Фея для Тёмного Властелина

      «Грей, Люси, вы сейчас в гильдии, да?» — голос Первой прозвучал неожиданно в самый разгар битвы между Нацу и Зерефом. Ребята замерли, прислушиваясь к голосу Мастера-основательницы.       «Я уже близко. Пожалуйста! Нам нужно срочно объединиться!»             — Мы не можем оставить его! — воскликнул Хэппи. В этот момент Люси охватила какая-то непонятная тревога. Словно тёмная тень нависла над ними в тот миг, когда были произнесены эти слова.       «Верьте в него… И в меня, — добавила она через какое-то время. — Судьба Нацу полностью зависит от вас! Быстрее!»             — Пойдёмте, мы будем только под ногами путаться! — Грей первый направился к выходу, а Люси всё ещё стояла на месте, не отрывая взгляда от сражающихся. Сердце бешено колотилось в груди, а душа отчаянно кричала, что ей не нужно уходить отсюда. Словно со стороны услышала свой голос, говорящий о том, что она задержится. Удары братьев были сильны и безжалостны, с каждым разом набирая силу. От мысли, что родные люди бьются насмерть, заставляло всё внутри болезненно сжиматься. Почему-то мысль, что, возможно, стоило попытаться Драгнилам договориться, пришла только сейчас. Они ведь братья, они не должны убивать друг друга! Если победит Нацу, то он умрёт, а если победит Зереф… каковы его цели? Чего желает добиться Сердцем Феи?             — …Я обязан убить тебя, иначе будущее человечества будет обречено, — не столько от голоса, сколько от таких слов, мурашки по коже пробежали. — Но мне так весело! — глаза были полны безумия, делая ауру Тёмного мага ещё более пугающей. — Это вызвано моим проклятьем? Или это мои эмоции? Я не уверен, — следовало уходить, но ноги словно приросли к полу. Девушка сглотнула образовавшийся в горле ком, нервно сцепив пальцы.             — Люси! — вернул в реальность голос Нацу, сбрасывая непонятное оцепенение. — Уходи!       Девушка закусила губу, желая сказать, что не оставит его одного, однако слова так и не сорвались с губ. Почему-то ей казалось, что сейчас она смотрит на него в последний раз. Это ощущение не покидало Люси с того момента, как она зашла в здание гильдии. Казалось, их последние минуты утекали, словно песок сквозь пальцы, и не будет их больше никогда. Война — это потери любимых, боль от утрат, непереносимый ужас. Уйти сейчас или решиться озвучить свои чувства? Но имеет ли она на это право? Не будет ли признание звучать как последние слова? Хартфилия медлила, по-прежнему оставаясь на месте. Её разрывали противоречивые чувства.       Нет! Эти слова она прибережёт для победы. Как и слёзы. Нацу непременно выживет! Тогда всё разрешится. Сжав руки в кулаки, девушка побежала из гильдии, но на самом выходе об кого-то запнулась и с криком полетела вниз. Падение было очень жёстким, учитывая, что она упала, ударившись об чужое колено. В глазах на мгновение потемнело от боли. Кто-то рядом болезненно застонал. Заклинательница услышала, как неизвестный встал и пошёл в гильдию, едва держась на ногах. И этот человек не был их сторонником. Девушка сама удивилась, насколько ослабла. Её неумолимо тянуло в сон, но она нашла в себе силы встать и последовать за странным блондином. Если он собирается помочь Зерефу — она обязана ему помешать!       Девушка потянулась к звёздному потоку, затем что-то выкрикнула, нанося удар поблизости от блондина, обращая его внимание на себя. Противник едва держался на ногах, но всё же отскочил, поворачиваясь к ней. Он сделал какой-то жест двумя пальцами, заставив девушку напрячься в ожидании удара, однако прошла долгая минута молчания, и ничего не произошло. Парень чертыхнулся, пробубнив что-то про невинных блондинок, и в следующий миг девушку охватило чувство дикого и ни с чем не сравнимого голода. Она упала на колени, схватившись за жалобно урчащий живот и кусая до крови губы. Все другие чувства и ощущение пропали для неё, кроме этого огромного, всепоглощающего чувства голода. Сколько она так просидела? Неизвестно.       Раздался ужасный звук ломающихся костей. Голод тут же отступил, уступив место чудовищной усталости. Люси подняла глаза, и не вырвавшийся крик застыл в зрачках и на губах. Блондин лежал на полу и пробитой грудью, истекая кровью. Его глаза были полны слёз, а лицо выражало крайнюю степень отчаяния. Зереф равнодушно отвернулся, желая продолжить бой с Нацу, но что-то в нём неуловимо изменилось. Недавно светившиеся красным светом глаза стали вдруг фиолетовыми, отражая крайнюю степень безумия. Он легко ушёл от атаки брата, лишь немного увернувшись, а потом объял свой кулак чёрной магической силой и…       На несколько метров от гильдии был слышен женский крик отчаяния.             — Гха! — Нацу невольно выплюнул кровь на одежду брата.             — Забыл сказать, тебе не нужно извиняться перед Макаровым. Он уже мёртв, — равнодушно сказал Зереф, отходя от Нацу, который камнем упал на пол, обагряя его кровью из пробитой груди.             — Нет!!! — ей самой заложило уши от собственного крика. Люси бросилась к парню, наплевав на всех присутствующих. Её отчаяние можно было черпать ложками и наполнять им большую бочку. Зереф никак не прореагировал на отчаянные крики Хартфилии, усевшись на чудом уцелевшую скамью. Ему осталось только дождаться Мавис и забрать у неё Сердце Феи. Какая жалость, что Ларкейд ослабил его младшего брата, и победа досталась Драгнилу старшему без особых усилий. Очень жаль. Он хотел бы побольше повеселиться. — Нацу! — он скосил глаза на блондинку. Та самая Люси Хартфилия, которая так много времени провела с его младшим братом и многому научила его. Очень многие события произошли из-за неё или частично из-за её участия. Причина и повод. Вдохновение и направление. Невероятно важная фигура на доске Хвоста Феи. Если Мавис Сердце Феи, то Люси Хартфилия — душа. Невероятно живая девушка, до конца верящая в своих товарищей. Просто идеальный кандидат на роль спутницы жизни Нацу. На губах императора появилась какая-то странная усмешка.             — Ну и дурак же ты, Нацу, — негромко и совсем не весело рассмеялся Зереф, откинув голову назад. У Нацу было всё, чего не было у него никогда. Семья, друзья, нежная и любящая девушка, которая теперь с таким отчаянием рыдает над его телом. Жалеет ли Зереф о том, что вернул брата к жизни? Нисколько. Если бы у него был выбор, он сделал бы то же самое ещё тысячу раз.             — Не смей его так называть! — прокричала девушка, поворачиваясь к нему лицом. Драгнил равнодушно пожал плечами. Нацу уже всё равно, что о нём говорят. Очень скоро они оба исчезнут, оказавшись в своём очень далёком прошлом. Снова вместе. С живыми родителями. — Как ты можешь улыбаться после того, как убил родного брата?! — кажется, Люси перешла ту грань, когда становится абсолютно всё равно на любые последствия. — Почему? — она подскочила к нему и схватила его за ворот пальто. — Зачем? — более тихо спросила она и опустилась перед ним на колени, отпустив его одежду. — Ты убил своего младшего брата. Того, кого старшие всегда защищают… Чем он заслужил твою ненависть?! — Люси снова вскинула голову, готовая вцепиться в горло Тёмному магу. Однако увиденное поразило заклинательницу до глубины души. Цвет глаз императора внезапно стал чёрным, а по щекам его скользили слёзы.             — На…цу… — голос его надломился, и он схватился за голову. — Что я сделал с братом? — от него стали исходить странные волны, ужасающей силы. Люси вспомнила о проклятье Противоречия, о котором говорила Первая. Зереф сейчас был не в меньшем отчаянии, чем она сама. Он осознал, что убил своего брата и… вновь стал ценить жизнь. Разве не жестокая участь? Люси грустно улыбнулась, чувствуя давление его магии. Сбежать она всё равно не успеет, да и незачем. Для неё всё кончено, и глупо это отрицать.       Тяжёлая волна тёмной магии коснулась её груди, но не прошла насквозь, а напротив, отошла от неё на небольшое расстояние, но потом снова окутала её, словно кокон. Прошло около трёх секунд, кокон пропал, а выброс повторился. Девушка с некоторым удивлением смотрела на то, как вместо того, чтобы разрастаться от такой агрессивной силы, раны затягивались прямо на глазах. Люси ошарашенно посмотрела на Зерефа, бормотавшего что-то наподобие: «Я должен вернуть Нацу к жизни… Нет! Я должен позволить ему умереть!»       Противоречия раздирали его в эту самую минуту. Люси схватила его руки, отнимая их от его лица. Если есть шанс вернуть Нацу, пускай и с помощью Зерефа, она обязана это сделать! Ответом был ещё один чёрный выброс, который… Люси ошеломлённо смотрела на то, как начинает светиться белым, серебряным светом. Драгнил не с меньшим удивлением смотрел на неё.       Проклятье Анкселам не тронуло эту девушку. Просто не коснулось, когда она стоит так близко и держит его за руку. Не только не коснулось, а не задело даже то, что было поблизости. Возможно ли, что боги сжалились над ним и дали ему шанс? Зереф некоторое время смотрел на неё, даже не моргая, а потом пришёл к единственно-верному выводу для него. Она будет принадлежать ему. На остальное плевать. Эта девушка — его ключ к нормальному существованию в отвергающем его мире, к обычной человеческой жизни. Его спасение, которое он не упустит.             — Ты можешь вернуть Нацу к жизни? — она трясла его за плечи, пытаясь вытащить из оцепенения. Зереф очнулся от своих размышлений, но Люси внезапно схватилась за живот и рухнула перед ним на колени. Драгнил скосил глаза. Этот червь ещё не сдох.             — Отец… не прикасайся к нему! — после этой фразы Ларкейд покинул этот мир, бесславно убитый собственным императором. Зереф поднялся на ноги, уже полностью придя в себя. По щелчку пальцев, время остановилось во всей Магнолии. Блондинка подняла голову, посмотрев на него снизу вверх. Судя по горящим карим глазам, она была настроена решительно. Он присел рядом с ней на корточки и взял её ладонь в свою.             — Позволь, показать тебе кое-что, — они в миг оказались на поле боя. Девушка вскрикнула, увидев бездыханное тело Макарова на руках Лаксуса, закрыв руками рот. Только сейчас она вспомнила слова Зерефа о том, что он мёртв. Следующим пунктом была демонстрация Августа, который вот-вот уничтожит весь город и его обитателей одним мощным заклинанием. И не нужно быть гением, чтобы понять, что его никто не в силах остановить. Люси сама ощущала его магическую силу, даже через остановленное время. Затем она увидела Венди и Эрзу с Джераром. Перед ними стоял никто иной как сам Акнология. Чем больше мест они посещали, тем большее отчаяние охватывало заклинательницу. Её друзья… все они вот-вот погибнут! Она не сумеет помочь. И неизвестно, выживет ли сама.       Они вновь оказались в гильдии. Хартфилия бессильно рухнула на колени, не в силах сдерживать рыданий. Всё кончено. Она не Нацу, который способен всё перевернуть вверх ногами и спасти всех. Нацу больше не поможет. Никому. Зереф недолго смотрел на её слёзы. Схватив волшебницу за руку, заставил подняться на ноги. Он не отказался от идеи заполучить девчонку, и сейчас у него есть прекрасная возможность легко получить желаемое.             — Предлагаю сделку, — Люси вскинула голову, не веря своим ушам. Такие слова казались бредовыми и нереальными в этой ситуации. Что она может предложить ему? Они — без пяти минут проигравшая сторона! Что ещё он не получил?! — Я останавливаю Августа, даже верну Макарова с моим братом к жизни, — хотя Нацу ещё не был мёртв, но ему оставалось недолго, без чужого вмешательства ему точно не выжить. Зереф поднял лицо Люси за подбородок, заставив её смотреть в его глаза. — Убийство Акнологии является нашей общей целью, так что я даже не против объединиться с вами, — он усмехнулся, словно сам не верил, что говорит такое, разом отказываясь от всех своих планов из-за неё. Точнее, из-за того, что она может дать. Отказаться от прошлого вместе с братом и родителями. Отказаться от всего, ради возможности жить как человек в этом времени. Правильно ли это?             — Что ты хочешь взамен? — Люси хватается за его одежду, как утопающий хватается за соломинку. В данный момент она была готова на всё, лишь бы спасти дорогих ей людей, которым грозит неминуемая гибель!             — Ты будешь принадлежать мне, — буквально огорошил её своей ценой император. — Отдашь мне свою свободу, душу и тело. Станешь моей. Бесповоротно и навечно, — тело вмиг покрылось мурашками от этого жуткого шёпота. Она не знала, зачем, почему и для чего нужна ему, но если такова цена жизней друзей, то она не станет колебаться.             — Я согласна, — твёрдо сказала девушка, стараясь не дрожать от страха. Зереф сейчас ей представлялся настоящим дьяволом, желающим завладеть человеческой душой. Блондинка тряхнула головой, отгоняя наваждение. — Мне нужны гарантии! — нельзя верить врагу на слово. Кажется, эти слова вызвали у него весёлое недоумение.             — Тебе мало слова императора? — и впрямь, нашёл что-то забавное.             — Мне нужен магический контракт, — упрямо возразила девушка, стискивая зубы. — Непреложный, — весомо добавила она.             — В случае нарушения любой стороной, всё возвращается на круги своя. То есть, условия вновь становятся невыполненными, — он искоса посмотрел на девушку. — Если ты посмеешь сбежать от меня, я буду в праве убить всех, кого спас сейчас. Ты так в себе уверена, Люси? — она вздрогнула, услышав своё имя в его устах.             — Да, — главное сейчас — спасти друзей. А дальше будь, что будет. Девушка протянула вперёд руку для рукопожатия. Зереф пожал плечами и схватился за девичью ладошку.             — Клянусь отозвать своих спригганов, спасти жизнь своего брата, его товарищей и помочь одолеть Акнологию в обмен на полную власть над заклинательницей Духов — Люси Хартфилией, — вокруг его правой руки, сжимающей ладонь Люси, пробежала чёрная магическая искра.             — Клянусь отдать свою свободу, жизнь, тело, душу Зерефу Драгнилу — императору империи Альварес, взамен выполнения им условий своей клятвы, — по ладони Люси пробежала золотая искра.             — Называю контракт непреложным и в случае нарушения, пострадавшая сторона имеет право нарушать любые условия, - в голос произнесли волшебники. Яркая красная вспышка оповестила о том, что клятва с этих пор вступила в силу.       Люси бессильно опустилась на колени, выпуская его ладонь из своей. Зереф исчез на некоторое время, хотя это выражение звучит странно, учитывая, что он остановил время. Так что получается, Люси сидит в безвремье. Ни в прошлом, ни в будущем, ни в настоящем. Нельзя было сказать точно, когда вернулся Зереф, но его появление вывело заклинательницу из какого-то непонятного оцепенения. Она вскочила на ноги, готовая забросать его вопросами, но была остановлена небрежным жестом руки. Что-то внутри заставило её послушаться.             — Битва ещё не закончена, — на её глазах он принялся переписывать книгу Э.Н.Д. Раны Нацу затягивались очень быстро, словно художник стирал кровавые кляксы ластиком. Люси наблюдала, как ему становится всё лучше и лучше. В конце концов, на нём не осталось ни одной раны.             — Нацу… — девушка прижала руки ко рту, чувствуя, как по щекам текут слёзы от облегчения.             — Идём. Акнология сейчас гоняет Пегасов над океаном, — он направился к дверям. Люси бросила последний взгляд на Нацу и покорно пошла за Зерефом. По щелчку его пальцев, время возобновило свой ход, и девушка, не удержавшись, обернулась и увидела, как друг перевернулся на бок и часто задышал, словно только что бежал марафон. — Не волнуйся, это последствия восстановления через книгу. Он очень быстро придёт в себя, — блондинка кивнула, вновь посмотрев на Зерефа. Рядом с ним стоял уже знакомый заклинательнице Август. Он держал за шкирку, словно котёнка, Мавис.             — Первая! — Хартфилия хотела потребовать, чтобы её немедленно отпустили, но вдруг поняла, что этого условия не было в договоре.             — Зереф! — основательница решительно посмотрела на него. — Я смогу освободить тебя от оков бессмертия!             — Ты уже пыталась это сделать, — равнодушно ответил Драгнил, вспоминая, как она умерла на его руках, сказав, что желает разделить его участь. Мавис замолчала, поражённая словами Драгнила. Он ведь нисколько не солгал, лишь озвучил очевидный факт. То, что ей уже когда-то не хватило решимости полюбить его. — Я заберу Сердце Феи.             — Нет! — в голос воскликнули девушки. Август вопросительно посмотрел на императора, ожидая дальнейших распоряжений.             — Прекращай военные действия и собери всех в порту. Против Акнологии может сработать магия уз, которая уже защитила фей на острове Тенрю, — Зереф буквально вручил ему Люси, а сам забрал Мавис. — Люси под силу собрать общую магию в одно заклинание. Поторопитесь. Скоро дракон будет в Магнолии, — Акнология разорвал оковы безвременья себе и своему окружению практически сразу после того, как он показал его Люси. Так что эти события несколько перегоняют те, что происходят в городе. Скорее всего, сильно обгоняют.       Люси ушла с Августом, оставив Зерефа наедине с мастером-основательницей. По пути она прослушала подробную инструкцию, по созданию «Сферы Феи». В поведении мужчины не было ни враждебности, ни хамства, он терпеливо пояснял, если девушка чего-то не понимала. Даже заверил, что всё непременно пройдёт, как надо. Дальнейшие события проходили словно в тумане. Август заставил всех прекратить сражение и во всеуслышание заявил, что приближается Акнология, поэтому им следует объединить свои силы, ради того, чтобы одержать победу над ним. Ко всеобщему изумлению, Макаров выразил своё согласие. Хотя кто знает, возможно, всех больше поразило то, что он внезапно «ожил». Лаксус так вообще на него как на призрака смотрит.       Затем все и правда собрались в порту, несмотря на то, что не испытывали к друг другу и капли доверия или симпатии. Также здесь была гильдия «Саблезубый тигр». Только вид у них был довольно мрачным. Люси по-прежнему стояла рядом с Августом, пребывая в состоянии прострации. Она смотрела на друзей, пытаясь запомнить каждого из них. Каждую чёрточку на их лицах, каждую мелочь в поведении. Всё это она пыталась запечатлеть в своей памяти навечно. В отличие от других, заклинательница ничуть не нервничала. Зереф выполнит своё обещание, она в этом была уверена на все сто процентов. Тем более, что он уже наверняка завладел Сердцем Феи.       Внезапно Гажил издал какой-то странный звук и пропал. Следом за ним, исчезли Кобра, Лаксус, Роуг и Стинг. То есть, все убийцы драконов. С Люси тут же слетела вся флегматичность. Пропажа убийц драконов не на шутку взбудоражила не только её. Все находились в состоянии, близком к панике. Август по-прежнему выглядел невозмутимым. Значит, всё идёт хорошо? Или Зерефа не волнует, что случится с убийцами драконов?       