Часть 1
6 марта 2020 г., 13:37
Вот бывает обычно, что пару недель в школе проходят абсолютно тихо и спокойно, без единого теста, абсолютно одинаково и оттого даже скучно и грустновато. В подобные периоды не особо сильно напрягаешься, дел достаточно мало и иногда даже получается выходить из школы с вполне ясными мыслями.
Но после наступают те самые несколько дней постоянных тестов, проверочных, когда голова буквально кипит не только от информации, которую нужно как-то запомнить, а также от давления, которое оказывают учителя, вечно напоминающие о важности выпускных экзаменов и промежуточных тестов.
Сидя на второй за этот день контрольной, в этот раз по истории, Ёсан стал чувствовать, что все-таки немного волнуется. Материал он знал на отлично, не зря ведь тратил столько усилий на его усвоение, порой жертвуя столь необходимым сном, переменами и возможностью провести время с близкими людьми. Приходилось немало напрягаться, чтобы оправдывать надежды родителей, не понижать планку и самому соответствовать собственным требованиям. Вот только сейчас, закончив писать ответы в тестовой части контрольной, он толком не мог сосредоточиться на письменных заданиях, то и дело смотря по сторонам, отвлекаясь.
Ухудшали ситуацию еле слышные стуки пальцев по парте в противоположной стороне от места самого Ёсана и молящее о помощи, действительно растерянное, лицо Уёна. Стуки были слышны и понятны только им двоим, да и многозначительный обмен взглядами на вряд ли кто-то заметит, а даже если так, то сообщать бы не стал. Все пытались помочь друг другу хоть как-то. Стук каблуков учительницы немного напрягал, но сейчас вполне хорошо скрывал обмен сообщениями между двумя друзьями. Медленно прохаживаясь вправо-влево, всматриваясь куда-то в потолок и время от времени выкидывая фразы вроде «Сосредоточьтесь, мы все это проходили» и «Вам осталось x минут», она давала возможность обменяться беззвучно произнесенными словами и фразами тем, кто совсем не мог разобраться с контрольной.
Уён почти беззвучно, иногда настолько, что Ёсану приходилось поворачиваться и считать движения указательного пальца друга, отстукивал по парте определенное количество раз, что обозначало номер вопроса в тестовой части. Ёсан, в ответ, стучал пальцем от одного до четырех раз, подобным образом давая правильный вариант ответа. Подобный способ обмениваться хоть какой-то информацией как-то давно и чисто случайно придумал Уён. Пользоваться им приходилось крайне редко, парням не очень часто удавалось провернуть такое, но в экстренных ситуациях подобного рода Ёсан привык выручать единственного друга. Вероятно, потому что по-другому не мог. Он чувствовал, наверное, какое-то непреодолимое желание быть таким же полезным и отдавать то, что может, как и Уён, который постоянно выручал его в детстве, да и сейчас, стоит ему вляпаться во что-то. К тому же, Ёсан был слишком добрым. Ему правда хотелось помогать людям и, пускай совесть иногда давала о себе знать, в том, что иногда дает подсказки людям, он не видел ничего плохого. Будем, честными, ему нравилось помогать и с этим юноша ничего поделать не мог.
Наконец-то, получив робкий кивок Уёна, означающий, наверное, благодарность, Ёсан смог вернуться к своей работе, с недописанными заданиями. Выписывать пришлось действительно быстро, под конец рука даже начала болеть. Благо в голове вся информация была разложена по полочкам, так что, собравшись, Ёсану удалось довольно быстро понять то, что от него требовалось. Видимо, ему действительно нужно было закончить свои взаимодействия с Уёном и окружающим миром, чтобы полностью погрузиться в свои мысли и сосредоточиться на задаче. Результатом он был, в принципе, доволен, пускай и запаниковал в какой-то момент.
