Орден Боли. Дан Мора

Бесконечные коридоры охваченные бледным голубоватым светом уводили всё дальше в чрево обители. Порой Ануш натыкалась на различные комнаты, в которые любопытная девушка заглядывала. Кабинет с разбитой мебелью, обломками камня и оплавленными стенами от попадания плазменных зарядов. Встречались и диспетчерские со сложными системами управления, развороченные, разбитые, разрезанные нитями жрецов и ткачей. Но никаких останков, даже обломков костей не было видно. На стенах виднелись лишь уродливые шрамы, изуродовавшие убранство этой крепости. Давящая тишина и всеобщий упадок действовали на Ануш угнетающе. Светильники загорались, показывая дорогу, но не давали возможности рассмотреть всё, что здесь было. В конце концов, ткач уперлась в запертую дверь, настенный дисплей горел огнями, им можно было воспользоваться, если конечно, механизм ещё работал. Но гладкие железные створки разошлись в стороны, стоило девушке поднести руку к пульту. - Что за?.. – удивилась она и сделала шаг вперёд. Воспитанница Ордена не услышала, как захлопнулась дверь, всё её внимание было поглощено тем, что она увидела. Это был не зал, а огромная пещера, где стоял… город. Да именно небольшой город под землёй, невысокие дома стояли плотно друг к другу, дизайном больше напоминая коробки, ничего вычурного – лишь практичность и простота. Освещалось это небывалых размеров светильником, прикреплённым к своду пещеры. Между зданиями было не слишком много мест и прямого прохода не наблюдалось, видимо, если пройти между домами, то придётся плутать, как в лабиринте. И здесь тоже было пусто, ни единой живой души. Тут между домами промелькнула фигура, сначала ткач подумала, что ей просто показалось, игра теней не больше, но потом послышался шёпот: «Посмотри на меня!» Повернувшись к источнику звука, Ануш увидела девушку, она стояла между домами, но лица невозможно было разглядеть, слишком большое расстояние. - Соледад? – нерешительно спросила ткач. Ответа не последовало, странная особа склонила голову на бок, будто стараясь узнать или вспомнить что-то. - Кто вы? – поинтересовалась Ануш и решила подойти. Девушка отступила, воспитанница сделала ещё один шаг – такой же эффект. Раздалось шипение, ткач кожей почувствовала, что сзади на неё кто-то несётся, и отпрыгнула в сторону. На то место, где она только что находилась, упал ксеноморф, когти вонзились в каменную поверхность. Девушка обомлела, откуда ему здесь было взяться? Раздумывать не было времени, тварь, судя по обильно капающей слюне и тому, что она не переставала верещать и бить хвостом, была очень голодна и возбуждена. О Чужих много говорилось в хранилищах Ордена, ткачи должны были изучать информацию о наиболее часто встречающихся особях, в частности науду и ксеноморфах. Поскольку цитадель находилась на территории аттр'ури. Судя по рифленой голове – это солдат. Чёрт, справиться с этим агрессивным существом будет не так-то просто. Зашипев, Чужой кинулся вперёд, метя в голову, бросок оказался очень неожиданным, и Ануш не успела уйти от удара до конца. Страшные когти проехались по шее, дикая боль сковала мышцы, потекла кровь, девушка упала и стала зажимать рану, стараясь остановить кровотечение. В этот момент ксеноморф наполз на ткача и открыл пасть, готовясь выпустить вторую челюсть. Воспитанница Ордена не собиралась умирать, потому выставила свободную руку и выпустила жгучие нити прямо в рот твари. Плети вылетели из ладони, как острые шипы, пробили Чужому голову, выйдя с другой стороны банановидной головы. На кожу капнула кислота, девушка поспешила убрать нити и отпихнуть от себя монстра, пока его едкая кровь не успела разъесть всю руку. Маленькая капелька жгла кожу, девушка быстро сняла сумку и вытащила оттуда плотную практически плоскую упаковку, разорвав её зубами, Ануш приложила пропитанную раствором салфетку к проблемному участку. Жжение прекратилось практически сразу, состав нейтрализовывал большинство химических элементов и кислот. Симбионт, находящийся в теле выходцев из Ордена поможет залечить рану до конца, но след от ожога явно останется. Ткач вспомнила, что у неё есть ещё одна рана – на шее. Но учитывая, что девушка до сих пор жива, значит, артерии не задеты. Хотя бы одна хорошая