Часть 1. Рискни
1 апреля 2020 г., 01:05
— О чем только думал этот французский идиот! — закричал Джотаро, входя в номер, — Как можно было уйти одному! Это ведь опасно! Эгоист!
— Все наладится, — в своей спокойной манере ответил Какёин, — не поднимай кипиш.
Парни прошли к большой двуспальной кровати и моментально рухнули на нее. Небольшая гостиница в Индии смогла предложить им только такие номера, а искать другую ни у кого не было ни желания, ни сил.
— Полнареффу бы понравились такие условия, — выдохнул Куджо и натянул фуражку.
Товарищ лишь кивнул. Они оба очень беспокоились за Жан-Пьера, но особого вида не подавали, в особенности брюнет. Их путь был еще долгим и каждый хотел элементарно отдохнуть, помыться и поспать, поэтому Какёин пошел в душ, предупредив друга.
Щелкнув замком, парень кинул свои вещи и включил прохладную воду. Ему надо было успокоиться после поезда и корабля, и всего остального, что там произошло. Сначала в купе он упал на Джотаро, разлив воду на брюки юноши, потом его прижали к Куджо, когда те пересаживались на корабль, а в каюте и вовсе случайно увидел брюнета без одежды.
— Черт, — тихо процедил парень, когда стянул с себя одежду, — хоть бы Джоджо не знал.
Какёин не понимал, что с ним происходит и почему у него такая реакция на друга. А может не совсем друга?
— Эй, — в дверь постучал Куджо, — ты скоро? Я с такими темпами все сигареты скурю.
«Господи, почему ты так не вовремя»
— Да, извини, — крикнул Какёин, не переставая сжимать рукой набухший член.
«Как же это стыдно, зачем я это все делаю»
Парень вновь прикрыл глаза, вспоминая все те случаи в поезде и на корабле. Вспоминая Джотаро.
***
— И все же, тут вкусно, — подытожил Джозеф, — ты был прав, Абдул. — А я вам что говорил, мистер Джостар, — усмехнулся мужчина. Ужин проходил в напряжении. Все надеялись, что Полнарефф вернется и приземлится на свободный стул, а после начнет заигрывать с девушками и рассказывать истории. Но к концу трапезы этого так и не произошло. — Я спать, — сказал Джотаро, выходя изо стола. — Я тоже пойду, — спохватился Какёин и, пожелав товарищам спокойной ночи, ушел вслед за Куджо. Они не проронили ни слова до самого номера. Даже в комнате парни не были многословны. Джоджо ушел курить, а Нориаки переодеваться, после чего нырнул в постель и погасил свет. — Ну и ну, — сказал Джотаро, когда услышал щелчок выключателя. Он, как и Какёин, не мог забыть произошедшее. Казалось бы — случайность. Однако оба так не считали. Докурив сигарету, парень «втоптал» ее в перила и кинул с балкона. Ему тоже не мешало бы поспать. Закрыв балкон, фуражка сразу же упала на прикроватный столик вместе с гакураном, громко звеня цепью, а следом полетели брюки и футболка. Было слишком душно, чтобы спать в одежде, или Куджо казалось? Устроившись в кровати, Джотаро отвернулся от друга и попытался заснуть, однако у него не получалось. Хотя, возможно бы и получилось, если бы Какёин не обнял Джоджо и не прижался к нему. «Какого хера ты творишь?» От такой близости брюнету стало не по себе. Он, вроде, и хотел оттолкнуть парня, но не мог этого сделать. Ему, на удивление, были слишком приятны эти объятия, от чего только ближе пододвинулся к Нориаки. «Да и черт с тобой, Какёин» И спустя мгновение провалился в сон, прижимая к себе руку юноши, переплетаясь пальцами.***
— Будь осторожен, — тихо сказал Нориаки, обнимая товарища. — Ты тоже, — ответил Джотаро, еще крепче обнимая парня, — я уже не представляю жизнь без тебя.***
— Ты только держись… — Какёин, пожалуйста…***
