Абсент

Это древняя и освященная веками традиция: учителя должны делать школьные занятия настолько скучными и нудными, насколько это вообще в человеческих силах. Ее сопровождает вторая, не менее древняя традиция, которую обязаны поддерживать ученики: благополучно дремать на занятиях. В данный момент я был не единственным, кого атаковал сон. Клайв Боуэн, сидевший позади меня, покачивался на своем стуле и периодически клевал носом. — Мистер Боуэн! — строго сказала учительница, глядя прямо на него. — Я… странно себя чувствую, — ответил Клайв. — Я словно в тумане. Миссис Морган пристально уставилась на Клайва поверх очков. Сперва она выглядела весьма скептично. Но затем, видимо, решила, что для притворщика парень действительно выглядит плоховато. — Тогда идите в медицинский офис и проверьтесь, — в ее голосе даже проступили нотки сочувствия. — Мне кажется, в воздухе носится какой-то вирус, — сказал я Клайву. — На прошлом уроке два парня, которые сидели рядом, тоже жаловались, что чувствуют себя херово и все как в тумане. Надеюсь, я не следующий… Клайв медленно поднялся из-за парты. Потом вдруг дернулся и удивленно распахнул глаза: — Там!.. Там обезьяна! — Что? — оторопел я. Клайв указал вперед, прямо туда, где стояла кафедра миссис Морган. — Вон там! Обезьяна сидит на вашей кафедре! Миссис Морган посмотрела на кафедру и нахмурилась: — У меня нет времени для ваших шуток, мистер Боуэн. Если вам кажется, что это забавно… — Еще обезьяны! — воскликнул Клайв, оглядывая класс удивленным и недоверчивым взглядом. — Откуда они все берутся? Послышались смешки. Класс наслаждался развлечением — это было куда интереснее урока. Миссис Морган выглядела раздраженной — шутка Клайва явно начинала выходить за рамки. Но я внимательно наблюдал за ним, и начинал понимать, что парень не шутит. С ним и правда было что-то не то. Клайв внезапно отскочил вбок, озираясь по сторонам. Выражение удивления на его лице сменилось откровенным испугом. Он попятился назад, запнулся ногой о ногу и свалился на пол. Уже весь класс откровенно потешался над ним. — Мне кажется, с ним действительно что-то не так, — сказал я, обращаясь к миссис Морган. — Он не притворяется! Учительница еще раз внимательно посмотрела на Клайва и медленно кивнула. Потом она подозвала к себе одного из учеников: — Дэвид, пожалуйста, помоги Клайву дойти до кабинета медсестры. Дэвид не стал отказываться от возможности улизнуть с занятия. Без лишних слов он подошел к Клайву и помог ему подняться на ноги. Тот пошатывался и продолжал шарить глазами по углам комнаты, но, кажется, начинал успокаиваться. — Обезьяны пропали! — сказал он с явным облегчением, когда Дэвид выводил его за дверь. — Ладно, класс! — произнесла миссис Морган с деланной улыбкой. — Мы немного развлеклись, а теперь продолжим с того места, на котором остановились… Я посмотрел на опустевшее место Клайва. Это начинало меня немного беспокоить. Что бы с ним ни случилось на самом деле, до этого урока он не показывал никаких признаков болезни. А вот, кстати, и девушка на передней парте начала как-то странно покачиваться на стуле… Когда прозвенел звонок, возвещавший окончание учебного дня, я вздохнул с облегчением. Клайв не вернулся обратно в класс после своего маленького шоу, так что я не знал, в порядке он или нет. Это беспокоило меня. И дело было не только в нем. Странно. Сразу несколько человек сегодня почувствовали себя неважно, и все они сидели рядом со мной. — Похоже, я становлюсь заразным, — пошутил я сам для себя, выходя из дверей школы. Сбежал по ступенькам, прошел вдоль здания, свернул за угол и внезапно дорогу мне заблокировал Колин. Майкл тоже был здесь, он вышел из-за дерева и перекрыл путь к бегству. Чему-то они все-таки учатся, эти парни! — Далеко собрался? — спросил Колин с ухмылкой. — Мы так и не закончили вчерашний разговор. — Конечно! — я выдавил из себя натужную улыбку. Краем глаза я пытался найти направление для отступления. Хотя обычно эти двое вели себя как персонажи фильма «Тупой и еще тупее», но на сей раз им удалось продумать засаду так, чтобы не оставить мне никаких лазеек. — Я всегда рад возможности пообщаться! — Дальше будет вот что, — холодно сказал Колин, глядя мне прямо в глаза. — Мы