Затем появился Мэст и рассказал, что Венди Акнология затянул в «своё время». И не только её, а ещё всех убийц драконов. Это вызвало одновременно облегчённый вздох и приступ ужаса. Август призвал всех к спокойствию, сказав, что им нужно дождаться появления дракона, а после заключить его в Сферу Феи.             — А почему он должен лететь именно в этот порт? — крикнул кто-то.             — Это его инстинкт. Он летит туда, где сильная магическая энергия, — отозвался спригган. Если у него и были какие-то эмоции в этот момент, то он их никак не выдал.             — Мне стало легче, — язвительно, но как-то нервно произнёс Гонщик — бывший член гильдии «Шестеро просящих».             — Какая мука — ждать, — поёжилась Люси обнимая себя за плечи. — А где Зереф? — негромко спросила она у Августа.             — Там же, где остальные убийцы драконов, — также тихо ответил мужчина. — Он планировал уничтожить с помощью Сердца Феи Акнологию, поэтому знает, что действовать надо изнутри, — добавил он спустя какое-то время.             — Ага, — Первая уже говорила им что-то подобное. Только вот сейчас Зереф и правда может помочь с помощью этой силы. Люси тряхнула головой, отгоняя от себя непрошенные мысли.             — Лучше думай о том, кого хочешь защитить, — Люси удивленно посмотрела на Августа. — Сфера — магия уз, поэтому тебе лучше не думать о чём-то постороннем. Тебе ведь есть кого защищать, не так ли? — от его слов стало как-то легче на душе. Ведь она и правда, всё делает ради друзей. И наплевать, что будет дальше, главное то, что она обязана сделать сейчас.       Где-то отдалённо послышался до ужаса знакомый рёв, который невозможно ни с чем спутать. Он стремительно приближался. Все присутствующие взялись за руки, отдавая магическую силу Люси. Девушка соединила ладони, закрыв глаза, сосредоточилась. Магия послушно отзывалась на её призывы. Девушка ждала только отмашки Августа. К слову, он тоже делился с ней магической силой. И не только он, заклинательница ощущала множество различных магических потоков, которые шли со всего Фиора. Конечно, она знала, что Август отправил Миреди собирать силу по всему континенту, но и подумать не могла, что волшебства будет так много…       «Соединяй»…       «Связывай»…       «Чувствуй»…             — Сфера Феи! — огромная золотая сфера со знаком гильдии Хвост Феи поглотила тело огромного ящера. Акнология пытался пробиться сквозь стены сферы, но тщетно. Удар за ударом не приносили её поверхности ровно никого вреда. Время растянулось на долгие минуты. Дракон бесился и неиствовал. Люси не видела, но точно знала, что ребята сейчас сражаются против него. В этот миг идёт ожесточённая битва не на жизнь, а на смерть. Эта сфера — единственное, чем они могут помочь им на данный момент.       Август сказал, что Зереф тоже там. Интересно, они с Нацу найдут общий язык? Почему-то от того, что братья враждуют, сердце болезненно ныло. Так не должно было быть. Может, будь судьба чуть помилосерднее, всё сложилось бы иначе. Но этого не случилось. Как только всё кончится, ей придётся уйти с Зерефом, куда бы он не отправился. Но с другой стороны, личная свобода — самое малое, что она могла отдать за жизни своих товарищей. То, что император предложил сделку — было чистой воды милосердием, и Люси это прекрасно понимала. Не было резона практически победившей стороне заключать сделки с проигравшими. Но Зереф почему-то захотел. Захотел сделать её своим трофеем!       Внезапно Акнология исчез из золотой сферы.             — Они сделали это!             — Победа! — радостно закричала толпа.             — Нацу и убийцы драконов победили, — Люси смахнула набежавшие слёзы и улыбнулась. Теперь всё закончилось. Осталось дождаться их.             — Попрощайся, пока Его Величество не вернулся, — посоветовал Август, положив ладонь на плечо девушке. — Хоть и понимаю, что ты умная девушка, но всё же предупреждаю — лучше не испытывай судьбу, — по спине пробежали мурашки. — А теперь иди, — легонько подтолкнул её мужчина и повернулся в сторону моря. Происходящее более его не интересовало.       Прощайся. Легко сказать. Что она должна сказать им? Или ничего не говорить? Нет, она не выдержит прощаний. Тем более, они наверняка захотят её отвоевать у Зерефа. А если это произойдёт, получится, что она зря спасала их от смерти. Все плакали, обнимались и улыбались. Люси обнимала всех, кто попадался ей на пути. Девушка стремилась сказать, то, что давно было у неё на душе. Она понимала, что видит их в последний раз. Последний раз смеётся в их компании, последний раз обнимает их.       