Туманное будущее

– Ты совсем не думаешь, что делаешь! – вопит Эффи. – Репортёры будут здесь с минуты на минуту! – Где тебя носило?! – кричит Хеймич. – Мать сказала, что ты ушла от них больше часа назад. Я спокойно прохожу на кухню, не разувшись, и наливаю себе воды. Сделав глоток, отвечаю: – Гуляла. – А в другое время погулять не могла? – рычит Хеймитч. – Когда ты перестанешь думать только о себе? Я не смотрю на своего ментора. Почему-то мне становится на всё плевать. В кухню заходит Пит. Ему уже сделали прическу и даже подкрасили. Он смотрит на меня таким взглядом, будто говорит: «Спасибо, что оставила меня здесь одного!» Плевать. Я должна была увидеть Прим и Гейла. – О-оу! Китнисс, милая, что на тебе за обувь? – спрашивает Вения, подняв свои ладони к лицу. – Это ужас. – Это сапоги моего отца! – огрызаюсь я. – В них в сто раз удобнее, чем на каблуках! – Их нужно немедленно снять! – фыркает Октавия. – Ты же не можешь появиться перед Капитолием в таком виде! Завелись. Сколько можно критиковать мой выбор в одежде? Я ведь обещала, что для камер буду одеваться как им нужно! Входит Цинна. Единственный, кто спасает всех присутствующих от очередного взрыва эмоций, который я уже была готова на них обрушить. – Китнисс, тебя пора готовить для съёмок. Пошли наверх, – спокойно говорит он. Я покорно иду за ним. А за мной и вся команда подготовки. Меня усаживают перед зеркалом. Флавий стягивает с меня сапоги, отпустив недовольный комментарий. Достали. Мне старательно укладывают волосы в объемную прическу и разукрашивают лицо. Глаза ещё ничего, но вот губы... Красно-оранжевая помада! – А почему не зелёная? – нагло спрашиваю я. – Эта к платью подходит, – сообщает Вения безразличным голосом. – На мне же фиолетовое! – Это придётся сменить. Оно уже не свежее! – возмущенно встревает Флавий. Я отрицательно качаю головой. Но мое мнение никого не интересует. Что ж, раз сказали другое, значит другое. Это их дело. Цинна приносит бледно-красное платье, похожее на то, что сейчас на мне надето. Я быстро переодеваюсь. Меня вновь втискивают в узкие туфли. Я так без ног останусь! Мы все впятером оборачиваемся на стук в двери. – Они уже здесь! Поторопитесь! – возбужденно кричит Эффи. Пришли стервятники. Видеть их не могу. Только подумать, это первое интервью... А сколько их впереди? Ужас. Успокойся. Думай о Прим. Я еле спускаюсь по лестнице. Два раза чуть не упала. Эти туфли! Какой дурак придумал носить такое?! В гостиной стоит огромный диван. С одной стороны сидит репортёр. Я его раньше не видела. Странно, думала, что будет Цезарь. Но он, видимо, никуда из Капитолия не выезжает. Пит сидит с другой стороны. Все ждут только меня. Эффи подводит меня к Питу, и я сажусь рядом. Пит идиотски улыбается и обнимает меня за талию, как только я сажусь рядом с ним. – Миссис Мелларк, Вы чудно выглядите! – замечает красноволосый репортёр. – Спасибо, – стараюсь изобразить смущение. Выдавливаю самую милую улыбку, на которую способна. – Итак, начнём! – радостно сообщает парень с красными волосами. Как на такую глупость можно согласиться? Красные волосы? Они там все двинутые. Две камеры тем временем подъезжают к дивану. Вот и началось. Любуйся, Сноу. В нашей с тобой игре победил ты! – Как вам первый день в новых ролях? Чувствуете перемену? – громко спрашивает репортёр. Пит прижимает меня крепче к себе. – Восхитительно. Сегодня я проснулся утром и понял, что нет человека счастливей меня! – отвечает Пит. Ну, в этом он мастер! Болтливый ублюдок. Хоть в этом мне повезло: меньше говорить буду. – А вы, Китнисс? – Превосходно, – я поворачиваюсь к Питу. – Я просто счастлива. В моё поле зрения попадает Хеймич, который всем своим видом показывает, что время для поцелуя. Это оказалось тяжелее, чем я представляла. Я приближаюсь к Питу. Ему не нужно объяснять, что делать. Он подаётся вперёд и целует меня. Да уж. Это не поцелуй с Гейлом. Я с большим желанием Флавия поцелую. – Я так рад за вас, ребята! – комментирует красноволосый. Оставшиеся двадцать минут он мучает нас дебильными вопросами о любви, семье, планах на будущее. Какие планы? И так ясно, что мы с Питом станем менторами Двенадцатого. И будем каждый год провожать детей на смерть. – Моё будущее – это она, – Пит улыбается и смотрит на меня. – Радовать её – мой единственный план. Я не могу дождаться свадьбы в Капитолии! Китнисс достойна этого. Всё-таки хорошо, что я не задушила его подушкой. Как ему удаётся нести весь этот бред? Чтобы выжить и мне придется научиться. – Да! Я благодарна президенту, что он позволяет нам пожениться ещё раз! Я и мечтать о таком не могла, – радостно улыбаюсь я, мечтательно закатив глаза. Вроде неплохо. Сноу оценит. Ещё пару скучных вопросов и репортёр нас отпускает. – Благодарю за беседу! Вы удивительная пара! Свобода. Первое интервью пройдено. Но… Что же будет дальше?

