Can girls like other girls?

       «Никаких друзей, разговоров по телефону». Макс было глубоко плевать на эти слова так же, как и на самого Нила с его правилами. Она ненавидела его всей душой и слушаться не собирается. Девушка не трусливая овечка, которая боится злого серого волка. Наоборот, она сама готова напасть на него. Жаль, что физические данные не позволяют хорошенько вмазать по гадкой физиономии Нила. И маму тоже не хочется расстраивать, она ведь любит этого мудака. "Любовь зла, полюбишь и козла" - именно это думает Мэйфилд после того, как Сьюзан расписалась с мистером Харгроувом и взяла себе его фамилию. Как же девчушка гордится тем, что всё-таки не согласилась взять себе эту фамилию, а оставила старую, от родного отца. А ведь поначалу она даже была немного, совсем чуть-чуть согласна на это, потому что Нил показался ей нормальным мужчиной. По крайней мере, лучше, чем прошлые мамины ухажёры, которые либо жили за счёт теперь уже миссис Харгроув, либо пропивали все деньги в баре. Максин даже была рада тому, что у неё появится старший брат, с которым у неё будут хорошие отношения. Но нет. Билли был почти как Нил, точнее, она так думала раньше. Билл был лишь одиноким ребёнком, запуганным жестоким отцом. Как же чертовски обидно осознавать, что многие вещи мы узнаём о человеке только после его смерти.        Максин сидит на своей мягкой кровати в своеобразном коконе из подушек и одеяла. Это тепло, комфортно и удобно. Веснушчатая читает мамин журнал, который тайком выкрала из спальни женщины. Не то чтобы ей хотелось читать о моде десятилетней давности, но делать было нечего, тем более, было интересно посмотреть, как одевались раньше. Может, получится взять какой-нибудь красивый лук на заметку, чтобы выйти на улицу и сразить всех наповал. Мэйфилд засмотрелась на незамысловатое платьице в блекло-красный цветочек и, наверное, посчитала бы это за ночнушку, если бы не читала мелкий текст, в котором говорилось, что это был повседневный наряд. Интересно, как в таком незаметном платье обратить на себя внимание? Лезгинку сплясать посреди оживлённой улицы или ворваться в телерепортаж? Оба варианта вполне подходят для того, чтобы тебя увезли в психиатрическую больницу.       Вдруг девушка слышит громкий звон, доносящийся из коридора. Судя по всему, кто-то звонит. Патлатая лениво откладывает журнал на прикроватную тумбочку и случайно сбивает жёлтый будильник за тумбу. С мыслями, что она потом его поднимет, рыжая выходит из комнаты и прикрывает за собой дверь. Макс искренне надеется, что сейчас ей звонит Одиннадцать, единственный человек, который способен скрасить её серые будни. Веснушчатая поднимает трубку, прикладывая телефон к уху:  — Алло?        Тихо спрашивает Мэйфилд, словно сейчас все семья дома и её могут поймать с поличным. Осторожность никогда не помешает. Вдруг в трубку начинает радостно пищать знакомый голос, который старшая так надеялась услышать.  — Привет! Макс, Макс! Я тебе сейчас такое расскажу! Такое!  — Что уже произошло? — Уилл!        Судя по всему, произошло что-то грандиозное, раз Хоппер не может собраться и спокойно объяснить ситуацию. Почему рыжая не думает о плохом? Потому что она научилась понимать эмоции Джейн, чтобы понять её состояние. Оди ведь как милый маленький ребёнок. — Что "Уилл"? — Уилл поцеловал... — младшая делает паузу, набирая в лёгкие воздух (видимо, всё же пытается успокоиться). Образуется короткая пауза, но девочка на выдохе наконец-то договаривает начатое. — Майка!        