами и не лезть на рожон. — В этом всем есть одна проблема, а если быть точнее две. Первая — мое день рождение, а второе — учеба в вашей двинутой школе, где ничему полезному как я поняла, не учат. Хотя я уже не понимаю смысла учебы. — Я уже сказал, что решу вопрос со школой? — возмутился Слизерин. — Успел решить, за те дни пока меня там нет? — Мы вносим поправки в образование, но не можем сменить Дамблдора. — Может мне его просто прикончить и дело с концом? — хмыкнула девушка, бросив взгляд на кинжал, в ножнах закрепленный на ноге. — И обратить на себя внимание всех желающих его смерти? По законам тебя посадят. — Если поймают. — Да. Стоп, что? Я не призывал тебя убивать старика. — Он еще нужен? Зачем? — Я не стребовал с него некоторые долги. — Как все обычно, — Энж вновь посмотрела на потолок. — Я хочу простой жизни, где-то около реки и надо же было пойти на поводу у чувств. — Ты до сих пор не смирилась со своей ролью? — выгнув бровь, спросил Леон и сделал глоток кофе. — О, да. Меня ни коим разом не привлекает идея быть женой и рожать детей. Я воин, некромант и много кто еще, но только не мать и не жена. — Ты просто не умеешь любить, — высказался Леон, — ведешь себя так, словно тебе чужды любые чувства. Я не видел в твоих глазах и намека на них, — слова мужчины болью отдались в сердце. — Я уже, кажется, сказала, а впрочем, иди ты, куда подальше Леон Дюваль, — Кетч встала с кресла и, прихватив рюкзак, ушла на улицу где, трансгрессировала в неизвестном направлении. Появившись на краю деревеньки, где поселились жители Серых пустошей, Энж помахала рукой какой-то знакомой и отправилась на поиски Мары. Если кто и знал, с чего двое магов помешались на ней, то точно та кто посоветовал им триаду. Домик старушки нашелся почти в самом начале дороги, где был выход к небольшому базарчику заполненному магами разных возрастов и цветов. Словно летучие мыши Викторианской эпохи выделялись английские маги, ходившие от лавки к лавке и брезгливо морщившие носы при виде чьих-то органов. Мара будто ждала ее и сразу повела на кухню пить чай с восхитительно пахнущими булочками, к которым Кетч не спешила притрагиваться. Старушка начала расспрашивать, как прошло путешествие, и почему она вернулась одна. На все вопросы девушка отвечала отстраненно, пока стукнув по столу, не спросила, что сделала портниха, раз двое магов так и липнут к ней. — Я ничего не делала, ведь привороты не приводят ни к чему хорошему. Их привязанность к тебе зависит только от тебя. Ты никогда не видела, как они смотрят и как переживают. — Я отпустила хранителя, уничтожила некоторых тварей и в итоге осталась виноватой из-за того что некоторые сюзерены не могут без меня. — Ты не понимаешь эту магию, — возразила женщина. — В чем же? — Сюзерен теряет не только силу, если убивают вассала, но и платит самой магии, если вассал погиб ведь он обещал защищать. — Это не аргумент. Они желают быть везде заполнить весь мой мир собой. — Считаешь, это неправильно? Когда-то ты заполнила собой их мир, и теперь получая конечный результат возмущена. Мне казалось, что за это время ты выросла. — Я устала от этого, — со вздохом ответила она, — я не хочу их присутствия в своей жизни, но не могу побороть желание просто обнять. Это так странно разрываться между прошлым и настоящим. — Вам просто стоит поговорить, — ласково проведя по руке, сказала Мара. После короткого разговора Энж понуро поплелась в замок, чувствуя, как сердце разрывается от боли за то, что причинила кому-то неудобства или даже обидела. Леон был прав — она не умеет любить, сопереживать, чувствовать. Скорее всего, скоро они поймут, что жизнь с ней и впрямь похожа на ад и может еще, поэтому некромант поступил так. От осознания собственной ненужности девушка едва не расплакалась. Где-то в глубине души она желала вновь ощутить призрачный