Прозвенел звонок и все, без того, чтобы их о том попросили, встали, чтобы сдать свои работы. Никто не задержался. Наверное, потому что контрольная действительно не такой сложной, трудности появились только у некоторых, но даже те сдали все к звонку. Предстоящая перемена должна была быть довольно долгой. Сейчас это было то, что нужно. Первая половина дня выдалась довольно напряженной и насыщенной. Оставшиеся пару уроков и перемену можно было с чистой совестью провести в более щадящем темпе.
Ёсан направился к выходу из класса, как и многие из его одноклассников, и дождался Уёна у дверей.
— Справился? — негромко спросил старший, как только второй высунулся из класса.
Ёсан посмотрел на друга немного озадаченно и даже взволнованно. Уён выглядел откровенно уставшим. Возможно, ему просто показалось.
— Пойдет, — сухо прошипел он, похлопав себя по бедрам, видимо, проверяя, если ничего не вывалилось из карманов. — На проходной балл собрал. Спасибо, что помог. Тестовая часть в порядке, за письменную тоже что-то дадут, — Уён говорил немного раздраженно, все еще довольно громко, как делал всегда, но это не сильно мешало. Сам Ёсан продолжал смотреть на друга с неким интересом, рассматривая его лицо в попытках найти причину такого настроя. — Пошли выйдем, — спустя недолгую паузу, закончил юноша.
Ёсан одобрительно кивнул и они направились к выходу.
Улица встретила двоих вполне приятной погодой. Солнце светило не слишком ярко, дул приятный ветерок и находиться на там было довольно хорошо. Естественно, если бы не гул, стоящий на школьном дворе, который, казалось, раздражал Уёна еще сильнее, было бы лучше. Парень немного хмурился и подобное выражение лица очень сильно не нравилось Ёсану.
Обойдя школу по периметру, попутно разговаривая о чем-то бытовом, парни добрались-таки и до заднего двора, с припрятанной ближе к подсобкам огражденной местности, именуемая школьной курилкой. Место было вполне хорошо припрятано, к тому же, все следы успешно заметали сами ученики, а те, кто знал о ее существовании, предпочитали никому не сообщать, потому что знали, что это ничего не изменит. Благодарны были за то, что это хотя бы не школьный туалет.
Пройдя вглубь, ближе к самому забору, Уён оперся о холодную кирпичную стену и достал из внутреннего кармана пиджака небольшой, уже слегка повидавший жизнь, металлический портсигар, вмещающий в себя ровно 20 сигарет. Вытянув две, одну протянув севшему на лавочку рядом Ёсану, Уён достал из кармана школьных брюк пеструю зажигалку и, быстро щелкнув, подкурил, а затем поджег сигарету и другу.
Раскусив ментоловую капсулу, он сделал затяжку, спустя секунду выпуская дым. Подошло еще несколько людей, встали они шумной компанией совсем рядом. Уён тихо шикнул. Ребята были, вероятнее всего, на год младше. Он их часто видел и ни разу не взаимодействовал с ними, возможно, это было к лучшему. Почувствовав на себе взгляд друга, он обернулся, смотря вопросительно.
— Что-то произошло? — обеспокоенно поинтересовался Ёсан, поняв, что его попытки понять что-то самому провалились. — Ты кажешься раздраженным.
Уён устало выдохнул, потому что его раскусили. Он и сам не понимал, что с ним такое. Просто настроение было ни к черту. Ко всему прочему, он понял, что в последнее время берет на себя слишком много. Это, несомненно, давило.
— Я просто заебался, — честно признался юноша, делая очередную затяжку. — Не знаю, работа, тесты, отец со своими вечными доебами. Он устает, я понимаю, но… это же не повод на меня срываться.
Ёсан взглянул на друга понимающе, опустив голову, выдыхая куда-то в пол. Он все прекрасно понимал. Подобные проблемы встречаются у всех подростков и Ёсан понятия не имел, что может на такое ответить. Разве что, искренне поддержать, потому что был уверен, что все это как-нибудь закончится.
