Твоя любовь...

Пёсики — эти милейшие существа могут не радовать только аллергиков и заядлых кошатников. Собаку ведь не зря называют лучшим другом человека: эти существа с нами ещё с самых древних времён, а на сегодняшний день они не только охраняют жилые и не только дома, а и помогают полиции в поисках, иногда являясь полноценными учасниками расследований, а в некоторых местах планеты, запрягаемые в сани, даже являются основным способом передвижения на дальние дистанции. Но собака — это не только верный помошник, а ещё и самый преданный друг, что добавит красок в серые беспросветные моменты жизни, развеселит, когда одолевает тоска, а их дрессировка хоть и довольно сложный, но не менее интересный процесс, и очень приятный, особенно, когда пёс показывает первые успехи. Вот, за что ты любила этих животных. Ещё с раннего детства тебе очень хотелось щеночка, но как бы ни просила, не клялась, что сама будешь и кормить, и дрессировать, и выгуливать, и убирать за будущим питомцем, строгие родители всё равно тебе не разрешали его завести, бесконечно твердя, какая это огромная ответственность, и что ты ещё к ней не готова. И так продолжалось вплоть до твоего пятнадцатилетия, когда тебе подали… Хомяка. Да, хомяка. Как ты ни умоляла подарить тебе щенка, родители решили, как они тебе сами тогда объяснили, «для старта», купить хомяка. Стоит говорить о том, что никакущего интереса тот у тебя не вызывал? В итоге за Хомкой, самое банальное имя, которое можно было дать хомяку, как тебе всегда казалось, ухаживали родители, а ты же лишь изредка подсыпала ему специального корма, и как бы ни продолжала дальше просить о собаке, слышала в ответ: — Ты и хомяком-то не особо интересуешься, куда тебе собаку? Конечно же, подобная фраза не заставляла тебя любить хомяка больше, скорее даже наоборот. Но ты не хотела обижатся на невинное существо лишь потому, что оно не собака. Поэтому с шестнадцати усиленно начала искать подработку, связанную с животными, а желательно, именно с собаками. Решив, что зоомагазин — это слишком банально, решительно направилась в приют! Работая там, ты хотела не только доказать родителям, что достаточно ответственная для собаки и что хомяк — не показатель уровня твоей ответственности, но и просто помочь бедным не только псам найти новый дом, где их будут искренне любить и ухаживать. Да была бы твоя воля, ты бы и вовсе приютила всех бездомных животных этого мира и заботилась бы о них. Но увы, мы не всесильны, и придётся ограничится одной, пока только подработкой в приюте. Как ты потом узнала, в том приюте уже год работал в полную смену парень, по имени Сабито, который, по совместительству также должен был тебя инструктировать и приглядывать. Ты сперва полагала, что твой старшой будет каким-то неимоверным занудой, что также, как и родители посчитает тебя недостаточно ответственной для работы с животными и вообще невзлюбит с первого взгляда. И как же ты была рада, когда поняла, что твои мысли были ошибочны. Парень оказался не намного тебя старше, года на три всего лишь, очень спокойным и позитивным, всегда объяснял на примере, если ты что-то делала не так, и вообще был просто прекрасным другом и коллегой. — Хэй, Сабито, давно хотела спросить кое о чём, — как-то за чашечкой кофе между делом обращаешься ты. — О шраме, да? — указывает тот на довольно-таки заметный шрам на почти всей своей правой щеке, немного неловко улыбнувшись. — Не впервой спрашивают, да? — виновато отводишь взгляд в сторону, — прости, если тема больная — можешь не говорить. — Нет, не страшно, твоё любопытство понятно, — без капли уныния произнёс рыжий, — просто с качели в детстве упал. Обычно дети разбивают себе бровь или нос, а у меня получилось вот так, — немножко горько улыбнулся тот. Ты поняла: в детстве это явно препятствовало дружескому общению с одноклассниками. Но уточняющие вопросы для большего раскрытия этой темы задавать не решалась. Боялась ещё глубже затронуть, как тебе показалось, больную для парня тему. — В начальной школе из-за этого мне действительно было сложно заводить друзей, потому что все в первую очередь обращали внимание на это, — вдруг начал он, помешивая свой кофе, — но дедушка всегда твердил: «Важно то, что внутри, а не снаружи». Не важно, где и насколько большой у меня шрам, важно какой я человек. Не выпуская из головы эту мысль, я перешёл в среднюю школу. Хоть многие и продолжали смотреть лишь на внешность, я всё же смог найти друзей, которых это не колышыло. А в старшей школе на это так и вовсе никто уже и не обращает внимания — привыкли, — так же легко, как и начал, закончил тот. Тебя поразило, с какой лёгкостью он об этом говорил: