Gucci

nf — let me go

      Полная темнота, без выхода и входа, с отсутствием всякого выбора, лишь только ты и твои мысли, отчужденность и безсыходность, невозможность исправить ошибки прошлого и избежать будущего. Тэхён, похоже, заперт в своем личном аду, буквально, внутри себя. А наблюдать за происходящим снаружи — его личная пытка, что кажется бесконечной. Чонгук — ни в чём не виновный парень, что стал жертвой обстоятельств и кровожадности демона, или уже самого дьявола, Тэхён теперь не совсем уверен в правильности своих суждений: когда ты несколько дней и ночей находишься на одном месте, даже не зная, на каком именно месте, внизу или наверху, сбоку или всередине, все мысли хочется ставить под сомнение. Но то, что в виде змеи всё это время с ним был никто иной как принц Ада, он уверен как никогда.       Времени подумать было много, вот только выход из ситуации он так и не нашёл. В контракте не были прописаны подобные ситуации и инструкция к действию — тем более. Единственное, что даёт надежду, это то, что Чонгук кажется умным малым, способным к анализу ситуации и уже начинает что-то подозревать. Тэхён не знает точно, как именно Чонгук может помочь ему, но себя он спасти точно должен.       Закономерность, которую заметил Тэхён, всё время оставаясь в сознании, в отличие от Чонгука, порабощенного неземной магией змеи, — та никогда не целовала Чонгука, точнее не допускала настолько близкого контакта, чтобы дать выход силам или же самому Тэхёну. С тех пор, как змея завладела его телом, он не пытался выбраться, как бы глупо это ни звучало, просто был уверен в своём поражении. Но сейчас, когда он спит после плотного приёма пищи, наполненный чужой энергией, что нагло отобрал у обычного человека, Тэхён может попробовать обратно завладеть разумом и телом. Сидя там, в своем тёмном мире, он зажмуривается и пытается сконцентрироваться на контроле мыслей и движений, у него получается буквально на несколько секунд, после чего защита, выставленная демоном, снова возвращается на прежнее место. Но это уже какой-то шаг — лазейки есть и чем больше Тэхён будет пробовать в моменты, когда у того пропадает бдительность, тем быстрее он сможет вернуться всё на круги своя.

***

      — Кто ты?       — Дьявол...       Чонгук просыпается, снова испытывая это чувство, будто высосали всю энергию, а оболочку пропустили через мясорубку. Никакая вода или обезболивающее уже не помогают, а воспоминания о прошедшем вечере почти недоступны. Он помнит только как Тэхён объявил его чуть ли не своим преемником, и что теперь они будут сотрудничать не как заказчик и модель, а как полноценные партнёры. Во всём этом сумбуре, Чонгука не хочет покидать мысль о том, что это всё просто какой-то плохой сон, от которого он вот-вот и проснется, но на экране телефона светится сообщение от Ким Тэхёна, уже с определившимся номером, что ранее занес в телефонную книгу, с приглашением на ужин к себе домой и странным обращением: "партнёр". От такого количества непонятных несостыковок у Чонгука мурашки по коже — где-то какие-то линии его жизни не сошлись между собой, а утро с вечером забыли договориться, снова эти провалы в памяти и излишняя тревожность.       Дьявол... дурацкий сон, появившийся на фоне переживаний и чертовой мистики, происходящей в его жизни. Нужно встретиться с Эмили, может та сможет разъяснить происходящее, но не успевает Чонгук набрать номер, как видит сообщение на почте: в теме письма указано, что это снимки с фотосессии в особняке директора. Он открывает папку и смотрит на человека, выглядящего точно как он, но это не Чонгук: совершенно другой взгляд, одурманенный, слишком черный и неестественный, ни одна поза из тех, что есть на снимках не является рабочим приёмом, которые Чонгук учил с самого начала своей карьеры. Это не он... Теперь точно нужно звонить Эмили и разбираться с происходящей чертовщиной.       — Эмили, нам нужно встретиться, ты сегодня в офисе? — женщина берет трубку почти сразу, но на фоне слышится какой-то шум.       — Мальчик мой, я в отпуске, — в трубке слышится громкий смех и плеск воды. — Все рабочие вопросы решай с Викторией, меня не трогать, пока я сама не выйду на связь. Пока, — она отключается, оставляя Чонгука в полном недоумении.       С чего вдруг Эмили взяла отпуск посреди сезона? Она никогда не отлынивала от работы, тем более, когда на кону такой крупный контракт и всемирная известность для её агентства. Это же куча денег, популярность, новые заказчики, в конце концов. Беспокойство внутри Чонгука продолжает расти и он решает отправиться напрямую к директору, чтобы спросить у того, что значит "партнёры", знает ли он что-то об отпуске Эмили и что будет дальше...

