Принцессы бывают разными

      Ни один поэт и рассказчик не мог описать той грации и изящества, с которым танцевала гейша. Она была как змея, извивающаяся по черной земле; ее руки, словно крылья, взлетали к небу и возносили хвалу искусству танца, ее иссиня-черные волосы блестели при свете софитов, а маленькие синие глаза прожигали каждого мужчину в зале, вызывая у них изощренные мысли. Удивительно, но маленькое худое тело, которое при первом появлении в окия было высмеяно и унижено, сейчас двигалось на сцене, словно лепесток отцветшей сакуры; юноши и мужчины всей Японии съезжались в столицу и платили огромные суммы, лишь бы глазком взглянуть на танец талантливой девушки.       Девочка, что так неожиданно появилась перед дверьми окия, была грязной, голодной и худой. Обычно, к госпоже маленьких испуганных девочек приводили разорившиеся родители или же торговцы, которые получали за юное тело неплохие деньги. Она же была абсолютно одна: поговаривают, что девочка пришла из леса. Без рода и имени, она не знала человеческой речи, а лишь скулила, словно собака, за что гейши сжалились над маленьким дитя и взяли на свое попечение. Всегда молча и со смирением она принимала любые наказания за провинность, хрупкое тело терпело удары плетки и даже жестокие побои. Девочка была странной, пугающей, однако, в юной красавице была некая грация и очарование, которая располагала к себе всех особ мужского пола — О-каа-сан пророчила ей большое будущее. Так и случилось: маленькая напуганная девочка выросла в изящную стройную красавицу, чьи выходы в свет были настоящим праздником для всего Токио. Сотни людей собирались на выступления гейши, слава и почет пришли в ее родную окия, а за талант и мастерство ее прозвали Принцессой Востока.       Это было одно из ее выступлений. В баре, где обычными гостями были богатые чиновники, гейши перебирали своими маленькими ножками и подливали гостям сакэ. В воздухе витало нетерпение в ожидании выступления легендарной Принцессы, мужчины и женщины усаживались на места, что стоили баснословных денег, и обращали свой взор на сцену, украшенную декорациями. Когда свет погас, все зрители замерли. На сцену вышла она: на ней было черное кимоно, украшенное красными, как кровь, бутонами цветов, шелковистые волосы собраны в сакко, а неискренняя усталая улыбка, что дарилась людям за их деньги и внимание, была скрыта за плотным макияжем. Девушка села за сямисэн, и душераздирающая мелодия заполнила помещение. Она пела о падшем ангеле, что потерял свои крылья ради любимой, перебирая струны изящными тонкими пальцами. Ее голос был слаще любого меда в мире, зрители не сводили глаз с Принцессы, стараясь уловить каждую ее ноту и движение, и, не смотря на скептицизм и полное равнодушие к искусству гейш, даже он не мог оторвал от юной певицы своего взгляда.       Она заметила его сразу. Он выделялся из толпы: зачесанные накрахмаленные волосы, мужественное лицо и строгий костюм — наверное, американец. Она мало знала о других странах, потому что родилась в лесу, а половину жизни провела в окия, отмывая полы и таская зерно, но его властная холодная энергетика отличалась от остальных. Она никогда не была с мужчиной, поэтому не понимала, почему от одного только его взгляда внутри словно разгорался пожар и приятное тепло разливалось в животе. Щеки покрылись румянцем, что просвечивался даже сквозь плотный макияж, а голос дрожал, словно хотел сорваться вот-вот. Закончив номер, она поклонилась и убежала за кулисы, пылая стыдливым огнем. Гейша должна быть послушна окия и своему дану, как только ее выкупят, не поддаваясь эмоциям и личным привязанностям, но сейчас ей так хотелось оказаться простой деревенской простушкой и украсть все его внимание. Она не помнила, как добралась до родного дома; переступив порог, она тут же свалилась на футон и погрузилась в сон.       На рассвете всю окия разбудил телефонный звонок. О-каа-сан, отборно бранясь, сняла трубку и застыла в удивлении, не мочь вымолвить ни слова: все собрались вокруг нее, ожидая узнать причину такого раннего звонка, и через несколько секунд, оттаяв от удивления, О-каа-сан оповестила всю окия о том, что мизуаж Принцессы Востока за 10 миллионов йен выкупает загадочный господин из Америки.