новость, но порезы всё равно надо обработать. Выкинув салфетку, Ануш достала миниатюрный пузырёк и капнула несколько капель на раны. Сильно защипало, а потом зачесалось, регенерация кожных покровов в разы ускорилась и буквально через десять секунд на месте страшных ран уже появилась кожа, но вот только следы в виде шрамов остались. Ткач спрятала флакон, завязала сумку и накинула на плечо. Она уже хотела идти искать странную особу, но та вдруг появилась прямо перед Ануш, заставив последнюю едва ли не подпрыгнуть. Лицо скрывал глубокий капюшон простой куртки, похожую на те, что носили солдаты Земного Альянса. Простые брюки и тяжёлые берцы на ногах говорили о том, что у этой женщины есть специальная подготовка, и она наверняка состоит в каких-нибудь войсках. Вот только ни отличительных знаков, которые говорили бы о роде войск, ни погон, говорящих о звании, не было. Из-под капюшона виднелся угловатый подбородок, да тонкие, практически, белые губы. Одежда висела мешком. Либо она была страшно худая, либо кто-то решил пошутить над ней. - Вспоминай, - сказал хриплый, безжизненный голос. - Что? – не поняла Ануш. – Что вспоминать? - Вспоминай. Женщина подняла страшно худую ладонь, кожа будто висела на высохшем скелете. Чем же она себя так довела и почему? Костлявые пальцы отогнули ворот куртки и показали шрамы на левой стороне шеи, ткач неосознанно коснулась места, откуда несколько минут назад сорвал кожу ксеноморф. Особа исчезла с оглушительным хлопком, оставив после себя облачко чёрного тумана, быстро рассеявшегося перед глазами Ануш. Тут же окружающая обстановка начал меняться, исчезли дома, труп Чужого, обстановка приобрела очертания обширного зала. Вокруг была разруха, повсюду валялись детали каких-то механизмов, в стенах красовались дыры и полосы от плетей. Сохранилось несколько перевёрнутых столов, а под ногами валялись простые механические роботы, которые собирали адепты, учившиеся разбираться поначалу в простых технологиях. - Так значит, это иллюзия? – спросила себя ткач и, повернув голову, коснулась кожи. Там оказались шрамы, кожа была мягче. В панике, девушка стала искать хоть какую-то отражающую поверхность. Найдя отполированный кусок металла, Ануш всмотрелась в него, раны были, только что заросшие. Сердце заколотилось, как бешеное, готовясь проломить рёбра и выпрыгнуть из груди. Значит, сказки о видениях – правда. «Так, надо успокоиться! Дан Мора не зря мне это показала. В этом должен быть какой-то смысл», - твердила сама себе девушка и стала вспоминать всё, до мельчайших подробностей. Непонятная костлявая женщина, у которой имелись точно такие же шрамы от когтей ксеноморфа, её слова, город, исчезновение… Звук хлопка, подземный город. Всё это было смутно знакомо, но оно будто не относилось к жизни ткача. Это что-то было так давно, закопано в глубинах подсознания, будто явилось из прошлой жизни. Ануш пыталась увязать это всё в одну ниточку, но не получалось, смысл ускользал, было слишком мало данных. Стоп! Хранилище информации здесь есть, значит, должна быть и система управляющая ей. Надо хоть какой-то работающий компьютер, а там можно задать поиск по ключевым словам, обработка, конечно, займёт много времени, но отступать нельзя. Эта иллюзия… Не зря обитель показала её, в этом есть определённая цель, и девушка была полна решимости узнать, что всё это значит. Но главная проблема состояла в другом: соизволит ли обитель показать нужную дорогу к базам данных. Или же так и будет мотать по лабиринтам коридоров и залов? Открылась дверь в боковой коридор, не тратя больше время на раздумья, Ануш пошла туда. *** Морвиин очнулся на берегу подземного озера, спина сильно болела, упал он с достаточной высоты, чтобы переломать все кости, но на удивление остался цел. Аттуриец поднялся на ноги и попытался связаться с товарищами, но не получилось, попробовал разные частоты – никакого результата. Хотя они все должны были свалиться именно сюда. Сменив несколько спектров зрения, Бандит увидел, что под спокойной поверхностью ло (аттур. - вода) находится проход. Это вполне мог быть просто вход в подводную пещеру, но выбора большого не было, другого выхода из этой пещеры здесь не наблюдалось. Хищник рыбкой бросился в озеро и поплыл, вода была