***

klergy — world on fire

      — Ты хотел, что-то обсудить, не так ли? — Тэхён, как всегда безупречен, сидит в кресле, перекинув одну ногу на другую, держа в одной руке блюдце, а в другой — чашку кофе.       Гостиная особняка отличается от тёмного коридора, хотя и тот в дневное время суток выглядит менее пугающим, а парень заявился в чужой дом чуть ли не до рассвета, застав директора за завтраком.       — Д-да, — неуверенно начинает Чонгук, но вспоминает зачем всё-таки пришел. — Я хотел спросить, не имеете ли вы отношения к отпуску моего агента?       — А с чего ты взял, что я могу иметь к этому отношение? — делает глоток кофе и ставит чашку с блюдцем на стол, жестом приглашая Чонгука присесть. — И кстати, можно на ты, дорогой мой, мы же теперь партнёры, — подмигивает.       — Она никогда не брала отпуск посреди недель моды, да и... — Чонгук тушуется, не зная как сформулировать свои подозрения.       — Продолжай, дорогой, я внимательно тебя слушаю, — он снова делает глоток кофе, и Чонгук смотрит на него как раз в тот момент, когда на лице видно лишь одни глаза, темные, манящие, гипонтизирующие, но в этот раз это не производит того же эффекта, что был все разы до этого: рассудок Чонгука остается при нём, хоть и с большим трудом.       — Дело в том, что... у меня провалы в памяти, — проговаривает Чонгук, склонив голову. — И все они каким-то образом связаны с вами, — и после напоминающего взгляда поправляется: — С тобой.       — Чонгук, дорогой мой, — Тэхён отставляет посуду, наклоняется через маленький столик, чтобы взять Чонгука за руку, мягким жестом накрыть ее второй и проговорить успокаивающе прямо в душу: — Ты можешь доверять мне. Что бы тебя не тревожило, о чём бы ты не думал, чего бы не желал, — последнюю фразу он выдыхает аккурат рядом с чужим ртом, но не позволяет губам соприкоснуться. Тянет Чонгука за руку, заставляя того обогнуть стол и сесть на колени Тэхёна, стеснение снова куда-то уходит, словно по волшебству, а желание почувствовать на себе прикосновения божества накрывает цунами.

"Чонгук, я верю в тебя! Не поддавайся ему!"

      Тэхён ведёт языком по линии ключиц, слегка царапая зубами и тут же зализывая, вызывая у Чонгука сдавленные стоны, что тот ещё пока старается сдержать. Да, рассудок все ещё при нем, но снова это желание не дает мыслить здраво. Он сводит с ума, переворачивает представление о мире верх ногами и заставляет тебя распадаться на мелкие частицы. Чонгук хочет поцелуя, почувствовать на себе мягкость этих пухлых губ, обвести их языком и плотно прижаться, отнимая воздух. Это желание становится жизненно необходимым.

"Чонгук, да, сделай это, вытяни из него энергию!"

      Тэхен не успевает отстраниться от напористости парня, теряя бдительность от соблазнительного аромата возбужденной крови, позволяет поцеловать себя, взять в плен не только губы, но и, по незнанию, принять на себя часть его энергии. Глаза Чонгука сверкают фиолетовым, а тело начинають тревожить мелкие судороги — он не был готов к такой силе.       Но в этот же момент в личной тюрьме настоящего Тэхёна появляется окно света, которое разрастается с каждой секундой того, как энергия змеи переходит в Чонгука, чьё тело не приспособлено к такого рода магии, а его кровь не позволяет духу завладеть им полностью. Змея в клетке, своей собственной. И теперь ему нужно быстро предпринять что-то, чтобы сам Чонгук не погиб от такой борьбы внутри него. Он поднимает парня, которого бьет мелкая дрожь, на руки и несет на диван. А после — бежит в свою спальню, где все так же одиноко стоит пустой аквариум с подсветкой, под которым лежит копия контракта, того самого.       Порвать и уничтожить невозможно и абсолютно бесполезно, но что если кровь Чонгука вызывала такой эффект в его теле, то, возможно, и с контрактом получится? Тэхен уже собирается бежать в гостиную, обратно к парню, судорожно пытаясь найти что-то колюще-режещее, и взгляд натыкается на аквариум. Пора покончить с этим, никакой успех не стоит человеческой жизни. Единственный тяжелый предмет в комнате — стул, который Тэхён швыряет в аквариум. В доме слышится эхо от звука разбивающегося стекла, но прислушиваться некогда. Он хватает крупный осколок и бежит к Чонгуку.       На изысканном диване лежит еле живое тело, потерявшее хоть какой-то живой оттенок кожи, и как только Тэхён подходит к Чонгуку, тот резко открывает глаза — фиолетовые, со змеиными зрачками, и шепотом произносит: " У тебя ничего не получится". Тело Чонгука хватает судорога, что заставляет того выгнуться в спине, а Тэхёна — поторопиться. Он берет руку парня, делая надрез на ладони и капая несколько капель крови на документ. Красное пятно разрастается на бумаге, становясь обугленно-черным, нагревает контракт так, что Тэхён больше не может держать его в руке. Он выбрасывает его на пол, смотря за происходящим и не выпуская руки Чонгука. По мере того, как листок превращается в пепел, парень обретает румянец и успокаивается, его дыхание становится более ровным и Тэхёну кажется, что тот просто заснул. Еще несколько секунд он смотрит на умиротворенное лицо Чонгука, как тот резко принимает сидячее положение, кашляя и задыхаясь, Тэхён придерживает его за спину и позволяет чему-то густому и черному выйти из тела Чонгука. Они слышат лишь тихое: " Это не конец" и туман исчезает.       Чонгук падает обратно на диван, абсолютно обессиленный, а Тэхён вдруг осознает, что держался до этого на адреналине и ему тоже бы неплохо было вздремнуть, и прочувствовать контроль над каждой своей мышцей. Он переносит Чонгука в свою постель и ложится на другой конец кровати. Сон не идет, как бы сильно он не устал от таких потрясений, но мысли о том, через что этому парню пришлось пройти из-за него не дают покоя. Он не дотрагивается до Чонгука, давая тому абсолютную свободу хотя бы здесь, хотя бы сейчас, где шепотом: "Прости меня" и ровным дыханием в унисон.