Жемчужина

Следующее пробуждение проходит менее болезненно, чем предыдущие. Возможно, организм смирился и начал постепенно привыкать, что периодически его используют как пакет с донорской кровью. С момента пребывания Марго в стенах отеля прошло уже около двух недель. Со своим мучителем, как она его мысленно называет, девушка видится лишь по вечерам. Тот обычно приходит, садится в своё маньячное кресло, стоящее в тени, и наблюдает за ней, как за неведомой зверушкой. Марго чувствует себя подопытным кроликом, над которым ставят эксперимент, суть которого он ещё сам не разгадал. Марго не сопротивляется, когда он подзывает её к себе. Она всегда послушно подходит, протягивает руку и лишь едва заметно морщится, когда острые клыки вспарывают кожу запястья. К любой боли можно со временем привыкнуть, она даже почти не ощущается уже. Возможно, в слюне вампиров действительно содержится какой-то особый яд, парализующий жертву и вместе с болью дарующий странное чувство удовольствия. Девушка поджимает пухлые губы и качает головой, избавляясь от лишних мыслей. Быстро вылезает из кровати и идёт прямиком в ванную комнату, чтобы принять душ и привести себя в порядок. Бросает взгляд на своё отражение в зеркале, замечая там ту же светловолосую особу, что была и неделю назад. Никаких кругов под глазами или впалых щёк. Если бы каждый вечер ей не приходилось играть роль закуски, она бы даже сочла это небольшим отпуском. Торчать целыми днями в номере отеля, валяться на кровати и читать книги, которые периодически появляются на рядом стоящей тумбе. Спасибо, что не одна лишь нудная классика. Марго не знает, сколько лет Ксандру, но он явно не ровесник Шекспира, судя по вкусам в литературе. Закончив с банными процедурами, Марго возвращается в комнату. На софе, как обычно, лежит новый комплект одежды. Кто это вечно приносит, Марго не имеет ни малейшего понятия. Дизайнерские шмотки будто по мановению волшебной палочки каждый раз появляются на одном и том же месте. И, хвала всевышнему, это удобные джинсы и кофта, а не какое-то убожество с рюшами. Быстро одевшись, Маргарита причёсывается, собирает волосы в высокий хвост и, покончив с приготовлениями, присаживается на софу в ожидании своего завтрака. Буквально с минуты на минуты в дверь постучится один из официантов, работающих в ресторане на первом этаже. Марго к ним уже привыкла и всегда с благодарной улыбкой забирает поднос, заставленный едой. Ксандр как-то обронил, что ей нужно нормально питаться, не то её организм не справится, и она быстро превратится в подобие мумии. Представив себя замотанную в бинты и с пустыми глазницами, Марго поняла, что устраивать голодовки нет смысла, и ей лучше принимать, что дают, а не играть роль кисейной барышни. Девушка бросает взгляд на наручные часы. Официант задерживается на пять минут. И куда делась их холеная пунктуальность? Она очень голодная: вчера Ксандр явно перестарался, забрав у неё больше необходимого. Телу требуется подпитка, и урчащий живот об этом громко напоминает. Устав сидеть на месте, Маргарита встаёт и подходит к двери. Покидать номер ей нельзя — строгий приказ Ксандра, да и сама бы она не рискнула бродить одна по отелю, кишащему вампирами. Но ведь просто выглянуть в коридор можно? Вдруг этот чёртов официант заблудился. Не успевает Марго открыть дверь и сделать шаг, как сразу же наталкивается на препятствие. Это что-то твёрдое, высокое и пахнущее дорогим парфюмом. Марго вздрагивает и испуганно смотрит на Ксандра, ощущая себя мышью, которой отдавили хвост. — П-привет, — запнувшись, говорит она, продолжая стоять к нему непозволительно близко и чувствуя себя виноватой. Хотя, по сути, Маргарита ничего катастрофического не сделала. — Я запретил тебе покидать номер, — в голосе снова сталь, от которой по телу бегут предательские мурашки. — Я не собиралась выходить, просто… — Не важно, идём, — вампир отмахивается от её слов, как от назойливой мухи. Хватает её за руку, крепко сжимая ладонь, и выводит в коридор, не забыв закрыть дверь. — Куда мы? — На первый этаж. Ты вроде голодна, нет? — он скептично приподнимает бровь, из-за чего Марго вновь ощущает себя несмышленой девочкой, докучающей взрослым. В его присутствии она всегда мешкает и теряет всю свою уверенность. Они заходят в лифт, и Ксандр нажимает кнопку нужного этажа. Секунды ползут раздражающе медленно. Марго смотрит на табло с мелькающими цифрами и молится всем известным богам, чтобы двери тесной кабины скорее распахнулись. Она сама толком не понимает, почему чувствует себя так странно. От лёгкого мандража кончики