Прошло полгода с возвращения команды домой. К счастью, все остались живы. Джотаро и Какёину пришлось остаться на второй год, что не могло не радовать женский пол. Они постоянно выяснили кто же лучше и красивее: грубый брюнет или вежливый обладатель фиолетовых глаз. Но никто не догадывался, что между этими двумя происходит. Точнее, что происходит у Нориаки, ведь Джотаро уже не придавал значения всему произошедшему между ними и пытался забыть. Правда, Какёин устал терзать себя и старался переключиться на одноклассницу, что, впрочем, получалось паршиво. — Куда сегодня? — спросил Джоджо, подходя к другу. — У меня дела, извини, — затараторил Нориаки, — вечером может свидимся? Брюнет лишь кивнул и удалился в сторону своего дома. Что за херня? Они каждый день после школы проводили вместе допоздна, порой ночевали вместе, мерились стендами, вспоминали путешествие, травили байки, а тут раз и «у меня дела»! Да у них даже свои зубные щетки были в обоих домах! Джотаро нервно достал сигарету и дрожащими руками поджег ее. Что-то здесь нечисто. — Джоджо! — крикнула Холли, когда увидела сына дома, — Я так соскучилась! А почему ты без Какёина? — Отстань, я спать, — процедил парень и направился в свою комнату. — Скоро дедушка приедет, — сказала женщина, — и ваши друзья. Куджо ничего не ответил. Ему сейчас было не до деда и остальных. Его волновало поведение друга.***
Нориаки ждал подругу в сквере уже полчаса, прежде чем услышал ее звонкий голос. Он не мог назвать это свиданием, просто встреча для отвлечения от мыслей о Джотаро. — Какёин! — девушка подбежала к нему и обняла, зарываясь в его гакуране, — Я не верю что ты согласился пойти со мной на свидание! — Мы просто немного погуляем, у меня много дел, — спокойно ответил парень, но в душе он понимал, что хочет объятия от другого человека. Услышав очередной писк девицы, юноша поморщился. Их прогулка действительно не была долгой, потому что девушка увидела подругу и помчалась к ней, на прощание поцеловала парня в щеку, заставляя его морщиться раз в пятнадцатый за их встречу. Какёин же быстро направился к дому Куджо. Ему было безумно стыдно перед другом за содеянное, но каждый раз умирать от отсутствия взаимности он устал. Хоть они и проводили вместе каждый день, ему хотелось того тепла, которое Джотаро дать ему не мог. К сожалению, уже не мог. «Зачем я вообще тогда поехал в Египет с родителями» «Не знал бы сейчас ДжоДжо, жил бы спокойно, нашел бы девушку» «Наверное бы нашел» Заходя за поворот, Какёин увидел вдалеке друга, выкидывавшего окурок и закуривая вновь. «Я знаю идеальную замену этим чертовым сигаретам, если тебе нечем занять рот, Джотаро» — Привет, — поздоровался брюнет, когда Нориаки подошел к нему, — дед с Полнареффом, Абдулом и Игги прилетели. — Ого, — удивился красноволосый, — вроде недавно разошлись, а тут… — Ладно, — Куджо затушил сигарету, — пойдем к ним, они заждались уже. Подойдя к кухне можно было услышать очередную историю Жан-Пьера и его крики на Игги, что рассмешило Какёина. — Добрый вечер, — сказал он, когда подошел к ним. — Какёин! Рад тебя видеть! — вскрикнул Джозеф, — Присаживайся!***
Вечер проходил спокойно. Они наконец-то могли просто побеседовать и отдохнуть вместе, что безумно радовало каждого. Однако, чем дольше они сидели, тем меньше их оставалось. Джозеф и Абдул давно ушли, а самым стойким из команды прибывших оказался Жан-Пьер. Игги же лежал у него на коленях и спал. Время близилось к полуночи, но француз не умолкал, попивая привезенное с собой виски. — Ну что, нашли себе девчонок? — спросил, уже пьяный, Полнарефф. — Ну и ну, ты не меняешься, — сказал Джотаро, натягивая козырек фуражки дабы спрятать ухмылку. — Есть одна на примете, — улыбнулся Какёин, — гуляли сегодня. — Comme c'est mignon!* Расскажи про нее! — взбодрился француз. — Да с класса одна, нечего рассказывать, — засмеялся юноша. Что-то ёкнуло в сердце Джотаро. Скорее, оно даже пропустило удар. «Есть одна на примете, гуляли сегодня» отдавалось эхом в голове парня. «Так вот какие дела у тебя были, сукин сын» Куджо не слышал их дальнейший разговор. В ушах звенело, сердце бешено колотилось. Это что, ревность? — Я спать, — юноша резко встал изо стола и направился в свою комнату, оставляя Полнареффа и Какёина наедине. «Твою мать!» Джотаро ударил кулаком в шкаф, а появившийся Star Platinum только доказывал всю злость парня. Или ревность. Он сам не понимал что с ним происходит. Сердце бешено колотилось, на лбу выступил пот. Недолго думая, парень взял из шкафа начатую бутылку саке и направился в ванную, где сел на кафель и без