VATERLAND

Когда Тэхён вернулся домой, во дворе собралась добрая половина соседей. Омега старался не смотреть на них, зная, что люди и так станут расспрашивать о том, где это Тэ был. Парень знал, что и без его рассказов все придумают свою версию и разнесут по району. Неужто нацист живёт рядом с ними? А может ещё чего? — Спасибо, — парень вывалился из машины, прихватывая чемодан. С горем пополам добрался до своего подъезда, расталкивая зевак, и даже успел прикрыть деревянную дверь, которая вот-вот была готова слететь с петель. В квартире стояла гробовая тишина. Омега проскользнул в комнату, предполагая, что он в доме один, и скинул с себя часть грязной одежды. Открыв чемодан, перерыл одежду, проверяя, всё ли на месте, и с облегчением выдохнул, когда понял, что его не обокрали солдаты. Набрав стопку уже своей одежды, снова направился в ванную. Заметил, что дверь в комнату Хуцзы открыта, заглянул, нашёл дедушку спящим. Даже обрадовался некоторой тишине, в которой пробудет пару часов, пока не уйдёт на работу. Остальные соседи уже точно ушли трудиться. Тэ смыл с себя остатки грязи и оделся. Не в свою любимую одежду, так как знал, что ему сегодня ещё предстоит грязная работёнка, и вновь покинул квартиру. Ветер забирался под тонкую куртку, заставляя в одно мгновение замёрзнуть и покрыться мурашками. Во дворе всё ещё оставались некоторые соседи. Ким не обратил внимания на их выпады и направился искать свою метлу. Всё же найдя её в той же луже, где и оставил, парень вернулся к уборке. К вечеру, вылизав двор чуть ли не языком, Тэхён спустился к железной дороге, привычно помог разгрузить вагоны, кажется, с цементом и вернулся домой. Упал на матрас, почти проваливаясь в сон, как в комнату влетел Рим, мгновенно включая свет и размахивая полотенцем. — Что там случилось? — сразу спросил мужчина, тенью нависая над омегой. Тэхён открыл глаза, щурясь от яркости лампочки, и скривился. Лицо напротив выглядело ожидающе, но Тэ не был настроен на разговор, предполагая, что друзья Рима по дому уже рассказали ему свои версии происходящего. — Мне вернули чемодан, — отвернулся к стенке Ким. — И всё? — Угу. — А я-то уже думал… Но там тебе прислали документы. Тэхён подорвался так, будто его током шибанули. Испугал бедного старика и чуть ли не закричал, понимая, что документы ему сделали солдаты. Не просто же так капитан его расспрашивал, оно и понятно, но Тэ как-то не думал о том, что станет настоящим гражданином страны. Призраком быть лучше. — Где? — У Бобби. Тэ направился к соседу, прикидывая, что мужчина проверяет подлинность документов. Бобби — бывший военный, который после контузии ушёл на дно. И если он сейчас всё же подтвердит, что это не шутка армейских, то омега свалится на пол. Он никогда не хотел быть реальным. Но Бобби, который нашёлся на кухне, смотрел на омегу с опаской, в руках держал паспорт в красной обложке, а на столе были раскиданы другие бумаги. — Поздравляю, Ким Тэхён, — протянул паспорт мужчина, — ты теперь законный гражданин Кореи. Тэ всё-таки чуть не рухнул, но благо Рим успел подхватить его и усадить на стул. Подал омеге воды и сам забрал паспорт у Бобби. Никто почти ничего не знал о Тэхёне, а сейчас он был как на ладони перед этими людьми. — У тебя был допрос? — уточнил Бобби, взяв в руки ещё какую-то бумагу. — Да, — Тэ напрягся. — Всё бы хорошо, но, — и это но для омеги как кирпичом в голову. Он перебрал тысячи мыслей, но всё равно не предугадал то, что далее произнёс сосед, — ты что, правда собираешься в армию? — Чего? — парень подавился воздухом, когда Бобби передал ему в руки повестку. — Я не хотел. Это, наверное, ошибка, — пытался успокоить себя Ким. — Разговора даже не было о таком. Куда мне в армию? — Ты точно что-то недоговариваешь, — влез Сокмин, садясь на колени мужа. — Знаешь, Тэ, я подозреваю, что не всё чисто было в твоей поездочке. Омега поднялся, собрал документы в кучку и взглянул на соседей с непониманием. Ему немного неприятно от того, что теперь они знали о нём больше. Тэ вообще не собирался раскрывать