Мой тотемный зверь - хорек

После вскакивания Гарри уже не уснул. Он просто лежал, глядя в окно. Переварить сегодняшнее происшествие в Запретном Лесу было сложно, если возможно. Щеки до сих пор горели ярко-ярко красным. Парень уже думал, что простыл, но по итогу подхватил совершенно другую заразу — влюбился в Малфоя. Сколько он не закрывал глаза, Драко появлялся каждый раз. Такой ненавистный и одновременно желанный образ слизеринца. Любовь и отвращение боролись в Поттере не на шутку и первая вышеназванная уверенно побеждала. Хотелось поспать хоть пару часов, но сама судьба говорила: «Нет, дружище, не сегодня» и снова проецировала характерную картинку в голове Гарри. «Нельзя полюбить человека по-настоящему за такое короткое время» — думал про себя Гарри — «чертова связь, будь она проклята». Брюнет и понятия не имел, как чувствовал себя Малфой в данный момент, но почему-то был уверен, что он мучается не так сильно, как Поттер. Во-первых — потому что Драко — заносчивый сынок богатенького отца, что имеет связи в министерстве и поцелуи, а уж тем более в щеку для него ничего не означали давно, а во-вторых он просто не мог себе представить Малфоя, который лежал в кровати и мучился, думая о нем. О Гарри Поттере. Забавно, что они перетерпели столько лет вражды, а сейчас Гарри даже ненавистную фамилию из головы выбросить не может. Поттер прислушался. Где-то на своей кровати сопел Невилл, недалеко от зеленоглазого похрапывал Рон. Странно, что это имело некий, что-ли, убаюкивающий эффект. Гарри сладко зевнул, закрыл глаза и зарылся лицом в подушку. Он всеми силами пытался не думать о Драко. Но перед глазами стоял образ все того же худощавого бледного блондина с тусклыми серыми глазами и дурацкой ухмылкой. Гарри как будто почувствовал приятный запах мяты и лаванды, который так резко ударил ему в нос, как только Малфой пригнулся там в лесу. Появившийся из ниоткуда аромат Драко, картинка перед глазами и симфония храпа практически под боком все же сделали свое дело — Гарри наконец уснул. Пробуждение было мягко говоря не самым лучшим. На его лицо неожиданно приземлилась подушка, после чего послышался испуганный голос Невилла: — Ой, Гарри, прости пожалуйста, я не хотел. Поттер ни черта не соображал. Он приподнялся на кровати, так до конца и не проснувшись, уставился на Невилла. Ну, на то место, где предположительно стоял Невилл. Зрение парня без очков, к сожалению, оставляло желать лучшего, а если честнее, то молить о нем. — Ничего страшного — заспанным голосом ответил Поттер и зевнул. Нащупав очки на тумбочке, он быстро нацепил их на нос и потянулся. Погода за окном стояла замечательная. Снег, морозец и солнце «Сейчас бы пейзажи рисовать» — подумал про себя Гарри и улыбнулся. Если бы он владел кистью хоть немножечко, он бы обязательно нарисовал вид из окна. Был бы каждый день таким. Поттер поднялся, взял вещи со стула и стал натягивать на себя. Одевшись, Гарри осмотрел комнату. Невилл сидел на кровати в обнимку с подушкой и повторял травологию. Хотя, может и зазубривал. Зная его тягу к этому предмету, можно было смело предполагать, что учебник давно зачитан до дыр и он просто по приколу пересматривает его страницы в тысячный раз. Дин увлеченно что-то писал в своей тетради, которую никому никогда не давал почитать. Гарри мог поставить на кон свою палочку и клетку с Буклей, что это письмо для Джинни, черновиков которого в урне лежало больше десятка. Как стало известно позднее — именно ее имя он увидел на ключице в это рождество. Неуверенность Дина поражает. Он прекрасный парень, но настолько сильно пытается стать еще лучше. Это так удивительно. Поттер перевел взгляд на кряхтящего Рона, который лениво зевая проклинал это утро за столь раннее пробуждение. Гарри невольно улыбнулся. Рон всегда поднимал настроение одним своим видом. Лучше друга не придумаешь. Поттер понял, что в большой зал уже нужно идти тогда, когда в его желудке началась битва годзиллы с кинг-конгом. Юноша встал, быстро оделся и прошел к выходу. Он бы вышел, если бы Уизли не окликнул — Гарри, ты куда? — спросил его Рон, оторвавшись наконец от разглядывания солнечного зайчика на потолке — В большой зал. Очень сильно хочу есть. — признался Гарри и погладил совершенно пустой живот — Стоять! — сказал Рон и вскочил — идем вместе! Гарри снова не смог не улыбнуться. Как же он рад, что именно они — лучшие друзья. Как оказалось, Гермиона поела раньше и ушла зубрить домашку, не дождавшись друзей. Виновато опустив глаза, она извинилась за свою нетерпеливость и пообещала, что больше так не будет. Парни рассмеялись, потрепали девушку по волосам и сказали, что она не обязана бегать с ними везде. Та усмехнулась и кивнула, а Гарри с Роном отправились навстречу еде. Парни увлеченно о чем-то разговаривая, дошли до входа в большой зал. И вот уже давно привычная ситуация: Гарри только-только коснулся пальцами