Услышав это, рыжая давится воздухом, стараясь прокашляться. Одиннадцать начинает быстро объяснять всю ситуацию, рассказывая про каждую нужную и ненужную деталь, в то время как мозг Мэйфилд не может справиться со всей этой информацией, не успевает переварить. «Ладно, если бы Майк поцеловал Уилла... — мысленно рассуждает старшая, уже даже не пытаясь слушать то, что ей говорит Хоппер. — Но Уилл Майка...» — Стоп-стоп-стоп! — голубоглазая резко включается, как будто кто-то нажал на кнопку «Пуск», активировавшую её. Она пытается успокоить уж слишком оживлённую Дину, которая сейчас взрывается от переполняющих её эмоций. — Ты хочешь сказать, что ты с Дастином и Лукасом отошла за мячом, который вы потеряли, а когда вы нашли его и пришли обратно, то увидели, как Уилл поцеловал Майка? — Да! Он прямо с ногами на нём повис! — Айвз говорит это с явным восхищением, но в то же время веснушчатая может представить её озадаченное личико, видимо, девочка одновременно и в замешательстве. — Только я не поняла, зачем так делать... — А Майк что? — голубоглазой сейчас важно знать, как на такое отреагировал Уилер. Ведь, как-никак, Уилл её близкий друг, с которым у неё есть очень серьёзный секрет. — Мне Дастин почти сразу глаза закрыл. Они ещё с Лукасом крикнули «Извращенцы! Здесь же Оди», — девушка печально вздохнула с явным нежеланием признавать того, что что-то не понимает. Элевен не любила подобные ситуации. — Но Майк схватил Уилла за... Ну... За зад.        Макс явно уловила нотки смущения в голосе своей возлюбленной, непроизвольно представляя, как миленькие личико Айвз покрывается румянцем. Сейчас она сама была не менее озадачена, чем Хоппер. "Значит, Макс и Уилл встречаются. Другого не дано", - в мыслях сказала старшая, словно делится этим с кем-то. — Знаешь, Лукас правильно сделал, что закрыл тебе глаза. — Почему? — Потом как-нибудь узнаешь, — Максин ухмыляется. — А что значит «Извращенцы»?        Глаза рыжей округляются. Теперь уже она сконфужена. — Как же я обожаю твои вопросы, — на выдохе произносит старшая с нервным смешком. — Мой папа говорил, что вопросы это хорошо. — Ну, понимаешь, Оди, — неуверенно начинает говорить голубоглазая, прокашливаясь, чтобы прочистить горло. — Извращенцы - это те люди, которые делают вещи извращённого характера... Э... то есть их действия противоречат физиологическим и, вроде как, социальным нормам. — А что они делают?        Джеймс Хоппер мудрый человек, Мэйфилд здесь не поспорит. Конечно, временами он кажется мухомором или придурком, но это не так. Но сейчас веснушчатая вспоминает его всеми «хорошими словами», которые только знает. — Тебе этого лучше не знать. — Почему? — Так, Оди, слишком много вопросов, — рыжая трясёт головой и хмурится, как будто её кто-то может увидеть. — Давай оставим это на потом? — Но папа говорил...       Джейн перебивает Макс. — Я сказала, на сегодня хватит!        Старшая слышит разочарованный вздох, понимая, что заставила Оди расстроиться, но это лучше, чем ломать психику милой и невинной девочки. — Слушай, Дина, — мягко начинает говорить Харгроув. — Давай я расскажу тебе об этих вещах чуть позже? Когда мы будем обе готовы, хорошо?        Сейчас у девушки складывается впечатление, что она говорит с ребёнком, которые услышал слова, значения которых ему ещё пока что рано знать. Хотя, так и есть, Эл ещё тот ребёнок в этом плане. — Хорошо... — чуть более оживлённо отвечает шатенка. Рыжая чувствует, как у той приподнимаются уголки губ, жаль, что она не может этого увидеть. Ей безумно сильно не хватает улыбки возлюбленной. — Я просила папу купить мне журналы, такие, как ты мне приносишь, — Одиннадцать с энтузиазмом переходит на другую тему и уже забывает о старой. "Ей Богу, как ребёнок!" - мысленно умиляется старшая. — Он купил мне этот журнал!        