раздумий залпом выпил треть содержимого. Алкоголь обжигал горло, но Куджо даже глазом не повел. Парень почти смог себя убедить, что у не было никаких чувств, кроме дружеских, к любителю вишни, но все-таки зря пытался себя обмануть. И сейчас он это понимал. — С тобой все нормально? — за дверью послышался голос Какёина. — Да, я сейчас буду, твоя пижама где обычно, — сухо ответил брюнет, вновь делая глоток, после чего вышел из ванной. На самом деле, лучше бы он этого не делал. Открыв дверь он сразу же увидел полуголого Нориаки и вспомнил ту ночь в Индии. — Джотаро, что ты делаешь? — прошептал Какёин, когда расстояние между их лицами сократилось до возможного минимума. Куджо прижал юношу к кровати, не давая пошевельнуться. Он внимательно смотрел в фиолетовые глаза, медленно опуская взгляд к манящим вишневым губам. — Будто ты не понимаешь, — тихо сказал темноволосый, после чего их уста слились в поцелуе. — Какёин, — процедил Джоджо, — ты не мог подождать? — Что такого, ты часто видел меня полуголого, да и голого тоже, — произнес красноволосый, потирая переносицу, а после его взгляд упал на почти закончившуюся бутылку алкоголя, — и зачем ты пил? — Ты надо мной издеваешься? — грубо спросил Куджо, подходя к другу. Уперевшись в стену, Нориаки попытался ускользнуть от столь долгожданной близости, но брюнет успел поставить руку. Теперь любителю вишни было некуда деться: слева шкаф, сзади стена, справа рука Джотаро. Оставалось только ждать речи товарища и стараться не выдать всех своих эмоций. — Мы ведь договорились забыть все, — закрыв глаза, прошептал красноголовый, когда чужая рука легла ему на талию, — Джоджо, не надо, что ты делаешь? Брюнет не слушал его, только рассматривал черты лица своего друга, время от времени ловя себя на мысли о том, что слишком долго задерживает свой взгляд на его сладких губах. В принципе, Какёин был только рад этой близости и сам украдкой посматривал на губы Джотаро, желая впиться в них, но боязнь оттолкнуть друга своими действиями была сильнее. Если бы не эта чертова договоренность. «Он меня убьет, я дал слово не нарушать договор» «Но ведь он сам полез первый» «Что ж, сейчас или никогда» — Какёин, — прорычал Куджо, — теперь я спрашиваю: что ты делаешь? Рука Нориаки также легла на талию Джоджо, после чего он прижал его ближе. Если и нарушать договоренность — то по полной. Свободной же рукой он потянулся к фуражке, аккуратно снял и кинул вглубь комнаты, после чего мягко провел большим пальцем от уха до губ и обратно, зарываясь ладонью в волосы. Молчание медленно доводило до истерики обоих. Им столько всего хотелось сказать друг другу, но они боялись быть отвергнуты. Влюбленные идиоты не замечали элементарных вещей, доказывающих взаимность их чувств. Либо боялись признаться себе в этом. — Джотаро, — прошептал Какёин, — не стоит сейчас делать того, о чем ты будешь жалеть потом. Брюнет прекрасно понимал, что имеет в виду предмет его воздыханий, ведь он сам предложил завязать с их играми. Но алкоголь в крови, пробудивший чувства, давал о себе знать. Давал понять, что все попытки забыть этого парня, как возлюбленного, упали в пропасть. — Какёин, — Куджо наклонился к его уху, сладко шепча, — если ты не хочешь — то так и скажи. Юноша слегка прикусил мочку друга, вызывая у красноволосового мурашки по всему телу и сбитое дыхание. «Я еще и не хочу?» «Он совсем идиот?» «Мы ведь оба этого хотим» — Джотаро, — выдохнул Нориаки, когда почувствовал укус на шее, — пожалуйста… — Что пожалуйста? — спросил брюнет. — Остановись. Куджо опешил от таких слов. Он немного отдалился от шеи юноши, но только чтобы глубоко вздохнуть и перевести дыхание от услышанного. Что он себе позволяет? «Думаешь, только ты можешь командовать?» — Я… — тихо начал любитель вишни, не скрывая похотливой улыбки, — я тоже хочу поиздеваться. Джотаро удивился просьбе друга, но среагировал моментально, подняв на руки и укладывая на футон товарища. Какёина такой расклад не устраивал: он быстро сел сверху и пристально смотрел Куджо в глаза, вновь зарываясь