Ты подчинишь мне Смерть

      К вечеру я и Локи вернулись из Асгарда. Наша повозка остановилась у закрытых ворот. Во дворе за воротами цвели мои любимые рьедэны и кусты съёльрагны. Мы по очереди сошли с повозки. Калитка была приоткрыта — нас уже ждут. Утопая в сладком цветочном запахе, я направилась к крыльцу. Локи шел позади, но, звук его шагов резко прервался. Он немного отстал. Я не стала его ждать и толкнула входную дверь. Только перешагнула за порог, как попала в объятия маленьких и цепких ручек: — Мама! Ты вернулась! — Вали крепко обхватил меня за ноги, его глазки смотрели мне в лицо и сияли неподдельным счастьем. Но он тут же перестал обнимать мои колени, когда услышал позади меня шаги кого-то еще. — Папа! Папа пришел! Локи в один момент подхватил сына на руки и прижал к себе. Из гостевых покоев показались моя мать и бабуля. Обе добродушно улыбались, наблюдая за умилительной картиной встречи. — Мама, мы все останемся у бабули Хегёль сегодня? И папа? — весело и беззаботно спросил Вали. — Нет, сын, мы покинем дом твоей матери. Сегодня же, — вместо меня ответил Локи. Вали заметно приуныл после слов отца. Он слез с его рук и бросился обнимать бабушек, не желая расставаться так скоро. — Мы прибыли, чтоб собрать все необходимое в дорогу. — Даже не отужинаете с нами? — с нотками грусти в голосе обратилась к нам моя мать. Я взглянула на Локи. Он явно не хотел задерживаться здесь, но и обидеть мою семью тоже не горел желанием. Он замешкался, опустил глаза, а я, пользуясь его заминкой, сказала: — Конечно, мы поужинаем, мама. У нас есть на это время, — последние слова были адресованы мужу. Локи, метнув в меня недовольный взгляд, покорно прошел в обеденный зал. — Вали, пойди с отцом, а я помогу бабуле Хегёль на кухне.       Вали нехотя выпустил бабулю из объятий и побрел за отцом, с упреком посмотрев на меня. Отправив своих мужчин ждать ужина, я проследовала на кухню за матерью и бабулей.       В кухне вкусно пахло едой. Я унюхала Фойрикъёль, традиционное блюдо нашей семьи, запах которого пропитал, кажется, каждый предмет этой комнаты. Он витал над темными деревянными столами, распространялся вдоль светлых шершавых стен и касался прозрачных оранжевых занавесей на окнах. Насыщенный, жгучий оттенок придавал этим занавесям свет проникающего в окно солнечного заката. Меня окутало уютом и домашним теплом, как согревающим одеялом в промозглую ночь, позволяя укрыться от холодящих душу предстоящих забот.       Мы выкладывали еду на тарелки и выносили в обеденный зал, позволяя запаху распространяться по всему дому. Расставляя на столе посуду, я наблюдала за мужем и сыном. Они сидели в уютном кресле в конце комнаты. Вали забрался к отцу на колени. Похоже, он уже забыл, как огорчился от новости об отъезде, и снова был рад приходу папы, поэтому никак не мог усидеть спокойно: без конца подпрыгивал от восторга и обнимал Локи за шею. Отец его еще и щекотал, поэтому оттуда, где они сидели, доносился веселый смех.       Приготовления были закончены. Все уселись за большой стол, покрытый светлой скатертью ручной работы. Кроме основного блюда на стол было поставлено много закусок, хлеба и фруктовых напитков. Вали поел быстрее всех, потому что не осилил и половины порции, поднялся и выбежал из-за стола. Он уже был в проходе гостевой комнаты, когда обернулся и посмотрел на взрослых, наверное, чтобы о чем-то спросить. Но, поймав укоризненный взгляд каждого из нас, он только озорно улыбнулся и скрылся за дверью. Вторым по скорости поедания оказался Локи. Он окончил трапезу сразу же после побега Вали из-за стола. Посмотрел на мою еще только ополовиненную тарелку и негромко напомнил: — Давай побыстрее. Еще нужно собрать вещи.       Я недовольно хмыкнула, но прибавила темп поглощения пищи. — Куда вы отправитесь на этот раз? — моя мать все же задала вопрос, на который мне не хотелось отвечать. — Наш повелитель отдал новый приказ? Твой муж должен погасить восстание в подчиненном Альфхейме? — Нет. Мы отправимся в более мрачное место, мама, — я отложила приборы, покончив с ужином. — В Хельхейм.       