Человек человеку - волк, а зомби зомби - зомби

Получив за победу над Волдемортом орден Мерлина первой степени, я, как и ожидала магическая общественность, поступил в Академию авроров, а Северус, удостоившись того же самого ордена, но посмертно, был похоронен на кладбище для героев Второй магической войны, рядом с «Грозным глазом» Грюмом, Тонкс, Люпином и Фредом. Все, разумеется, прекрасно знали, что под черным мраморным надгробьем покоится пустой гроб. По утверждению «Ежедневного пророка», тело Снейпа сгорело вместе с Визжащей хижиной, после того как в нее попало шальное проклятие. Сожалел ли я, что не сумел помочь ему, когда он умирал в огромной луже крови, зажимая рукой разодранное змеиными зубами горло? Или что не успел вернуться и забрать его труп, чтобы похоронить по-человечески?! Еще как сожалел! Даже спать перестал. Боялся, что мне снова приснится мертвый Снейп. Друзья талдычили, что я стал бледный, как вампир, и неплохо было бы обратиться в Мунго, но я, само собой, этого не делал. Невзирая на бессонницу, чувствовал я себя бодрее некуда. Кроме того, по ночам, вместо того чтобы метаться из-за кошмаров по подушке, я штудировал учебники, наверстывая все, что пропустил во время нашей с Роном и Гермионой «увеселительной прогулки» в поисках крестражей. Порой я представлял, как удивился бы Снейп, увидев меня в библиотеке Блэк-хауса, практически погребенного под горой фолиантов. Честно говоря, тогда я довольно часто думал о Снейпе. Гораздо чаще, чем о своей нареченной невесте Джинни Уизли. И чем больше я о нем думал, тем сильнее скучал по нему. По невыносимому, язвительному, желчному и такому отчаянно смелому и одинокому. Вскоре в Академии начались занятия, и скучать стало просто некогда. Несмотря на статус Героев магической Британии, муштровали меня и Рона нещадно. С утра и до пяти вечера мы, словно снова вернувшись в Хогвартс, усердно зубрили заклинания, учились отражать проклятия, снимать порчу и варить зелья, а по ночам, если требовалось, часами простаивали в оцеплении. Хотя война уже несколько месяцев как закончилась, то тут то там еще орудовали банды Пожирателей смерти, творившие бесчинства во имя покойного Темного Лорда. Вот именно после одного такого рейда моя жизнь круто изменилась. Возможно, кое-кто сказал бы, что она пошла под откос. Самое смешное, что я совершенно не помню лица того Пожирателя, совсем еще мальчишки, выскочившего из проулка прямо на нас с Роном. Помню только голос, выкрикнувший: — Бомбарда Максима! — и вслед за тем — жуткий грохот обвалившейся кирпичной стены. Я пришел в себя от того, что где-то рядом стонал Рон. Я принялся раскапывать его из-под завалов, но, когда наконец вытащил, он уставился на меня, точно увидел чудовище, а потом дико заорал. — Гарри! М-м-мерлин... — от страха Рон даже начал заикаться, — т-т-твоя шея... — А что не так с моей шеей? — испуганно спросил я. — Она вывернута на сто восемьдесят градусов... — проблеял Рон и потерял сознание. * * * В больнице Святого Мунго, куда нас доставили подоспевшие авроры, мое состояние тоже наделало много шума. Несколько медсестер при виде меня даже рухнули в обморок, а главный целитель Сметвик удивленно поцокал языком и поинтересовался: — У вас ничего не болит, мистер Поттер? — Нет, — ответил я. Меня уже начал раздражать этот цирк. — Я прекрасно себя чувствую. Может, вы возвратите мою голову на место, а то народ слегка нервничает, — я кивком указал на лежавших на полу медсестер и уже пришедшего в себя, но все еще боявшегося посмотреть в мою сторону Рона. — Непременно! — Сметвик наставил на меня палочку, в шее что-то неприятно хрустнуло, и голова вернулась на