любой другой человек из-за этого бы сломился и собрал кучу комплексов, как тебе казалось. Но Сабито это будто вовсе не беспокоило, это стало для него чем-то таким же посредственным, как облака, плывущие в голубом небе, или весна, сменяемая летом. Да и ты первое время даже не замечала каких-либо особенностей в лице, ведь действительно: важно какой он человек, а не как он выглядит. Да, может вызывать чисто эстетическое отторжение, но в общении быть прекрасным собеседником и слушателем. Сабито не отторгал, наоборот — притягивал. Интересовал как человек, как личность, как друг. Возможно, даже больше чем друг. Но правда ли больше, чем друг? На этот вопрос ты уже второй месяц не могла дать себе хоть какого-нибудь ответа, после того разговора. «Друг, или же…?» — каждый день усердно раздумывала ты, но безрезультатно. Иногда так погружаясь в свои мысли ты и вовсе могла выпасть из реальности, что также сказывалось на твоей успеваемости в учёбе, и из хорошистов ты успешно переквалифицировалась в троешники (по местной системе из семидесяти бачлов в пятдесят). И конечно же это не могло остаться незамеченным родителями, и сказала ты привет репетиторам и дополнительным. Ну что ж, выбора не было, пришлось снова отвоёвывать свои семьдесят баллов, а лучше дотянуть до восьмидесяти, иначе строгие родственники спуску не дадут и о своей любимой деятельности придётся забыть. Но спасение твоё пришло откуда не ждали: Сабито был неплох в самом твоём проблемном предмете — математике. Ты просто впала в прострацию, узнав об этом; между дела поведала о своих временных трудностях и он сам предложил свою помощь. На секунду ты задумалась: а не будут ли родители слишком заострятся на «особенности» твоего друга? Или не просто друга? Но ты хорошо знала своих родителей: хоть они были строгими по отношению к тебе, но не бездушными и внешность человека для них не была самым важным аспектом. Стоит сразу сказать, что знакомство с твоей семьёй прошло как нельзя лучше, мать с отцом даже не обратили внимания на подобную мелочь, а отец был просто в восторге от парня: вежливый, умный, спокойный, даже в пример для подражания тебе поставил. А мать ненароком так обмолвилась, что будет очень даже не против видеть его у вас дома почаще, деликатненько таким образом намекая, что «а может ты бы, доченька, присмотрелась таки к мальчику?», пересмотрела «Давай поженимся». Но, может тебе действительно стоит послушать мать? Пройдя в твою комнату, вы сразу принялись за то, зачем Сабито к вам вообще пришёл, не отвлекаясь ни на что лишнее. Хоть парень и сам не был гением науки чисел, но известный ему материал объяснялся лёгким, с первого раза понятным языком, а не как учителями в твоей школе, любящими чуть ли не в каждое сгенерированное их речевыми аппаратами предложение совать по заумному словцу, ужасная черта. И уже спустя буквально пару часов ты снова знала, что такое дискриминант. Это успех, осталось только понять, как его вычислять. Ладно, это ты тоже понять смогла за то время. Даже за математикой с Сабито было легко и интересно, скучный урок внезапно превратился во что-то увлекательное, а время с ним неслось так быстро, что, засидевшись за материалом, ты и не заметила, как закатное солнце из окна уже во всю осыпало золотом рыжие волосы парня. — Что-то случилось? — внезапно, будто вырвав тебя из какого-то транса, спрашивает Сабито, словив на себе твой пристальный взгляд. — Ах, нет, ничего, всё в порядке! — поспешила отмахнуться ты, густо покраснев и бегая глазами по всему окружению, словно пытаясь «выловить» из него какое-то оправдание, — П-просто подумала, что мы уже знатно засиделась, но не решалась отвлечь тебя! — выпалила ты практически на одном дихании. — Ой, и в правду, я и не заметил, как время прошло, — посмотрев в окно и чуть дёрнувшись от неожиданности, произнёс удивлённый Сабито, — мне стоит поторопиться, а то так на последний автобус опоздаю, — на удивление спокойно сказал тот, уже привычно нежно улыбнувшись, и стал складывать свои тетради со старыми конспектами. Ты наблюдала за его действиями, но почему-то не решалась подойти и твоё сердце посетило непривычное, странное чувство, будто ты не хочешь его отпускать; хочешь видеть его чаще, держать за руку, погладить по рыжим волосам, поцеловать его шрам. От последней мысли твоё лицо моментально обрело оттенок спелого помидора, что не скрылось от взора заволновавшегося за тебя рыжика, который сразу поспешил поинтересоваться, не заболела ли ты. На что в ответ ты неожиданно, как для него, так и для себя самой, взяв его за руку, посмотрев тому в глаза, почти шёпотом произнесла: — Давай будем чаще заниматься у меня математикой ?