Мать округлила глаза и выронила из руки кусок хлеба. Бабуля Хегёль обеспокоенно посмотрела на меня: — Может быть, ты и Вали останетесь здесь? Ведь Локи и сам сможет выполнить волю Одина, как в прошлый раз… — Нет, — я решительно встала, сдернув салфетку с колен и швырнув ее на свой стул. — Мы отправимся туда вместе. Всей семьей. — Но это опасно! — голос матери надломился и тон показался мне очень высоким. — Оставь, хотя бы, Вали у нас. Зачем ему находиться там с вами? Он еще мал для таких путешествий. — Он — наш сын, а мы — его родители. И не хотим, чтоб он рос без нас, хоть и «под твоим крылом». Мы позаботимся о его безопасности сами. Локи запросил лучших воинов и чародеев из Асгарда, — я посмотрела на мужа. Тот склонил голову над тарелкой, недовольно ухмыляясь и периодически стреляя полным негодования взглядом в мою мать. — Спасибо за ужин, но мы должны собираться. Я вышла из-за стола, Локи встал следом. Мать и бабуля остались сидеть на своих местах, прикованные моей безоговорочной решимостью. — Спасибо, — сквозь зубы бросил Локи и быстрым шагом устремился в гостевые покои. Я же начала сборы в спальне.       Пока мы собирались, за окнами темнело. Упаковывать вещи я начала в полумраке, затем зажгла свечи. Мне вспомнилось наше последнее расставание с мужем, когда Локи отправился выполнять прежнюю волю Всеотца. Совсем недавно. Он оставил меня и Вали здесь, в Ванахейме, а сам странствовал по мирам Иггдрасиля. Когда Локи вернулся, он рассказывал о своем путешествии: о том, с кем ему довелось встретиться; о том, какие препятствия возникали на его пути к цели; а еще об опасности, которой он подвергся, покидая Нифльхейм. От одной мысли потерять его, да еще когда он вдали от меня и сына, слезы навернулись на глаза. Я со злостью смахнула их, ни разу не пожалев о том, что не дала матери уговорить себя остаться в этот раз. Она не понимает!       Закончив с одеждой, занялась укладыванием магических фолиантов. Находясь теперь в легком раздрае, я обращалась с ними довольно небрежно. Почти швыряя книги, нашептывала себе под нос: — В болезни, — первый фолиант полетел в ящик, — и в здравии! Второй том из серии последовал за первым. От резких действий напряжение только усугублялось. Я продолжала закидывать книги уже с остервенением, сопровождая бросок каждой словами клятвы: — В бедности, и… в богатстве, — пыль поднялась от этой ветоши, и я закашлялась. Теперь задыхаясь и от пыли, и от ярости, я снова и снова бросала тяжелые тома один за другим. — В горе, и… в радости! Резко остановилась. Глаза, вновь мокрые от слез, смотрели в потолок, а губы продолжали шептать: — Я клянусь до последнего вздоха всегда быть рядом, следовать за тобой, куда бы ты ни пошел, и быть тебе верной и преданной супругой.       Тишина повисла в комнате. Выплеск наружу разрывающих сердце чувств позволил мне успокоиться. Я пришла в себя. Переживания улеглись, а движения снова стали плавными.       Когда сложила последние книги, я осмотрела комнату на предмет забытых вещей и, убедившись, что все собрала, позвала Локи. Он помог перенести наш багаж в прихожую. Сборы были окончены, и мы снова стояли в дверях, прощаясь с моими родственниками. — Возвращайтесь скорее, Сигюн, — мама обняла меня, намочив слезами мое плечо. — Почему бабуля плачет? — Ох, Вали! — она перестала обнимать меня и опустилась на колени перед внуком, сквозь слезы она улыбнулась. — Потому что мы теперь не скоро увидимся. Ты успеешь соскучиться по бабуле Хегёль.       Вали поддался, когда она заключила его в объятия, но явно не до конца понимал, что здесь происходит. Наверное, он подумал, что завтра мы вернемся сюда снова. За своей спиной я слышала учащенное дыхание Локи, похоже, он уже некоторое время пребывал в молчаливом возмущении: «Ну, сколько можно прощаться!». — До свидания, мама, — я попятилась к выходу. — До свидания бабуля Хегёль. Спасибо за гостеприимство! — До свидания, — еле слышно донеслось от Локи: он уже отвернулся и вышел на крыльцо. — До свидания, бабули! Увидимся завтра! — помахал ни о чем не подозревающий Вали. Он повернулся спиной к провожающим и за воротами увидел повозку. — Быстробеги! Мы поедем на быстробегах!       Мы погрузили вещи и сами расселись внутри повозки. В свете дверного проема дома я заметила темные силуэты своих родных, они стояли, приобняв друг друга, и махали нам. Но в этих прощальных взмахах я увидела только разочарование и обеспокоенность за самых близких людей. — Трогай, Фьорир, — скомандовал Локи возничему. — Доставь нас на Ванахеймское кладбище, к святилищу Фрейи.