будем биться. Ты можешь либо защищаться, либо играть роль груши. Тебе выбирать. — Если ты не возражаешь, — сказал я, одарив его новой улыбкой, — Я выберу вариант три и постараюсь избежать первых двух. — Такой опции нет, — Майк принял эффектную позу, пытаясь выглядеть максимально крутым. Честно говоря, из него и позер-то был никудышный, что уж тут говорить о крутости… Имидж отличника, которого он придерживался раньше, шел ему гораздо больше, чем все эти закосы под деревенского гангстера. — Значит, вы двое против меня одного? — спросил я вкрадчиво. — Что-то выглядит не очень честно. То есть, вы так меня боитесь, что решили объединиться, чтобы выбить пыль из старого доброго хилого меня? Колин ухмыльнулся и покачал головой. — Скажу так. Мы в равных условиях. Майк здесь только для того, чтобы ты не выкинул очередной трюк и не сбежал от разговора. Он останется в стороне — но только если ты не будешь жульничать. Так что все честно. Только ты и я… И знаешь, я даже дам тебе право нанести первый удар совершенно безвозмездно! Я скептически посмотрел на него и спросил: — Правда, что ли? Первый удар безвозмездно? — Да, валяй! — ответил Колин со снисходительной улыбкой. Он явно высоко оценивал свои шансы. Я кивнул, а затем нанес «неожиданный» удар в лицо. Как раз чего-то подобного Колин и ожидал. Он легко отклонился вбок, так что мой кулак промахнулся, зато локоть — нет. Я резко изменил направление удара и ткнул ему локтем прямо в нос. Потом мой крепкий кожаный ботинок вонзился ему в коленную чашечку. Колин согнулся от боли, а я, не теряя времени, от души добавил ему коленом в солнечное сплетение. Затем я, наконец, все-таки завершил первую атаку и хорошенько приложился к его носу кулаком. Мой незадачливый противник упал на четвереньки и закашлялся, пытаясь восстановить дыхание после удара в «солнышко». Из расквашенного носа на асфальт закапала свежая кровь. — Ух ты #б… — удивленно выдохнул Майкл. — Если я предпочитаю не драться, — прокомментировал я сложившуюся ситуацию, — это совсем не значит, что я не знаю, как это делается. Майкл бросил на меня свирепый взгляд, но надо отдать ему должное: первое, чем он озаботился, — это помощь Колину. Хотя по законам жанра мне полагалось ненавидеть этих парней, но я уважал их за то, что они на самом деле были друзьями и всегда прикрывали товарищу спину. Что ж, раз мои оппоненты заняты, значит я могу идти. Я познакомил их со своей точкой зрения, и теперь мне совершенно незачем торчать тут дальше. Я отошел на несколько шагов и перешел на бег. Ну, во-первых, для того, чтобы все-таки оказаться подальше от Колина с Майклом, если моих предыдущих доводов оказалось недостаточно. Ну, а во вторых потому, что это быстрейший из известных мне способов передвижения, не связанных с мотором. Я практиковал свободный бег во время любой прогулки, вот и сейчас я срезал углы и использовал препятствия в своих интересах. Я улыбнулся, когда увидел новую скамейку рядом со знакомой стеной. Оттолкнувшись от нее, как от трамплина, я легко забрался на макушку забора и мягко спрыгнул с другой стороны, сэкономив как минимум минуту пути. Общественным транспортом я добирался бы полчаса, а передвигаясь на своих двоих, потратил совсем немного времени, чтобы достичь своей цели — широкого трехэтажного здания, на первом этаже которого были различные офисы и магазины. Меня интересовала неприметная дверь, ведущая на цокольный этаж. Рядом с ней висела скромная табличка «Самооборона». Именно сюда пару лет назад привел меня отец. Он хотел устыдить меня, устроив на курсы самообороны для женщин и тем самым мотивировав на занятия реальными боевыми искусствами. Но шутка обернулась против него, потому что после первого занятия я пришел на второе, третье… и продолжал ходить до сих пор. Тренировки стали для меня практически единственной легальной отмазкой от жесткого графика семейных ужинов, и это тоже было небольшой победой. Над окном рядом с дверью висел яркий баннер: «Научись защищать себя. Отлично подходит для женщин!» Именно на эту надпись клюнул мой отец, когда замышлял против меня карательно-воспитательные меры. Скорее всего, он не удосужился прочесть маленькие надписи пониже, и уж наверняка не утруждал себя разговором