Макс слышит чистую радость в голосе Дины, представляя её образ с сияющей улыбкой, и эта мысль делает Мэйфилд счастливой. — Там было такое классное платье! — Хоппер находится в упоении. — Я показала его папе, сказала, что хочу такое, но он говорит, что подобное носят только взрослые девушки, а мне нет ещё восемнадцати. — Твой отец такой зануда, — недовольно фыркнула голубоглазая, рефлекторно закатывая глаза. — Ты сильно хочешь это платье? — Да, очень сильно. — Тогда давай втихаря купим его? Ты не будешь ходить в этом платье при своём отце, вот и всё. А даже если он узнает, то обратно точно сдать не сможет. — У меня нет денег на него... — Ничего страшного. У меня есть заначка, — довольно произносит старшая, сдерживая улыбку.        У неё правда есть заначка, правда, она копила на будущее, например, на новый скейтборд или на учёбу после окончания старшей школы. Но на Одиннадцать ей не жалко потратиться, тем более, это платье, скорее всего, не такое уж дорогое. — Ого! Правда? - искренне удивляется младшая. — Конечно! — патлатая делает паузу и смотрит на часы. — Мне лучше уже идти, а то Нил может вернуться в любое мгновенье. Пока, Оди. — Пока, Макс.        Харгроув слышит три пронзительных гудка, что означает, что её собеседница повесила трубку. Рыжая грустно вздыхает, вешая телефон на его подставку. Вот бы время можно было остановить. Тогда можно было сделать многие вещи, которые мы не сделали и уже не сделаем. Девушка идёт на кухню, подходит к плите, включая на ней огонь, а после ставит на конфорку чайник с водой. Она подходит к окну и опирается о подоконник, глядя на улицу. Небо пасмурное, а тучи настолько тёмно-серые, что кажется, будто бы пойдёт не просто мелкий дождь, как обещали по телевизору, а настоящая гроза. Голубоглазая смотрит на двух птичек, мило щебечущих на тонкой ветке. Почему-то это наводит на приятные мысли о светлом будущем, где не будет проблем. Там, где она и Одиннадцать наконец будут вместе. Макс бы каждый день обнимала младшую, даря ей всю свою любовь, целовала в милые щёчки, лоб, губы... Каждый день говорила бы насколько сильно она её любит и дорожит ею. Вечером девушки могли бы встречать закат, держась за руки и наслаждаясь друг другом, а днём бы они постоянно прятались ото всех, чтобы лишний раз поцеловать друг друга и, подозрительно хихикая, возвращались обратно, делая вид, что между ними ничего нет. И всё это было бы их маленьким секретом.        Звонкий свист чайника заставляет Макс вздрогнуть, выводя её из своих мечтаний. Она удивлённо охает, подбегает к чайнику и выключает на плите огонь, после чего она наливает горячую воду в стакан. Девушка берёт из тумбочки пакетик с чаем и окунает его в горячую воду, после достаёт и повторяет эти действия несколько раз, пока вода не становится тёмно-коричневой. Она выбрасывает пакетик в мусорный бак, а сама садится за стол, быстро ставя чай на стол, чтобы не обжечь руку. Скоро придёт мама, а потом Нил, и время одиночества прекратится, хоть Мэйфилд этого и не любит, но лучше быть одной, чем с людьми, с которыми ей не о чем поговорить. Подождав, пока чай немного остынет, патлатая делает глоток, заправляя непослушную прядь волос за ухо, чтобы та не мешалась. Эти птички всё ещё поют, и слушать их - одно удовольствие. Это успокаивает.