практически ледяной, но чем ближе он подплывал к этому проходу, тем теплее она становилось. Как и оказалось, это был небольшой тоннель, ведущий в соседнюю пещеру, но стоило аттурийцу туда приплыть, как пейзаж вокруг изменился. Исчезли горные породы, вместо них вокруг появились трубы и металлические листы, ему был знаком этот пейзаж, оттолкнувшись от пола, Морвиин выплыл на поверхность и оказался на нижних ярусах Аттола, где вырос. Снова замелькали различные спектры, но нет, это действительно была обитель отступников JAG'D'JA. Ничего не понимающий Хищник выбрался на берег и стал осматриваться, инстинкты говорили, что это не ложь и всё, что происходило вокруг – не плод его фантазий и разыгравшегося воображения. Но как он здесь оказался? Что произошло? Он же буквально пару минут назад был в подземном озере под Дан Морой. Размышлять о том, правдивы ли сказки об иллюзиях этого проклятого места, не было времени. Где-то в глубине тоннеля послышалось приглушённое рычание, выскочил клинок, принял боевое положение плазмомёт. Аттурией выглянул за угол, в обе стороны шёл коридор, уходящий в разные стороны Аттола. Это место тоже оказалось знакомым… Какое-то давно забытые ощущение, словно, он уже был здесь. В спину кто-то врезался, Воин не услышал ни шагов, ни звука броска, но быстро ударил локтём противника и сбросил его с себя, что сделал достаточно просто. Сверкнул клинок, готовый пронзить нападавшего, однако, в сантиметре от лица противника оружие остановилось. - Ты с ума сошёл, виар-оклан (аттур. - названный брат)? – спросил молодой аттуриец. Морвиин не мог поверить, он так и застыл изваянием, не в силах отвести глаза от того собрата, которого называл братом. - Побежали, пока нас не хватились! И убери эту железку! – крикнул Неокроплённый и рванул вперёд. Этот юнец погиб много си'нтров назад. Тогда только начался Сезон Слияния и двое сосунков решили воспользоваться ситуацией и сбежать с Аттола. Им надоело выполнять команды тренеров, которые с каждым днём становились всё агрессивнее. Понимая, что сейчас мозг затуманен действием гормонов, Морвиин и Сор-зип решили сбежать, украсть первый попавшийся KHOR'JAA и покинуть это осточертевшее место. - Стой, нельзя туда! – крикнул вслед первый помощник Кол-лата, но товарищ был уже далеко и успел свернуть за угол. – Нет, я не позволю этому повториться! Бандит рванул за товарищем, сейчас он не тот сосунок, что был тогда, сейчас он – Воин, и может спасти собрата от ужасной участи. «Только бы успеть! Только бы успеть!» - думал про себя Хищник. Послышалось рычание, плазменная пушка начала раскручиваться, и как только Морвиин завернул за угол, пустил мощный залп в спины отступников. Они не пожалеют их, так с чего жалеть и ему. Двоих си-у'кве отбросило в стороны, кому-то из них оторвало руку. Вбежав в помещение, Бандит развернулся и вонзил клинок в горло одного из преступников, что должен был продырявить спину. Пушка снова повернулась в сторону подходящих изгнанников, и выпустила два слабых залпа, отбрасывая назад этих ублюдков. Наступила тишина, такая, что звенела в ушах. - Сор-зип! Сор-зип! – позвал Морвиин, и увидел собрата под телом одного из поверженных противников. Сбросив тяжёлую тушу берсеркера-отступника, Воин увидел глубокий ожог на теле Неокроплённого. Видимо, мощный плазменный залп не только отбросил двоих врагов, но ещё и прошёл вперёд, ранив собрата. - Нет, держись! Скоро должна подойти помощь! – сказал ему Морвиин. Виар-оклан начал закрывать глаза, мандибулы практически не двигались, во рту скопился твей, но никто так и не шёл на помощь. Сор-зип медленно закрыл глаза и перестал дышать. Нет! Так не должно было случиться! Не должно! Тело вдруг начало становиться прозрачным, очертания местности, трупы убитых си-у'кве пропадать и проваливаться сквозь металлический пол, становившийся постепенно каменным. Через несколько секунд Морвиин обнаружил себя, стоящим на коленях в пещере, перед металлическими дверьми, которые не спешили открываться. Бандит схватился за голову и взревел. Звук многократно усилился эхом, казалось, этот отчаянный вой был слышен по всей планете. Он помнил этот день, только так можно было добраться до доков, где стояли пришвартованные корабли. Сосунки, которых тоже не миновало