с инструктором. Возможно, после такого разговора он все равно привел бы меня сюда, но уже не шутки ради. Так вот, ниже, на уровне двери, была небольшая надпись, которую отец наверняка пропустил. Она гласила «Самооборона от Франкенштейна». Уже одного этого было бы достаточно, чтобы задуматься: точно ли это место соответствует моим планам? Я спустился вниз и увидел инструктора посреди небольшого зала, устланного японскими татами. — Приветствую вас, сенсей! — сказал я, согнувшись в глубоком поклоне. — Весь этот сенсейский мусор можешь засунуть себе в задницу, — ответил он, медленно оборачиваясь с угрожающим видом. — Сколько раз я говорил тебе, мелкая шпана, называть меня просто Дуг? Дуглас Чемберс был огроменным здоровяком. Он выглядел даже убедительнее, чем мой отец. Шесть футов четыре дюйма роста, накачанные мышцы и шрам через все лицо. Вообще, большие и маленькие шрамы были у него по всему телу, именно поэтому он взял себе прозвище Франкенштейн в те дни, когда выступал в смешанных единоборствах. Ни для кого не было секретом, что помимо официальной карьеры он часто и охотно участвовал в нелегальных подпольных боях, где может произойти абсолютно все что угодно. И хотя сам Дуг никогда не подтверждал это, ходили слухи, что он работал костоломом у одного финансового воротилы, имевшего свои взгляды на методы выбивания долгов. До тех пор, пока его не сменил на этом благородном посту один мутант. Дуг всегда подчеркивал, что преподает самооборону, а не боевые искусства. Когда я пришел к нему на занятия в первый раз — а надо сказать, что сделал я это весьма неохотно — он произнес перед классом речь, которая здорово зацепила меня. В первый раз на моей памяти кто-то говорил об искусстве ведения боя действительно осмысленные вещи. «Я здесь не для того, чтобы учить вас боевым искусствам. От меня вы не услышите ни слова про античную философию и кодекс чести. Мне глубоко покласть на правила и традиции, которые мертвы уже много столетий. Меня не беспокоит эстетичность и правильность ваших движений. Мы не будем участвовать в соревнованиях. Все это бычье дерьмо, которое липнет к ногам и отвлекает вас от главного…» В тот момент слова Дуга оказались для меня полным сюрпризом — я никогда не слышал, чтобы кто-то рассуждал о самообороне подобным образом. До сих пор люди всегда говорили, что мне надо изучать боевые искусства, чтобы защищать себя, но все эти восточные замуты никогда не казались мне привлекательными. Боевые искусства — это что-то связанное с тем, чтобы круто выглядеть и демонстрировать свою силу напоказ, а еще их адепты всегда распинаются о дисциплине и необходимости поддерживать традицию. Но каким образом традиция помешает тому, кто вознамерился хорошенько выбить из меня дерьмо? «… Сразу перейду к главному: я здесь для того, чтобы научить вас защищаться. Я расскажу вам, как помочь другим людям воздержаться от нанесения вам ущерба. Моя работа будет успешной, когда я буду уверен, что если вы окажетесь втянуты в реальный бой, то именно вы, а не ваш противник, покинете место схватки на своих двоих.» Этими словами Дуг полностью завладел моим вниманием. Я подумал, что возможно эти классы не будут пустой тратой времени. Меня никогда не волновали секретные техники и традиции чужих культур. Меня никогда не волновала возможность произвести крутое впечатление на других людей, демонстрируя эффектные боевые комплексы. Но защитить себя и не позволить другим людям нанести мне вред… Это было действительно важно и интересно. «В реальном бою нет места таким вещам как честь или игра по правилам. Не стоит давать другому парню честный шанс укокошить вас. Надо использовать каждый доступный предмет и любое преимущество, потому что ваша жизнь, мать ее, может зависеть от этого! Запомните, в бою есть только одно важное правило: никаких правил!» Боевая философия Дуга пришлась мне очень по душе, так же, как и его уроки. Когда я признался, что вообще терпеть не могу драться и предпочитаю убегать, он, вопреки моим ожиданиям, не был разочарован и не стал дразнить меня цыпой. Вместо этого он сказал, что отступление — это вполне заслуживающая уважения стратегия. — Лучший способ выжить в схватке — это полностью избежать ее, — сказал он