Main Attraction

      Кем нас делает ложь в глазах смотрящего? Спасителями? Врунами? Может мы найдём понимание? Белая ложь, что по легендам случается во спасение, тот же обман или нечто другое?       Я всем был известен как самый честный человек в округе Калифорния, но какая-то неведомая сила заставила меня переступить через себя и однажды соврать Эмме. Мне тяжело было пройти через это, но второй раз дался легче. Упаси господь сделать враньё своей привычкой...       — Серьезно?! Ты понимаешь какие у нас могут быть проблемы, если отец Кристи оскалит на нас зубы?       — Так у меня есть ещё немного времени.       — На что? На создание новых проблем? Джефф, ты должен был сказать правду.       — Ей нужна была версия — она ее получила.       — И она поверила?       — Я был максимально убедительным, к тому же они в контрах.       — Кошмар...       — У меня нет правды, Джина! Я не знаю наверняка, а гадать можно сколько угодно. У неё премьера на носу, пускай расслабиться пока мы ищем реального преступника.       — Я боюсь ты все усложнил.       — Хватит! Я не намерен выслушивать болтовню не по делу! Найди мне Кристи и приведи сюда.       — Под каким предлогом?       — Ты первый день в полиции? Найди неоплаченные счета, штрафы, спровоцируй агрессию. Мне нужна эта девка здесь!       Джина раздраженно выдохнула и покинула мой кабинет. Да, я сказал Эмме что маньяка на неё натравила Кристи. На самом деле у меня все ещё есть предположение о реальном виновнике всех торжеств, но если дать огласку имени — все полетит к чертям. К оппонентке мой блонды так или иначе есть вопросы, потому что Джина нашла себе стукача на студии, который был рад поделиться информацией о папаше Кристи. Этот олигарх вываливал мешки денег режиссёрам за свою дочурку лишь бы она засветилась в рекламе, но ей повезло даже второстепенные роли получать. С неё мы начнём обстоятельно копать под отца и даст бог выйдем на поставщика субстанции, к которой по слухам причастна вся семейка. К несчастью нам не удалось тут же найти Кристи: она свалила в Монако два дня назад. Якобы не выдержала фурора Эммы и решила отвлечься. Будем ждать, коллеги с таможни предупреждены.       "Город грёз" выходит в прокат. Эмма пригласила меня на премьеру, но я не любитель большого скопления людей и уж тем более против тусовки среди представителей медиа. Я не дал конкретного ответа, но уже настроился на визит. Просто посмотрю фильм и аккуратно свалю с афтерпати до того, как меня заметит хоть один знакомый. Компанию мне должен был составить Кристофер, у которого будет важная миссия — расспросить актеров о наркоте и где они ее берут. Мой друг был счастлив узнать о своём «внедрении». Для него это прямо событие, исполнение мечты, а для меня облегчение. Он наконец-то перестанет капать мне на мозги с просьбами поучаствовать хоть в какой-нибудь операции.       В день премьеры я очень долго настраивался на выход в свет будто бы это я в главной роли фильма и все будут смотреть только на меня. Бронсон любезно помог мне выбрать костюм наиболее подходящий вечеру из двух представленных в моем гардеробе: один был наречён откровенно похоронным за унылую черноту, а второй — темно-синий — оказался «топовым» как высказался Крис.       — Я думал чёрный — классика.       — Классика — слим-фит, а чёрный уже не так крут, — экспертно заявил Кристофер стоя передо мной одетым с иголочки. Легко ему говорить: два шкафа с костюмами и рубашек с галстуками на целую армию модников. Выбирай — не хочу, — А в чем будет Эмма? Я могу заехать домой и взять тебе галстук в тон ее платью.       — Я не буду ее сопровождать. У меня, скажем так, разведывательная вылазка.       — Вот жук! Я прям спал и видел как ты ведёшь ее по красной дорожке, а я лично делаю самые отпадные кадры и после пишу статью! — возмутился Бронсон.       — Ей даже не обязательно знать что я там буду. К тому же мое присутствие не должно быть предано огласке.       — Ты ее потеряешь, Джефф... Девушке нужно знать, что на неё смотрит предмет воздыхания.       — Не учи меня девчонок кадрить, — я закатил глаза к потолку и взмолился всем богам чтобы этот пустой разговор поскорее закончился.       Ну бесит меня когда-то начинают навязывать свои взгляды и учить как надо и что лучше. Я предпочитаю пользоваться своей головой не только для того чтобы курить в нее, но и чтобы думать и принимать самостоятельные взвешенные решения.       — У меня их были сотни. Я знаю о чем говорю!       — И все сомнительного качества.       — Зато какой багаж опыта! Спроси что хочешь.       — Когда ты заткнешься?       Кристофер рассмеялся и свернул разговор в другое русло не дожидаясь угроз жизни и здоровью в свой адрес. Я стал замечать как мое окружение пытается сблизить меня с блондой, в то время как мы сами ещё на стадии принятия. Ну я точно не знаю что там она обо мне думает. В любом случае мне бы хотелось чтобы все произошло само собой, а не потому что кто-то нас убедил в правильности наших отношений. Есть ли у нас хоть малейший шанс? Коп и актриса! Нет ещё фильма про такой неоднозначный союз? Я бы посмотрел чем дело кончилось.       — Я просто мишень! Зачем мне красный галстук? — мой вопрос прозвучал как пулеметная очередь из раскалённого орудия когда Кристофер вручил мне аксесуар к костюму. Этот пройдоха умудрился сбегать не только за сигаретами в ближайший супермаркет, но и заскочить в магазин мужской одежды. А я все думал почему он так долго? Неужели специально для него сейчас на кассе собирают нужный табак и крутят папиросы?       — Не хочу ничего слышать! Теперь ты запросто сойдешь за своего в любой голливудской тусовке, — только и ответил мой друг на возражения. Делать нечего — я покорно завязал галстук.       Мы ехали в такси в сторону Аллеи славы, Бронсон был по правую руку от меня. Он смотрел как за бортом автомобиля пробегают дома, люди и машины. Он был задумчив и выглядел невероятно круто, что мне даже стало немного завидно. Его костюм цвета молочного шоколада только подчеркивал загорелый тон кожи и сидел на его плечах как влитой. Это и не удивительно: Кристофер уже много лет покупает дорогущие костюмы на заказ, так что ни один из его арсенала не сможет мне подойти — я все таки шире и немного выше. Да, он пытался одеть меня в своем стиле. К счастью, затея провалилась.       — Успокойся уже. Выглядишь отпадно с галстуком и без, — отмахнулся он не встречаясь с моим недовольным взглядом, — Надоест — снимешь.       — Не вижу в нем необходимости. И вообще, темно-синий с красным? Это что, модно?       — Какой ты отсталый, прости господи...       Я только угрюмо хмыкнул в ответ и отвернулся к окну. Что ж, стиль — это не мое. Мне бы что поудобнее, да чтоб не жалко замарать. Мой чёрный костюм видел свет всего пару раз на какие-то праздники, а в синем я был лишь однажды и то на свадьбе дочери шерифа. Он нас хотел свести ещё в начале моей карьеры, но мы с Кристофером быстро это поняли и экстренно нашли ей более достойную партию в лице скромного банкира. Все счастливы. Особенно я, ведь хорошее дело браком не назовут, верно?       — Может заскочим к Эмме? — вдруг отозвался мой друг.       — Зачем? Я уверен ее будет сопровождать целая эскадра телохранителей, — угрюмо ответил я, — К тому же делать крюк — дикость. Мы почти приехали!       — Да что ты в самом деле? Увидеть ее разве не является твоей целью по утрам?       — Голой — возможно.       Мы гоготнули.       — Простите, — обратился Бронсон к водителю такси, — Мы бы хотели сменить маршрут. Посёлок Bel Air и ближайший цветочный магазин. Пункты назначения наоборот.       — Я еду свататься?       — Будем считать это репетицией.       Кристофер почти заставил меня (снова!) купить простенький букет из чайных роз и вскоре мы приехали к дому той, чей образ прожигал во мне дыру последние полгода. Бронсон сказал, что мне нужно высказаться, объяснить свои чувства и быть наконец уверенным, что все взаимно, ведь "... нет большей агонии, чем хранить внутри себя невысказанную историю". А я вообще не уверен в своих чувствах. Что я скажу Эмме? Что мне надо что-то сказать, но мысль еще не сформирована, так что увидимся никогда нибудь? Бред.       