трепет любви и отдаться этому чувству полностью. Закрывшись в комнате и попытавшись разобраться в себе, Энж рассматривала фотографии, сделанные вместе Марволо и Леоном. На них они были счастливы, и это было видно по глазам и улыбкам. Улыбнувшись, она провела кончиком пальца по краю фотографии, словно пыталась вспомнить, что испытывала тогда. Марволо нашел ее спящей на диване в гостиной, фотографии, зажатые в руке девушки, не удалось забрать. Он сел в кресло, размышляя будить или не стоит. В комнату вошел Леон и слегка удивленно посмотрел на спящую подругу. В отличие от Марволо он разбудил Кетч и сев на край дивана собирался уже что-то сказать, но она сонно посмотрела сначала на него потом на Слизерина. — Я не хочу ругаться потому пойду спать, а вы, — она на мгновение замялась, — Леон, ты прав я не умею любить. Марволо, прости, что ушла на помощь, не уведомив хотя-бы тебя. С этими словами она бросила фотографии на столик и ушла к себе, чувствуя лишь пустоту вместо обиды или боли. Сидя на подоконнике и наслаждаясь тишиной, девушка курила и думала о том, что надо просто дать шанс тем, кто так печется о ней. Хорошие мысли всегда приходят не вовремя и, несмотря на то, что время было давно за полночь, Кетч направилась в сторону комнаты Слизерина, намереваясь сказать, что готова к триаде. Почти дойдя до чужой спальни, она ощутила след магии и наткнулась на заглушающие чары. Она не думала подсматривать и, постучав, вошла в комнату надеясь увидеть спящего мага, однако увиденное заставило до боли прикусить губу и вылететь из комнаты. Понимая, что Леон, скорее всего, занят тем же, направилась к выходу из замка, желая немного прогуляться. Сидя на камне около небольшого пруда Кетч в очередной раз закурила, усмехаясь собственной наивности. Вечером она сама заявила, что не чувствует ничего а теперь удивляется что у одного из них есть любовница. Затянувшись и посмотрев на звездное небо, глубоко вздохнула и попыталась успокоиться, хотя испытывала жуткую ревность. И когда в ней сломалось что — то? Когда-то давно ее мама говорила, что ей предстоит совершить великие дела да вот только великими эти дела не назвать. Каждый раз все сводится к тому, что она врет и убивает. Даже некромант и тот старался не доверять ей каких-то особо важных тайн, считая ребенком. Грустные мысли заставили в очередной раз почувствовать себя ничтожной. — Что же тебя сломало? — спросила она саму себя, надеясь, что это хоть немного поможет. — Не боишься заболеть? — к ней подошел Дюваль. — И ты по-прежнему желаешь видеть меня? После всего того что я сказала, серьезно? — девушка легла на мягкую траву и посмотрела на небо. — Красиво сегодня. — Я просто понял, что тебе сложно, и мы торопимся с триадой, ведь полюбить ты можешь, кого угодно, а мы можем остаться в прошлом, как и Арчибальд. — Ты запомнил, как его зовут? — усмехнулась она и бросила слегка насмешливый взгляд на собеседника. — Как и то, что перед сном в пятницу ты предпочитаешь пить чай с мятой, а потом сидеть и читать часов до трех. — Ты следил? — Это сложно не заметить особенно когда мы жили вдвоем, — усмехнулся мужчина и заметил смущенный взгляд. — Знаешь, было сложно сдержаться, когда ты вышла из ванной в том коротком халате, а потом то происшествие с семьей Прюэтт. В общем, я понял, что просто не будет еще тогда, но не ожидал, что после твоего исчезновения в мою квартиру ворвется Марволо. — Странно, но я как-то сразу не задумалась о том, почему вы пришли туда вдвоем. — Что еще не показалось тебе странным? — Если я скажу, то точно попаду в список неадекватных магов. — Почему? — Ты никогда не задумывался, что вообще значит Хранитель для меня? Он не был мне сюзереном и может, поэтому все шло по-иному. Когда его убили, то уничтожили и душу потому как тот мир не мог быть уничтожен, пока он жив. — Мара