пальцев покалывает, а в голове проносится сотня мыслей о том, почему Ксандр решил поменять каждодневные правила именно сегодня. Но как бы то ни было, Марго рада хотя бы на короткое время сменить обстановку. Громкий звонок сообщает о прибытии лифта. Марго тихо выдыхает и смотрит на открывающиеся двери. В ту же секунду её брови удивлённо ползут вверх, стоит только заметить стоящую в коридоре девушку. — Марго? — спрашивает Роуз, явно не ожидавшая такой встречи. От виду подруги — поправка: бывшей подруги — в груди взрывается невидимый сосуд злости, стремительно разнося заразу по всему организму. Марго сама не замечает, как подлетает к девушке и замахивается, оставляя на её щеке горящий огнём след от пощёчины. В последний момент в голове мелькает запоздалая мысль, что надо было бить кулаком, авось бы челюсть ей сломала. Эта паршивка должна прекратить заливать людям в уши всякую чушь, которая буквально может свести их в могилу. — Дрянь, — шипит блондинка едва слышно и морщится, вытирая руку о мягкую ткань джинсов. Словно она испачкалась в чём-то грязном и липком. Когда её аккуратно берут под локоть и уводят в сторону, Марго не сопротивляется, оставляя Роуз, стоящую возле лифта. — Не знал, что ты такая буйная, — в голосе Ксандра откровенная насмешка, но не над ней, а будто над ситуацией в целом. Марго недовольно поджимает губы и продолжает молчать, упрямо смотря себе под ноги. Однако стоило ей поднять взгляд, как она бы заметила странную эмоцию на лице вампира, которую прежде не видела. Когда они заходят в зал ресторана, Марго пару секунд удивлённо рассматривает богато обставленный интерьер. И если раньше она бы почувствовала себя неуместной в подобной одежде среди такого великолепия, то сейчас ей глубоко до лампочки, что о ней подумают остальные, будь то вампиры или люди. Она сейчас вкусно поест, а потом поднимется обратно в номер и почитает какую-нибудь книгу, чтобы отвлечься от желания вырвать патлы чужих волос. Ксандр помогает ей сесть, отодвинув для неё стул. На такое проявление галантности Марго демонстративно закатывает глаза. Вёл бы он себя так по-джентльменски, когда горло ей вспарывал — цены бы ему не было. Вампир что-то тихо говорит подошедшему официанту, но девушка их не слушает. Она увлечённо рассматривает окружающую их роскошь, которая проявляется во всём: начиная с мебели и заканчивая посетителями ресторана. Чуть поодаль за столиком сидит красивая девушка в алом платье, которой бы место где-нибудь на показе мод в Милане, нежели в дождливом Амстердаме. Заметив её взгляд, девушка салютует ей бокалом с какой-то красной жидкостью. Марго лишь надеется, что это вино, а не чья-то кровь. — Ты понравилась Софии. Можешь считать это успехом, — голос с бархатистыми нотками вторгается в сознание, привлекая внимание Марго. — Понравилась в роли закуски? Тогда это вряд ли комплимент, — отвечает она, растягивая губы в вялой улыбке. Ксандр смотрит на неё в упор, и под его взглядом Марго чувствует себя неуютно. Ей хочется стать как можно меньше, слиться со стулом или вообще сползти куда-то на пол — только бы подальше от этих хищных глаз, которые даже сейчас имеют светло-рубиновый оттенок. — Почему именно я? — вдруг спрашивает она, сама же удивляясь внезапному любопытству. — Конкретизируй вопрос. — В вашем отеле вечно проходят подобные… сборища людей, желающих побыть для вас закуской, — тихо говорит Маргарита, старательно подбирая слова, будто она идёт по минному полю, и любой шаг может стать роковым. — Неужели не нашлось кого-то получше, чем я? — Если я скажу, что ты вкусная — это прозвучит как комплимент для тебя или очередное оскорбление? — вампир явно издевается над ней. Он усмехается краешком губ, а пальцами касается столового ножа. — Это прозвучит чертовски пошло, — фыркает она и, лишь заметив немой вопрос в глазах Ксандра, понимает, что именно умудрилась ляпнуть. — В смысле… Я имела в виду, что… Бессвязный поток её слов прерывает подошедший официант. Он раскладывает на столе тарелки с блюдами, и Марго готова поблагодарить его за то, что спас её от позора и дальнейшего объяснения этих бредней. Порой ей стоит подумать трижды, прежде чем что-то говорить. — Долго я здесь ещё пробуду? — спрашивает девушка, когда они вновь остаются наедине. Она пододвигает к себе тарелку со стейком, от которого исходит такой аромат, что желудок совершает кульбит и призывает её поскорее приступить к трапезе. — Сколько я захочу. — Расплывчатое понятие. — Неделю, месяц, год? Какой ответ тебя больше устроит? — Ксандр смотрит раздражённо, потому что эта каждодневная