Ваня, Ванечка 2

— Как вы меня нашли? — спросил Ваня у Майского уже дома. Они лежали на диване, и Ваня отчаянно прижимался к Майскому, боясь, что это очередная галлюцинация. — Эрик тебя нашел, — ответил Майский. Он обнимал Ваню, надеясь хоть так дать ему чувство защищенности. Антонова говорила, что будет отходняк, предупредила, что Ване ни в коем случае нельзя алкоголь или энергетики, а также рекомендовала покой и здоровый сон без таблеток. С чем их и отпустила, взяв анализы крови. И вот Ваня лежал рядом с Майским и чувствовал, что только тепло любимого тела рядом не дает ему сорваться в позорную истерику. Страшная темная комната преследовала его. — И как он меня нашел? — удивился Ваня. — Потребление энергии, — ответил Майский. — Он очертил примерную зону поиска и поехал отсыпаться, всю ночь работал. А потом мы целый день искали тебя по старинке. А он вечером позвонил, и указал на три гаража, в которых счетчики крутили с бешеной скоростью. Так мы тебя и нашли. А Ратибор как-то затесался в отряд спецназа. Вырвал дверь с корнем, ну а дальше ты знаешь. — Это те же, кто похитил Жарова? — спросил Ваня. — Я пока не знаю ничего, как и ты, — ответил Майский. — Рогозина обещала рассказать, как обработают все улики. Ты как? — Не знаю, — честно ответил Ваня. — Мне страшно, Сереж. До сих пор. Страшно, что все это — лишь галлюцинация. Что я снова очнусь пристегнутым к креслу или в той жуткой комнате. — А галлюцинация может так? — спросил Майский и накрыл губы Вани своими. Ваня выдохнул, целуя Майского в ответ, нежно лаская губы. Они целовались и целовались, обнимая друг друга, Ваня вжимался в Майского, силясь поверить, что все реально, переплел их ноги, словно Майский мог от него куда-то сбежать. — Нет, — тихо сказал он, оторвавшись от любимых губ. — Так галлюцинация точно не может. — Вань, я люблю тебя, — сказал Майский глядя ему в глаза. — И что бы ни случилось, я буду с тобой. И больше не позволю, чтобы кто-то тебя обидел. Я обещаю. — Спасибо, — тихо сказал Ваня, пряча лицо на плече у Майского. — Не бойся, я с тобой, — повторил Майский, обнимая Ваню. А тот лежал и просто дышал Майским, силясь поверить в реальность происходящего. И верил, с каждой минутой, проведенной рядом с любимым человеком, верил все больше, отпуская кошмар прошедших суток. Он сильный, он справится, особенно зная, что Майский, его Сережа, рядом. — У нас целая неделя. — Ваня поднял голову, устраивая ее на плече Майского. — Чем займемся? — А чем ты хочешь? — поинтересовался Майский. — Просто хочу быть с тобой, — ответил Ваня. — А чем заниматься… Давай дома посидим, фильмы посмотрим, сожрем пиццу, чтобы тебе интереснее было бегать по утрам. Натрахаемся всласть. — Знаешь, а мне план нравится, — усмехнулся Майский. Они включили фильм, который давно хотели посмотреть, и под него Ваня спокойно уснул в объятиях Майского. Ему было тепло и уютно. В какой-то момент он почувствовал, что его берут на руки, но просыпаться не хотелось, и Ваня, устроившись удобнее, снова провалился в сон. Проснулся он от того, что было очень тихо. Он открыл глаза и подавил рвавшийся с губ крик — было темно. Темно и тихо. И только нашарив выключатель светильника на тумбочки включив свет, он понял - дома. Майский тихо сопел рядом. Захотелось разбудить его, услышать его голос, но Ваня попытался взять себя в руки, успокоиться. — Вань, что случилось? — спросил Майский, не открывая глаз. Пошарил рукой рядом, нашел Ваню и, обняв, подгреб к себе ближе. — Ничего, — ответил Ваня. — Спи, Сереж. Он погладил Майского по голове, приглаживая разметавшиеся по подушке волосы, поцеловал в лоб. Майский улыбнулся и снова провалился в сон. Аккуратно убрав тяжелую руку, Ваня поднялся, нашел наушники-капельки и, включив музыку с телефона, устроился обратно. Майский тут же снова подгреб его под себя, давая ощущение безопасности. А музыка в наушниках и свет лампы подкрепляли его. Ваня закрыл глаза и спокойно уснул. — Привет, соня, — улыбнулся Майский, который лежал, не шевелясь, чтобы не разбудить Ваню, который практически заполз на его. — Выпусти меня. — Пробежка? — сонно спросил Ваня, устраиваясь у Майского под боком. — Не уходи. — В сортир отпусти, — усмехнулся Майский. — Вернусь сейчас. Ваня отпустил Майского и свернулся под теплым одеялом, только сейчас вспомнив, что где-то в кровати должны быть его наушники и телефон. Пошарил руками, нашел и положил на тумбочку, а заодно выключил светильник. Потянувшись, Ваня удивленно думал, что у них с Майским целая неделя только вдвоем. Такого он себе даже не представлял. И