говорила, что мир рухнет и без тебя. — Она много что говорит. Даже мне сказала, что без вас я не проживу, а в итоге решившись на триаду, я увидела Марволо с любовницей. Согласись есть в этом что-то эгоистичное с его стороны или с моей. — Неужели ты ревнуешь? — Нет, я просто не люблю когда трогают мое. — И ты думала, что у меня тоже кто-то есть? — Тебе сказать правду или соврать? — Я понял. Ты так думала и явно еще надумала себе кучу всего невообразимого? — В прошлый раз вы и думать не хотели о моих чувствах, особенно когда твоя бабуля про обряд сказала. Не отрицай только, что не замечал, что я не люблю. — Это не говорит о том, что ты не можешь полюбить нас. — Почему ты думаешь, что полюбить двоих это так просто? Я не могу с одним справиться, не могу отпустить его, и это доставляет мне еще большую боль, чем любовница Марволо. — Готова спустить все на тормозах? — Он мне не муж и даже не встречается со мной, чтобы как-то по-иному реагировать, — поджав губы, ответила собеседница и положила руки под голову. — Порой ты противоречишь сама себе, — он навис над подругой и с легкой улыбкой посмотрел в глаза. Прильнув к ней с поцелуем ощутил, что впервые она не скована и вот ее руки прижимают его к себе. Повинуясь какому-то чувству, он перевернулся, оказываясь снизу и прижимая ее к себе сильней. Запах вишни и горячие поцелуи кружили голову заставляя отдаваться этому чувству все сильней. Однако дальше поцелуев не зашло, словно что-то не давало сделать это, держа на грани безумия от чувств. Утром Энж вела себя как обычно, не обращая внимания на Марволо, пила кофе, читая при этом одну из книг, взятых в библиотеке некроманта. Не видела она и взглядов, которые бросал на него Леон. Все стало безразличным и только желание доказать самой себе что она чего-то стоит никуда не делось. После завтрака она отправилась в дуэльный зал, где ее соперником стала Адель, прибывшая в Англию ради экскурсии. Стоило признать, что сестра будущего мужа была неплохим боевиком и даже сумела дважды победить, но это не отменяло опыта самой Кетч. Не вовремя вошедший Марволо был бы убит, если бы пытаясь отдышаться, блондинка не сжимала кулак, а лезвие стилета медленно не отлетало от лица мага. — В следующий раз стучи, иначе я могу не успеть, — сказала она и взяла бутылку воды пола. — Это мой дом и. — Мне уйти? — девушка легла на пол, смотря на темный потолок. — Я этого не говорил, — мгновенно закипел собеседник. — Ты снова начинаешь? Что произошло? — Ничего, просто я смирилась как-то с тем, что нам троим, придется жить вместе, а ты нет. Скажи, наверно приятно спать с кем-то иным, а представлять меня? — О чем ты? — Марволо, я не слепая и прекрасно видела все, что было той ночью. — Ты заходила ко мне? — Да, мне нужен был твой совет, но как выяснилось, совет не пригодился. Развлекайся, — собеседница встала с пола и, накинув темную рубашку, покинула зал. Слизерин оставшись в одиночестве, почувствовал, как ярость накрывает волной и выплескивается на манекены и оружие, превращая все это в пыль. Тяжело дыша, он опустился на пол, думая о том, когда все повернулось, таким образом, и почему девушка, к которой он испытывает чувства, избегает его все сильней. Он хоть и сожалел о том, что его увидели с любовницей да вот только не мог более держаться, и магия начинала вредить ему самому. Устало проведя по волосам, он решил оставить пока все как есть и не трогать. Шло время, и в один из дней Энж пришла на завтрак в коротком платье и, сияя улыбкой, вскрыла небольшой подарок от Мары. Мужчины лишь молча переглянулись и немного нахмурившись, наблюдали за тем, как из коробочки вылетел аналог громовещателя больше похожий на плоскую монетку. — С днем рождения, милая, — монетка заговорила голосом старой портнихи. Дальше шли короткие пожелания, и просьба зайти вечером в гости за заказом. Лорды