Solitary Man

И когда Он снял четвертую печать, я слышал голос четвертого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нем всадник, которому имя «смерть»; и ад следовал за ним. (Откр.6:7-8) Потом, оказавшись в комнате для допросов, за много миль от Калифорнии, разглядывая пунцовые щеки детектива Ленджера, Конни подумала, что, возможно, она совершила глупость, влюбившись в Гонщика. Может быть, со временем это станет ясно как день, но пока ещё ей просто хотелось выбраться отсюда. Выйти на улицу, подставить лицо багряным лучам закатного солнца, услышать шум с трассы и расплакаться от горя, больше не сдерживая рвущиеся наружу слёзы. В маленькой комнатке жарко и душно. Кондиционер, как она догадывалась, выключили намеренно, но единственным, кто страдал от недостатка холодного воздуха в этой бетонной коробке — был детектив Ленджер. Он сказал, что родом из Флориды, и жара ему только на руку. Но глядя на его пылающие щеки, Конни подумала, что детектив, если не считать благоприобретенного южного акцента, больше похож на уроженца севера – может, из Бангора, а может, из Детройта. Плечи Ленджера представляли собой внушительную конструкцию — вылитый центральный нападающий. Только голова была маленькой. Конни сглотнула, чтобы подавить смешок. Они занимали допросную комнату под номером два, на первом этаже, рядом с автоматом с газировкой. Ленджер пил кофе из бумажного стакана. Бутылка колы стояла посередине стола. Конни к ней не притронулась. Детектив, чьи щеки напоминали Китайский флаг, ходил по комнате, выкрикивал угрозы, стучал по столешнице, но она молчала. Их тени на полу сходились и расходились, словно в танце. Она ждала. Слова будут после. На суде. А сейчас ей нечего сказать. Не в этом месте, не этому человеку. Задержав дыхание, она прислушивалась к шаркающей походке Ленджера. Конни уловила отголоски звуков за стеной: вой полицейских сирен, топот по лестнице, стук в дверь. Нет, это уже из другой жизни. Воображение разыгралось. И только. Конни оглядела комнату. У закрытой двери стоял Ленджер. Его светлые волосы аккуратно зализаны назад. Гель или лак? — подумала Конни. — Чем ты пользуешься, мистер? Огромное зеркало на полстены. За ним стоят люди. Возможно, кто-то из её друзей. Адвокаты и прокуроры. Она отказалась от их услуг. Кровь заливала худые щеки детектива Ленджера. Глядя на полицейского Конни подумала, что её мучитель, наверняка, пользуется опасной бритвой. Гонщик тоже пользовался. Он мечтал покончить с прошлым. Сложить всю грязь в большой мешок для мусора и выбросить на свалку. Его бритва лежала на раковине рядом с её зубной щеткой и расческой. Детектив Ленджер быстрыми глотками пил кофе. Она сидела и ждала. Слушала. Ждала, когда Ленджеру это надоест, и её отпустят домой. В чём меня обвиняют, детектив? В содействии опасному преступнику, мисс Рубироса. Наконец — прошел ещё час — Ленджер сдался. Он открыл дверь, и ледяным тоном попросил её покинуть помещение. Конни задумчиво смотрела на дверной проём. «И что потом? — подумала она. — Что дальше? Может быть, больше не будет этого чувства?».