Мне было как-то не по себе стоять у ворот дома Эммы в обнимку с цветами и ждать когда же мне откроют. Этот спонтанный визит и непрошеные уроки обольщения сбили меня с ритма и я чувствовал себя как школьник на выпускном ощущая какой-то страх перед отказом. Эмма довольно долго не реагировала на звонок, но наконец ворота распахнулись, тяжелыми шагами на ватных ногах я пересёк подъездную дорожку. Входная дверь так же не торопилась открываться и это давало мне возможность хоть как-то продумать то, что я могу сказать. Но что она хочет услышать? Слова нежности? Признания в чувствах? А может она и так все поймёт, ведь я как старый пират не знаю слов любви. Сколько бы мыслей не приходило мне в голову — ни одна не складывалась в достойное предложение. Но вот открылась дверь прервав одно мое страдание став очередным.       Передо мной предстал Тарино и в этот миг разверзлось небо, и грянул гром, и я был убит молниеносно. Все вокруг поплыло, глаза сфокусировались на фигуре напротив. Мое тело сковал спазм и только диафрагма сокращалась с бешеной скоростью все ещё поддерживая во мне жизнь в то время как сердце, клянусь, дало остановку. Уже слышу как где-то в черепной коробке кричит маленький писклявый доктор: "Фибриляция!". Но нет, я в сознании и происходящее — реально.       — Какая встреча, — демонстрируя звериный оскал сказал Дэвид, — Как раз тебя вспоминали.       — Кто там? — раздался полувсхлип из-за угла. На размытом фоне возникла фигура Эммы, но я отчаянно игнорировал ее присутствие. Моя цель передо мной и я готов был на жесточайшее в истории Америки убийство, что сам палач Даммер стоя аплодировал бы мне в Аду.       — Ночной кошмар, — пропел режиссёр максимально противным тоном, что меня аж передернуло не столько от его самоуверенности, сколько от того, что именно его мочальник встретил меня в дверях.       — Джефф? Господи, проходи скорее, — залепетала она и попыталась протиснуться между нами. По негласному договору, не отрывая друг от друга глаз, мы с Тарино не позволили замыслу Эммы случиться. Я все молчал и даже если бы смог заговорить, то не нашёл бы слов. Он здесь, он с ней, в ее доме. Мне неважно в чем она и что было до моего появления. Достаточно того что я увидел. Достаточно, чтобы уйти и никогда не возвращаться.       Я протянул ей букет не глядя и развернувшись на каблуках медленно пошел обратно к машине усиленно пытаясь проглотить застрявший в горле ком. Позади меня раздавались голоса Эммы и Дэвида, судя по интонации они пререкались, но все было как под водой: гулкие звуки, скованность в движениях, трудности с дыханием. Уже за воротами, когда я был в шаге от машины, блонда схватила меня за руку привлекая к себе внимание.       — Да подожди ты! — воскликнула она тяжело дыша.       Я смотрел выше неё не желая встречаться с глазами напротив.       — Я думаю с меня на сегодня достаточно потрясений. Удачи на премьере.       — Ты же... — она бегло осмотрела меня, — Ты собрался прийти! Господи, Джефф, ты выглядишь просто потрясающе!       — Не могу сказать о тебе то же, — отрезал я все ещё блуждая глазами где угодно.       — Между нами ничего не было. Он просто... мы разговаривали о маньяке. Я знаю ты сердишься на меня, но это мой друг!       — Ты рассказала ему? Зачем?! — наконец я посмотрел в ее глаза и увидел размазанную тушь с дорожками от слез.       — Он хотел знать почему его главная актриса постоянно недосыпает и временами зареванная. Я поделилась переживаниями, — девушка заламывала пальцы то и дело опуская робкий взгляд себе под ноги.       — Знаешь, Тарино и сам похож на маньяка. Он же крутится вокруг тебя как заворожённый и вечно пытается ручками своими противными потрогать тебя.       — Ты ревнуешь? — спросила она с лукавой улыбкой крепче прижимая к себе букет.       — У него даже взгляд бешеный, — игнорируя ее ответил я, — Да может он вообще извращенец!       — Удивительно то, что примерно то же самое он только что говорил о тебе. Я пыталась его остановить, хотя он звучал убедительно.       — Что ты имеешь ввиду?       — Он сказал что ты всегда знаешь где я и с кем, вечно срываешь съёмочный процесс, появляешься там, где меня ждут проблемы...       — Это же бред, — я начал понимать к чему клонит Эмма и меня совсем не устраивало.       — Джефф... он ведь может быть в чем-то прав. Кристи хоть и конченая, но не способна на те козни, через которые я прошла.       — А я, по твоему, способен?       — Ну... Дэвид говорит ты можешь черпать вдохновение в закрытых делах. Архив — кладезь извращённых идей от преступников любой масти.       — Вот же мразота! А как продуманно! — я успел сделать всего шаг в сторону дома Эммы прежде, чем она преградила мне путь.       — Я подумала раз ты здесь, то мы могли бы все обсудить, а не обмениваться взаимными обвинениями, — буркнула она уперев руки в боки едва не роняя цветы.       — Эмма, завязывай. Не твоё это.       — Что?       — Думать.       — Так мне считать его правым?       — Считать до трёх — это все, на что способна твоя бестолковая голова! — рыкнул я и наконец сел на пассажирское сидение гаркнув водителю поскорее убираться отсюда. С визгом колес автомобиль сорвался с места.       Кристофер все это время сидел молча в компании таксиста и наблюдал наши баталии. Лучше бы он вышел хоть пару минут назад и вмешался, тогда бы мне не пришлось выслушивать бредовые обвинения в свой адрес. А лучше бы он вообще не лез в мою личную жизнь! Приехали бы спокойно, посмотрели фильм и после пары стаканов какой-нибудь элитной шипучки разъехались бы по домам и дело в шляпе.       — Раньон Каньон Роуд, — сказал я водителю свой адрес как только мы выехали на главную дорогу из поселка Bel Air.       — Что? Нет! Мы едем тусоваться! — возмутился Бронсон наконец прервав свое задумчивое молчание.       — Хватит говорить мне что делать! — взревел я ударив кулаком по сидению, — Посмотри что из этого вышло!       — Ты обиделся? В чем суть конфликта?       — А то ты не понял! — взревел я сжимая кулаки до белых костяшек.       — Конечно нет, — в противовес моему тону Кристофер говорил тише, — Меня же там не было.       — Вот именно — тебя там не было, так что заткнись и больше никогда не смей давать свои беспонтовые советы!       Таксист переводил взгляды с меня на Бронсона и обратно то и дело сбавляя скорость и меняя маршрут на более длинный явно давая нам возможность разрешить спор и наконец определиться с маршрутом. Только вот я действительно больше не хотел иметь дел с Эммой и ее сферой деятельности, а Кристофер продолжал капать мне на мозги и читать лекции о высоких чувствах, недопонимании и ревнивых начальниках. Мы были ровно между моим домом и местом проведения премьеры «Города грез» когда мне позвонила Джина.       — Ты уже на месте? — спросила она.       — Нет. Меня там не будет.       — В смысле? Я тут уже полчаса околачиваюсь рядом с частниками, — буркнула детектив, — Какие они все таки тупые и неподготовленные к серьезному делу!       — Какие еще частники? Должны быть только наши ребята и подкрепление из главного управления!       — Шериф до тебя не дозвонился. Нам не хватает людей и сегодня свита Тарино охраняется еще частной охраной, — тон Джины был похож на разговор интеллектуала с умственно отсталым. Меня осенило не сразу.       — Едем по первому адресу, дружище, — сказал я таксисту, что уже начал закипать не меньше от меня.       — В смысле? Пьянке быть? — взбодрившись отозвался Кристофер.       — Я должен быть трезвым, кабальеро. Но да — мы едем на премьеру.       — Что ж ты сразу не сказал, что все может исправить твоя подчиненная?       — А дело не в ней, — я закурил наплевав на возмущения таксиста. Мой суровый вид и значок полицейского заставили его заткнуться, — Преследователь Эммы появляется на многих мероприятиях и зачастую в качестве представителя подрядной организации. Понимаешь к чему я клоню?       — Почти, — задумчиво произнес Кристофер повторив за мной обряд с прикуриванием сигареты.       — Мы обязаны найти этого ублюдка в полицейской форме до того, как он найдет блонду.