двух влиятельных семей молча покинули комнату, понимая, что подобное игнорирование друг друга зашло слишком далеко. Если она не сказала им какого числа ее день рождения, значит, на то была причина, однако все это заставляло задуматься о том, почему она повела себя именно так. Решив сделать подарок, они впали в небольшой ступор ведь что дарить тому, у кого все есть. Если не считать каких-либо чувств или еще чего-то более эфемерного мужчины засели в кабинете организатора торжеств. Идея посетить такого человека возникла у Леона и как ни странно Марволо хоть и не любивший маглов, но поддержал его. — Скажите сколько лет имениннице? — Семнадцать, — не отрываясь от рассматривания каталога, ответил Дюваль. — Она ваша дочь или сестра? — спросил организатор, и тут же пожалел об этом, встретившись с адским пламенем в глазах лордов. — Она наша подруга можно сказать член семьи. — Хорошо, — несколько заикаясь, ответил мужчина и сделал пометку в блокноте. Вечером пока девушки не было в замке Марволо и Леон украшали одну из гостиных, надеясь, что это ей понравится. Как бы то ни было, их отношения не сдвинулись с мертвой точки, а время приближалось к ритуалу. Теперь становилось ясно, почему во Франции подруга протестовала, она, словно знала, что может пойти не так, но пути назад не было. Никто не описывал точно, через что приходилось пройти во время ритуала. Ангела возвращалась в замок с легкой улыбкой и желанием поскорей надеть черное платье так похожее на то, что лежало в сундуке, но было пока не по размеру. Ей нравилось, как то платье облегало фигуру, и вид открытой спины лишь служил поводом еще раз взглянуть на соблазнительные изгибы. Однако надела она его всего несколько раз и только для того чтобы отвлечь внимание от мессира. Стоя перед зеркалом и рассматривая, как сидит платье на еще не совсем сформировавшейся фигуре девушка немного пожалела, что произошла небольшая ошибка с ритуалом. Однако все могло пойти и хуже, а потому вторая юность стала своего рода подарком в этом безумии. В комнате появился домовик и сказал, что ее срочно ждут в гостиной для серьезного разговора. Решив остаться в платье Кетч сказала, что придет через пять минут и собрала волосы в пучок, сегодня был ее день, и она не позволит испортить себе настроение. — С днем рождения, — на мгновение ее ослепило вспышкой камеры, а после в глазах зарябило от обилия ярких красок. В ответ девушка лишь с восторгом разглядывала пространство вокруг себя, ощущая несравнимый ни с чем восторг маленького ребенка. Улыбаясь, она почувствовала, как по щекам текут слезы, и небрежно стерев их тыльной стороной ладони усмехнулась. Плакать от счастья еще не приходилось и эмоции, накатившие в этот момент, заставляли кожу покрываться мурашками. — Спасибо, — севшим голосом произнесла Энж и сев в кресло расплакалась. — Ты чего? — Леон несколько удивленно сел перед ней и протянул платок. — Просто вы сделали это все и поздравили, — она всхлипнула и почувствовала на плече руку Марволо. — Мы решили показать, что ты важна для нас, — Слизерин сел на подлокотник и слегка сжал плечо. Девушка лишь улыбнулась и вытерла слезы, надеясь, что никаких сюрпризов более не предвидится, однако в гостиную вошли Мелания и Матвей, а перед ними левитировал торт. Энж рассмеялась и, прикусив губу, посмотрела на друзей с легким удивлением. Подойдя, они зажгли свечи и начали напевать песенку призывая загадать желание. Закрыв глаза и придумав желание, Кетч задула свечи, чувствуя, как эндорфин наполняет кровь и по телу расплывается счастье. Вечер прошел в веселой домашней обстановке и даже желание напиться в этот день получило волю. Правда больше пяти бокалов вина девушка выпить не смогла и о чем-то тихо переговаривалась с подругой сидя на диване. Они тихо смеялись, пока к ним не подошел Матвей и не сообщил, что