все свои карты. Если его так жёстко подставили, то что могут сделать с этими людьми? — Обычный допрос, но не скажу, что полковник Чон встретил меня с улыбкой, — прижал к груди бумаги. — Кто-то попал, — с сочувствием взглянул на Тэхёна Сокмин. — И всё же, что там было? Тэхён ушёл от ответа, разворачиваясь и покидая кухню. Спрятал документы в тумбочке и, надев куртку, тихо покинул квартиру. Сон как рукой сняло, поэтому омега решил забраться на крышу соседнего дома, дабы спрятаться от нежелательных взглядов и подумать обо всём. Миновав двор, Тэ вошёл в подъезд, быстрыми шагами поднимаясь на последний этаж, где по хлюпенькой железной лестнице забрался на крышу. Обошёл антенну, какую-то кибитку и присел у края, глубоко вдыхая, но тут же пожалел, когда понял, что это совсем не центр Кира. Ночами хуже всего, и этот аромат, распространяющийся по всему гетто, просто убийственный. Омега зависает на высотках столицы, огоньках в окнах и переплётах дорог. Там та жизнь, которой Тэхёну никогда не видать, но он был бы не прочь вернуться туда хотя бы на минутку, чтобы сфотографировать глазами прекрасный вид и навсегда сохранить в памяти. Он знает, что в центре люди другие, убедился в этом лично. Они там не боятся быть застреленными или похищенными нацистами. Люди живут своей обычной жизнью, и даже комендантский час им нипочём. Тэхёну это не нужно. Даже если он не найдёт отца, даже если умрёт на войне, всё равно не станет грезить о такой жизни. Армия. И вот его призывают, а Тэхён уже знает, чьих рук это дело. Полковник Чон не оставит в покое. Что бы там омега ему ни сделал, он собирается это выяснить и побороться за свои права. Он же теперь гражданин? Этот Чонгук не может просто взять и отправить его на службу. На самом деле может, но не вот так с бухты-барахты. Тэхён совсем не годен для этого, какой из него солдат? — Ну держись, полковник, — сам себе под нос бормочет, дрожа от холода. Смотрит на высокие трубы, из которых клубится чёрный дым, разносящий по округе неприятный запах. Вот реальность Тэхёна. А ещё этот взгляд, что прямо в спину врезается. Он всё ещё наблюдает. Только не так, как возможно хотелось бы Тэ, его псы наблюдают, а он просто остаётся спокойным, что омега живой и невредимый. Всё же так спокойнее, когда знаешь, что за тобой приглядывают и не дадут в обиду, но вот дилемма — Чонгук уже обидел. Тэхён поднимается на ноги, медленно двигаясь в сторону выхода, делает вид, что не замечает тени за собой. Через два дня у него смена в круглосуточном магазине, где он подрабатывает грузчиком, выйдет раньше и доберётся до полковника.

卍卍卍

Бесплатный обед, что обещал Хосок рабочим, был даже лучше того, что Юнги мог представить. Конечно, он ещё ел не всё из того, что было предложено в меню, но успел вспомнить вкус гречки и манной каши. Хотел даже лично поблагодарить начальника, но тот как сквозь землю провалился. Мин и не спрашивал, да и не у кого было, хотя рабочие разное про него говорили. Любят они потрепаться, конечно. Уже второй день слухи по цеху пускают и спорят о том, кто сможет охмурить такого красавца. Кольца у Чона на пальце не было, значит ли это, что его сердце не занято? Вообще, Юнги было до лампочки на этого альфу. Он слишком какой-то… другой. У Мина к нему тысяча вопросов, а ещё немного страха. А вот видеть его рядом с собой, как в тот день, последнее, чего омега хотел. Слышал он, как Козырь трепался о Хосоке и Юнги в автобусе, хватило. Но на это ещё можно закрыть глаза, а вот разукрашенная рожа Сисе — просто нечто. Он оправдался тем, что на него напали хулиганы, но Юнги что-то не верил ему. Предположив, что соседу лицо подправили либо за острый язык, либо он снова попытался ограбить магазин. В голову прилетели ножницы, и Мин бы поднял их, запустив в того, кто кинул, но уже понял, что это Сисе, так что даже не потрудился обернуться, продолжая и дальше заниматься пошивкой. Вчера приходил какой-то левый мужик, говоря о том, что сам от начальства, рассказал о новых задачах на ближайший месяц и для дураков показал — что и как нужно шить. Юнги не вникал, потому что снова задумался об этом Хосоке. — Ты глухой? — Сисе остановился рядом. — Что? — фыркнул омега, едва ли опять не прошивая свой палец. — Я знаю, что ты в магазин собирался, бутылку воды газированной мне прихвати, — и пихнул деньги в лицо парня. Юнги не размышлял вслух о том, что и правда давно хотел закупиться рамёном, но ему хватало школьных обедов и рабочих, чтобы не питаться дома. Но всё же догадался, что эта падла была у него в доме и чего-то рыскала, видимо, еды. Как будто конец света, ей-богу, что Сисе начал вдруг заботиться о своём пропитании и какой-то там воде. — Я тебе не раб. — Ага. Юнги обязательно плюнет в бутылку. — Крашеный, вынеси мусор, — пихнули сбоку. Омега резко обернулся, сжимая в руках мелкие купюры, которые ему дал Сисе. — С чего вдруг? — Ты дежурный. — Блять, — поднялся Юнги, быстрыми шагами направляясь к своему шкафчику, чтобы убрать деньги, и вернулся в цех, где для него уже приготовили мешки с ненужной тканью. Не очень тяжёлые, но Мин слишком маленький для того, чтобы тащить их на себе, так что волочил по полу, поднимая себя на смех. Внимания опять же старался не обращать и вышел на улицу, радуясь закатному солнцу. Несколько часов — и свобода. Недалеко была небольшая гора мусора, которую не могут вывезти уже пару недель, а баки давно переполнены. Юнги оставил мешок как раз у этой горки, прогоняя собак, которые точно бы не нашли здесь еды. Шикнул, когда палец отозвался острой болью, и перебинтовал, туже затягивая бинт, который успел собрать всю пыль в цехе. Мин уже собирался вернуться, когда из-за угла вывернул знакомый человек. Юнги сначала протупил, вспоминая, где мог видеть альфу, а когда до него дошло, что парень был с Хосоком в день их первой встречи, то даже остановился, рассматривая человека. Минки выглядел слегка помятым, его волосы торчали в разные стороны, со лба тёк пот, и в нос омеге ударил запах крови. Но на альфе не было и пятнышка, хотя его чёрные джинсы могли впитать в себя жидкость, скрывая пятна, или же парень был ранен, опять же где-то там, где Юнги увидеть не мог, поэтому только додумывал. А вообще, что он здесь делает? — Привет, — альфа заговорил первым, когда заметил Мина. — Чего гуляешь в рабочее время? — Мусор выносил, — ответил Юнги, открывая дверь здания, когда услышал, что кто-то заезжает в ворота. Мусоровоз всё же приехал. Омега вернулся в цех, занял рабочее место и продолжил шить. Только мысль о том, что здесь делал Минки, всё никак не отпускала. Он был растрёпан, но ведь не потому, что так усердно ждал мусоровоз, что решил заняться физкультурой? Юнги вспомнил о том, что фабрика разделена на три отсека: швейная, мебельная и бумажная. Минки вырулил как раз из угла, где вход в мебельную. Юнги решил всё там проверить, сам не зная зачем и что вообще надеялся увидеть. Он прождал время, когда альфа точно должен был уехать, и отправился в другой отсек, под предлогом в туалет. На улицу опустилась темнота, которая пугала тенями, что отбрасывали деревья и здания рядом. Омега осмотрелся, не найдя никого живого рядом, и завернул за угол. Два пустующих отсека всегда открыты, но охрана, если видит, что кто-то там шарится, быстро отправляет обратно и выписывает штраф. Юнги не хотел идти на риск, но его всё ещё тянуло туда, как магнитом, и он вошёл. Света совсем не было, поэтому парень подсветил себе телефоном, начиная двигаться по тёмному коридору. Под ногами были побитые стёкла и мелкий мусор. Где-то ещё стояла мебель, без дела лежали доски и обивка. Не заметив железку, Мин споткнулся, едва не распластавшись на месте, и направился дальше. Зашёл в цех, чем-то похожий на тот, где работает сам Юнги. Только здесь потолок был в два раза выше, и в окна попадал лунный свет, освещая хоть что-то. Юнги показалось, что он попал в какой-то тупой хоррор, когда до его слуха дошли чужие шаги. И всё же здесь пахло проклятой кровью. Омега вдруг стал ещё больше ненавидеть свой острый нюх и глупый мозг, требовавший прийти сюда. Что хотел