Winds of Fate

«Три вещи нельзя скрыть: солнце, луну и истину».

Сиддхартха Гаутама (Будда)

Облачные Глубины. Ванцзи перевернулся на другой бок, с немым раздражением взглянув на часы. Солнце уже встало, а он так и не сумел закрыть глаза в эту ночь. Несмотря на выматывающие дни подготовки, тревога не давала ему спать. Сегодня все закончится… Приведя себя в порядок и переодевшись в костюм, Ванцзи взял меч и цинь. Наклонившись к чемодану детектива, он взял кинжал. Он все ещё надеялся, что после суда Баи Лэй признается, куда пропал Вэй Ин. Беспокойство за детектива сводило его с ума. Ванцзи давно уже примирился с собой. Его любовь всегда ускользала от него — неважно, сколько жизней он истратит. Нужны ли слова, когда ответ на незаданный вопрос Вэй Ин носил с собой все это время? Слова, высеченные на стали. Этот человек не принадлежал ему никогда, имел ли он право дать ревности отравить свое сердце? Когда он поймёт, что детектив в безопасности, проживает свою счастливую жизнь — он позволит себе погрузиться в эту тоску. Пряча чувства за маской отчужденности, Ванцзи направился в зал Собраний. На пути он никого не встретил, а недалеко от помещения притормозил, желая держаться в стороне от скопившейся там толпы. Со стороны тюрьмы шёл Баи Лэй — с двух сторон от него были адепта Ордена Цзян, охранявшие его последние два дня вместо Лань Шена и Чэн Ли. Бывший Глава Ордена шёл, гордо подняв голову и выпрямив плечи, даже кандалы не могли задеть его гордость и уверенность. Только Ванзци хотел шагнуть навстречу, как вдруг ощутил порыв тёплого ветра, ласково взъерошивший волосы. Он недоуменно посмотрел вверх, где над головой росло сливовое дерево. Откуда в эту пору взяться теплу? И под таким странным углом… — Ванцзи, все в порядке? — сбоку раздался голос Сичэня. Лань Чжань повернулся, с почтением поклонившись Главе Ордена. — Мгм. — … Лань Чжань едва уловимо нахмурился, не понимая, почему брат так странно смотрит на него. — Кхм. — Сичэнь неловко закашлялся. — Ванцзи, у тебя в волосах… Ванцзи достал цветок, несколько секунд недоуменно рассматривал лежащий на ладони бутон красного тюльпана. Лань Чжань вздохнул: кто-то в этом мире все ещё был достаточно смел, чтобы шутить над ним. Он спрятал цветок в рукаве и, не сказав брату ни слова, пошёл на суд. К этому моменту Баи Лэя уже успели отвести внутрь. Стоило двум бессмертным войти в зал, все притихли. Восхищение, благоговение и зависть — три эмоции, большего в их глазах Ванцзи никогда не встречал за последние столетия. За столько аеков эти заседания не сильно изменились. Всё те же столы, горячий чай, ароматы благовоний, успокаивающих разум и дух. Только люди за ними другие. Между кланами царил мир долгие годы, после падения Цишань Вэнь и надлома Ланлинь Цзинь страсти улеглись, в борьбе с последователями темного Пути они вновь объединились. И вот опять… И не было разницы, потомок их Ордена или же выходцы из мелких кланов — кровь омоет землю. Быть вдали от мирской суеты казалось единственным спасением. Но могли ли они не вмешиваться, зная, что захотев вернуться в родной дом — могут обнаружить лишь пепел и обугленные кости? «Поставив себе цель, заклинатель, вы найдёте путь, по которому вернёте утраченный смысл». Чёртов советник… Даже спустя столько времени его слова все ещё преследовали Ванцзи. Будто бы не этот человек в ту ночь сказал ему, что его цель — мир и покой в Империи, а на следующее же утро и след его в этой самой Империи простыл! Ванцзи пожалел, что здесь столько людей — иначе он непременно ударился бы головой об стол. Насколько жалким нужно быть, чтобы всерьёз раздражаться из-за слов давно почившего человека? — Ванцзи, — мягко позвал Сичэнь, обратив внимание ушедшего в глубокие раздумья брата на реальный мир. — Ты точно…. — Мгм, — коротко ответил Лань Чжань. Пока Главы Орденов Цин Хэ, Цзинь и Цзян, а так же Старейшины Ордена Лань, вернувшиеся из уединения ради суда, рассматривали новые доказательства против Баи Лэя, у них ещё оставалось время до начала допроса свидетелей. Суды все ещё являлись крайне муторным и утомительным делом. Баи Лэй стоял перед судьями на коленях, смиренно опустив голову, но не сгибая спину. Его внешний вид … Ванцзи чётко помнил, сколь изнеможенным был детектив, покинув камеру. Едва ли Баи Лэй претерпел лишения. Конечно, заклинателю проще переносить холод и голод, чем смертному. Для кого-то вроде него самого понадобилось бы посидеть в камере месяц, чтобы простыть. А Вэй Ин и до этого выглядел, будто его могло в один момент унести резким порывом ветра. В этот раз