уже пора и если он не приведет будущую жену домой вовремя, то ее отец открутит ему не только голову. Попрощавшись с друзьями и выпив еще бокал вина, Энж с игривой улыбкой посмотрела на мужчин. Хотелось просто уснуть в чьих-то теплых объятиях и не думать ни о чем хотя бы сегодня. — Знаете, я до ужаса устала засыпать и просыпаться одна, — прямо заявила она. — Предлагаешь, составить тебе компанию? — спросил Леон и выпил остатки виски из бокала. — Нет, просто так сказала. Впрочем, теперь бы дойти в таком состоянии до спальни, а то алкоголь так и тянет на пошлости. Она чувствовала себя раскованно и позволила себе немного пофлиртовать, прекрасно понимая к чему все это приведет. Не дожидаясь ответа от собеседников, девушка покинула гостиную намереваясь пойти к себе. Однако по пути ее догнал Марволо и, прижав к стене, прильнул с поцелуем, на который она с удовольствием ответила. — Я вроде не призывала к активным действиям, а потому лучше пойду спать, — хитро улыбнувшись Энж повернулась, натыкаясь на Леона. — Похоже, я влипла? — Похоже, что эта ночь будет жаркой, — проведя кончиками пальцев по шее подруги, предположил Дюваль. — Согласен ночь может стать очень горячей, — Марволо прикусил губу. — Только не стоит забывать о том, что ритуал близко и ближайшие дни нам необходимо соблюдать некие правила. — Вот умеешь ты обломать, — почти одновременно высказали мужчины. — Однако это не отменяет того факта что мы можем уснуть в одной постели, — с легкой улыбкой напомнила она и прислонилась к стене. Пока подруга принимала душ, маги обсуждали предстоящий ритуал и то, какими могут быть якоря. Энж вышла из ванной комнаты в коротком халатике и, скинув его, осталась лишь в тонкой футболке прикрывавшей зад. — Все я спать, — заявила она и легла посреди кровати, обнимая подушку. Лорды переглянулись, и по очереди приняв душ, легли по обе стороны от подруги, еще некоторое время, раздумывая о том, как это странно. Для Кетч засыпать вот так тоже было необычно да вот только алкоголь в крови уже клонил в сон, а подушка манила к себе прохладой. Как и всегда она спала на животе, слегка согнув левую ногу и прикрыв одеялом лишь нижнюю часть тела. Несмотря на то, что Англия не была столь теплой страной как Серые пустоши, в комнате девушки была привычная для нее температура и обстановка. Марволо не сразу заметил, что в его холостяцком гнездышке что-то поменяли и только этим вечером заметил, что комната приобрела необычный вид. Данная спальня и до этого не отличалась светлыми красками, но теперь стала вовсе черной и только светлые детали, такие как: картина на стене, свет от светильника и белая занавеска скрытая тяжелыми шторами выделялись из этой тьмы. Появилась в этом всем загадочность, которой не было в тех местах, где предпочитали готические или викторианские стили. Утро принесло с собой не только жажду, но и подготовку к ритуалу, который должен состояться на днях. Сидя за столом, девушка сонно размешивала горячий кофе и изредка бросала взгляд на окна, за которыми начиналась гроза. Свинцовые тучи пришли еще ночью, и теперь казалось, закрыли весь свет. Поежившись, она пожалела что, одеваясь утром, не накинула кофту, все же замок был холодным, а разгуливать в майке равносильно тому, чтобы завтра проснуться с температурой. Неожиданно кто-то накинул на ее плечи вязаный кардиган и прошел к окну. — Спасибо, — негромко сказала Энж, принимаясь за книгу. — Сегодня будет гроза. Думаю, это лучшее время, чтобы разобраться в том, что ждет нас во время ритуала, — сказал Леон и сел за стол. — Как говорили в свое время когтевранцы: «Сначала ешь, потом читай», — хмыкнул Марволо, в который раз видя подругу с книгой. — Если ты не забыл, то мой факультет Слизерин и там ценят ум и изворотливость. К тому же я тут подумала, а на кой черт мне вообще идти в школу? Моего опыта