увидеть? Развороченный труп? Сейчас этот самый мертвец на него и нападёт. Или же его призрак, ведь Юнги всё же нарушил чей-то покой. Он почему-то был уверен, что кого-то неживого. А шаги не прекращались, и вскоре пространство разрезал луч света. Омега выдохнул, когда признал знакомых охранников, но поджал булки, видя тёмный силуэт, что скрылся в чёрном прямоугольнике в паре метров от себя. Секунда на раздумья, и Юнги всё же идёт за силуэтом, проклиная всё вокруг. Он же идиот, сам на себя охрану навёл, когда сделал пару шагов, а под ногами что-то захрустело. Омега выматерился и выглянул из темноты на альф, мысленно прося их уже свалить, но те упрямо двигались к комнате, в которой скрылся омега. Юнги почти закричал, когда плеча коснулась чья-то рука, а вторая закрыла рот, но всё, что он успел сделать, — это невнятно промычать в чужую ладонь и начать задыхаться от запаха крови и возмущения. Эти призраки обнаглели, что ли? — Никого! — крикнул один охранник второму. — Значит, показалось, возвращаемся. Мин не мог дышать спокойно, зная, что вылетит из комнаты на всех парах, как только его отпустят. Он больше ни на миг не собирался тут оставаться, но тот, кто держал его, явно от близости кайфовал, потому что усмешка, прилетевшая в ухо омеги, не была простой. Типо, чувак, у тебя всё нормально? Нас чуть не застукали? Или он это над Юнги усмехается? Омега решился действовать сам, когда знакомые альфы ушли, и начал ерзать в цепких лапах… спасителя? — Ищешь острых ощущений? — шепот в ухо, и рука скользнула с губ. — На всю жизнь хватило, — пролепетал Мин, прикидывая, что это точно не призрак и не мертвец, потому что от человека исходило невероятное тепло. Костёр, не иначе. И Юнги обжёгся ещё пару дней назад. — Бегаешь сюда курить или с альфами позажиматься? Мин почти ответил, как снова услышал шаги, но уже с другой стороны. В небольшой комнате была ещё одна дверь, которая открылась, освещая пространство на пару секунд. Появился Минки, держа что-то в руке, но Юнги был так сосредоточен на лице Хосока, что вообще не успел ничего увидеть. — Снова здравствуй, — в темноте улыбался Сон, омега ему не ответил. — Почему вы здесь? — полностью развернулся Юнги, ещё чувствуя ладонь альфы на своём плече. — Уже поздно. — Вот именно, тебе пора. Не гуляй здесь один. Минки усмехнулся на словах Хосока и вернулся в комнату, свет из которой снова мелькнул перед глазами омеги. Мин в этот раз смотрел уже на Сона, готовый поклясться, что в руках у него была пила. — Я пойду, — прошептал омега, чуть ли не путаясь в своих ногах. — Иди, иди, — Чон проводил парня взглядом и вошёл в комнату к Минки. В помещении пять на пять окон не было, краска сошла со стен, пахло смрадно. Хосок присел на низкий раскладной стульчик и скрестил руки, откидываясь спиной на стену. — Пиздец, все джинсы зафаршмачил. Это уже вторые за сегодня, — сказал Минки, дёргая рукой, которой держал пилу, чтобы с неё слетели капли крови, которыми сам альфа был покрыт с ног до головы. — Я куплю тебе новые, если мы закончим до рассвета, — растянул губы в улыбке мужчина, бросая взгляд на три изуродованных тела в углу комнаты. — А малыш-то начал что-то подозревать, — парень отложил в сторону пилу, открывая чёрный контейнер, из которого пошёл холодный белый пар. — Может, и его убрать? — Я уберу тебя, если ещё раз меня подставишь. — Каюсь, но я уже наказан, сижу здесь и вырываю сердца этим отбросам, — скривился Сон, рассматривая инструменты на полу. — Я виноват только в том, что перепутал даты и не успел отправить заказ, но это всё равно жестоко. Что дальше будем делать? Купим ещё какой-нибудь завод и вырежем всех и там? — Фабрика будет работать и дальше, придурок, — сплюнул на пол альфа. — У меня на носу война, а не стрелка за домом, это серьёзно. Нам нужны деньги, и я понадеялся, что ты справишься со всем, но ты всё проебал! — Вэл, поверь мне, — альфа всё же поднимает с пола лобзик, — большой босс ещё поставит тебя во главу своей армии. — Вот именно, что своей, — встаёт Хосок. — Давай уже закончим.