пальцами в волосы и упираясь в лоб. Нориаки каждую ночь после той договоренности вспоминал все их ночи в отелях, в пустыне, в больнице. И каждый раз надолго уходил в душ остывать. Юношу манили эти жесткие черты лица, темные вьющиеся волосы, свисающая прядка, грубый низкий голос, до одури манящие пухлые губы и голубые глаза. Он мечтал узнать всего Джотаро, все его эмоции и все, что творится у него на душе. Тяжелое дыхание обоих невероятно сильно дурманило каждого, а мягкие, столь нежные и долгожданные прикосновения лишь усиливали напряжение. Эта игра медленно убивала каждого, но первым сдался Куджо и грубо прильнул к губам друга. «Каждый раз ты первым не выдерживаешь, Джотаро» Робко, осторожно, будто боялись напугать друг друга своей жадностью. Каждый хотел отдаться по максимуму, но тупо боялся. Их руки продолжали блуждать по телам, а поцелуй становился все жарче и страстнее, достигая максимального пика. Но воздуха уже не хватает, и Какёину приходится оторваться от сладких губ Джотаро. — Я, — начал красноволосый когда отдышался, — я скучал. Все эти полгода скучал. Брюнет ничего не ответил, лишь ухмыльнулся и вновь потянулся за поцелуем. Нориаки чувствовал привкус табака и алкоголя, но, как бы ему это не нравилось, отстраняться он не собирался. Юноша настолько долго ждал этого момента, что ему было плевать на все и всех, было плевать что их могут застукать, он просто хотел наслаждаться моментом. И они бы дальше наслаждались долгожданной для обоих близостью, если бы Джотаро не начал придушивать Какёина и не услышал бы сдавленное пошлое мычание, от которого штаны были готовы разорваться. — Стой, — Куджо отпустил друга и отстранился от его губ, — не надо сейчас это делать. — Ты прав, — выдохнул любитель вишни и медленно встал, — я в ванной переоденусь. Не успел Джотаро попросить друга остаться, как тот скрылся за дверью. Скинув всю одежду, парень рухнул обратно на подушку и дожидался Нориаки. «Что это вообще было?» «Я ведь сам предложил все забыть» «Зачем же я сам опять втянул его в это?» Из мыслей его вытянул красноволосый, который лег рядом и, пожелав спокойной ночи, отвернулся. «Так дело не пойдет» Джотаро рывком развернул к себе Какёина и без лишних слов положил его голову к себе на грудь, а сам принялся гладить красные мягкие волосы. Почувствовав ухмылку, юноша поцеловал друга в макушку и обнял за талию, после чего продолжил свои манипуляции с волосами друга, слушая сладкое сопение. Да, им обоим не хватало этой близости с момента приезда. Куджо уверял себя, что их договоренность спасет дружбу, что все происходившее было из-за стресса. И Нориаки поверил ему, доверился насколько смог. Только вот спустя месяц после возвращения он понял, что это был не стресс. Привязался? Да. Влюбился? Возможно. Боялся признаться себе и другу? Бинго! Джотаро вовсе не мог понять своих чувств, он просто понимал, что его тянет к Какёину, безумно сильно тянет. «Я никому не позволю слышать как он сопит во сне» — Куда ты меня тащишь? — сонно спросил темноволосый, — я спать хочу. — Потерпи, — шепнул Нориаки, — еще немного. Пройдя метров пятнадцать, красноволосый огляделся и расстелил покрывало, взятое с собой, после чего потянул Джотаро на себя и они упали. Они давно толком не были вдвоем и каждая проведенная минута наедине казалась вечностью. — Я тебя понял, — ухмыльнулся брюнет, когда товарищ сел сверху и приблизился к его лицу — Когда мы еще так сможем побыть вдвоем? — мягко улыбнулся Какёин и поцеловал в щеку. — Ну и ну, это все? — сладко прошептал Куджо и поцеловал друга.***