***

      Где я только не побывал за свою карьеру полицейского... Чего только не насмотрелся! Но сегодня я впервые был на премьере фильма не только по долгу службы, но и как обычный зевака жаждущий встречи с кумиром. Правда вот она уже случилась совсем недавно и была малоприятной, да даже просто отвратительной! Однако служебный долг, но никак не "отношения" с Эммой, заставил меня мобилизоваться, отбросить все личное и прийти на помощь не только голливудской звезде, но и своим ребятам из участка.       Мы с Кристофером прибыли на место незадолго до начала премьеры. Организаторы сопроводили нас к служебному входу, где мы встретились с первыми представителями подрядной организации. Все они были юны и, в общем-то, бесполезны на таком масштабном событии. Каждый из них только и умел что спрашивать какой-то пропуск и какая наша цель визита.       Я внимательно изучал одного за другим, но нигде не видел Рона Эндрюса. Мое чутье подсказывало мне, что цель должна быть где-то рядом, но никто даже немного похожий так и не встретился мне по пути в комнату, из которой транслировался фильм с самой настоящей пленки.       Мы с Кристофером разошлись еще на подходе к кинозалу. Я дал ему цельное указание: ждать моих указаний когда Эмма усядется в зале и ни в коем случае не сводить с нее глаз, пока я буду изучать обстановку с большой высоты. Мне открывался хороший вид на сотню сидений и экран, но в темноте я буду слеп: вот здесь-то мне и понадобятся глаза и уши моего друга, пока Джина с моими ребятами контролирует вход и выход из зала. Когда почти все места были заняты представителями киноиндустрии, актерами и помощниками, я получил сообщение от Бронсона, что Эмма и Тарино сели на третий ряд прямо посередине. Эту парочку я нашел мгновенно.       Блонда выглядела как всегда выше всех похвал. Мне хотелось верить, что ее внешний вид всеми силами пытался показать ее успех и независимость, но эти ручонки Дэвида, что время от времени ложились на ее талию или бедра, будоражили меня со всей силой. Мне хотелось рвать и метать, орать на весь округ о том, что вместе они смотрятся как отец-алкоголик и умница-доча, но кого кроме меня волновали мои страдания? Только и оставалось, что смотреть на нее с высоты, из слепой зоны, и тешить себя надеждами что этот вечер пройдет без происшествий.       Весь фильм я смотрел одним глазом на экран, а вторым присматривал за Эммой. Сто раз пожалел, что не взял с собой бинокль, потому что в темноте, изредка прерываемой яркими вспышками света, трудно было уследить за действиями Тарино. Но даже в таких жестких условиях мне несколько раз удавалось увидеть как он наклоняется к ней. Смотрел и убеждал себя, что он что-то комментирует, а не оставляет слюнявые поцелуи на ее лебединой шее. К концу просмотра я почти потерял бдительность и все мои мысли были направлены на выпивку.       — Ну, по маленькой и полетел в гущу событий, — брякнул Кристофер выхватывая у официанта пару рюмок прозрачной жидкости.       — Разве мы и так не в самом центре серпентария?       — Да брось! Большая часть гостей даже не смотрит в твою сторону. Мы как ниндзя — нас не замечают.       — Ага, — задумчиво отозвался в сотый раз потеряв Эмму в сборище звезд, официантов и охраны. Джина не могла мне помочь с поисками — она дежурила на входе проверяя не только приглашенных, но и каждого в форме полицейского. Увы, но даже к одиннадцати вечера нам не удалось встретить Рона. Я то дело скрывался за спинами от Тарино и Эммы, но ей каким-то образом удалось найти меня у одного из самых, как мне казалось, незаметных столиков.       — Дай угадаю: ты ищешь Тарино, — пролепетала она покручивая между пальцами бокал шампанского.       — Фиаско, — бросил я опрокидывая черт знает какой шот водки.       — Ты даже не пришёл на премьеру! — воскликнула блонда звякнув бокалом об стеклянную поверхность, — А ведь мне нужна была твоя поддержка.       — Я был в самом дальнем ряду и, клянусь, даже прослезился.       — Чепуха! — она всплеснула руками словно разгоняя тучи.       — Чего тебе, Эмма? — устав от бесполезной беседы я начал рассматривать снующих вокруг официантов.       — Я думала конфликт исчерпан и ты ждешь здесь меня.       — Вовсе нет.       — Лаконичность — твой конек. Тогда зачем ты здесь? — я опустил свой задумчивый взгляд на блонду, что стояла словно бы ожидая от меня каки-то конкретных действий.       — Наделся увидеть твой позор и сплясать на костях.       — Не в этот раз.       — Посмотрим, — я поджал губы совершенно не желая продолжать диалог и она поняла меня.       Эмма недовольно фыркнула и направилась в самую густую толпу, какая только могла образоваться на тусовке после премьеры фильма. Теперь ее скрывали от меня всевозможные знаменитости, журналисты, мои подчиненные и еще десяток черт знает каких людей. Но каждый из них хотел внимания от гвоздя сегодняшней программы.       Мой вечер, а точнее наступившую ночь, попытался скрасить Кристофер. Он заводил какие-то бессмысленные разговоры, периодически подзывал официанта с выпивкой и знакомился с каждой женщиной и женщиной, пока в огромном зале,битком забитым людьми, не раздался душераздирающий вопль.