Святая невинность

***

Это был первый день, когда Майкл перестал жалеть о том, что переехал в Сентфор. Не жалел по-настоящему. Успехи в футбольной команде, нормальные отношения с учителями и одноклассниками, более менее нормальная учёба. Всё это даже рядом не стояло с тем, что он испытывал сейчас. Впервые, он не проклинал весь белый свет за то, что не может уснуть. Нет, наоборот. Ещё никогда он не был этому так рад. Почему? Потому что сейчас он мог наблюдать за самым красивым, что ему доводилось видеть в своей жизни. За Сарой. Мог ли он подумать ещё вчера, когда бежал на физику, что уже следующий рассвет он будет встречать не в своей комнате? Точно не мог. Тем не менее сейчас на его груди мирно посапывает ангел. Волосы её постоянно выбиваются из хвоста и падают на лоб и глаза, а он счастлив, что у него есть лишний повод до неё дотронуться. Убирает их за ухо, каждый раз поражаясь тому, насколько они мягкие. Точно не волосы, а… снежинки. Давно ты стал таким романтиком, парень? Снежинки. Чёртовы снежинки. Как те, что сыпались, когда ты лез к ней в окно. Раньше любил только лето, а теперь будешь радоваться снегу, потому что будешь думать о ней. А первый день зимы теперь будешь считать праздником, потому что именно первого декабря понял, что влюбился. Так сразу? Влюбился? Серьёзно? Откуда тебе знать, ты не влюблялся раньше. А что это, если не любовь? Когда в один момент, посреди ночи, пока весь город спит, выскакиваешь из тёплой постели, бежишь сломя голову к ней, а потом ещё полчаса не можешь решиться постучать в окно, потому что уверен, что она уже спит. Но всё-таки решаешься, потому что если не увидишь её, в Землю непременно врежется какой-нибудь метеорит, и другого шанса просто не будет. Когда несешь какую-то чушь о хорошей погоде, а у самого нос от холода сейчас отвалится. Когда в глубине души радуешься, что она не выходит к тебе, потому что на улице пиздец как холодно, и она может простыть. Когда совсем едешь кукушкой и лезешь к ней в окно, сам не понимая зачем. Когда сердце уходит в пятки только от того, что дотрагиваешься до её кожи. Когда её глаза кажутся самым драгоценным в мире сокровищем. Когда целуешь её, так робко, так осторожно, точно она сейчас растает от твоего горячего дыхания. Когда ты самый счастливый человек во вселенной, потому что она начинает отвечать на твой поцелуй. Когда обнимаешь её за талию, а она вздрагивает из-за того, что твои руки гладят её по спине. Когда не можешь попросту оторваться от её губ, потому что они самое вкусное, что только может быть. Когда она засыпает на твоей груди, несмотря на то, что твоё сердце стучит громче, чем звенит будильник. Когда слушаешь её дыхание. Когда вздрагиваешь из-за того, что она во сне двигает пальцами, которые лежат у тебя на животе. Когда всю ночь с жадностью наблюдаешь за её подрагивающими ресницами. Когда самой заветной мечтой становится возможность увидеть, как она проснётся. А второй самой заветной — чтобы она не просыпалась и этот момент длился вечно. Когда весь мир просто исчезает и остаётся только маленькая, хрупкая, нежная, до ужаса красивая девочка. Что это, если не любовь? Ещё совсем темно, но тишину разрывает громкий звон будильника. Майкл резко накрывает его своей рукой, потому что это чудовище смеет нарушить её сон. Но поздно. Она открывает глаза, немного щурясь, а потом открывает их так широко, насколько это возможно. — Майкл? Её голос с утра