мне. — Просто иногда иногда у тебя нет выбора. После этого Дуг дал мне контакты группы местных фанатов свободного бега, которые и познакомили меня с основами этого искусства и объяснили все, что нужно знать об этом спорте. И я до сих пор бегал в компании этих ребят несколько раз в месяц. Ну, по крайней мере каждые выходные, и иногда даже чаще. Первоначально отец оплатил только месячный курс самообороны, но мне так понравился подход Дуга, что я решил остаться. С тех пор вот уже больше года несколько вечеров в неделю я возвращался в этот зал. Родители, наверное, думали, что меня манит сюда возможность пообщаться с девчонками. У меня не было желания их разубеждать. Глядя на Дуга, я невольно улыбнулся своим мыслям. Интересно, что бы сказал отец, если бы увидел, кто ведет эти классы? Было бы определенно интересно проследить за его реакцией, если бы он разок удосужился посмотреть, чем тут занимается его сын. Но мне нравилось держать эту информацию в секрете. Хоть какая-то иллюзия личной жизни. Я повернулся и пошел в раздевалку. Я обычно занимался в старой футболке и тренировочных штанах. Дуг не верил в кимоно, карате-ги и прочую униформу, так что мы могли заниматься в любой удобной одежде. Было только одно ограничение — мы тренировались босиком, чтобы случайно не порвать маты. Пару минут спустя я уже был на татами вместе с семью другими учениками. Наверное, каждый из нас пытался угадать, что же такое выдумает Дуг сегодня. У него не было никакого особенного стиля — он говорил, что суть важнее внешней формы. И плана занятий как такового у него тоже не было. Обычно он просто показывал нам, как вести себя в той или иной ситуации, причем брал движения и техники из самых разных боевых искусств, обильно приправляя их грязными уличными приемами. На прошлом занятии Дуг все время посвятил отработке бросков и навыков мягкого приземления. А до этого мы тренировали приемы при борьбе лежа, заломы и освобождение от захватов. Как я уже сказал, у нашего инструктора не было учебного плана, и он каждый день выбирал тему, которая сегодня показалась ему особенно важной или интересной, и не успокаивался, пока не видел, что донес до нас самые важные нюансы. Его стиль обучения был таким же разнообразным и непредсказуемым, как и материал, который он преподавал. — Сегодня, — объявил Дуг, — мы пройдемся по техникам, которые обычно преподают только на уроках самообороны для женщин. — Разве это боевые искусства? — удивленно воскликнул Тайсон. Он был в секции новеньким, и единственным, кто надел сегодня традиционную форму для боевых искусств. Наверное, он носил ее там, где занимался раньше, до переезда в Сиэтл. Это было только третье его занятие здесь, и он явно еще не до конца понял, куда попал. — Неа, — покачал головой Дуг. — Ваще ни разу. Ну, по крайней мере, не такие боевые искусства, к которым ты привык. Но это очень важные приемы и техники, и они прекрасно действуют против тех, кто больше и сильнее тебя. — С этими словами Дуг скорчил еще более свирепую мину, чем та, что обычно красовалась на его лице. — Ну, например. Что ты будешь делать, если пришел в бар, чтобы хорошенько расслабиться, а тут парень типа меня подошел и схватил тебя сзади? У Тайсона не нашлось достойного ответа, и Дуг перешел к практике, показывая нам, как освобождаться от захватов сзади. Также в план занятия на сегодня входил удар локтем в солнечное сплетение, ребром ладони по горлу и — на десерт — коленом в пах. Этот комплекс Дуг давал нам чаще всего, примерно раз в месяц, так что я уже неоднократно проходил его, но все равно уделял отработке максимум внимания. В конце концов, так уж сложилось, что почти каждый парень, с которым мне приходится драться, оказывается больше и сильнее меня. Тайсон по-прежнему выглядел недовольным. Что ж, обычная реакция обычного 'честного' паренька. Наверное, мой отец был бы рад, реагируй я подобным образом. Когда Дуг велел перейти к отработке ударов коленом в пах, Тайсон снова не выдержал: — Но ведь это обман! Дуг холодно посмотрел на него, а затем рявкнул: — Не обманываешь — значит, плохо стараешься! Похоже, парень испугался Дуга. Хотя это как раз было разумно. У меня сложилось впечатление, что сегодня была последняя тренировка