— Слушай, — начал старший, подняв взгляд на докуривающего Уёна, сам вновь вдыхая в себя дым. — Может зайдешь ко мне… Тебя давно не было, мама начала спрашивать. Может, на этой неделе?
— Давай обсудим, когда закончатся все тесты, — поправляя растрепавшиеся волосы, попросил Уён.
— Решил взяться за голову? — хихикнув, решив подколоть, выдал Ёсан, смотря на друга в ожидании интересной реакции, но поучил вполне серьезный и даже скучный ответ, хотя в то же время он оказался информативным и заставляющим надеяться на лучшее.
— Просто пообещал отцу, что постараюсь что-то изменить, — сухо выдал младший, потушив окурок об стену и спрятав его в портсигаре. Оставлять их здесь было нечестно по отношению к другим, которые всяким способом пытались оставить это место нетронутым, ради безопасности.
Вскоре докурил и Ёсан. Парни вышли из курилки, в которой уже собралось довольно много людей, и решили искать место, где можно было убить время до конца перерыва, поесть и затем отправиться на остальные уроки, которые обещали быть чуть менее напряженными, нежели предыдущие.
***
Выйдя из несчастной школы, теперь уже окончательно, Ёсан и Уён довольно быстрым шагом направились в сторону кафе, в котором работали. Обоим повезло, что дежурить сегодня не пришлось, ведь в таком случае они задерживались и могли опоздать. Частная школа, в которой они учились, находилась в хорошем районе, рядом располагался парк, жилые дома, но стоило пройти дальше них, то сразу оказываешься в оживленной деловой части города. Из окон некоторых классов можно было легко разглядеть небоскребы в соседнем районе. Смотреть на них во время скучных уроков было довольно забавным занятием: вот смотришь и думаешь о том, что буквально в паре километров от тебя кипит жизнь, люди работают, ссорятся, занимаются своими делами, а не тухнут на уроке физики. От школы до кафе было 15-20 минут быстрой ходьбы. Подобный расклад вполне радовал парней, по дороге можно было спокойно поговорить, попускать слюни на яркие вывески магазинов. Это было ближайшее кафе, которое принимало на работу школьников, к тому же платили там вполне… сносно. Если не считать строгих штрафов, которых Ёсану все же удавалось избегать, на карманные расходы этого хватало сполна. Никто не жаловался. К тому же, чаевые там тоже были прекрасными. Их Уёну хватало чтобы покрыть штрафы за битую посуду и хамство клиентам. За последнее старшему не прилетало ни разу. Стоя за кофемашиной ему не приходилось взаимодействовать ни с кем, кроме официантов и других бариста, а работа приносила необъяснимое удовольствие. Напротив кафе располагались бизнес центры. Огромные стеклянные здания в десятки этажей, конечно, напрягали, если смотреть на них из окон небольшой уютной кофейни, но во время ланча посетителей было очень много. Люди выбирались из своих душных офисов и проводили время в приятной обстановке за кружкой кофе, иногда заканчивая какие-то дела, но никому этим не мешая. В общем, место было приятным и вполне подходящим обоим под график. Половина рабочего дня четыре раза в неделю и Уён с Ёсаном чувствовали себя замечательно. Раздевалка работников была довольно маленькой, но учитывая то, что расписание смен было удобным, в ней редко собиралось больше 6 человек. Парнями пришлось переодеваться быстро. В этот раз они немного потеряли счет времени и смена должна была вот-вот начаться. Натянув на себя форму — кремовые рубашки без воротника с эмблемой заведения, черные штаны и светло-коричневый фартук, — и прицепив именные бейджи, они принялись приводить себя в порядок. Наносить макияж в школьном туалете было небезопасно. По пути к выходу могли бы словить учителя и устроить