卍卍卍

Всё оказалось не так, как Намджун ранее мог предполагать. Работа не сулила особых сложностей, ведь у него были кучи помощников, которых явно организовал отец, чтобы Джун не сошёл с ума. Так альфа и втянулся со временем, дальше — больше. Но чего он не любил, так это встречи. Особенно за пределами Кира, когда нужно покидать город. Так было всего пару раз, но Намджун уже был сыт этим по горло. А когда появилась перспектива встретиться с одним из бизнесменов в клубе, куда тот сам позвал Кима, то мэр даже не раздумывал. Почему-то раньше Намджуна не так сильно заботил отдых, как сейчас. Он не любил чувствовать себя слабым, но эта сторона в нём открывалась, как только он возвращался домой. Получалось так, что его подчинённые видели в нём только неуверенного подростка, а не мужчину, который построил за границей свою бизнес-империю. Может, на альфу просто слишком много всего навалилось, раз он превратился в желе, хотя по натуре своей человек он жёсткий, как и отец? За время, что Джун провёл за границей, он успел три раза почти потерять бизнес, связаться с мафией, развестись и похоронить друга. Не весёлое было время, но то, что ожидало его здесь, лучше ничем не было. Намджун хотел отдохнуть от всего. Чувствовал, как небо было готово свалиться ему на голову. И он всё ещё был одинок, а это, бывало, выводило его из себя. Но он горд тем, что бросил пить, хотя со временем перестал считать это достижением и нахрюкался в первый же день, как приехал в Кир. Но, а вообще, что плохого в том, чтобы оставить свою прошлую жизнь там? Намджун не в первый раз начинает жизнь с чистого листа, но почему-то с каждым разом всё сложнее. — Машина готова, — сообщил человек из охраны, останавливаясь в дверях. Намджун был всё ещё у отца, не мог нормальную квартиру присмотреть, хотя нашёл парочку вариантов. Всё не так и не то. И сегодня альфа собирался после встречи надраться в сопли, потому что к чёрту всё. — Иду, — поправил часы на запястье и направился за бетой. Покинув резиденцию, Ким заметил, что на лужайке гуляет Мэй, и мысленно дал себе пощёчину за то, что забыл о парне, а ведь собирался поговорить. Но снова оставил это на потом и подошёл к роллс-ройсу, дверь которого ему любезно открыл всё тот же бета. — Спасибо, — мэр сел внутрь, сразу доставая из кармана телефон. Ответил на парочку сообщений и устремил взгляд в окно. Надеется, что встреча пройдёт быстро и он раньше начнёт свой отдых. Забудется до утра, а потом всё по новой. Если его через два дня такой стресс настиг, что же будет дальше? Намджун вспомнил наставления отца, которыми он пичкает сына с утра пораньше, и закатывает глаза, надеясь поскорей съехать. И не теряя минут, альфа решился набрать номер своего человека, который занимается покупкой квартиры. Только ничего нового он не узнал, а из предпочтений, что для Кима были обязательными, только половину риелторы могли выполнить. Намджун нуждался в большом пространстве, бассейне и личном кабинете, но это было доступно только в особняках, а не в квартирах. А может, Намджун просто плохо искал? Или его люди так обнаглели, что балду пинают? Через полчаса автомобиль остановился у клуба Lilac. Этот клуб был единственным в городе по официальным данным. Здесь обитала золотая молодёжь и богатые люди, не боящиеся того, что кто-то может их заснять или убить. Охрана слишком непроходимая, чему Намджун был рад больше всего. Его провели на второй этаж, но не в саму глубь. Альфа только поднялся по лестнице и занял небольшой столик, которые здесь стояли в ряд, но разделялись на маленькие зоны. Мужчину уже ждал бизнесмен, который встретил его с улыбкой и без лишних слов предложил выпить. Мэр согласился сразу, только убедился, что его действительно никто не будет тревожить. Люди внизу танцевали в пьяном угаре, а те, что находились по бокам, спокойно себе распивали алкоголь. Обстановка — не сказать, что слишком спокойная, но