***

       Этот месяц прошёл гораздо быстрее, чем казалось Макс. Она думала, что её наказание никогда не закончится, но всё пролетело чертовски быстро. Ежедневные разговоры по телефону с Одиннадцать и тайники со сладостями - то, что скрасило всю ситуацию. Мэйфилд поглядывает на свой будильник, который теперь слегка помят. "Начало второго," — с этой мыслью рыжая подрывается с места, хватает рюкзак и уходит из дома. У неё большие планы не сегодняшний день. Ну, как сказать, большие? Наверстать упущенные дни надо. Сходить в магазин, купить каких-нибудь комиксов и постеров. Может, зайти в кафешку и взять стаканчик вишнёвого мороженого. Патлатая быстрым шагом доходит до остановки, как же хорошо совпало, что автобус до торгового центра уже подъехал. Девушка заходит в него и расплачивается. Свободных мест нет. Ну ничего, можно постоять. Маршрут не такой уж и долгий, так что через десять минут Харгроув стоит перед огромным зданием «Старкорт», откуда толпами выходят и заходят люди. Веснушчатая следует их примеру и заходит внутрь.        После двух часов ходьбы каждый устанет, по этому Макс всё же решает зайти в одно из многочисленных кафе, чтобы на последние оставшиеся деньги купить мороженого и остудиться. Скейтбордистка знает, куда идти, по этому уже через несколько минут видит знакомую надпись «Scoops Ahoy» и точно такое же знакомое выражение лица, которое говорит само за себя: «Моя работа дерьмо». Это заставляет улыбнуться Мейфилд, пока она подходит к кассе. — Привет, Робин. Можно пожалуйста вот это, вишнёвое?        Она показывает на тёмно-красное мороженное, в котором воткнута табличка с надписью «ВИШНЯ». — Тебе в рожке или так?        Бакли уже подходит к нужному контейнер с ложкой для мороженного и выжидающе смотрит на Харгроув. — Так.        Коротко отвечает Максин, наблюдая за тем, как страшная накладывает мороженное в стаканчик. — Как там с Одиннадцать? — Робин всё так же продолжает заполнять стаканчик. — Сильно нравится?        Такой внезапный вопрос заставляет вспыхнуть щёки патлатой алой краской. Вроде бы, о её чувствах к Хоппер знает только Уилл. Никто более об этом знает и знать не должен. Если Байкерс рассказал об этом Робин, то рыжая клянётся, чтобы убьёт его. — Откуда ты?..        Голубоглазой не даёт договорить Робин. — Это очевидно, — с усмешкой говорит страшная, протягивая стаканчик с вишнёвым мороженым. — Я видела, как ты на неё смотришь, — она тепло улыбается. — С тебя шесть долларов.        Макс краснеет ещё гуще и нервно поджимает губы, протягивая шесть баксов. «Неужели это настолько видно? — в мыслях девочки творится полная каша. — А что если?.. Нет. Оди не может об этом знать. Нет, нет, нет». — Ну так как? — Робин забирает купюры и убирает их в кассу.        Патлатая мнётся. — Да... Никак. — Сти-и-ив! — громко протягивает Бакли. — Подмени ненадолго, — проговаривает она, как только к ней выходит недовольный парень. — Почему я опя...        Шатен готов уже начать возмущаться, как его укрощает русая — Цыц, — страшная выходит из-за кассы и подходит к Харгроув. — Пойдём.        Роб увидит растерянную скейтбордистку к свободному столику, за который они садятся. Старшая лениво улыбается, опираясь рукой о щёку, и на секунду поднимает брови вверх. Этим жестом она говорит: «Ну давай, рассказывай». Макс откусывает мороженное, устанавливает зрительный контакт с девушкой, пытаясь понять её намерения. Расскажет, а что дальше? Та высмеет её? Назовёт ошибкой? Расскажет всё Джейн? Что бы то не было, веснушчатая, сомневаясь в своём решении, начинает рассказывать. — Я... То есть, мы с Оди просто подруги.        Мэйфилд чувствует себя полной идиоткой. Даже признаваться Уиллу, что она лесбиянка было менее неловко, чем сейчас. Её раскусили. как грецкий орешек. — Да ладно? — с наигранным удивлением вперемешку с сарказмом произносит Робин. Она понимает, что ничего так просто не добьётся от младшей, информацию придётся вытягивать. Значит, надо начинать с лёгких и простых вопросов, не так резких. То, может, Бакли и во все ошибается в своих догадках. — Она хотя бы тебе сильно нравится?        Мышцы на шее Максин дрогнули, очевидно, что она попыталась что-то сказать, но это не получилось. — Очень...        