***

Как только машина репортёров отъезжает от дома, Хеймич решает высказать своё мнение об интервью: – Что это такое было? Мы с Питом непонимающе смотрим на ментора. Что не так? Всё же прошло хорошо. Мы и улыбались, и говорили то, что нужно. – Я со шваброй поцелуюсь страстнее, чем вы двое! – рычит он. Так ему наш поцелуй не понравился! Пусть скажет спасибо, что он вообще был! Но ментор, видимо, придерживается другого мнения. Он продолжает кричать: – Сколько можно повторять: мы в одной команде. Мы все зависим друг от друга. И вы двое... — Хеймич делает паузу. Устало трет закрытые глаза. – Вы — те, от кого зависит наше общее благополучие, – более сдержанно продолжает он. – И мы все будем вам очень признательны, если вы будете прилагать больше усилий. Особенно в поцелуях, – кривая ухмылка промелькивает на его лице и тут же исчезает. Мы озадаченно смотрим на Хеймитча. Мы это знаем. Просто тяжело изображать любовь к объекту своей ненависти. – Мы стараемся, – отвечает за нас обоих Пит. Его глаза все ещё широко распахнуты после гневной тирады ментора. – Хеймитч прав, – замечает Эффи. – Люди видят фальшь. – На Арене не заметили, – протестую я. – На Арене, – Хеймитч особенно выделяет начало предложения. – Вы оба хотели выжить. И вы делали всё от вас зависящее, – объясняет он. – Но теперь нельзя расслабляться. Сноу не оставит вас так просто. Вы теперь всегда будете на виду. И лучше бы вам двоим найти общий язык. Мы с Питом утвердительно машем головами. Мол, всё поняли, сделаем. – И ещё новость: мы едем в Тур сегодня, – Хеймитч виновато опускает глаза. – Через восемь часов прибудет поезд. Там будут репортёры, — ментор переводит многозначительный взгляд на нас. – А теперь марш в свою комнату. Мы вновь не понимаем причуды нашего ментора. Зачем? Уж лучше сходить по домам и со всеми попрощаться. – Я приду через час, – Хеймитч делает паузу и смотрит на Эффи. Словно ищет её поддержки, а потом снова смотрит на нас повелительным взглядом. – И вы мне покажете, как вы будете целоваться на перроне, — Хеймитч серьёзно смотрит на нас и поднимает указательный палец. – Вам же будет лучше, если мне этот поцелуй понравится. В противном случае, я сам покажу, как вы должны целоваться! Мысль о том, что меня будет целовать Хеймитч, вызывает тошноту. Я перевожу взгляд на Пита. Парень стоит весь бледный. Ха! Я ещё стерплю, а вот Пит! Представляю, как Хеймитч целует Пита. Гадость. – Вы меня поняли? – спрашивает ментор. Я уже готова сказать «да», но Пит опять не дает. Он быстро берёт меня за руку и отвечает: – Поняли. Напарник спешно тянет меня за собой, направляясь в спальню. Затащив меня в комнату, он быстро захлопывает дверь. Я выдёргиваю свою руку из его руки и вопросительно смотрю. – Что? – так же вопросительно смотрит на меня Пит. – Хочешь, чтобы он тебя поцеловал? – Нет, — честно отвечаю я. – Но только тронь меня… – Да не собираюсь я тебя трогать! – Пит отходит от двери и идёт в ванну. Видимо, умыться. Через некоторое время он выходит в одних штанах и майке, а я сижу на диване и перечитываю поздравления Сноу. Какой же он лицемер. «Думаю, вы сделали правильный выбор. Ваша судьба в ваших руках…» Меня даже мутить начинает. – У меня есть план, – сообщает Пит, вытирая еще мокрую шею полотенцем. Я усаживаюсь поудобней и собираюсь услышать гениальную идею своего мужа. – Посвяти меня! – Когда будешь целовать меня в следующий раз, представляй своего охотника, а я представлю более симпатичную девушку. Вот ведь гад. И на что мне обижаться? На «моего охотника» или на «более симпатичную»? Я медленно поднимаюсь с дивана. Готова ему шею сломать! – Что? Не нравится план? – едко интересуется Пит. – Нравится, – натянуто соглашаюсь я. – Но он — не мой охотник! – Правда? – ухмыляется