Комната Джотаро была единственной в доме, куда ни один человек не мог зайти, не считая Нориаки, без его согласия или когда он спит, поэтому никто сейчас не мог потревожить спокойный, наконец-то, сон обоих. Хоть время и близилось к полудню, никто не собирался рано просыпаться, даже Какёин, привыкший каждый день вставать в шесть утра, сейчас сладко спал, временами проводя пальцами по голому торсу брюнета. Второй же зарывался своей пятерней в красные волосы, которые все еще хранили аромат вишневого шампуня. Однако крик за стеной пробудил Куджо и он нахмурился: что уже случилось? — Че они спят так долго! — кричал Польнарефф. — Полнарефф-сан, Джотаро никого не пускает к себе без разрешения, — мило ответила Холли. — Если хочешь нарваться на моего злого внука и Star Platinum, то дерзай, — засмеялся Джозеф. Разборки за стеной стихли и брюнет выдохнул, после чего поцеловал друга в макушку и крепко обнял. «Для чего я это все делаю?» «Что со мной не так?» «Неужели мы настолько привязались друг к другу?» Рука Джотаро медленно переместилась к пояснице Какёина, зарываясь под пижамную рубашку, и парень принялся выводить на спине понятные лишь ему узоры. От таких действий Нориаки томно выдохнул и, поежившись, полностью залез на Куджо, упираясь носом в шею и обдавая горячим дыханием. До брюнета даже не сразу дошло, что начало упираться ему в живот. «Какёин, блять» Джотаро сдавленно сглотнул и тяжело задышал. Один раз дали слабину и все — теперь можно считать себя парой? Нет. Как бы голубоглазому не нравилась эта близость, он не намеревался выстраивать отношения с другом. По крайней мере сейчас. Ему надо было разобраться с собой и своими проблемами, прежде чем отдаваться Какёину.***
Вернувшись домой, Нориаки моментально рухнул в постель. Ему было стыдно за произошедшее с Джотаро, безумно стыдно. Обещал ведь держать дистанцию. От одной лишь мысли о ночных деяниях двух глупцов брюки красноволосого начали трещать, намереваясь разойтись по швам. «Как он сделал?» Проведя рукой по телу, парень достиг своей шеи и сжал ее, пытаясь вспомнить те ощущения, после чего сдавленно замычал, убирая ладонь. Да, до интима у них не доходило, но Какёин не переставал фантазировать на эту тему, порой доходя до того, что садился рисовать, дабы запомнить момент. И все эти рисунки хранились в надежном месте, чтобы никто, особенно Джотаро, их не нашел. Да что там интим вообще, у них ничего дальше поцелуев в шею и наглого облапывания не заходило. Хотя нет, один раз почти дошло. — Джотаро, прекращай, — прошептал Какёин, когда с него слетела футболка, — мы же сейчас глупостей наделаем. — Плевать, я не могу уже терпеть, — прорычал Куджо, кусая шею друга и заставляя его кусать губы, чтобы не застонать во весь голос от неимоверного удовольствия. Руки брюнета блуждали по телу юноши, то и дело прижимая ближе. Любитель вишни мог лишь откинуть голову назад и предоставить больше пространства для ласок, что не могло не радовать его товарища. Обладатель фиолетовых глаз уже как неделю встал на ноги и голубоглазый понял, что если сдерживать свою страсть, то обоим станет хуже. — Какой же ты порой похотливый, — прошептал Джотаро и провел языком от мочки до ключиц. — Кто бы… черт, Джоджо, — тихо простонал Нориаки. С темноволосым нельзя отвлекаться. Махинации языком были лишь отвлекающим маневром для того, чтобы забраться руками под шорты и сжать изнемогающий от ласк член. — Прекрати, — отрезал красноволосый холодным тоном. «Господи, зачем я его тогда остановил?»***
— Джотаро! — взревел дед, — Ты что себе позволяешь?! — Ну и ну, — парень натянул фуражку, — что тебе уже не понравилось? Джозеф решил вытянуть внука погулять, да заодно вывести на важный разговор. А негодование старика объясняется тем, что брюнет назвал сучками девушек, которые лезли к нему, после чего начал орать. — Как ты с девочками разговариваешь?! — Как захочу, — раздраженно ответил Куджо, — о чем ты хотел поговорить? Джостар выдохнул и сел рядом, собираясь с мыслями. Как ему надо было сообщить, что вся семья обеспокоена поведением Джотаро? Что Холли хочет отправить его учиться в Америку? Джозеф понимал, что что-то, или кто-то, удерживает внука в родном городе, поэтому ему было тяжело говорить с ним об этом. Но молчать уже нельзя. После возвращения домой с брюнетом что-то произошло и это видели все, но никто не осмеливался спросить что же так беспокоит его. — Джотаро, ты бы хотел уехать? — спросил дед. — Смотря куда и с кем, — парень поджег сигарету и закурил, — а что? — Учиться в Америку, например, — произнес