закралась мысль съездить в Питер. Может быть, не на всю неделю, а на пару дней. Сходить в Эрмитаж, в Кунсткамеру. Просто погулять под дождем по центру города, а потом завалиться в номер на одну большую кровать и ласкать друг друга, трахаться до самого утра, чтобы уснуть в предрассветных сумерках и проспать до полудня. А можно было все это осуществить и дома. Просто погулять по Москве, посидеть в каком-нибудь кафе, чтобы не готовить дома, и кровать у них лучше гостиничной. С этими мыслями Ваня валялся, пока к нему не вернулся Майский и, схватив за лодыжку, стащил к себе в объятия. — Харэ дрыхнуть, — рассмеялся он. — У нас отпуск. Ваня был благодарен Майскому, что тот ни про наушники, ни про включенный свет ничего не сказал, словно понял все без слов. Не стал бередить еще даже не схватившуюся рану. Но рядом с Майским Ваня чувствовал себя просто отлично, тот словно растворял все тревоги, отгонял кошмары. Большой, сильный и только его. — У тебя уже есть предложения? — спросил Ваня. — Будем трахаться целый день, как тебе идея? — улыбнулся Майский. — А мне план нравится, начнем с душа? — предложил Ваня. — Определенно, — согласился Майский, подхватил его на руки, понес в ванную, где вытряхнул из одежды, в которой Ваня вчера уснул, сам скинул белье и включил воду. Ваня встал под теплые струи, закрыв глаза, и почувствовал прикосновения Майского, пока еще легкие, нежные, но скоро они станут страстными, а не грубыми. Ваня не знал, что было в голове Майского, но тот особенно страстно отсасывал ему именно под душем, растягивая. Вытирались наскоро, чтобы не кувыркаться на мокром белье. Майский снова подхватил Ваню на руки и, целуясь, они добрались до спальни, упали в кровать, обнимаясь, и это ощущение кожа к коже сводило Ваню с ума. Он просто тащился от того, как Майский придавливает его собой, чувствуя на себе тяжелое тело, жаркое от желания. Ваня плавился от чувства принадлежности, от того, что его действительно любят, а тот голос, который он слышал, - это все неправда, это все глюки. А вот он — Майский. Настоящий, вылизывающий его, от чего у Вани пальцы на ногах поджимались и голова шла кругом. Обхватив Майского ногами, Ваня чувствовал, как в него проникает член, зажмурился от острых, на грани боли, ощущений. Сильнее сжал хватку, потянул Майского на себя, желая чувствовать его всего. На себе, в себе. Он бы слился с ним в единое целое, если бы это было возможно. И Майский обнял его, замер, давая обоим привыкнуть к ощущениям. — Ну же, Сережка, давай, — взмолился Ваня. И Майский дал. Сначала медленно, он все ускорял темп, входил все глубже, чувствуя, как сжимается на нем Ваня, и целовал его, словно в последний раз, отпуская поселившийся в нем страх потерять Ваню навсегда. Это похищение дало им понять, что они просто не смогут друг без друга. Ваня гладил спину, плечи Майского, а потом вцепился в спинку кровати, выгнулся весь, насколько позволяло тяжелое тело сверху, и кончил, тихо застонав. Этот стон лучше всего остального отправил Майского в нокаут бурным оргазмом. — Люблю тебя, — Ваня снова обнял его, не спеша выбираться из-под тяжести расслабленного тела. Ему нравилось это ощущение, которое давало еще и полную защищенность. И хотя Ваня не осознавал этого, так ему было гораздо спокойнее. — И я тебя люблю, — ответил Майский, выскальзывая из тела Вани. — Очень. И безумно боюсь потерять. Они пробыли в кровати до самого вечера, то занимаясь любовью, то смотря какие-то фильмы, и Ване было хорошо и спокойно. Вечер наступил как-то сразу, Ваня не успел заметить, как стемнело в спальне, и тут же включил ночник. Майский посмотрел на него, но ничего не сказал, снова позволяя Ване делать так, как тому было лучше. — Тебе свет ночью мешать не будет? — все же спросил Ваня у него. Он сидел и перебирал волосы Майского, положившего голову к нему на колени. Было тепло, легко и спокойно. А со светом так и вообще все было замечательно. — Не будет, — уверенно ответил Майский. — Я справлюсь, — пообещал Ваня. — Обязательно. Просто дай мне немного времени. — Конечно справишься, — без тени сомнения сказал Майский. — А я тебе помогу. Вань, для тебя я всегда буду рядом. — Спасибо, Сереж, — Ваня был безумно рад, что у них с Майским все сложилось, и не представлял себе, как бы был без него. Это потом к ним снова без звонка придет Ратибор, и скажет, что выиграна битва, но не война. Потом Ваня начнет охоту на Технократов, которые чуть не сломали его. Все будет потом, а сейчас у него был Майский и целая неделя отпуска, чтобы прийти в себя и насладиться друг другом.