немного подсевший, чуть ниже, чем обычно, звучит, как восьмое чудо света. — Доброе утро, Сара. Она удивлена, но не может сдержать улыбки. Люди, которые только что проснулись, слабо контролируют эмоции. — Ты что спал здесь? Смущается, приподнимаясь с его груди, но Майкл пользуется моментом, подтягивая её чуть выше, чтобы поцеловать. Едва касается её губ, а она сразу подаётся навстречу. В ней борется мысль о том, что всё это не правильно и желание быть ближе к нему. Второе побеждает. Разве может неправильным быть то, от чего внутри всё точно расцветает, будто вместо внутренних органов у тебя май. Ты ничего не понимаешь, ни о чём не хочешь думать, кроме него. Чувство, что не существует ничего, кроме его невероятно красивых глаз. Чтобы она сейчас ответила Кэнди? Что Майкл — самый красивый человек на Земле. Но дело всё ещё не во внешности. Сара замечает её только сейчас, когда чувствует, что он достоин этой самой внешней оболочки. Внутренняя красота соответствует внешней. И Сара чувствует этот баланс. Чувствует, как её душа тянется к нему, точно хочет слиться воедино и никогда не разъединяться. Что это? Родство душ? Весь старый мир рушится, когда он углубляет поцелуй, а Сара охотно отвечает ему, впускает его язык в свой рот, касается, теряет голову, совершенно не в силах отстраниться. Какое-то совершенно новое, ранее не испытанное чувство щекочет внутри. — Я не спал. Не мог уснуть. — Почему не ушёл? Взгляд глаза в глаза. Почему-то этот момент настолько интимный, что на смущение чувств даже не остаётся. Всё сосредоточено на другом — запредельной близости. Слова уходят на второй план, только взгляд и дрожащие дыхание, сплетащееся, перерастающее в новый поцелуй. — Сара, ты проснулась? Майкл машинально схватывает Сару, потому что та, едва не падает с кровати, от его голоса. В глазах сумасшедший страх. — Д-да, пап. — Ты в порядке? Что с голосом? Ты не заболела? Я войду? — Секунду, пап. Она вскакивает и тянет Майкла с кровати, лихорадочно ища в комнате его куртку и ботинки, а потом кивает на окно. Майкл усмехается. Сара бросается к двери и заметив, что Майкла в комнате уже нет, открывает дверь. — Доброе утро, пап. Я просто замерзла. Вот надевала халат. — Я думал ты проспала. — Нет-нет. Всё в порядке. Я сейчас спущусь и приготовлю завтрак. — Не беспокойся, дорогая. Я приготовил сам. Приходи, подожду тебя. Сара закрывает за отцом дверь, опуская голову в ладони. Она только что снова ему соврала. Это уже начинает входить в норму. Её резко хватают за плечи и прижимают спиной к горячему телу. — Как… что? Майкл! Ты же ушёл. — Я просто стоял за шкафом. — С ума сошёл? А если бы мой отец тебя увидел? — Я не могу уйти, потому что ты меня не поцеловала на прощание. — Это было очень глупо. — Знаю. Я думал, ты уже поняла, что я не самый умный человек. — Мне надо идти… Майкл коснулся губами щеки Сары, после чего развернул её к себе, запуская пальцы в светлые волосы, взгляд зелёных глаз опустился на губы девушки. Он прошептал, приблизившись к ним своими: — Мне нужно спрашивать тебя теперь каждый раз, если я захочу тебя поцеловать? Сара улыбнулась и покачала головой, Майкл сразу же накрыл её губы своими, прижимая девушку к себе. Руки Сары сами собой потянулись к его шее. Кажется, только сейчас они ощутили разницу в росте, потому что Саре пришлось стоять на цыпочках, а Майклу согнутся в три погибели. Она медленно отстранилась. — Увидимся в школе.