Джозеф, — ты ведь всегда хотел стать океанологом. — При чем тут это, дед, я не поеду в Америку — мне нечего там делать. — А если бы ты мог кого-нибудь взять с собой? — осторожно поинтересовался мужчина, но ответа не последовало. Догадки старика были верны: его кто-то удерживает. Видимо придется переходить к запасному плану, который не нравился Холли. — У тебя скоро день рождения, — улыбнулся Джостар. — И что с того? — спросил Джотаро, выбрасывая окурок и доставая новую сигарету. — У нас с бабулей есть подарок, раз ты все-таки не хочешь уезжать. — Ближе к сути, дед, у меня дела еще, — раздраженно сказал парень. — Мы думали сначала это все в Америке провернуть, но раз ты не хочешь уезжать, тогда подарим квартиру и оплатим обучение здесь, — ухмыльнулся он. — Делайте что хотите, — Джоджо встал со скамьи и, попросив деда предупредить мать чтобы не ждали рано, ушел в своем направлении. Парень держал путь к дому Какёина, им надо было обговорить все. Да и высказаться тоже не мешало бы, а-то много всякого накопилось за полгода молчания у обоих. «А если он вообще не дома?» Куджо нервно достал третью сигарету за последние тридцать минут и закурил. Его волновало состояние друга после произошедшего. Он боялся что может сделать ему больно. — Ты перестанешь когда-нибудь столько курить? — донеслось до брюнета. Неподалеку среди деревьев сидел Нориаки, внимательно рассматривая бумагу. Его толком не было видно, но юноша знал что он там. Джотаро сразу свернул в его сторону, попутно выбрасывая окурок. — И тебе привет, — парень сел рядом и откинулся к стволу дерева. — Чего хотел? — красноволосый убрал холст в сторону и начал пристально смотреть в глаза товарищу, — Опять поговорить? Повисла тишина. Холодный тон и серьезный, даже чересчур строгий, взгляд любителя вишни вогнали брюнета в тупик. И что ему делать? — Джотаро, послушай, — произнес Какёин, — было и было, сорвались, я все понимаю, моя вина тут тоже есть. Все будет как обычно, просто забудем о произошедшем. «Я с тобой не об этом хотел поговорить, идиот» Джоджо прекрасно видел, что эти слова друг заготовил заранее, что ему больно говорить об этом. — Ты так хочешь сделать? Просто забыть? — тихо спросил юноша и потянулся к пакету с вишней. Не отводя взгляда, он взял пару ягод и, издевательски медленно, поднес к губам друга, после чего быстро закинул себе в рот. «Джотаро, если у меня сейчас порвутся брюки из-за тебя, то твои тоже» — Будто есть другие варианты, — тихо сказал Нориаки, — просто скажи чего ты хочешь сейчас? — Поцеловать тебя, — вырвалось быстрее, чем брюнет успел понять, что говорит вслух. И он также не успел опомниться, как уста впились в чужие, жадно кусая и сплетая языки. Вкус вишни смешался со вкусом табака. И все также, как и всегда: губы в губы, руки блуждают по телам, пытаясь почувствовать как можно больше перед тем, как разум вернется к обоим. Поцелуй разгорается со скоростью света и мозг вовсе перестает работать, давая свободу эмоциям. — Джотаро, я… — прошептал Какёин, когда немного отдалился, — не надо, хватит. Я устал уже от этого. Я не знаю что я чувствую к тебе, давай забудем. Из фиолетовых глаз полились слезы. Он знал, что он чувствует, но не мог себе в этом признаться. Парень сразу отвернулся, последнее о чем он хотел, так это чтобы Куджо видел его слезы. — Перестань, — тихо сказал темноволосый, — посмотри на меня. — Не собираюсь. «Почему ты, блять, такой упрямый?» — Я хотел по-хорошему, — усмехнулся Джотаро и силой развернул Нориаки. — Отпусти, — хрипло прошептал красноволосый. Нет, не таким его хочет видеть брюнет. Опухшие глаза, льющиеся градом слезы, безразличный взгляд. Это не тот Какёин, которого знает Куджо. Совсем не тот. — Прости меня, — произнес голубоглазый, — за все прости. «Он хоть раз извинялся до этого?» — Мы… Мы можем попробовать, — тихо начал Куджо, — хотя бы поймем, что с нами происходит. Я знаю что мне не все равно на тебя. — Что попробовать? — нахмурившись, спросил Какёин. — Свободные отношения?
Примечания:
*Comme c'est mignon (фр) — как мило.