ручки двери и из-за угла появился Малфой. Поттер тут же поплыл. Он смущенно опустил глаза, когда их с Драко взгляды пересеклись. Но тот и усом не повел. Слизеринец не удосужился поздороваться или даже улыбнуться. Как будто не он вчера сбежал после невинного поцелуя в щечку, оставив Поттера у леса одного! Таким поведением Гарри был оскорблен. В душе, но оскорблен. Блондин подошел к парням и простояв секунды три, не вытерпел напряженного молчания и толкнул дверь со словами: — Черт, Поттер, я не думал, что ты настолько тупой. Ты даже дверь открыть не можешь! — Да пошел ты, Малфой — процедил сквозь зубы Рон, понимающий, что вмазать слизеринцу на глазах у всего Хогвартса не самая лучшая идея. Поттер не понимал ничего. Что произошло? За ночь невозможно стать такой свиньей! Как будто не он был связан с Поттером ничем иным, как вселенной! Он ведь должно быть, почувствовал то же самое, что и Гарри вчера. Уизли и обиженный Поттер сели за стол. От обиды Гарри не мог сказать ни слова. Есть перехотелось от слова совсем. Он поковырял вилкой порцию и отодвинул её. Тяжело выдохнув, он стал наблюдать за тем, как Рон с жадностью уплетал кусок курицы. Уизли сначала не заметил подавленного состояния друга, но подняв глаза, словил печальный взгляд Поттера. Он проглотил то, что оставалось во рту и взволнованно спросил: — Гарри, все хорошо? Ты же хотел есть. — Я? Нормально, — ответил Гарри, пытаясь скрыть свое безграничное разочарование в Малфое, да и в людях в принципе. — Нет, Гарри, не нормально. До сих пор печешься о соуле? Или ты из-за Малфоя? — Всего понемногу — признался Гарри и сжал губы в тонкую полоску. Если так подумать он не врал. Действительно, причиной пропажи настроения стал Малфой, а масла в огонь подливало то, что он безразличен своему соулу, которым собственно Драко и являлся. Да будь проклят тот день, когда он повелся на очарование хитрожопого хорька. Он украдкой глянул на слизеринский стол. Драко увлеченно болтал с Блейзом. Гойл сидел молча и без цели тыкал в желе ложкой. Несправедливо. С ними он беседует без умолку, улыбается, кажется, флиртует с Паркинсон, а на Гарри, который ему жизнь спас, он рявкнул у входа! Он не ту сторону выбрал! Когда Поттер окончательно запутался, Рон наконец тыкнул его в плечо. — Гарри! Поттер лениво обернулся — М? — Что ты там забыл? — спросил Рон, чуть нахмурившись, но вскоре удивленно поднял брови — стой, тебе не больно? — Мне должно быть больно? — Гарри, погоди, ты нашел своего соулмейта?! Рон сказал это громко. Пару парней с Когтевранского стола обернулись и посмотрели на обоих, как на придурков. Гарри шикнул на рыжего, пригнувшись. — Не кричи. Нашел — сказал Гарри, проклиная все подряд. Ведь расспросов не избежать. И не факт, что Герми не узнает об этом всем. — Кто она?! — опять воскликнул Рон, но Гарри цыкнул во второй раз и Уизли угомонился. — Послушай, это сложно и я не уверен. Вселенная, должно быть, ошиблась — Гарри — сказал Рон самым серьезным тоном в его жизни. — Рон, я — Поттер запнулся — давай мы лучше выйдем и я расскажу тебе, хорошо? — Во всех подробностях! — Во всех подробностях Конечно, как минимум половину всего Поттер и не упомянет. Он просто скажет, что именно этот белобрысый придурок — его соулмейт. Про поцелуй и вырубленного оборотня речь не зайдет. Гарри встал из-за стола. Рон направился за ним. Они зашли за угол — Ну — сказал Рон, готовый выслушивать — Я абсолютно уверен, что это ошибка и что то просто пошло не так — начал оправдываться Поттер, но под угнетающим взглядом Рона, закончил оправдываться. — Говори, Гарри! — не выдержал Уизли — Это Малфой Эти десять секунд неловкого молчания были самыми долгими в жизни Гарри. Рон глазами, размером с небольшие блюдца, глазел на него, будто Поттер сбежал из психушки — Погоди, ты же шутишь, да? Малфой?! И ты?! Гарри кивнул. Рон прокашлялся, все никак не в силах отойти от шока. — А как до тебя дошло? Черт, Рон, зачем тебе это вообще знать? Гарри опустил глаза, думая над ответом — Мы столкнулись в коридоре вчера. Совершенно случайно. Ну и я не почувствовал ничего в плане боли. Да и в принципе ничего. Ну вот так — Черт. Мне действительно жаль. И эта мразь продолжает вести себя как — Уизли долго думать над сравнением — как мразь! Делает вид, что ненавидит тебя. Он должен скакать от счастья из-за того, что именно тебя с ним, идиотом, связали! Да и вообще! — Рон хотел было продолжить столь угнетающую Драко речь, но заметил не лучшее состояние Поттера — Эй, Гарри, ты в норме? Поттер стоял, молча глядя в пол стеклянными глазами смотрел куда-то в пол. Совершенно не хотелось признавать очевидное: То, что Рон прав. Малфой ненавидит его. И тот поцелуй…быть может благодарность? А Гарри, дурак, провел всю ночь в размышлениях и влюбленном бреду. — В норме — отрезал Гарри и быстрым шагом отправился за книгами. Как-никак хоть на какой-нибудь урок стоило бы и сходить.