Тайсона в этой секции. Вообще, я считался тут старожилом. Мало кто занимался у Дуга дольше меня. Большинство тех, кто приходили на его классы впервые, не были готовы изучать реальное боевое искусство и через пару тренировок отчаливали в какое-нибудь более подходящее место. Некоторых отпугивали грубые манеры и необычные принципы инструктора, а некоторые, наоборот, быстро усваивали основы Дуговой науки и, уходили через несколько месяцев, считая, что уже достаточно сильны, чтобы постоять за себя. Дуг поставил меня в пару к Хавьеру, одному из немногих парней, кто был здесь почти так же долго, как я. Он был крупнее меня — тоже мне, редкость. Так что я с удовольствием предоставил ему право работать 'первым номером', а сам сосредоточился на практике уклонения и уворачивания. Но поскольку за несколько месяцев совместных занятий Хавьер неплохо изучил мои уловки, работать с ним было интересно и мне приходилось выкладываться по полной. К концу спаррингов Хавьер неожиданно начал пошатываться и жаловаться на головокружение. А я начал серьезно нервничать — ведь то же самое уже происходило сегодня со Стивом и другим парнем в школе. Через некоторое время Хавьер замер и уставился в точку на стене. На его лице проступило выражение удивление и страха. Он потер глаза и помотал головой, бормоча под нос: — Не, не… Этого не может быть. У меня глюки…  — Эй? — спросил я своего спарринг-партнера. — Ты вообще норм?  — Даже не знаю… — пробормотал Хавьер и выдавил из себя неестественный смешок. — Либо на стене действительно растут розовые цветы, либо кто-то подмешал кислоты в мой утренний кофе…  — Я бы поставил на второе, — Дуг подошел неслышно. Он внимательно посмотрел на Хавьера, заглянул ему в глаза. Потом повернулся ко мне: — Ты случайно не попадал ему в голову?  — Ну, сегодня точно нет… — задумчиво ответил я. Я положил ладонь Хавьеру на плечо и спросил: — Дружище, может, вызвать доктора или еще как-нибудь помочь? На его лице появилась странноватая улыбка. — О, смотрите, котята! Котята растут прямо из розовых цветов! Мы с Дугом переглянулись. Потом тренер пожал плечами и сказал мне: — Ладно, на сегодня достаточно. Иди домой, парень. А я позабочусь о мистере Кислотном… Я кивнул и пошел раздевалку, чтобы переодеться обратно в цивильные шмотки. Принял душ, натянул одежду. Потом вдруг поежился и потер плечи… странно, мышцы как будто забиты и даже немного ноют. А ведь мы не то, чтобы сильно напрягались сегодня. Да и вообще, с моим тренировочным графиком мышцы давно привыкли к постоянным нагрузкам.  — Ладно, — пробормотал я себе под нос. — Сейчас самое время пойти домой и хорошенько отмокнуть в горячей ванной… Да, это была хорошая идея. Да и времени до ужина оставалось еще полно. Внезапно по моему телу пробежала волна мурашек. Когда она схлынула, я удивленно сглотнул: прямо передо мной в воздухе складывался узор из разноцветных сияющих линий. Всё, что я мог — это стоять и растерянно смотреть, как ниоткуда в воздухе передо мной возникают разноцветные узоры. Только некоторое время спустя до меня дошло, что я просто вижу галлюцинации — так же как Клайв и Хавьер.  — Ну зашибись, — прошептал я. — Теперь это добралось и до меня. Чем бы ЭТО ни было. Тут что-то ёкнуло у меня внутри и все сияющие линии схлопнулись, а на их месте появилась сияющая зеленая фея, порхающая на уровне моих глаз на расстоянии вытянутой руки. Она была крохотная, ростом дюйма четыре, и выглядела как очень сексуальная… и очень голая девушка. У нее были деликатные черты, заостренные ушки, а также зеленая кожа и волосы. Слабая зеленоватая аура окружала ее и двигалась вместе с ней, когда она кувыркалась в воздухе, ловко управляясь изящными крылышками, похожими на стрекозиные.  — Что ж, спасибо хоть, что не обезьяна, — сказал я, вспомнив Клайва. Конечно, я был не в восторге от того, что начал видеть несуществующие вещи. Мгновение спустя маленькая фея описала вокруг меня пару фигур высшего пилотажа, а затем отлетела в сторону и растворилась в воздухе. Потеряв галлюцинацию из вида, я потряс головой, а затем вздохнул с облегчением. Может, еще все образуется. В любом случае, лучше всего сейчас отправиться домой и хорошенько отдохнуть. Похоже, мне это действительно нужно.