хватит, как минимум на то чтобы сдать мастерство по таким дисциплинам как руны, некромантия, демонология, зельеварение и артефакторика. — Дамблдор по — прежнему считает, что ты Мелисандра Прюэтт, — Слизерин отпил кофе и бросил взгляд на брата. — А как же смена внешности и сил, да и собственно сущности? — Наследие, — коротко ответил маг. — Часто у вас такое? — Наследие как бонус к имеющейся силе мага и может либо быть, либо нет. — Странное у вас распределение. Это как пообещать кому-то конфетку, а потом сказать, что не заслужил. — А как это происходит у твоих магов? — Леон закурил. — У них тоже есть определенные таланты, но они никогда не пересекаются с наследственностью. Одни могут расти в семье целителя, но стать некромантами или боевиками и наоборот. — Разделение на белую и черную магию? — Ни в коем случае, — Энж закрыла книгу, — нет такой магии как белая или черная. Можно убить человека, используя заклинание для нарезки овощей, а можно с помощью вашего Круцио запустить сердце. Все относительно и доказать что — то невозможно. Если директор считает что я все та же Мелисандра то где вероятность того что он не попытается вновь отправить того рыжего идиота ко мне. — Не будем забывать, что твои силы намного выше, чем у той Прюэтт, а также ментальные блоки довольно сильны. — Так сказал, словно у меня нет слабых мест, — хмыкнула собеседница. — Если у меня снова начнутся перебои с магией, то не спасет меня даже ментальный блок. — Разве ритуал не позволит в этом случае чувствовать друг друга лучше? — Дюваль стряхнул пепел. — Дорогой мой, неизвестно еще как ляжет ритуал пока я не замечала, чтобы в наших отношениях что-то шло нормально. В ответ мужчины переглянулись и тихо рассмеявшись, перевели тему на обсуждение некоторых изменений в бизнесе семьи Дюваль. Энж перестала их слушать еще в середине разговора и вновь начала читать о некромантии. Почти добравшись до конца главы о создании человекоподобного гомункула, ее отвлек вопрос Слизерина. — Лорд Блэк является один из мастеров в некромантии. Если хочешь, я могу поговорить с ним чтобы ты могла получить мастерство. — Я уже вижу, как ваши мастера падают в обморок от шока, увидев, как движением руки поднимают мертвеца, — хмыкнула девушка. — Встряхни их, — усмехнулся маг, — со временем маги забывают, кто они и какой силой владеют. — Ты вот действительно не боишься, что потом на меня объявят охоту ваши консерваторы? — Я позабочусь о твоей безопасности. — Я тоже не дам тебя в обиду, — подмигнув, сказал Леон. — Будущий герцог и наемник в телохранителях у демона, — она покачала головой, — я говорила, что иногда люблю вас? — заметив задумчивость на лицах собеседников, поспешила сменить тему. — В таком случае это стоит сделать после ритуала потому как послезавтра нам будет далеко не до этого. — Интересно получается, — Дюваль вновь закурил, — мы не знаем, что с нами может произойти, и не знаем, сколько это продлится. — Боишься? — спросила девушка и прикусила губу. — Не сказал бы. — А я вот боюсь, — она перевела взгляд на Марволо, ожидая его слов, но маг только покачал головой. Приготовления к ритуалу заняли два с половиной дня, за которые никто почти не спал, выполняя свою часть работы. Примерно в шесть вечера маги разошлись по комнатам, чтобы поспать хотя-бы часов пять, после чего начать ритуал. Однако нормально поспать не удалось и каждого мучали кошмары, в которых они раз за разом теряли друг друга. Капли крови упали в середину круга, и пентаграмма засветилась, погружая сидящих в защитном круге магов в транс. Факелы начали затухать, а призрачные тени бесновались на камнях окружавших ритуальную поляну. В воздухе зазвучал призрачный барабан и флейта, озвучивая известный только им мотив. Нельзя было сказать, живы ли маги в момент погружения, однако тихое дыхание было доказательством жизни.