***

      Он был ровно таким, как в ее мечтах: немного резкий, холодный, рассудительный. По сравнению с ней, он был крепкий и высокий, что несомненно вызывало зависть у других майко. Как только деньги были уплачены, гейшу отмыли, повязали на нее лучшее кимоно и отдали в руки иностранного покупателя. Он же не касался ее и даже не смотрел — молча посадил девушку в карету и приказал извозчику ехать в его дом. Это был незабываемый комплемент для гейши, ведь она потеряет мизуаж в доме хозяина, а не в дешевой гостинице. Когда они прибыли, то день уже сменила ночь. Заведя гейшу в незнакомый ей дом, американец удалился, оставив ее одну для подготовки. Смыв макияж и надев ночное кимоно, гостья села на просторную мягкую кровать и почувствовала, как чуть подпрыгнула на пружинах, улыбнулась, ведь жесткий холодный футон не сравнится с этим ощущением. Всю жизнь в окия ее готовили к этому дню, после потери мизуажа ее цена возрастет вдвое, а значит, что самые лучшие кимоно и масла будут доставаться ей.       Он появился неожиданно — подошел сзади тихо, как синоби, благо, у гейши был отличный слух, она тут же уловила его присутствие и повернулась к нему лицом. Без макияжа девушка была еще прекраснее, чем на сцене: он не питал любви к иностранкам, но Принцесса Востока пленила его с первых нот. Он ни черта не понимал в искусстве, но хотел вечно слушать ее голос, жаль только, что оба не разговорчивые были. Он нежно прикоснулся к ее румяной щеке и провел по шелковым волосам: они волнами рассыпались по костлявым плечам, скрывая спину и грудь.       — Как тебя зовут?       — Принцесса Востока.       — Я спросил не псевдоним, а настоящее имя.       — У гейши нет имени.       Он заглянул в ее грустные глаза. Они были такие же, как и у него: две потерянные души, что не знали ни любви, ни ласки. Только вот он был богатый служащий из Америки, а она — игрушка для развлечений.       — Я бы отдал за тебя все сокровища мира, если ли бы ты хотела быть моей…       — Вы предлагаете Ваше попечительство?       — Нет, нечто большее.       Он жадно впился в ее губы. Она, совсем неопытная и юная, старалась доставить ему удовольствие даже в такой мелочи, как поцелуй, их языки кружились в танце, что недавно так страстно гейша исполняла на сцене. Аккуратно уложив девушку на кровать, он нерешительно стягивал с нее ночную рубашку, словно ожидая разрешения. Она сгорала от нетерпения, помогая ему ловкими пальцами, нагло зарывалась в непослушные волосы и гладила широкую спину. Мужчина старался быть нежным и чутким, шептал на ухо утешительные слова и гладил низ живота, чтобы неприятные ощущения поскорее ушли, и на смену им пришло наслаждение.       Как только луна осветила двух влюбленных, он почувствовал резкое жжение на спине — огромные острые когти, взявшиеся буквально ниоткуда, раздирали его кожу. Он чувствовал, как собственная кровь текла по рельефному телу и капала на шелковые простыни. Сзади что-то щекотало его ноги, заставляя прерваться: он ничего не мог разобрать в темноте, но мог поклясться, что это было похоже на шерсть животного. Испуганный странным ощущением и не нащупав гейшу на постели, он начал звать девушку, но в ответ слышал лишь тяжелое дыхание и рык, который доносился из дальнего угла комнаты. В следующую секунду, прыгнув прямо оттуда, что-то резко повалило его на пол, он больно ударился головой, но разглядел при лунном свете два сверкающих желтых глаза и лисью морду, всю в крови, которая тут же метнулась в сторону, и животное, выпрыгнув в окно, скрылось в тёмном лесу. Именно в этот момент он поверил в легенды о японских девушках — кицунэ…

***

      С тех пор прошло много лет и даже веков. По началу люди смеялись над американцем, считая, что он ударился головой и все это привиделось, но Принцессу Востока и правда никто больше не видел. Окия разорилась, лишившись самой дорогой гейши, бар превратился в место для гуляк и пьяниц, а по Японии до сих пор бродит легенда о некой Кицунэ, что притворялась человеком и изучала искусство гейш, а при луне превращалась в жестокого охотника, что жаждет крови. Принцесса Леса и Востока — вот как прозвали девушку местные рассказчики…