***

Как вообще слушать про дурацкие логарифмы, когда единственное, что хочется слышать, это её голос? Интересно, она любит петь? Она наверняка прекрасно поёт. Майкл даже подумать не мог, что будет так сложно сидеть в одном помещении без возможности коснуться. Хотя бы просто пальцем, хотя бы незаметно для всех. Просто почувствовать. Хотя бы на секунду. Но всё что он мог это просто буравить взглядом спину Сары, надеясь, что она обернётся, как тогда, в церкви, но она упорно смотрела то на доску, то в тетрадь. Никогда ещё Сара не чувствовала себя такой рассеяной на уроке. Все силы уходили на то, чтобы не развернуться на сто восемьдесят градусов и не посмотреть на Майкла. Приходилось по десять раз перечитывать то, что написано на доске, и по пять раз пересчитывать элементарные вычисления в тетради. Как вообще можно сидеть на уроках, если хочется бегать по школе и кричать от счастья. А лучше целоваться. Не смотри на Майкла, Сара, не смей вертеться. Повернулась и тут же покраснела, потому что он улыбнулся. Не мог не улыбнуться, потому что весь урок ждал этого момента. Майклу хотелось убить Кэнди Нельсон, которая крутилась возле Сары всю перемену. Открутить её кудрявую болтливую голову. — Эй, Мэтт? — Чего тебе, Тёрнер? — У меня сегодня прекрасное настроение и подумал вернуть тебе твою парту. — С чего это такая щедрость? — Ты сейчас договоришься. Проваливай назад. Хилый паренёк ростом на голову ниже Майкла закинул сумку на плечо и ушёл на свою любимую заднюю парту, отправляя Тёрнеру уничтожающий взгляд. Больше он был не способен ни на какой вид агрессии. Майкл опустился на стул. Вот она. Стоит только протянуть руку. Но она сидит к нему спиной, потому что кудрявая ей что-то втирает, подпиливая ногти. Они трещат все перемены, и сегодня свой целью Кэнди выбрала Сару. Сара пыталась понять о чём говорит Кэнди, но думала только о том, что Майкл сейчас в метре от неё. Прямо за спиной. Она вздрогнула, когда почувствовала его руки на своей, которая лежала под партой. Секундное касание. Майкл вынырнул из-под парты Сары, с совершенно невидным видом отвечая на вопрос в глазах Кэнди. — Ручка упала. Сара сжала руку и почувствовала, что там маленький листок, она улыбнулась и отправила его в карман. И развернула уже после звонка.

***

— О’Нил, ты куда как торопишься? — Извини, Кэн, я совсем забыла, что мне нужно в библиотеку. — Я с тобой. — Кэнди, я там собираюсь всю большую перемену просидеть. Очень важное дело. — А обед? — Я не голодная. Встретимся на химии. Сара сжимала в кармане записку, в которой быстрым почерком было написано: На большой перемене в кабинете астрономии. Она не шла, казалось, что она обрела крылья и летит к старому заброшенному классу. Майкл же ушёл сразу по звонку, поэтому уже ждал её там. Когда Сара подходила к двери сердце застучало с бешеной скоростью. Что она творит? Ей ведь и правда нужно в библиотеку. Но она почему-то здесь. Из-за двери высунулась рука, которая поймала её и затянула в кабинет. Девушка тут же оказалась в объятиях. Таких желанных, что от удовольствия прикрылись глаза. На губах тут же почувствовался напор губ Майкла. — Сара, я так соскучился. Скажи, что ты тоже скучала, или я решу, что у меня крыша едет. Сара провела рукой по гладко выбритой щеке Майкла. — Я тоже скучала… Ты побрился? — Ну, я сегодня встал рано, как никогда. Сара покраснела, вспоминая утро. — Ты такая красивая… Может, я сплю? Сара закусила губу. У Майкла кровь прилила ко всему, к чему только можно было. Как она умудрялась сводить его с ума одним не осторожным жестом, при этом оставаясь самым невинным человеком. Она погладила парня по щеке, а потом слегка ущипнула за нос. — Ай! — Не спишь? — Не сплю. Ты такая жестокая. Чуть мне нос не оторвала. Сара засмеялась, а Майкл растянулся в улыбке, наблюдая за ней. Сара чмокнула его в нос и хотела отстраниться, но парень прижал её к себе, впиваясь в её губы. Если было бы возможно целоваться так до самого конца света, они бы никогда не вышли из этого кабинета. Но прозвенел злосчастный звонок на урок. — Иди первая. Мистер Вуд привык, что я опаздываю. Он уже даже не злится. Сара ещё раз быстро поцеловала Майкла в губы, и ему пришлось выпустить её из своих рук, тяжело вздыхая. Сара поправила волосы и выбежала из класса астрономии. Майкл пришёл на химию через десять минут, за меньшее время ему не удалось согнать возбуждение и привести мысли в порядок. Ну или в что-то более менее не похожее на полный хаус.