ощутив нарастающий гнев брата, Лань Сичэнь лишь устало прикрыл глаза. Ванцзи сегодня особенно немногословен. — Господин Баи Лэй! — громыхнул голос, полный едва сдерживаемой ярости. Ванцзи поднял взгляд, узнавая в заговорившем нынешнего Главу Ордена Цинхэ Не. — Глава Ордена Не, — с почтением поклонился Баи Лэй. — Признаете ли вы вину за отнятые жизни моих адептов и жизни подчинённых Ордену кланов? — Нет, — качнул головой Баи Лэй. Что ж, если господин Не желал напугать выходца их Ордена Лань своей пугающей мощью голоса, его план с треском провалился. — В твоей библиотеке нашли сведения о Темном Пути заклинательства! По рядам прошлись шепотки. «Тёмный путь?» «Разве можно использовать тёмную энергию?» «Никогда не слышал ни о чем подобном». «Кто бы не додумался до такого извращения, вероятно, был не в себе!» — Наша Библиотека весьма обширна, Глава Ордена Не. В ней хранятся тайные знания ушедших веков, — без надменности, просто констатировал факт Баи Лэй и обратил свой взгляд на Цзэу Цзюня. — Глава Ордена, разве вы с Хань Гуан Цзюнем, слышите об этом впервые? — Не впервые, — спокойно ответил Лань Сичэнь. — Мы были свидетелями зарождения и падения Тёмного Пути. По залу прокатилась волна новых шепотков, но уже гораздо тише. В конце концов, никто не смел всерьёз воспринимать направленные против бессмертных слова. — А сбор духовной энергии? Разве не использовал ты запертые техники своего Ордена? — продолжал упорствовать Глава Нэ. — И после этого хочешь заявить, что какой-то приезжий мальчишка мог получить доступ к ним? — Но разве этот мальчишка, как вы выразились, не спутник на тропе самосовершенствования Хань Гуан Цзюня? Ванцзи посмотрел на брата нечитаемым взглядом, безмолвно напоминая, кому принадлежала эта глупая идея с самого начала! — Он обычный смертный! — возразил, неожиданно Глава Ордена Цзян. — Как он может быть спутником жизни заклинателя подобного Хань Гуан Цзюню? Лань Чжань хранил молчания, ощущая на себе взгляды присутствующих, и просто смотрел вперёд, мысленно считая число голов лютых мертвецов, которые мог срубать в этот момент вместо присутствия на этом суде! Баи Лэй на вопрос Ордена Цзян лишь пожал плечами. — Бессмертные сами так представили его. Верно? Всё взоры вернулись обратно. Ванцзи не оставалось ничего, кроме как кивнуть. Врать он не стал бы. Это были их слова. И они подтверждали эту легенду, проживая в цзинши вдвоём на протяжении всего времени, проведённого ими в Облачных Глубинах. Ситуацию разрешил Саньду Шэньшоу. — Верно, спутник Хань Гуан Цзюня представился Мо Сюань Юем по нашей просьбе. За эту ложь я прошу прощения, — Цзян Чэн поклонился собравшимся, едва не скрипя зубами от досады. — Я конце концов, этот человек привык скрывать свое истинное имя в мире. И вы, уважаемые заклинатели, уже получили документы, подтверждающие это. По залу пронёсся шёпот. Заговорила целительница Ордена Цзинь. — Но разве тот человек с вами… Не был Мо Сюань Юем? Ванцзи посмотрел на женщину, вспомнив, что именно она встретила их при осмотре тел погибших членов клана Мо. — Когда вы в последний раз видели господина Мо? — спросил он прямо. Женщина побледнела под его взглядом. — Ему не было и десяти лет. После лишь слухи доходили. Ванцзи просто кивнул, не видя надобности вдаваться в дальнейшие объяснения. И так ясно, целительница не могла признать господина Мо, видев его ещё в детском возрасте. — Но кем же тогда был этот поддельный Мо Сюань Юй? Зачем ему скрывать имя? — вступился неожиданно Глава Не. Всё же… Ванцзи нахмурился. Они не стали показывать паспорт Юншена, решив все же не открывать его личность. Достаточно было и того, что человек, которого эти люди видели идущим в темницу точно не выглядел как Мо Сюань Юй. — Юншен Грин, — произнёс Цзян Чэн, морщась при этом как от зубной боли. Ванцзи вздохнул. Видимо, Цзян Чэн решил в этот раз принять удар гнева детектива на себя. Пусть тот и сам оставил им эту подсказку, но все же. Хотел ли он, чтобы её использовали? В то же время все заклинатели застыли как громом поражённые. «Тот самый?» «Грин… Что-то такое знакомое». «Ты что, не знаешь создателя новой серии…» «Верно, Юншен Грин. В самом деле, никто никогда не видел его фото или чего-то подобного». — Если даже целительница из Ордена Цзинь, не знает, как должен выглядеть господин Мо, как я должен был узнать его спустя столько лет? — задал вопрос Баи Лэй. — Я не обладаю гениальной памятью на лица. А в год наш Орден принимает далеко не один десяток приглашённых учеников. — В ваших словах есть разумное зерно, господин Лань. Но как же