Младшую слабо трясёт, а в голове неприятно жжёт. Одно дело, когда ты сам в чём-то признаёшься, а другое, когда тебя читают, словно книгу. Рыжая ожидает того, что её сейчас заглумят, но лишь слышит, как Роб многозначно хмыкает, на несколько секунд отводя взгляд в сторону. — Как давно она тебе нравится? — русая заметила, что Харгроув нервничает, по этому решила как-то подбодрить девчонку. — Ты только не переживай. Ничего плохого в этом нет.        Макс робко кивает, чувствуя, как некая тяжесть падает с её плеч. Робин можно доверять. — Не помню точно... Я даже не поняла, как это произошло. В один момент я просто поняла, что по уши влюблена в неё. Рядом с ней мне сложно быть дерзкой, я просто... Я сильно хочу прикасаться к ней, защищать и оберегать её, быть рядом с ней. И когда она стала много времени проводить с Майком, я возненавидела его, — веснушчатая тихо добавила. — Как хорошо, что она порвала с ним.        Бакли непроизвольно заулыбалась, смотря на младшую. Было забавно и в то же время мило наблюдать за тем, как самоуверенная девчонка за считанные секунды становится мягкой и уязвимой. — И вправду хорошо, — всё так же спокойно отвечает старшая и подтверждает слова патлатой, дабы образовать доверие и взаимопонимание. — А ты собираешься рассказать ей о своих чувствах? — Нет. Она меня не поймёт. Оди слишком невинна для таких вещей. — Каких «Таких»?        Робин вопросительно поднимает бровь, выпрямляясь и скрещивая руки на груди. Её лицо становится серьёзным. — Ну, что девушка любит девушку... — А разве в этом есть что-то плохое? Это такая же любовь, как и между парнем и девушкой. Просто немного другая, — она начинает улыбаться, обнажая зубы. — Она прекрасна, — девушка делает паузу. — Поверь, на личном опыте говорю. Мне тоже нравится девушка.        Эти слова заставили несдержанно заулыбаться Макс. На душе вдруг стало так легко и спокойно. Они друг друга понимают и это прекрасно. — Ты только не повторяй моих ошибок. Иди к Одиннадцать и действуй, не дай снова этому Майку завоевать её внимание! — подбадривает Роб. — Вот прямо вставай и беги к ней, пока есть такая возможность. — Хорошо! — в глазах Мэйфилд загорается огонёк, она подскакивает с места. — Спасибо, Робин! — Да не за что.        Бакли откидывает на спинку стула и с довольной улыбкой наблюдает, как младшая убегает в сторону, даже забыв про стаканчик с мороженным. Всё пошло так, как она и планировала. Эта встреча произойдёт в ближайшие десять минут, если не раньше.

***

Робин стоит за кассой, накладывая уже, наверное, сотому клиенту мороженое в рожок. Скучная работа, но зато хоть какая-то прибыль. После последнего покупателя уже прошло минут десять, а других клиентов так и не подошло. Русая опирается о прилавок, рассматривая прохожих. Многих из них она уже встречала. Город не такой уж и большой, так что это и неудивительно. Девушка отходит от кассы и поворачивается к ней спиной. Голубоглазая поправляет табличку с ценами и протирает аппараты для напитков. Звон колокольчика заставляет её обернуться. Позади неё стоит Одиннадцать, которая безостановочно нажимает на колокольчик. Бакли подходит к кассе. — Какого мороженого желаешь? — Я не за этим, — нервно проговаривает Хоппер. — А зачем тогда? — Я не знаю у кого это спросить, ведь Макс мне так и не ответила на этот вопрос...        Русая вопросительно смотрит на шатенку, ожидая, пока та продолжит говорить. Оди, понимая, что от неё хотят, со вздохом спрашивает. — Может ли любить девушка любить другую девушку?       Такой вопрос со стороны Дины заставляет смутиться старшую. Она опускает брови к переносице. — Может, конечно. С чего такие вопросы? — Мне кажется, что я влюбилась в Макс, — открыто, без доли стеснения отвечает кареглазая. — Вот как... — Бакли делает паузу и пытается собраться с мыслями, пока её глаза ненадолго округляются. — Стив! Замени на пару минут, — она покидает кассу, а на её место становится парень, без лишних вопросов, но явно недовольный.        Роб отводит Хоппер в сторону и наклоняется к той, словно к маленькому ребёнку. — И ты в этом уверена? — А разве друзья хотят целовать друзей просто так?        Голубоглазая издаёт смешок. — Да, пожалуй, ты права, — русая делает вдох. — Ну а от меня ты что хочешь?        Элевен растерянно улыбается и смотрит на Робин. Тут уже понятно, что всё, что она хотела, узнала. — Понятно... Ну, так чего ты ждёшь? Давай, беги к своей любимой.        Этих слов было достаточно, чтобы Одиннадцать побежала в куда-то в толпу. Робин усмехнулась и вернулась за кассу. Но долго без работы ей быть не пришлось, буквально через минуту после ухода Дины она видит Максин, идущую в её сторону. </i>