лучше той, что в доме у президента. Намджун выпивает, выслушивает от нового знакомого о том, что он хочет открыть парочку магазинов в гетто и просит денег. Мэр раздумывает, отвечает не сразу, и тогда бизнесмен уводит разговор в другое русло. Ким таких, как он, знает, они деньги любят, в себя вкладывают больше, чем в бизнес. А иначе этот альфа не выглядел бы в свои сорок на двадцать. — Прошу меня простить, — поднимается мужчина и быстро уходит. Пока тот пропадает в туалете, Намджун откидывается на сиреневую спинку диванчика и рассматривает яркие прожектора, которые бьют в лицо тем, кто завис на первом этаже. Ким и сам не прочь бы потанцевать, и эта мысль заставляет его усмехнуться и перевести взгляд. Он, конечно, знал, что это место удивительное. По крайней мере, альфу оно поразило своей красотой и атмосферой, но Джун не думал, что встретит здесь знакомую мордашку. В метрах десяти был столик на углу, где полулёжа сидел человек, черты лица которого заставили Кима вспомнить своё боевое крещение. Это точно тот парень, что подошёл к нему и представился… как его там? Пак Чимин? Точно, он. Намджун даже снял очки и протёр их, чтобы точно убедиться, и не ошибся, это был тот самый парень. Только выглядел Чимин уже иначе. Белоснежный костюм заменили рваные джинсы и футболка, в глазах не было серых линз. Он смотрел на Намджуна своими настоящими, тёмно-карими глазами. Он смотрел… Мэр даже хотел дёрнуться от увиденного, потому что… чёрт бы побрал этого Чимина так смотреть. Он был другой, не тот это человек, что подошёл к Киму на вечере. У этого парня руки забиты какими-то мелкими рисунками и надписями. Пальцами, на которых серебро сверкает в свете ламп, он касался двух омег, что ластились к нему. Стоп, что? Неужто Намджун так надрался, что альфу с омегой спутал? Только вроде недавно пить начал, а уже такое привиделось. Но, кажется, время сделать вид, что он взглянул на него случайно, было упущено. Чимин всё так же смотрел в ответ, левой рукой сжимая ягодицу омежки, что пересел ему на бедро и выцеловывал шею, а правой рукой притянул к себе второго паренька, накрывая его губы своими невероятно пухлыми. И он всё ещё смотрел на Намджуна. — Извините, что так долго, — вернулся бизнесмен, закрывая мэру вид на разврат, что творился рядом с ним. — Ничего. Намджун больше не мог нормально продолжать разговор, потому что, блять, там Чимин, и он лижется с какими-то парнями, а Ким, как идиот, краснеет, сам не понимая, почему. Не то чтобы картинка за спиной нового партнёра была ужас какой возбуждающей, но… у Намджуна на альф ещё не вставало. Либо он допился, либо сошёл с ума. Но уже через пятнадцать минут решил, что здесь он точно больше не останется. Отдохнул, называется. Напоследок альфа завернул в туалет, умыл лицо и ударил себя по щекам, снимая наваждение, хотя не прочь бы и возбуждение. — Соберись, тряпка, — смотрел в отражение зеркала мэр. Он профукал момент, когда в туалете на одного человека стало больше, а его лёгкие заполнила сирень. Такая сладкая, приторная и одурманивающая, что Намджун едва с ног не свалился, но уже через мгновение почувствовал её горечь и обернулся, снова встречаясь взглядами с чёртовым Паком. Альфа улыбался мэру, стоя всего лишь в метре. Как он двигался так тихо — Намджун только гадал. — Подпишите соглашение и потребуйте двадцать пять процентов, — говорил Чимин, но Ким вообще не вникал, о чём ему толковали, — если он откажется, то удвойте процент или пошлите куда подальше. Намджун старался лучше рассмотреть альфу, хотя и понимал, что влип по самое не хочу, когда на все сто осознал, что его Джун-младший дёргается при виде этого парня напротив. Ким бы его послал, но язык к нёбу прилип, а Чимин уже поспешил уходить. — Мне нравится, как вы смущаетесь, мэр Ким, — бросил напоследок Пак и покинул туалет. — Смущаюсь? — альфа снова обернулся к зеркалу, видя, как сильно покраснели его щёки.