влияние Сезона, решили, что они уже достаточно опытные и поставили на удачу. Вместе им удавалось многое, вместе они были непобедимы, так они считали до этого рокового дня. Сор-зип убежал вперёд, разведывать местность, но неопытность подвела его. Юнцы попали прямо в логово си-у'кве, когда те готовились атаковать соседнюю стаю. Заслышав рычание и крики боли, Бандит ринулся на выручку товарищу, но не успел. Виар-оклана окружили и смеялись, лениво нападали, дабы потешить своё самолюбие и поиграться с добычей. Неокроплённый неуклюже отмахивался от врагов, но те, заметив ещё одного юнца, закололи первого, прямо на глазах Морвиина. Не выдержав такой потери, он атаковал, но получил удар в спину. Отступники бросили мёртвое тело в сторону, двое начали свежевать его: каннибализм был обычным явлением среди си-у'кве, им терять уже было нечего, грехом больше – грехом меньше. Морвиин был ещё жив, но чувствовал, что рана смертельная, становилось холодно, зелёный твей быстро покидал тело. Затем послышались взрывы и звуки выстрелов, берсеркеры-изгнанники зарычали и бросились в сторону нежданных гостей, что было дальше, юнец не знал, он потерял сознание. Очнулся в медицинском отсеке, спина ныла и чесалась, попытавшись сесть, перед глазами Бандита всё поплыло, и он упал обратно. Повернув голову набок, Морвиин увидел своего тренера, который был не в слишком благостном расположении духа. Позже он узнал, что Сор-зипа нет в живых, Хищник надеялся, что товарищу повезло, но не в этот раз. Тогда Бандита подвергли жестокому наказанию, он поклялся больше ни с кем не водить дружбу, общаться на темы Охот и трофеев, но никого не подпускать на более близкое расстояние. Волк-одиночка, вот кем он решил быть, ему хватило потери единственного собрата, которого он считал виар (аттур. - брат). Это сильно отразилось на психике тогда ещё несмышлёного юнца, сделав замкнутым и вспыльчивым. Двери с тихим шелестом отворились, показывая дальнейший путь. - Тебе не сломать меня, Дан Мора! – прорычал Морвиин и решительно направился вперёд. *** Грашенд пытался проломить стену, за которой находилось обширное помещение, но каждый раз, когда на стене появлялась дыра от плазменного залпа, уродливая рана зарастала. Аттуриец зарычал, поскольку плазмомёт заклинило, он уже раскалился до предела, ещё пара выстрелов и металл начнёт плавиться. - Рьет (дерьмо)! Как же тебя пробить? – спрашивал он, а потом обернулся назад. Серые глаза расширились от изумления, вокруг были джунгли одной из планет, куда завозили дичь для натаскивания Молодой Крови. Эти угодья были ему знакомы, шуршала листва вокруг, нещадно палило солнце в вышине, Внезапный (Грашенд) стоял посреди поляны, высокая трава доходила ему до пояса. Что он здесь делает? Как он тут оказался? Рядом мелькнула фигура ксеноморфа, ещё одного и ещё, это были бегуны и они неслись к улью. Точно! Он вспомнил, что участвовал в этой Охоте. Грашенд и ещё двое охотников гнали стаю бегунов, забавлялись, не понимая, что те ведут их в ловушку. - Ты убил меня! – послышался знакомый голос, который аттуриец никак не чаял услышать. Обернувшись, он увидел своего товарища по этой Охоте – Орвенда. Ещё с самого начала совместной операции они невзлюбили друг друга. Громкий (Орвенд) был фир-лиокой их группы и постоянно старался уязвить собрата, унизить перед лицом третьего участника. - Нет, ты был невнимателен! – крикнул Грашенд, твердя про себя: «Это галлюцинации! Это всего лишь плод моего воображения!» - Но ты видел ловушку, ты мог предупредить. И почему же ты медлил? – спросил Орвенд. Тут на боку фир-лиоки появилась рваная рана, первый ксеноморф, добравшийся до собрата вонзился в бок и вырвал оттуда кусок. Грашенд отступил на шаг. - Ты убил меня! – уже обвинил его командир группы. Хищная маска, украшенная нижней челюстью большой кошки рассыпалась в прах. Перед Внезапным предстало изуродованное когтями лицо, единственный зелёный глаз, из глазницы второго вытекал твей. - Ты снял маску, чтобы никто не увидел, что ты просто стоишь и смотришь! Фир-лиока упал на колени, из рассечённой груди тоже потёк твей. Раздался оглушительный крик, перекрывающий все окружающие звуки. С ближайших деревьев вспорхнули птицы, казалось, даже листва зашуршала в такт его