положенное ей место. — Вы не возражаете, если я проведу диагностику? Судя по вашей одежде, вы, так же как и мистер Уизли, оказались под завалом. — Да, пожалуйста, — беспечно согласился я. — Только вы зря тратите на меня свое время. Как я уже сказал, я прекрасно себя чувствую. Проигнорировав мои протесты, Сметвик принялся водить вдоль моего тела волшебной палочкой. С каждой секундой он бледнел все сильнее, а закончив осмотр, предложил пройти к нему в кабинет. — Гарри, я понимаю, что уже задавал этот вопрос, но ситуация настолько серьезная, что я буду вынужден повторить его. — Да хорошо я себя чувствую! — взорвался я. — Просто отлично! Нигде ничего не болит! Хоть сейчас готов отправиться обратно в оцепление. — А в последние месяцы вы не ощущали чего-нибудь странного? — не обращая внимания на мою истерику, поинтересовался Сметвик. — Нет. Все было обычно, как всегда. — Аппетит? Резкое изменение вкусовых пристрастий? Сон? — продолжал допытываться он. — Да, — кивнул я, — вот спать перестал совсем. — Давно? — накинулся на меня, как коршун на добычу, Сметвик. — В общем, да. С начала мая. — Зелья пить пробовали? — Пробовал. Не помогают. — Утверждаете, что не спите вот уже скоро пять месяцев и не чувствуете себя усталым и разбитым? — Не чувствую! — подтвердил я. — И вы не догадываетесь, что это абсолютно ненормально? — Или вы сейчас же объясните, что со мной происходит, или я ухожу отсюда к Мерлиновой бабушке! — вспылил я. — Ладно, — нехотя согласился он, — но, боюсь, то, что я обнаружил при осмотре, вам очень не понравится. У вас не бьется сердце и замедлены все процессы в организме. Замедлены настолько, что даже несовместимая с жизнью травма совершенно вам не повредила. Именно поэтому вы вот уже скоро пять месяцев обходитесь без сна. Не знаю, как такое могло случиться, но вы, Гарри, по сути, — живой мертвец. — Вы намекаете на то, что я — нежить? Инфернал? Зомби? — (Спасибо фильмам ужасов, так обожаемым Дадли!) — Или как там еще это называется? — совсем растерялся я. — Но ведь этого просто не может быть! Произошла какая-то ошибка! Я живой! Я теплый... Кажется... Я вовсе не испытываю тяги убивать людей и поедать их мозг. Я ощущаю радость, грусть... — А боль тоже ощущаете? — он взял со стола скальпель, повернул мою ладонь тыльной стороной вверх и провел по ней лезвием. В разрезе показалась жуткая черная жижа, и отдаленно не напоминавшая кровь. — Вам больно? — повторил он, слегка нажимая на рану. Я потрясенно покачал головой. — О чем я и толкую! — вздохнул Сметвик. — И что же мне теперь делать? — мой мозг отказывался поверить в то, что все сказанное Сметвиком и даже увиденное моими собственными глазами — правда. — Похоже, мне придется вызвать сюда невыразимцев и отправить вас в Отдел тайн, — Сметвик выглядел так, точно ему очень стыдно передо мной. Да, наверное, так и было. Не прошло и полугода, как я спас их всех от Волдеморта. Я больше, чем кто-либо другой, заслужил нормальную, спокойную жизнь. Впрочем, когда это у меня хоть что-то складывалось нормально?! — Пожалуйста, не надо! — забормотал я, заметив, что он взялся за волшебную палочку. — Я же совершенно здоров. Мне не хочется никого кусать и тем более есть. У меня — друзья, работа, невеста, наконец! Я не причиню им зла! — Сегодня не причините, — безжалостно припечатал Сметвик, — а завтра — всякое может случиться. Вы готовы рискнуть жизнью дорогих вам людей? Я представил на миг, как набрасываюсь на Рона и отрываю ему голову или перегрызаю горло Джинни, и ощутил такой неподдающийся описанию ужас, что был вынужден зажмуриться. — Зовите невыразимцев, — выдавил я через силу, — вы правы. Мне не место среди людей.