Нацу… Он, как обычно, в своём репертуаре, свалился на неё прямо с неба. Широко улыбнулся и сказал: «Я дома». Кажется, в тот момент, когда он так навис над ней и улыбался от всего сердца, был одновременно самым прекрасным и самым ужасным. Он ведь так и не решился, а ведь их губы были так близко. И это не впервые. Что ж, похоже, оно и к лучшему.             — Нацу.             — Что? — убийца драконов уже был стиснут в стальных объятиях Титании, поэтому говорил с трудом.             — Спасибо тебе за всё. Было весело, — искренне улыбнулась девушка. Когда она снова оглядела ребят, то увидела Макарова. Он смотрел прямо на неё. Стоило их взглядам пересечься, как Люси поняла — он всё знает. Слабо улыбнувшись, не отказала себе в удовольствии заключить названного отца в крепкие объятия. — Я…             — Ничего не говори. Я сам всё решу, — погладил по голове мастер, грустно глядя на девочку. Нелёгкая выпала ей доля. И он не в праве осуждать её выбор. Единственное, что он может для неё сделать — не дать пропасть даром её жертве.       Когда Люси внезапно пропала, никто и не заметил, что немудрено в такой-то толпе легко потеряться. Только Макаров видел, как блондинка ушла вместе с Тёмным волшебником и одним из спригганов. Что ж, они проиграли. И проигрыш этот неоценим. Его нельзя изменить или взять реванш. Всё кончено. И неизвестно, что ждёт их впереди.

***

      Она проснулась, от боли в спине от неудобной позы. Заворочавшись во сне, она вдруг соскользнула вниз, но кто-то поймал её за руки, вынуждая остаться если не в горизонтальном, то хотя бы в вертикальном положении. Люси разлепила глаза и первое, что она увидела — чёрные бездонные глаза. Карета слегка подпрыгнула на кочке. Ничего не поделать, они едут по просёлочной дороге, такие неудобства неизбежны. Драгнил усадил девушку обратно на мягкий диван, а сам уселся назад, то бишь напротив неё. События всплывали в памяти с бешеной скоростью, эмоции только и успевали отражаться на лице заклинательницы духов. Зереф с лёгким интересом наблюдал за ней, подперев кулаком лицо.        Взять себя в руки у неё получилось не сразу. Всё-таки это не шутки — отдать кому бы то ни было свою жизнь и свободу. Зереф терпеливо ждал, пока она сможет хоть что-то сказать и морально подготовиться к разговору, который должен был непременно состояться рано или поздно. И лучше раньше. Но от чего-то девушкой овладела робость. Она одна, вдали от своих друзей, своей страны, в карете с самым сильным магом в истории — Зерефом. Да и есть чего бояться. Теперь она целиком и полностью принадлежит ему! И даже не знает, что им движет, что именно ему от неё нужно, и как он намерен с ней обращаться. Последнее волновало, на данный момент, больше всего. Может ли она вообще открывать рот в его присутствии? А глаза поднимать? Он император как-никак… А как он её представит в своей империи? И представит ли вообще? Может, ей место в темнице? Люси поёжилась, обхватив себя за плечи. К изумлению, заклинательница обнаружила на себе плащ. Довольно хороший, тёплый, надлежащего качества.       Она снова посмотрела на Зерефа, и опять слова застряли у неё в горле. Что у него спросить? Как же пугает это чёртова неопределённость! Когда всё кончилось, началась запоздалая реакция. Волшебницу стала бить крупная дрожь. Как бы она не желала спасти друзей — теперь всё кончилось, и он имеет право делать с ней всё, что заблагорассудится. И от этого ей было очень страшно. Ведь никто не придёт на помощь и не спасёт, если с ней будут плохо обращаться. Хуже положения и не придумать. Вдруг он захочет проводить на ней опыты? Будет использовать как источник магической силы? Или же вообще сделает своей наложницей! От подобных мыслей Люси была близка к обмороку.       Внезапно её дрожащую ладошку схватил Зереф и несильно сжал в своих ладонях. От шока Хартфилия даже перестала дрожать, но тем не менее, вся напряглась. Но на его лице не было и намёка на агрессию или чего-то подобного.             — Я не собираюсь причинять тебе вред, Люси, — голос звучал совсем не так, как в гильдии. Он был более мягкий, чем в прошлый раз, и его можно было даже назвать приятным и красивым. Не было этих металлических ноток, что делали его грозным. — Постарайся успокоиться, — что у него на уме — оставалось для неё загадкой. Что же ему нужно от неё?             — Что со мной теперь будет? — и как ей к нему обращаться? «Ваше Величество»? «Император»? Зереф? На «ты» или на «вы»?             — Понимаешь, наша сделка, была для меня полной неожиданностью, как и для тебя, — не стал лукавить Драгнил. В конце концов, он и помыслить не мог, что есть кто-то на этом свете, кто может противостоять силе Анкселама. Однако он не хотел отнимать настоящее у брата, что так отчаянно за него цеплялся. Не хотел вновь заставлять его умирать. А эта девчонка невольно дала ему альтернативу. И он ни за что не упустит свой шанс. А то, что так удачно сложились обстоятельства, и Люси добровольно согласилась пойти с ним, так ещё и заставила скрепить согласие договором — подарок судьбы, не иначе. Люси побледнела на этих словах, ужаснувшись тому, что её судьба ещё не решена. — Не бойся, — он стал поглаживать её ладошку, и девушка вздрогнула, испугавшись такой внезапной нежности ещё больше. Но вырвать руку не рискнула. — Тебя не ждёт темница, опыты или какие-либо моральные или физические издевательства.             — Что я должна буду делать? Зачем я тебе? — нашла в себе силы задать вопрос заклинательница.             — Что делать? Ты свободна в своих передвижениях во дворце. За его пределы пока лучше не выходить, если только в моем сопровождении, — Люси не слабо удивилась такому ответу, но всё же кивнула. — Ты нужна для того, чтобы окончательно не провалиться в пучину одиночества и отчаяния.             — Что, прости? — формулировка была несколько странной, поэтому уставший и напуганный мозг отказывался обрабатывать информацию.             — Я представлю тебя своей невестой, — как ни старалась она скрыть своё удивление, это у неё не вышло. Зереф с усмешкой наблюдал за её вытянувшимся лицом и даже пустил негромкий смешок. Она забавная.             — Кем? — слабо переспросила Люси, подумав, что ослышалась.             — Будущей императрицей Альварес и моей невестой, — буднично ответил Драгнил, словно о погоде говорил. Именно после этой фразы непонимание в голове заклинательницы достигло точки кипения, и сознание, помахав ей на прощание белым платочком, смылось в закат. Зереф только и успел подхватить вновь соскользнувшее с подушек тело волшебницы. Что ж, всё прошло даже лучше, чем он ожидал.       В лучах восходящего солнца весь дворец окрашивался в ярко-алые и золотые тона. Первые за день солнечные зайчики прыгали по вычищенным мостовым, отражаясь от лёгких доспехов стражников. Менялся караул, и в комнате слышался тихий далекий звон металла. В покоях царил полумрак. Мягкие цвета, ставшие чуть ярче с рассветом, радовали глаз. Ощущался легкий весенний аромат луговых цветов, который соперничал с розами. Их лепестки были нежно-розовым, с персиковыми вкраплениями, на прикроватном столике в массивной кованой вазе высился букет, принесенный императором несколькими минутами ранее.        Девушка в постели потянулась и зевнула. На удивление, она чувствовала себя хорошо. Даже слишком, учитывая, что ей довелось пережить за последние сутки. Не сказать, что ей сейчас было дико страшно или что-то такое. Большая просторная спальня, оформленная в бирюзово-серебряных тонах производила довольно приятное впечатления, да и пахло здесь приятно. К слову о запахах, неподалёку стоял столик на колёсиках с накрытыми крышками тарелками. Она сама слышала, как горничная привезла его несколько минут назад. Голодом морить её тоже не собираются.       Куда бы она не влипла, Люси решила искать во всём положительные стороны. А то если постоянно метаться и бояться каждой тени — недолго и с ума сойти. Пока стоит осмотреться. Лучше изучить свой новый… новое место пребывания. Зереф дал ей разрешения ходить, где заблагорассудится. Даже перед спригганами представил как свою невесту. Проще говоря — поставил перед фактом, что она теперь неприкосновенная. Его мотивы? Хотела бы она знать. Но увы, пока они ей неведомы. Девушка слезла с кровати и подошла к столику, с любопытством открывая крышку. В нос ударил приятный запах горячей выпечки и хорошего какао. Живот тут же заурчал, напоминая, что вчера она отказалась от ужина. Кусок в горло не лез совершенно, что неудивительно. Сейчас же от вида пирога с мясом и сыром потекли слюнки. Показывать характер и устраивать голодовку не было смысла. А если нет возможности изменить какое-то обстоятельство, разумнее не драть когтями камни, а выжать из ситуации максимум выгоды. Или, по крайней мере, попытаться.       После плотного завтрака и водных процедур в шикарной ванне, Люси решила посмотреть, что в шкафу. Каково было её удивление, когда она обнаружила там свои вещи. Получается, кто-то был у неё дома? Это обстоятельство неприятно кольнуло душу. Однако она тут же отогнала от себя неприятные мысли. Волшебница оделась в привычные ей вещи — синюю блузку с открытой спиной, белую юбку и натянула сапоги. На пояс прикрепила связку ключей. Все духи были на месте. Даже более — пополнились тремя новыми: Весами, Рыбами и Змееносцем. Как реагировать на подобное, Хартфилия не знала, поэтому решила спросить у Зерефа.       