крику. Не зря же его звали Громкий! Грашенд заткнул уши и сам заорал, чтобы хоть немного заглушить этот звериный рёв, но когда-то давно он им упивался. Нет, он не хотел его смерти! Правда, не хотел! Внезапному лишь хотелось преподать урок строптивому ведущему, чтобы тот не мнил о себе много. Ксеноморфы напали сверху, взяв в кольцо Орвенда, тот не смог отбиться. Эти твари уже были достаточно опытны в боевом плане и несколько секунд промедления стоили жизни фир-лиоке. Тогда Внезапный смог отбиться от обвинений Гмую-ту, но воспоминания остались. Аттуриец закопал их в самый тёмный уголок души и никогда не вспоминал, думал, что эти кошмары ушли, оставили его… Только через несколько секунд он понял, что слышит оглушающую, звенящую тишину. Открыв глаза, он снова увидел себя в помещении. В скале появилась потайная дверь, уводящая куда-то в сторону. Выбора большого не было, и Грашенд пошёл туда, ибо оставаться на месте было крайне неразумно. *** - Ты должен больше тренироваться! – слышал он голос самки. - Я не могу, голова раскалывается! – отмахивался Иннар. - Не смей перечить! Продолжай! Пока не сосредоточишься, о сне можешь забыть! Зарычав, мальчишка снова уставился на сидящих у костра сверстников. Уже немолодая самка ятжа сидела неподалёку и разбиралась с делами, синяя валар-минд (яут. - коса), украшенная костяными и серебряными унтарами была перекинута через плечо. Тусклые глаза, сейчас приобретшие белый цвет, смотрели на экран встроенный в широкий стол. Иннар вздохнул, на него уже стали показывать пальцами, говоря, что тот не вырастит охотником никогда. Матери никто не смел перечить, и другие члены Совета молчали, и не вмешивались в воспитательные методы Ир-зум. Она знала, что делала и не хотела, чтобы теплящаяся искорка таланта была загублена… Нет, этого она допустить не могла! Время помахать копьём ещё придёт, наверстает своё, у неё слишком мало времени, чтобы научить его мастерству чтения чужих мыслей. У её детей вот уже много поколений с таким талантом рождались только самки и вот удача – практически на закате жизни – самец. Она не желала, чтобы этот талант оказался загублен на корню. Мальчишка глядел на старшего наггала (яут. - брат) и старался проникнуть в его мысли, но стоял блок. Никак не получалось сквозь него пробиться, даже почувствовать не выходило. Как можно научиться читать мысли, если не было дано никаких указаний, как достичь нормально концентрации? И что это вообще такое? Он напрягался, старался проникнуть глубже, ухватить хотя бы какую-нибудь мыслишку, но не получалось. - Мать, я не понимаю, как! – наконец-то сказал мальчишка. Самка глянула на него исподлобья, медленно встала и подошла. Он ожидал любой реакции, но не той, что последовала. - Не напрягайся, - сказала она, присев рядом. – Не надо морщить лоб и напрягать разум, расслабь его, отпусти в свободное плавание, и сосредоточься на образе наггала. Попробуй. Мальчишка встал у окна и расслабился, получилось не сразу, под пристальным взглядом строгой Матери это сделать было очень тяжело. Успокоившись и «отпустив свои мысли» Иннар глянул на брата, тут же в голове скользнула озорная мысль, проучить какого-то подростка. Маленький ятжа обрадовался своей удаче, обернулся к Ир-зум, но увидел там оскал Матриарха Кайнде. Она клацнула челюстями, и Танцор открыл глаза. Сон был настолько реалистичным, что хотелось вопить. Картины давно забытого детства, прошлого, которое стирается из памяти годами тренировок, лишений и Охот. К тому же это были годы, которые Иннар не хотел вспоминать, никогда, забыть на веки. Танцор поднялся с каменного пола и увидел вокруг небольшой разгромленный кабинет. В стенах торчали обломки сирюкенов, на полу валялся какой-то мусор, вокруг перевёрнутая мебель, покореженные стены. Что он тут делает? Как сюда попал? Он же помнил, что падал сквозь землю. Глянув наверх, он увидел невысокий потолок, в который были встроены светильники. Впереди валялась развороченная дверь, только так можно покинуть это место. Переступив через обломки, Иннар покинул помещение, порадовавшись про себя, что смог отобрать у аттурийца копьё. Теперь у него есть более длинное оружие, против шестов запястными лезвиями не навоюешься. Он ещё встретится с ними, непременно встретится.