Ты знаешь, где я хочу тебя поцеловать?

Чонгук давно мечтал одеть золотое колечко на безымянный палец своей пары. Нет, не помолвочное — обручальное. Он смотрит на Тэхена, который выслушав обед, что произносит священник, говорит заветное и такое долгожданное «да». Они замирают на секунду, глядя друг другу в глаза, время останавливается для них, давая момент насладиться друг другом. Они поклялись перед Богом, что будут вместе в горе и радости, болезни и радости. До тех пор, пока… А будут ли? Эта мысль посещает голову светловолосого молниеносной вспышкой, так же резко и исчезнув. — Можете поцеловать своего супруга, — слышится рядом, и Чонгук поддается вперед, затягивая Кима в сладкий тягучий поцелуй. Это длится не долго — у них еще много времени впереди, чтобы провести его наедине. Наконец это произошло. Теперь Чонгук только его. Тэхен готов кричать на весь мир об этой радостной новости. Этим большим шагом в его жизни он разрывает свою грудную клетку и достает алое сердце, вручая вверяя его младшему. Он не боится, сам держит чужое в своих руках. Парень оборачивается назад, смотрит на своих родителей: отец добро улыбается, мать же смахивает выступившие слезы маленьким платком. Рад, что они приняли его таким, какой он есть, что так же радушно приняли и Чонгука. Однако родителей последнего здесь нет. Печально, но те оборвали все связи со своим сыном еще около четырех лет назад, когда на их со старшем годовщину, тот решил признаться, что вот она, его любовь. Что нет, это не милая девушка с длинными волнистыми локонами, а безумно красивый молодой человек с глубоким бархатным голосом и очаровательной квадратной улыбкой. Чонгук переплетает их с Кимом пальцы, держит его уже не как парня, не как жениха, а как своего мужа. Родного и близкого. Заботливого и уютного. Того, которого хочется держать рядом с собой всю оставшуюся жизнь и не выпускать никогда его теплую руку из своей холодной. Хочется до конца жизни просыпаться по утрам, видя перед собой спящего старшего, который уткнулся ему в грудь лицом; касаться только его тела, вдыхать только его запах. И сегодняшней ночью Чон будет любить его, наслаждаясь томным ламповым взглядом светло-карих глаз из-под русых волос, которые будут смотреть на него с блаженной негой удовольствия, а с пухлых розовых губ будет срываться его имя. Внутри младшего мерцают искры, постепенно разгорающиеся в алые языки пламени. Он сгорает изнутри, но совсем скоро поделится этим жаром с человеком напротив него. Знаете, у счастья Чонгука карамельные глаза с медовыми ободками вокруг радужек и карими крапинками на ней. Сочетание убийственное. Отпечаток этих глаз отпечатывается в памяти на долгие годы вперед. И если бы этот взгляд, которым смотрит на него Ким, был бы прикован не к нему, брюнет был бы готов убить всех, на кого старший посмотрел бы так.

***

Звон бакалов и столовых приборов раздается со всех, казалось бы, сторон. Просторный зал повсюду украшен белыми и красными розами. С высоких больших окон лучи солнца пробиваются, чтобы осветить все вокруг. Тэхен рад. Очень. Но он не переносит весь этот шум. Он отдается в голову, вызывая легкое головокружение. Народу много, от чего становится трудно дышать. Ким теряется в этой толпе из знакомых и родственников. Он отдаляется от Чонгука с каждым шагом, когда эти самые родственники подцепляют его из толпища людей, вовлекая в разговор. Парень как бы и рад поговорить с бабушкой, которую не видел около года, но мыслями он не здесь. Он вьется вокруг Чонгука, что выбился из виду и теперь наверняка гуляет где-то от компании к компании, переговариваясь на всевозможные темы. Кому как не Тэхену знать, что младший может поддержать почти любой разговор. Спустя пол часа, когда все же удается найти спокойное тихое место, Тэхен выдыхает со спокойствием. Шастает по людям глазами, выискивая знакомую черную макушку, но так и не находит. Он облокачивается на близ стоящую колонну и прикрывает глаза. Музыка льется, откуда-то впереди. Где-то там, возможно, есть Чонгук. И несмотря, что место, которое Ким выбрал, было почти безлюдное, покоя ему не дают чьи-то руки. Парень дергается от легкого испуга. Они словно возникли из ниоткуда, обхватывают его талию и начинают утягивать назад. Тэхен упирается спиной в твердую грудь и чувствует, как чужой нос зарывается в его волосы. Чувствует это горячее дыхание и ежится от щекотки, которое оно вызывает. Повернув голову, он встречается с черным, полным желания, взглядом. Младший облизывает свои сухие губы, немного наклоняется вперед и медленно дышит в приоткрытые губы мужа. Удобное положение ему позволяет это действие. Ким прикрывает глаза, когда младший скользит языком по его нижней губе, как бы пробуя на вкус перед тем, как поцеловать. Светловолосый чувствует вкус вина на чужих устах, и его ведет. Ему кружит голову, когда их языки переплетаются между собой, а мыслями Тэхен давно путешествует по галактикам. Внутрь, по ощущениям, закрался маленький человечек, его так много и в то же время так мало, что хочется выть от этого непонятного чувства. У этого человечка имя Чон Чонгук и он любит играть на струнах его быстро бьющегося сердца, что с каждым ударом гонит горячую кровь по венам. — Я хочу… Тэхена перебивают, снова утягивая в поцелуй, а потом горячим дыханием кожу в области шеи обжигают. — Давай сбежим? — выдыхает младший, руками скользя по кимовой талии вниз. И Тэхен не против сбежать. Не против оставить всех этих людей здесь и уйти с любимым человеком хоть на край земли. Он согласен, поступок глупый, тем более он становится еще глупее, когда свадьба не чья-нибудь, а твоя. И в зале много людей, что хотят обсудить с ними их будущую семейную жизнь. Например, Чимин, который наконец перестал убегать от Юнги. И, соответственно, сам Юнги, который добился, чего хотел. Тэхен уверен, встретясь сейчас они с ними, то от Пака услышит шутку про бурную ночку. Тогда захочется, конечно, съязвить в ответ, но крепкие руки Чона, обвивающего его талию, утянут за собой, не давая молвить и слова. Да и сейчас на все это так пофигу, хочется просто уткнуться в шею младшего и вдыхать аромат его кожи. Эта идея дарит крылья за спиной. Старший руку брюнета в свою берет и крепче сжимает его ладонь в своей, когда они, несясь по длинному коридору, выбегают на улицу с глупыми улыбками на счастливых лицах. Легкий осенний ветер закрадывается под их пиджаки, вынуждая мурашки пробежать по всему телу, и треплет волосы, устраивая на голове бардак. В глазах Чонгука восхищение, в карамельных глазах напротив — мерцание, и его так хочется сохранить там как можно дольше. Оба смеются, смотря друг на друга, потому что глупо, потому что мило и по-своему обворожительно. Небо у них над головами медленно затягивается серыми тучами. Их было видно еще утром, когда парни только проснулись, потирая глаза, чтобы прогнать сон, но вот, они наконец достигли их. — Вместе? — звучит вопрос старшего, когда на лицо падают пару холодных капель. — Навечно? — смеется Чонгук в ответ. А между тем мелкая морось перерастает в настоящий дождь, что бьет по асфальту и делает мокрой их одежду. И даже когда оба промокают до нитки, не отрываются друг от друга. Да, скорее всего они простынут, но никогда не пожалеют об этом моменте.