***

— Я провожу тебя? — У меня дополнительные. — Точно. Ещё не всех превратила в умников? — К сожалению, не все такие способные ученики как ты. — Жаль. Тогда я пойду с тобой. — У тебя разве есть проблемы по учёбе? — Пока нет, но скоро будут. — Почему? — Я сегодня за целый день ни слова не запомнил, потому что думал только о тебе. — В таком случае мне самой скоро будут нужны дополнительные занятия. Майкл потянул Сару за угол коридора, кутая её в свои объятия. — Майкл, перестань, кто-то может увидеть. — Мне всё равно, Сара. — Пожалуйста… Мне не всё равно. — Почему? — Я… я не хочу, чтобы кто-то рассказал моему отцу. — Почему ты так боишься его? — Майкл, я не боюсь. Это сложно. Никогда не было сложно, но сейчас стало. Понимаешь, я не хочу его разочаровывать. Он всегда воспитывал меня не так… Боже. Не могу объяснить. Он просто не поймёт. — Не поймёт, что тебе кто-то нравится? — Может и поймёт, но он скажет, чтобы я забыла об этом… Он всегда говорит, что я должна уделять больше времени учёбе и всё такое… Скажет, что это не серьёзно, что мы ещё слишком молоды. Понимаешь? — Если для тебя так важно его мнение… Ладно. Но я всё равно тебя провожу. — Но… — Не до самого дома, Сара. Как тогда. — Но у меня дополнительные. — Я пойду пока поплаваю. Тренер разрешил мне приходить в любое время. — Хорошо. — Беги спасай этих тупиц. — Майкл! — Я был на их месте, Сара. Все мы тупицы. Сара поднимается на носочки и целует его в губы. Сама. В коридоре. С ума сойдёшь.

***

Сара терпеть не могла бассейн. Мало что в мире вызывало у нее негативные эмоции, но он был в числе этих вещей. Во-первых, это антисанитария в чистом виде, несмотря на всю хлорку и уборку, во-вторых, ужасно пахнет той же хлоркой, в-третьих никто в бассейне на уроках не соблюдает правил безопасности… Неважно, Майкл обещал проводить её. Она освободилась чуть раньше чем должна была и решила зайти за ним сама. Свет в бассейне горел тускло, запах хлора резко ударил в нос, отчего сразу же заболела голова. Там не было ни единого человека. Сара решила пройтись вдоль бассейна, чтобы убедиться, что Майкла нет. Она подошла к воде. Та была темной из-за недостатка света. — Ищешь кого-то? Сара настолько погрузилась в свои мысли, что громкий голос заставил её вздрогнуть, отчего она полетела в воду. Сара хлебнула воды, сердце забилось бешено, её охватила паника. — Майкл… Помо… В-четвёртых, Сара О’Нил не умела плавать. Она уже увидела как тусклый свет светит ещё слабее — над головой сомкнулась вода, когда её подхватили и подняли из-под воды. — Боже, Сара, прости, какой я идиот, я тебя напугал? Сара обхватила Майкла руками за шею, хватаясь за него, ведь он был для нее спасательным кругом. — Спасибо, я совсем не умею плавать. — Ты и целоваться не умела. — Майкл, помоги пожалуйста добраться до лестницы. — Не бойся, ты не утонешь. Я же с тобой. Холодно? — Нет. — Честно? — Честно, а что? — Хочешь, я тебя покатаю? — В каком смысле? — Когда я не умел плавать, отец плавал, а я держался за его шею. Цепляйся. — Я боюсь. — Доверься мне. Майкл проплыл круг по бассейну с Сарой на спине. — Понравилось? — Да. Это здорово. — Давай я научу тебя плавать? — Прямо сейчас? — Нет, в другой раз. Майкл подхватил Сару под колени, наклонился над ней и поцеловал. — Сара? — Мм? — Я хочу сказать кое-что. Возможно, это напугает тебя. Или ты решишь, что я ненормальный… Но я просто не могу не сказать. Я тебя обманул вчера. На лице Сары выразилось непонимание. Она пыталась лихорадочно вспомнить всё, что Майкл вчера говорил ей. — Я не понимаю… — Я сказал, что ты мне нравишься… Со мной никогда такого... чёрт. Я хочу сказать, что влюбился в тебя… Не молчи. Просто скажи, что я ненормальный. — Ты абсолютно точно не нормальный, Майкл… Но… В таком случае, мы оба ненормальные.