卍卍卍

В подпольный магазин товар обычно привозили ближе к ночи, но Тэхён вышел из дома раньше. Он не был уверен точно, что сможет добраться до полковника, но всё же направился прямиком к центру через зады (помойку, парочку заводов и кладбище). Омега знал, что проторчит в магазине долго, поэтому прибавил шаг, чтобы не упустить возможности найти Чонгука. Тэхён даже оделся поприличнее, чтобы его тут за своего приняли, хотя бы частично. Рот старался особо не раскрывать, но как же он был огорчён, когда всё же добравшись до штаб-квартиры и прождав добрые сорок минут, он увидел полковника, но эта падла села в машину какого-то другого офицера и уехала. Омега решил настроиться на другой день. Он всё равно доберётся до Чонгука и выяснит, с какого чёрта он решил отправить его в армию. Обратный путь занял меньше времени, но Тэхён был настолько огорчён, что даже подумывал о том, чтобы сразу уйти домой и отказаться на сегодня от работы. Возможно, Господь его услышал, потому что хозяин магазинчика поймал омегу ещё в десяти метрах от входа в свою сокровищницу и сообщил, что солдаты рыскают, а значит, Тэ всё же свободен. Ким только сказал пожилому альфе, что надеется, его не загребут, и пошагал домой. Опять же он миновал обходные пути, чтобы не попасться армейским. — Может, мне стоило войти на территорию? — начал себе под нос размышлять омега. — Чонгук бы захотел поговорить со мной? Он же не больной псих, чтобы опять срываться на меня? Хотя нет, псих, — усмехнулся Тэ, решая повторить попытку снова поймать Гука ещё через пару дней. Движение впереди напугало, и сознание упрямо кричало о том, что это точно солдаты, но Тэхён чего-то замер и стоял, как истукан, будто так и ждал, чтобы его арестовали. Только всё же это оказался не солдат, а какой-то подросток, немного ниже ростом самого Тэ, угловатый и злой, как чёрт. — Ты чего в комендантский час шаришься? — плюнул в лицо Кима незнакомец. — А ты? — Я в магазин. — Он закрыт, там солдаты. — Ну ваще, — психанул парень, снимая с головы капюшон. Тэхён увидел, как омега достал из кармана самокрутку и с третьего раза смог прикурить спичкой. Печально конечно, что и у этого парня вечер не задался, но Ким, неуверенный в том, что парень нуждался в нём сейчас, обошёл его и направился домой. — Стой, — крикнули в спину, но Тэ не спешил оборачиваться. — Ты из центра? — Нет, у меня были там дела. — Классная конспировка. Я понял, что ты свой, — усмехнулись сзади. На самом деле, заводить разговор с непонятным парнем ночью, между мусоркой и кладбищем — как-то крипово. Пора бежать, или что делать-то? Тэхён обернулся, изгибая бровь в темноте, но собеседник этого не увидел. Он продолжал курить, выпуская в тёмное небо серые клубы дыма, и продолжил: — Мне срочно нужна еда, в центре есть магазин. Он такой же, как и тот, что, видимо, закрыли. Ты со мной? — А? — Тебе же тоже что-то нужно было? — Стрёмно идти с незнакомцем ночью непонятно куда, — усмехнулся Тэ, кутаясь в куртку. — Как тебя зовут-то? — Мин Юнги. Тэхён бы подумал, что парню лет тринадцать из-за роста, но прокуренный голос выдавал его с потрохами, а ещё имя знакомое, но это уже всё равно какой-то бред получается. Ладно, Тэ проебался с Чонгуком и магазином, но вот встретить непонятного гопника не входило в его планы, ещё и тащиться с ним туда, откуда только пришёл. — Ким Тэхён, — омега всё-таки пожал руку новому знакомому. — Не знаю таких, ты переехал недавно? Он тут как бабка подъездная, что ли, всех знает? Тэхёна это удивило, но потом заставило опустить взгляд. Он уже надумал себе, что и до других районов дошло, что в их краях нацист поселился. И всё же… — А, я понял, ты тот самый, — вдруг рассмеялся Юнги. Слухи всё-таки удивительная вещь. — Ты не бери в голову. — Ага, у меня за спиной треплются, а я должен молчать? — разозлился Тэ. Странная ночка намечается. — Ты ещё и говорить-то не начинал. И не станет, в принципе, народ скоро точно это забудет. — Так ты идёшь? Одному всё равно страшновато, — теперь Тэхён понимает, почему парень хочет его с собой взять. Обыкновенный страх, и он обоснованный, потому что солдаты и ещё невесть кто могут свалиться на чужую голову. У Тэ дома холодильник полный, а вот что и как у этого парня, он не знал, но видя его больную худобу, предположил, что он голодает, а ещё ранен слегка, палец перебинтован. Тэхён согласился составить компанию, объясняя, что в том магазине просто был грузчиком. Юнги всё равно был ему рад, сразу рассказывая о том, что смог бы потерпеть до утра, но из-за противного соседа, который может натравить на него Козыря (он и про работу рассказал), пошёл за водой. У Сисе галочка какая-то на всё газированное, либо же он брезгует пить воду из-под крана. — Не