С некоторым опасением девушка толкнула двери. За ними оказалась просторная гостиная, оформленная в таких же тонах, что и спальня. За второй дверью взору открывался большой и светлый коридор.             — О, ты наконец вышла, — послышался сбоку ленивый голос. У стены стоял диван, видимо принесённый из другого места, так как совершенно не вписывался в интерьер, на котором лениво развалилась Брандиш.             — Брандиш! — словами не передать, как Люси была рада её видеть. На глаза невольно навернулись слёзы. Зеленоволосая это, естественно, заметила и приняла сидячее положение, не отрывая внимательного взгляда от заклинательницы.             — Разрешаю обнять, Ваше… — начала в своей привычной ленивой манере, но договорить она не успела, так как была стиснута в стальных объятиях блондинки.             — Брандиш… — всхлипнула Хартфилия, разом теряя свою наигранную весёлость, решительность и оптимизм. Как бы Люси не храбрилась — она здесь совершенно одна, без поддержки, с нулевыми знаниями и пустыми руками. Что ей делать?!             — Эх, ты, — вздохнула спригган, потрепав девушку по волосам. — Рассказывай, — Люси кивнула, а зеленоволосая взглядом указала на комнату блондинки.       В течение двух часов Люси говорила, практически не прерываясь. Ей нужно было куда-то выплеснуть эмоции, выговориться и выплакаться. Повезло, что Брандиш оказалась рядом. Девушка не перебивала заклинательницу, даже позволила ей улечься у себя на коленях и перебирала её золотые волосы. Когда рассказ закончился, она ещё около часа отпаивала Люси успокаивающим чаем, пытаясь унять её рыдания. Брандиш была шокирована не меньше держательницы таким положением дел, и не стала скрывать, что не в курсе мотивов императора. Зато рассказала, что происходит во дворце. Инвел был просто поражён выбором императора и до сих пор находится под впечатлением, поэтому от греха подальше, на глаза ему пока лучше не попадаться. Димария спокойно отреагировала на такое заявление, расценив поступок Зерефа, как присваивание трофея. Якоб сказал, что такая бесстыдная девушка может совратить разум их дорогого императора, поэтому всерьёз за него волнуется, а вот Найнхарт… Брандиш отказалась говорить, так как ничего лестного от него ждать не приходилось, и сейчас он не сказал ничего хорошего. Только Август отозвался о Люси довольно неплохо, сказав, что она очень подходит императору.             — Вот как, — вздохнула Люси, выслушав Брандиш. После того, как она выговорилась и наревелась — стало куда легче. Как и от того, что она здесь всё-таки не одна. Что бы не говорила Бранди — она здесь ради неё. Если бы ей было плевать, давно бы ушла.       Они сидели на кровати, поедая шоколадные конфеты. Кто бы здесь не был кондитером — свои обязанности он выполнял мастерски. Сладости были просто изумительными. За разговорами быстро пролетел день. Люси жадно внимала рассказам и советам Брандиш, касаемо того, как с кем себя нужно вести. Всё-таки, как ни крути, а Хартфилия сейчас находится в очень интересном положении, ей не помешают советы.       Ближе к пяти часам, когда они обе проснулись, (Да, после таких разговоров Люси потянуло в сон, а Мю улеглась за компанию) Люси решила встретиться с Зерефом и ещё раз всё с ним обговорить. Брандиш сказала, что после войны и потери нескольких спригганов у него дел невпроворот, поэтому ей лучше зайти к нему вечером в личные покои. Спустя две минуты Хартфилия была шокирована тем, что собственные апартаменты являются смежными императорским. Брандиш хотела пустить шутку, глядя на растерянное лицо заклинательницы, но сдержалась. Ей и без этого тошно.       В итоге они сходили в библиотеку, где Люси познакомилась с престарелым, но очень улыбчивым и дружелюбным хранителем — Фатумом. Он помог ей найти ей книги по интересам, дал некоторую литературу, которая может оказаться ей полезной в их империи, даже чаем напоил. После такого тёплого знакомства у девушки оказались только приятные впечатления. Даже стопки книг тащить не пришлось, Брандиш просто уменьшила их массу, и они без труда донесли их до апартаментов Хартфилии. Расставили книжки по полкам, некоторые запихнули в тумбочку, и когда с ними было покончено, откуда-то сбоку послышался стук. Девушки переглянулись. Звук шёл из смежной с императором комнаты.             — Мне подождать тебя за дверью? — заметила состояние Люси Брандиш, чуть сжав её плечо.             — Нет, лучше завтра приходи, — почувствовав поддержку, Хартфилия заметно приободрилась. Когда ты не одна, не так уж страшно. Да и Зереф говорил, что не имеет на неё никаких «садистских» планов. — Всё будет хорошо. Я уверена, — оптимистично сказала она Брандиш, когда та закрыла за собой дверь.       Вот только… от чего так дрожат колени?