Пит. – А к кому же ты бегала сегодня утром? – Не твоё дело. – Ошибаешься, – Пит бросает полотенце в сторону. – Мы теперь женаты. Меня всё касается, – и усаживается на кровать. – Ты была с ним? Он лезет мне прямо в душу и даже не стучится. Хочешь честность? Будет тебе честность. – Да, – спокойно отвечаю я и складываю руки на груди. – И что вы делали? – как-то словно торжествующе спрашивает Пит. Говорить или нет? Хотя, что я теряю? Пит и так меня не любит. И я не боюсь его ранить. – Разговаривали, – тяну я и загадочно улыбаюсь. – И всё? – заинтересованно спрашивает Пит. Он нарывается! – Нет, – сухо отвечаю я и не собираюсь говорить ни слова больше. Пит не выдерживает: – И что же было? Я широко улыбаюсь мужу. Сам напросился, дорогой… – Он меня поцеловал, – последнее слово я говорю очень медленно, чтобы до Пита дошла вся суть. Пит ухмыляется и смотрит на длину моего платья, а потом вновь на меня. – И как? Понравилось? – он потирает ладони и готов слушать ответ. – О да, – тихо и на выдохе сообщаю я. Пит сжимает свои руки в кулаки. Он молчит. Смотрит прямо в глаза. Ненавижу. Резкий скрип ступенек заставляет нас обоих вздрогнуть. Хеймитч! Но час ещё не прошёл. Он что, потерялся во времени? – Китнисс, иди сюда, – зовёт меня Пит и протягивает мне руку. Чего? Размечтался. – Нет. Тебе надо, сам подойди. – Сейчас не время спорить, – Пит озабоченно смотрит на меня. – Просто подойди и поцелуй меня. – Нет, – упрямлюсь я. Пит быстро подлетает ко мне и тянет за собой. Мы падаем на кровать, в результате чего я оказываюсь сидящей на муже. Я буквально нависаю над ним. Моя рука сжимается в кулак, чтобы ударить Пита по лицу, но в комнату входит Хеймитч. Я быстро опускаю руку на кровать. – Я смотрю, дело движется! – радостно комментирует Хеймитч сложившуюся ситуацию. Я злобно смотрю на ментора. Уже придумала очередную колкость в ответ. Но Пит притягивает моё лицо к себе и наши губы встречаются. Ааааа! Первое желание – оттолкнуть его. Но нельзя. Хеймитч смотрит и ждёт от нас супер-поцелуя. Что там Пит говорил? Представь Гейла. Гейл. Да. Это помогает. Я поддаюсь и отвечаю Питу. И мы целуемся. Целуемся. Целуемся. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем мы прекращаем. Пит аккуратно отпускает меня, и я смотрю в его глаза. – Отлично! – восхищается Хеймич. – Чтобы и впредь так целовались! – говорит ментор и закрывает за собой дверь. Мы с Питом, не отрываясь, смотрим друг на друга. Он первый нарушает тишину. – Вот видишь, – улыбается. – План сработал. – Угу, – соглашаюсь я и со всей силы ударяю кулаком в его грудь. После чего удовлетворённо слезаю с мужа. Пит поднимается с кровати и потирает место удара. Я направляюсь в ванну, но не дохожу до неё. Пит хватает меня за руку и прижимает к стене. – Знаешь, это больно, – Пит крепче сжимает мою руку. – Я ведь ответить могу. Он что, напугать меня решил? Ты слишком глуп, Мелларк! – Ну, попробуй, – с улыбкой говорю я. Пит ухмыляется и смотрит на мои губы, а затем вновь переводит взгляд на глаза. Делаю попытку вырваться, но Пит сильнее меня. Он возвращает меня на прежнее место, от чего я ударяюсь спиной о стену. Ничего. Потерплю. Лицо Пита совсем рядом с моим. И теперь мне страшно. Издевательства с его стороны я смогу терпеть, но домогательства… – Вам пора идти к родным! – кричит нам Эффи из коридора. – У нас весь день расписан. Спасибо, Эффи. Пит отстраняется от меня и идёт одеваться. Я быстро выбегаю из комнаты и спускаюсь вниз. Сердце стучит как бешенное. Мне придётся жить с этим человеком! Я с ума сойду! – Ты не переоделась? – удивлённо спрашивает Эффи. – Нет, – мой голос дрожит. – Мне и в этом неплохо. – Я провожу тебя, – предлагает Цинна. Я не против. Только бы подальше от него. Быстрее к Прим.