Solitary Man

Гонщик подошел к двери квартиры 2-г и постучался. Мимо него прошла молодая мексиканка, задев парня широким бедром. — Простите, — извинилась она. — Всё нормально. Он проводил её взглядом. Бедра у неё были просто загляденье. Перед тем, как выйти на лестницу, девушка обернулась и послала ему воздушный поцелуй. — Кто там? — послышалось за дверью. — Сосед, — ответил Гонщик. Дверь распахнулась. — Привет, Труди. Помнишь меня? — Конечно! Ты что-то хотел? — женщина доброжелательно улыбнулась. — Или тебе просто захотелось увидеться со мной? — Я принес сэндвичи и кофе, может, ты составишь мне компанию? — С удовольствием. Заходи, — сказала она, пропуская парня в квартиру. — Я как раз собиралась перекусить. На Труди были короткие джинсовые шорты и белая футболка без надписей. Светлые волосы, убранные в хвост на затылке, всё так же темнели у корней. Её квартира была точной копией той, где обитал он. Только мебели чуть больше. Маленькая кухня сияла чистотой. Они сели за стол. На столе была клетчатая скатерть и горшок с маленьким цветком. Гонщик слышал, что это растение называется «денежным». Однако не похоже было, что с финансами у его хозяйки полный порядок. Состоятельные люди не живут в клоповниках с крохотной кухней и не заводят «денежные деревья». Женщина сладко зевнула, прикрыв рот ладонью. — Прости, очень спать хочется, — призналась она. — Значит, кофе тебе не помешает, — он улыбнулся, и протянул ей большой картонный стакан с напитком. — Сэндвичи тоже, — Труди с аппетитом откусила большой кусок от ещё теплого сэндвича и принялась жевать. Гонщик последовал её примеру. Они пили кофе, болтали о разных глупостях. — Как тебе дом? — Странное место, как и раньше. Я почти привыкла к соседям, мыльным операм и тараканам. — Мыльные оперы хуже всего. — Согласна. Тараканы куда приятнее. А ты чем занят? — Вожу автомобили. — В смысле катаешь важных шишек и всё такое? — Нет. Каскадером в кино. — Хорошо зарабатываешь, наверное? — Мне хватает. — Прости, снова лезу не в своё дело. — Как тебе сэндвичи? — Очень вкусно, спасибо. И кофе отличный. — Не был уверен, какой ты любишь, поэтому взял черный без сливок и сахара. — Ты угадал. Она улыбнулась и посмотрела куда-то в сторону. Провела рукой по волосам, прикусила губу. Ей явно не хватало решимости сказать что-то важное. — Я нашла корейскую бакалею. Не с первого раза, правда. Ты сказал идти в сторону центра, а я повернула на Грин-стрит. Чуть не заблудилась, представляешь? Зато теперь у меня всегда свежие продукты в холодильнике. А ещё у них отличная выпечка. — Был рад помочь. — Хочешь пива? В холодильнике должна быть баночка-другая. — Можно. Она подошла к холодильнику и вернулась за стол с двумя банками пива. Откупорила одну и вручила Гонщику. — Спасибо. — Тебе нравится твоя работа? — спросила она, открывая вторую банку. — Да. Он был гонщиком. И умел здорово водить машину. «Датсуны», «Форды» и «Шевроле» стали его единственной и всепоглощающей любовью. — Я работаю ночной медсестрой в ветеринарной клинике. — Непростая работа. — Не жалуюсь. Мне нравиться помогать животным. — У моего друга есть кошка. Мисс Дикинсон. Уличная, с примесью русской голубой. У неё драное ухо и нет двух пальцев на передней лапе. Док её обожает. — Приятно быть кому-то нужным. — Док тоже так говорит. — Выпьем за твоего друга и его любимицу. Труди отсалютовала ему пивной банкой. Он повторила её жест. Они посидели ещё немного. Гонщик допил пиво и сказал, что ему пора идти. Женщина проводила его до двери. — Спасибо тебе, — сказала она. — Пожалуйста. Труди на секунду замешкалась, а потом подалась вперед и коротко поцеловала Гонщика в губы. — Заходи как-нибудь. Он кивнул и зашагал прочь по коридору. Очень скоро Гонщику пришлось покинуть квартиру в «Пальмовом квартале». Визит к Труди оказался первым и единственным. Но вышло так, что спустя несколько лет им вновь суждено было встретиться.