сцену. Многие, конечно, приходили накрашенными из дома, школьные правила не запрещали наносить легкий дневной макияж, но Уёну и его сумасшедшей подводке пришлось бы несладко. Он наносил ее жирно, немного размазывая, добавляя объема и без того большим миндалевидным глазам. Для обычной жизни выглядело неплохо, но из школы бы его точно выперли. Если крашенные волосы и проколы в ушах могли стерпеть, то подобное было чересчур ярко. Легче было Ёсану. Менять что-то не приходилось. Иногда он замазывал родимое пятно у глаза, если приходилось краситься от и до, чтобы скрыть покраснения на коже, появляющиеся от мороза. Но в теплое время года подобным он не занимался. — Нормально? — отложив карандаш на секунду и повернувшись к старшему, спросил Уён. Он так делал каждый раз, чтобы удостовериться, что для людей он выглядит не слишком вызывающе. — Ну, рубашку я бы застегнул, — ткнув пальцем на смутивший его момент, выдал Ёсан, направляясь к выходу. — Но, в целом, да. Уён фыркнул, закрыв свой шкафчик, но рубашку все же застегнул, оставляя нетронутыми лишь две верхние пуговицы. Время поджимало. Рабочая смена шла полным ходом. Время обеденного перерыва близилось к концу, но посетителей меньше не становилось. Как сумасшедшие бегали все. Ёсан и еще двое бариста еле-еле успевали отдавать заказы уставшим официантам. И все же, свою работу Ёсан делал не без улыбки. Процесс доставлял удовольствие, а терпкий аромат кофе настраивал на нужный лад. — Еще два латте! — звонким голосом донеслось в спину. -Дай мне пару минут, — Ёсан спокойно ответил Уёну, принимаясь за очередной заказ. Кофемашина явно была его призванием. Парень умело обращался с аппаратом. Движения были отточены до идеала, к тому же, если существовала какая-то магия в этом, то Ёсан ею определенно владел, ведь даже обучаясь, он чувствовал и подбирал идеальные пропорции, создавая действительно прекрасные напитки. По мнению многих людей, Ёсан варит самый вкусный кофе в этом районе, некоторые даже специально приходят в его смену, чтобы выпить ароматный капучино либо идеально сбалансированный кофе по-ирландски. Самому юноше тоже нравилось получать похвалу от тех, кто восхищался его работой. Смешивание пропорций придавало ему сил и разгружало мозг. Иногда это было именно то занятие, что спасало от эмоционального выгорания в трудные моменты. — Два латте! –Ёсан протягивает кофе Уёну, чтобы тот отнес его к столику. Он проводил друга взглядом, чтобы убедиться, что тот отдаст напитки без происшествий и ему не придется готовить их заново, но вдруг уловил на себе взор какого-то мужчины, на порядок его старше, лет тридцати. Он был одет в строгий костюм цвета темной охры, волосы были идеально уложены, а ботинки сверкали так… вы даже представить не можете. Одним своим видом он привлекал внимание. Ёсан был готов поклясться: если долго смотреть на него, очутишься с открытым ртом. Он точно не мог определить, что же его так привлекло, но отвести взгляд не мог и оттого немного боязливо, но с интересом, разглядывал образ посетителя, осматривая детали и не имея ни единой возможности отвлечься на что-то другое. Если существовал «рай для глаз», то он точно был прямо перед Ёсаном. Их взгляды ненароком встретились. Легкая улыбка, слегка надменная, заставила юношу запаниковать, ведь тот не хотел, чтобы кто-либо заметил его откровенно оценивающий взгляд. Так как Ёсан был довольно стеснительный, он резко отвел взгляд в сторону своей кофемашины, облокотился на нее и сделал вид, будто просто смотрит вокруг. Сымитировать вышло херово. Неловко оглядываясь по сторонам, он замечает, что мужчина все еще откровенно пялится на него. Ёсану сначала было неловко, но затем он