пластинка его порядком уже достала. Он искренне не понимает, что именно не устраивает девушку, разумеется кроме того, что он запер её здесь и питается ею. Но по сравнению с тем, что происходило и продолжает происходить в стенах этого отеля — это лишь сущие мелочи. Ей могло не повезти наткнуться на кого-то похуже, чем он, и в таком случае её симпатичное личико сейчас напоминало бы месиво. — Мне нужно на свежий воздух. Я хочу погулять, сходить на набережную. Это нормальные желания, знаешь ли. Невозможно целыми днями сидеть в номере и не умереть от скуки. — С чего ты взяла, что у тебя в принципе есть право на желания? Марго вздрагивает, едва не подавившись куском мяса. Обстановка из нейтральной вмиг становится настораживающей, потому что в голосе Ксандра появляются нотки, которые она очень хорошо успела изучить. И Маргарита могла бы сейчас с пеной у рта начать отстаивать свои права, но какой в этом смысл? Для вампиров люди — лишь игрушки, еда и банальное развлечение. Марго ведь не спрашивала у своего стейка, может ли она его съесть? Так почему Ксандр или кто-либо вообще в этом помещении должны считаться с её желаниями? — Прости, — тихо говорит она, опуская взгляд. Аппетит пропадает напрочь, и Марго отодвигает тарелку. От вида мяса, сочащегося кровью, её начинает тошнить. Ксандр смотрит, как девушка задумчиво кусает губу. Рваным движением заправляет прядь светлых волос за ухо. Мнётся и явно чувствует себя неловко. Она замыкается в себе, что происходит каждый раз, стоит ему надавить на неё. И он бы счёл это нормальной защитной реакцией, но при одной мысли о том, что Маргарита его боится, он начинает злиться. Как бы парадоксально не звучало, но Ксандр не хочет, чтобы она его боялась. Он, чёрт возьми, ведёт себя с ней лучше, чем с кем-либо за последние годы. Не доставляет ей боль намеренно, даже в шею не кусает, обходясь одним лишь запястьем. После того поцелуя он и вовсе не касается её больше необходимого, потому что знает: она оттолкнет. Или же молча всё стерпит, но чувствовать будет лишь отвращение. Подобные эмоции ему не нужны. За долгие годы своей жизни Ксандр понял, что порой стоит переждать и проявить терпение, чем требовать всего и сразу. Конечный результат в таких случаях оказывается куда слаще, чем полученный силой. Она не сможет долго сопротивляться — вампир это чувствует. Слышит, как её сердце начинает биться быстрее, когда он приближается к ней. Видит, как зрачки голубых глаз расширяются, а пухлые губы пересыхают. И тело её покрывается предательской дрожью, стоит ему невзначай коснуться оголённого плеча или бедра. Все эти мелочи незаметны человеческому восприятию, но вампиры всё чувствуют на куда более тонком и интимном уровне. Пройдёт совсем немного времени, прежде чем она сдастся и сама придёт к нему. Сама попросит не останавливаться, когда он коснётся губами нежной кожи запястья. Сама себя предложит, поднесёт на золотом блюдце. А пока что ему остаётся лишь наблюдать за ней. Смотреть по ночам, как она спит. Как свет луны, проникающий в номер сквозь неплотно задёрнутые шторы, скользит по её обнажённым ключицам, прикрытым лишь тонкими бретелями майки. Как грудь вздымается от вздохов, демонстрируя нежную молочную кожу. Как она переворачивается на бок, и одеяло сползает ниже, обнажая стройные бёдра. Хочется подойти, коснуться, провести ладонью по горячей коже, заставляя её выгибаться дугой. Туманная дымка в голове рассеивается, когда Ксандр слышит треск бокала. Он слишком крепко сжал его, не заметил, как полностью погрузился в размышления. Маргарита смотрит на него испуганно, руками вцепившись в край скатерти. Ксандр натянуто улыбается, чтобы рассеять уверенность девушки в том, что он прямо сейчас бросится на неё со столовым ножом. — Так и быть, жемчужина, — вкрадчиво говорит он, вытирая тканевой салфеткой руку от остатков белого вина. — Вечером сходим на прогулку. Ты довольна? — Д-да, конечно, — она вдруг вся преображается, словно с хрупких плеч падает тяжёлый груз. Губы растягиваются в широкой улыбке, а в голубых глазах загораются огоньки радости, что обычно присуща детям и так редко встречается у взрослых. — Спасибо, — добавляет она, продолжая светиться от распирающих изнутри эмоций. И не будь Маргарита так ослеплена собственной радостью, то непременно бы обратила внимание на уже знакомый хищный блеск в глазах вампира. Она считает это жестом доброй воли, даже не задумываясь о том, что вампир лишь сделал очередной ход, подводящий её к краю. И очень скоро ей объявят шах и мат, не оставив выбора, кроме как принять своё поражение.