вы могли столь упорно обвинять человека, которого даже в лицо не знаете? — издевательски протянул Цзян Чэн, сверху вниз взирая на коленопреклонённого господина. — Но разве вы сказали хоть слово против, когда я приказал бросить господина Мо в темницу? В самом ли деле господин Мо решил одурачить вас в последний момент, представившись именем прославленного господина Грина? На это было на самом деле трудно ответить. — Возможно, зная о методе, вы заподозрили Орден Лань? А господина Мо решили представить спутником Хань Гуан Цзюня, поскольку тот помогал вам в расследовании, параллельно запутывая следы? — Документы, — напомнил Цзян Чэн. — Можно подделать, — безразлично ответил Баи Лэй. Ванцзи устало прикрыл глаза — в какой момент это все превратилось в подобный бардак? И почему у этого потомка столь хорошо подвешен язык? Он перекручивал факты с такой лёгкостью, что впору аплодировать стоя. — Прискорбно, что господин Мо сбежал, верно? — Неправда, — бросил Ванцзи, и Цзян Чэн подхватил. — Вы забрали нефритовый жетон господина Грина. Он не мог покинуть территорию без него. Как не мог и пройти мимо стражи незамеченным. Если, конечно, адепты вашего Ордена не предавались в это время… Цзян Чэн оборвал себя на полуслове, метнув один короткий, но красноречивый взгляд на Лань Сичэня. — С вопросами праведности адептов Ордена Лань я разберусь после, старший господин Цзян, — почтительно поклонился Цзэу Цзюнь и в тот же миг снял заклятие молчания с Цзян Чэна. Тот ограничился кивком, не став и дальше развивать тему. — Если господин не мог покинуть территорию, то где он сейчас? Вопрос пришёл от незнакомого Ванцзи заклинателя. Он пообещал выяснить его имя позже. Наконец он мог добиться ответа, ради которого и терпел весь этот бедлам! — Откуда же мне знать? Глава Ордена Лань, разве не вы должны были лучше присматривать за ним? - скрыть очевидное ехидство и насмешку в голосе Баи Лэй даже не попытался. — Всё это лишь слова, — поднялся один из Старейшин Гу Су. — Связь с портовой мафией, наркотики, алкоголь, бесчинство и разврат. Господин Баи Лэй, лишь за это Орден должен избить вас до смерти. К тому же вы втянули в это юных адептов. Станете ли вы отрицать это? Говоривший Старейшина на вид на самом деле был не слишком старым. Ванцзи не дал бы ему и тридцати пяти. — Свои грехи отрицать не стану. Но разве можно ли принудить другого? — Принудить нет. Подать дурной пример — да, — ответил Старейшина. Для Ордена Лань подать пример — равно взятию на себя полной ответственности за действия твоих подчинённых. — Старейшина Лю, сегодня мы рассматриваем другое дело, — мягко напомнил Цзэу Цзюнь, пытаясь вернуть младшим немного рассудка. Вот почему, Ванцзи избегал Совета Орденов и Кланов с тех пор, как смог самостоятельно ходить на Ночную Охоту и давать отпор брату в некоторых вопросах личного пространства и обязанностей. Лишь однажды, в течение трех лет, он исправно посещал все собрания. Только потому, что надеялся увидеть среди присутствующих знакомую копну волос, скрепленную красной лентой. — Сваливать вину на пропавшего весьма выгодно, господин Баи Лэй, — обратился к заклинателю Ванцзи, поднимаясь со своего места и направившись прямо к Баи Лэю. — Скажите же нам, где господин Грин? Баи Лэй поднял хищный взгляд на него. И ответ, который Ванцзи читал в глубине этих глаз, ему абсолютно не нравился. Он положил руку на меч в очевидной угрозе. — Хань Гуан Цзюнь, а вы и в правду привязались к этому смертному Мо, верно? — мужчина склонил голову к плечу, будто бы совершенно не боясь его гнева. — Но я не… Голос Баи Лэя прервал звук разбившийся пиалы. Человек, все это время сидевший в дальней части зала, поднялся. Его присутствие… Ванцзи был уверен, что до того, как он поднялся, в той части зала никого не было. — Прошу простить, — тихий голос, подобный дуновению ветра над цветочной долиной, прошелестел в зале. Ванцзи подавил желание пойти навстречу, лишь недоверчиво смотрел на стройного мужчину в чёрном костюме с красным гольфом под горло. Бледная кожа почти что светилась, серые глаза были будто подернуты незримой вуалью изнеможенности, а в уголках губ залегла горечь. И пока Ванцзи не отпускало чувство, что человек перед ним распадается на части от дуновения ветра, остальные видели лишь прямую спину, гордо вздернутый подбородок, а усталый взгляд принимали за надменность. — Т-ты? — голос Баи Лэя дрогнул. — Как ты ещё… — Господин Баи Лэй! — голос Вэй Ина прозвучал твёрдо, но это была не сталь. Трескающийся лёд. — Что, по вашему, со мной должно было случиться? Не поделитесь?