начал смотреть прямо на него, играя в гляделки. Мужчина в свою очередь взял кружку кофе в руки, ухмыльнулся, и откинулся на спинку стула, все еще не отводя взгляд от парня. — Чего стоишь? Нечем заняться? — спросил Уён. Старший вздрогнул, нелепо замявшись и отводя взгляд от посетителя. -Чего болтаешь? Нечем заняться? — ответил вопросом на вопрос Ёсан. Парни вместе посмеялись, и принялись за работу. Последнее Ёсану давалось с особым трудом. — Эспрессо и латте, — тонким голоском пискнула официантка, убежав обратно в зал. — Сию минуту, — Ёсан улыбнулся и начал колдовать над своим агрегатом. — Уён, подойди-ка на пару слов, — подозвал он лучшего друга, увидев, что тот сидит без дела. — Чего тебе? — Только не смотри в зал! Прошу тебя, не смотри в зал! — орудуя турками, попросил старший. — Что-то случилось? — голос Уёна звучал обеспокоенно. — Не совсем. В зале сидит мужчина — только не оборачивайся, — Ёсан немного повысил голос. –Он так странно пялится на меня. — Какой мужчина? — Сука, — выдохнул юноша. — Отойди к кассе и притворись что осматриваешь зал. Мужчина в углу рядом с фикусом сидит. Потом подойди и скажи мне кто он, окей? — Все что угодно ради тебя, — улыбнувшись во все тридцать два и отвратительно протянув последний слог, выдает Уён, показывая, что заинтересован. Он отходит к кассе, делая вид, что ожидает новых заказов. Осматривает зал. Не сдержав эмоций, он действительно изменился в лице, поняв, о ком говорил Ёсан, затем наблюдая за тем, как посетитель откровенно пялился на его друга. — Эспрессо и латте! — старший очень непрозрачно намекает Уёну подойти. Не скрывая охуевания — по-другому Уён бы не смог это описать — он тащит ноги к стойке. Кажется, у младшего сейчас сведет лицо. Его эмоция была что-то с чем-то — слишком театральная. — Лицо попроще, — покосившись на друга, буркнул парень. — Ты его знаешь? — Да, но… — Дай угадаю… Он все еще смотрит? — немного улыбнувшись, выдал Ёсан, проведя официантку, забравшую заказ, взглядом, вновь замечая тот пристальный взор. — Сверлит взглядом. — Окей. Ты его видел здесь раньше? — Да, он тут каждый день ошивается. Приходит к четырем и сидит один минут сорок. Просто пьет кофе и ничем другим не занимается. Потом уходит. Странный тип… но чаевые оставляет хорошие. Администратор говорит, вроде бизнесмен. Я не уверен, — Уён пожал плечами и неловко улыбнулся в надежде, что помог. -Понятно, спасибо, — Ёсан улыбнулся своему другу и принялся за варку кофе. Он стоял у кофемашины, умело орудуя различными прибамбасами, отдавая заказы одним за другим. Ненароком он поднял взгляд. Мужчина смотрел в окно. Почему-то Ёсану он показался грустным. Теперь у подростка есть возможность не отводить взгляда от посетителя. Он отвлекся. — Ай! — пискнул Ёсан, чувствуя резкую боль в руке. Взглянув на нее, он обнаружил довольно большой и вполне серьезный ожог на тыльной стороне ладони. Крик был не очень громким, но Уён и пара посетителей, сидевшие ближе всего к стойке, обратили внимание на молодого бариста. Младший быстро подбежал к своему хёну. — Ёсан, ты в порядке? Что произошло? Мне принести аптечку? Скорая не нужна? — он говорил так быстро и так обеспокоенно, что на лице его товарища появилась легкая улыбка. — Все хорошо. Правда. Я живой, скорая не нужна. Это просто ожог, — Ёсану было приятно, что друг так за него волновался, поэтому и подошел поближе, легонько обнимая. Вышел администратор. На его лице читалось беспокойство. — Я слышал крик? Или мне показалось? — спросил их он, почесывая голову. — Все норма…- попытался сказать Ёсан, но был перебит младшим. — У Ёсана серьезный ожог. Я больше не подпущу его к аппарату! — возмутился Уён, протягивая руку