лёгкая у тебя работа, — кутался сильней в куртку Тэ. Юнги сказал парню то же самое, когда и Ким рассказал часть того, что посчитал нужным. И к двум часам ночи омеги, наконец, добрались до центра. Мин провёл Тэхёна обходными путями до магазинчика, что был в подвале какого-то мутного амбара. Купил чёртову бутылку воды и несколько пачек рамёна. Отойдя от подозрительного здания подальше, Юнги открутил крышку и харканул в бутылку, молясь, чтобы его слюна стала ядовитой. Он не душевнобольной, но Сисе так сильно его бесил, что это минимум, как Мин мог ему поднасрать. — Прикольно, — усмехнулся Тэхён, совсем не считая поступок парня странным. Ким забрал половину пачек лапши у друга, распихивая по своим карманам, чтобы их руки не были заняты, и резко обернулся, когда услышал шаги сзади. — Солдаты! — Бежим! — Юнги схватил омегу за руку и потащил за угол. Они бежали по центральной улице, где нарвались ещё на троих солдат, не считая тех, что уже засекли их и тоже рвались в бой. Фонари светили прямо на омег, так что спрятаться в темноте они не могли. Где-то ещё шарились люди, но парни старались не смотреть на снующий народ, а скорее спасти свой зад. Им удалось спрятаться в тени и отсидеться пару минут, но после Тэ ткнул пальцем в здание, которое пестрило огнями и замер. Людей стало ещё больше, но благо — их никто не видел. — Клуб, — пояснил Юнги. — Нужно валить, — он снова ухватился за омегу, но на них тут же направили дуло автомата. — Блять… — Это конец?! — непонятно у кого спрашивал Тэхён, глядя то на Юнги, то на солдата. — Руки! — крикнул армейский. Тэхён от страха покрылся гусиной кожей, а Мин, кажется, был готов идти в бой. Но его порывы никто не оценил, когда омега всё же опустил на асфальт бутылку и попытался выбить из рук солдата оружие, зная, что не сумеет, но сможет выиграть им пару секунд. Только помощь пришла откуда совсем не ждали. Солдат лёг в одно мгновение, а за его спиной стоял явно гражданский, крутя в правой руке нунчаки. — Детское время кончилось, — усмехнулся альфа, поправляя бело-синие локоны волос. Омеги не поняли — нужно благодарить парня или бежать. Оба как воды в рот набрали, так и не успев ничего сказать альфе, когда ещё несколько солдат подоспели, и незнакомец, петляя между ними, словно бабочка, вырубил каждого по очереди. Тэхён заметил на концах оружия альфы тонкие лезвия. Он испугался того, что парень мог не просто ранить солдат, а вообще прирезать их нахрен. Плевать уже было на то, что они с Юнги могут спокойно уйти, этот сумасшедший же солдат положил. — Нам пора, — дёрнул Кима Юнги, взглядом благодаря улыбающегося незнакомца. А Тэхён будто в ступор впал и ещё с минуту не приходил в себя, парням даже удалось увидеть, как альфа уезжал на чёрном спорткаре. — Да что с тобой? — Это всё ещё странно. Зачем какому-то парню спасать нас? — Тэ позволил тащить себя почти за шкирку. — Если встретишь его ещё раз, то обязательно спроси, — усмехнулся Юнги, радуясь такому раскладу, и ускорил шаг.

卍卍卍

Тёмное небо постепенно окрашивалось в серый, поднимая над местностью свинцовые тучи. Возможно, будет дождь. Погода и без того оставляла желать лучшего. Чимин мечтал, чтобы из-за гор поднялось солнце, но его будет привычно невидно. Пак сильнее давит на газ, быстрее заезжая во двор замка. На тёмное мазерати, как обычно, глазеют охранники, рассредоточенные на территории, и тыкают пушками. До замка, расположенного в горах, добираться четыре часа, и Чимин вечно чувствует себя выжатым, как лимон, когда возвращается домой. Он тормозит у лестницы и выходит. Хрустит шеей, позвоночником и хмыкает, завидев Минки, таскающего из джипа знакомые контейнеры. — Органы? — снова зевает Пак, спрашивая у Хосока, вышедшего из замка. — Три сердца, парочка глаз и так, по мелочи, — убирает руки в карманы Чон, спускаясь к Паку. Рубашка и брюки альфы заляпаны в крови, но его это сейчас не очень-то волновало. — Слышал, ты с мэром познакомился. Молодец, Чимин, охмурить сына президента — это умно. — Он, как обезьяна с гранатой, я не собирался к нему клеиться, — фыркнул Пак, всё ещё наблюдая за Минки, который отнёс последний контейнер в подвал и подошёл к ним, подкуривая сигарету. — Отец скажет, и будешь, — оскалился альфа и поднялся обратно. — Лучше командуй своими собаками эсэсовскими, — Пак плюнул в спину Хосока и развернулся к Минки. — Курение убивает, — уже Сону. Чимин направился к другому входу, слыша, как дёргается Хосок, и боковым зрением увидел, что двое альф из охраны направили на него пушки. — Сучка! — крикнул в спину Чимину Хосок, после чего последовал смех Минки, но никто так и не выстрелил в альфу. Хотя Пак был близок к тому, чтобы махнуть рукой и отдать приказ, но не стал и вошёл в замок.