друга боссу, доказывая серьезность происшествия. На ней начали потихоньку виднеться волдыри. — Позвольте мне заменить его на недельку! Пожалуйста! Пожалуйстааа!!! — Уён все так же быстро изливал фразы. — Да, хорошо, — согласился босс, понимая, что с одной рабочей рукой юноше будет тяжело за аппаратом. Босса перебил Ёсан: — Но как же так? — Это всего на неделю. Лучше иди обработай рану и убери со столов. Ёсан кивнул и направился в раздевалку, где лежала аптечка со всем необходимым. Нанеся на ожог специальную охлаждающую мазь и наспех обмотав руку так, чтобы ненароком не задеть, он вышел обратно в зал. Оказание первой помощи заняло от силы минут 5, а терять время Ёсан не желал. Он посмотрел на орудующего за кофемашиной Уёна и направился к своим столам. Номера друга он знал наизусть, так что сложностей с их определением не возникло. Юноша порядком заволновался, поняв, что тот самый мужчина сидел за столом под номером 5, который должен был обслуживать Уён. Увидев на его столе чек и купюру сверху, Ёсан постарался спокойно выдохнуть и направился к нужному месту. Он встретился взглядом с ним на долю секунды, подходя к столу, но тут же отвел его. Забрав чек, юноша робко поклонился и побежал к кассе. Лишь там до него дошло, что посетитель расплатился довольно крупной купюрой, десятью тысячами вон. От волнения ему пришлось раз пять перепроверить, правильно ли была посчитана сдача. Убедившись в этом, он отнес ее обратно к столу, а затем принялся за обслуживание остальных посетителей. Когда он вернулся к столу под номером 5, чтобы убрать с него, мужчины в костюме не было на месте. Он берет со стола кружку и замечает оставшуюся на столе сдачу, совсем нетронутую, те самые 5400 вон, что он оставил на столе, а рядом с ними — записку. Последнее его немного испугало, юноша неряшливо положил деньги в карман и быстро убрал со стола, относя посуду. Закончив, парень решил не медлить и прочитать записку прямо на месте.«Ты варишь действительно очень вкусный кофе. Спасибо. И еще, впредь будь осторожнее. Не заставляй меня волноваться. »
Эта бумажка была визиткой. Стоило отметить, что дизайн был вполне неплох. Ярко-синий фон и контрастный белый текст, расположенный по вертикали, выглядели гармонично. На лицевой стороне была эмблема компании и ее название «SongStrong», номер телефона, а под ним имя человека: Сон Минки. Ниже, мелким шрифтом, на английском и корейском, была обозначена должность — «Владелец, директор». «Уён говорил, что он приходит каждый день,» — пронеслось в голове парня. — «Но я тут уже почти полтора месяца, почему я его раньше не замечал?» Мысли Ёсана не давали ему покоя. В голове крутился миллион различных вопросов и полное непонимание того, что ему делать с этой суммой денег и к чему была записка, текст который впился в память и не мог ее покинуть. Руки немного тряслись: то ли от восторга, то ли от тревоги. Ёсан определить не мог, но на губах появилась мягкая улыбка. Он не мог понять, зачем ему столько и почему этот мужчина, Сон Минки, оставил ему записку. Подросток сомневался, стоит ли ему сообщать Уёну, ведь его реакция могла быть очень непредсказуемой. Ёсан действительно провел минуту в активных размышлениях. Но эта минута казалась вечностью. Он вспоминал то, как смотрел на этого мужчину, его записку, но эти данные не могли собраться воедино. И все же, взяв себя в руки, парень решил, что ему все-таки придется спросить посетителя о том, что произошло, прежде чем станет что-либо предпринимать. Иначе не сможет спать до конца жизни. Юноша выдохнул, посмотрел на часы. Время 16:42. — А ведь действительно ровно сорок минут просидел… — еле слышно пробубнил себе под нос Ёсан.
