Отдаваясь чувствам

      Утро начинается с холода, неприятно обволакивающего кожу и заставляющего съеживаться в попытках согреть себя.       Сотриголова открывает тяжелые веки. Снова темно. Снова его окружает темнота холодного сырого подвала. Что ж, это было вполне ожидаемо. Что еще ожидать от безумца, который очень хочет быть рядом с объектом своего обожания, хочет прижимать его к себе и никому больше не отдавать? Разумеется, Мик принимает некоторые меры предосторожности. Он не готов расстаться со своим возлюбленным, сделав какую-нибудь глупую ошибку, поэтому он отнес Шоту рано утром обратно в подвал. Хотя, очевидно, Ямада не догадывается, что главную ошибку он уже совершил.       Айзава принимает сидячее положение - без рук это делать намного сложнее, но он справляется. Он устало потирает глаза тыльной стороной ладони. По спине снова пробегает дрожь от холода - после пробуждения Шота особенно чувствителен к холоду.       В голову, словно нож, врезаются события прошлого вечера, и брюнет невольно кривит лицо в отвращении. Как он мог такое допустить? Хотя, виноват ли он в этой ситуации? Разве что только в том, что теперь он полностью разрушил стену собственной обороны. Он смирился, он доказал свою слабость. Хех... Как иронично - весь такой непоколебимый и сухой человек сейчас сидит на грязном матраце, воображая, что в его однообразной жизни что-то может быть хорошо, даже если с Хизаши. С этим безумным идиотом, который, на удивление, имеет поразительный интеллект и умение зацепить людей, даже будучи таким раздражающим. Почему именно он? Будь он проклят. Айзава не готов признаться в чем-то сокровенном кому-то, кого знает всего один день и кто похитил его. Это нерационально!       Шота прижимает колени к груди, пытаясь согреть себя. Его руки связаны, он утыкается в них носом и пытается согреть ладони горячим дыханием. Надо поговорить с Хизаши. Но станет ли тот слушать?       Слышится шум. Будто обувь шаркает по полу. Айзава не замечает, что на его лице проявляется слабая теплая улыбка.       Вскоре, дверь открывается, и по полу скользит полоса света, льющаяся из коридора, а затем, Ямада нажимает на выключатель рядом с дверным проходом, включая основной свет. Сейчас Хизаши выглядит совсем иначе. На нем нет всех тех цепей и кожи, в которых он предстал перед героем вчера. Только теплый махровый халат нежно-розового цвета и домашние тапочки. А его волосы собраны в небрежный пучок.       Также, в нос ударяет приятный запах... еды. Айзава чувствует, как во рту скапливается слюна, и, как его желудок жалобно урчит - всё-таки его хозяин не ел со вчерашнего дня, да и то были лишь мелкие перекусы по типу бургера и баночки энергетика.       - Доброе утро, Шота! - блондин явно в прекрасном настроении. Он широко улыбается, а его зеленые глаза, на этот раз без линз, сияют каким-то счастьем. Глядя на это, самому хотелось улыбаться, и потому с лица Айзавы не сходила теплая слабая улыбка, будто сейчас он не находится в холодном подвале, и его совсем не похищали, и что вообще все замечательно. Айзава не хочет верить в то, что это лишь иллюзия, созданная его, отныне, благоверным.       - Доброе. - вполне естественно поприветствовал Хизаши мужчина, окидывая его отчасти даже нежным взглядом.       Взгляд брюнета был абсолютно спокойным, будто бы слегка затуманенным. Такой теплый и расслабленный. Он теперь не смотрит на Мика тем колким, полным презрения взглядом, от которого в груди всё сжималось и от которого хотелось рыдать. Кажется, сейчас Ямада действительно чувствовал себя счастливым. Однако, он понимает, что всё может накрыться в мгновение ока. Он пытается не думать об этом, сконцентрировав всё свое внимание на своем возлюбленном. Умение абстрагироваться делало и общую атмосферу более непринужденной и домашней.       Хизаши ставит поднос перед Шотой. На нем были две тарелки с мисо-супом, от которых шел ароматный пар, и две пары палочек. Запах был божественным, и блондин не стеснялся этого признавать - он действительно хорош в готовке. Впрочем, что вполне логично, ведь когда живешь один, то приходится самому себя обслуживать.       Хизаши опускается на корточки перед брюнетом и развязывает ему руки. Он уверен, что тот ничего не сделает, ведь его шея по-прежнему скована кольцом, соединенным с цепью. Да и есть ли в этом сейчас смысл? Отчего-то Ямада доверяет Айзаве.       Они едят в тишине. Лишь в начале Ямада спрашивает, нравится ли Айзаве приготовленное им блюдо, и получает положительный ответ, чему, конечно же, радуется. Он как маленький ребенок, заключенный в теле взрослого тридцатилетнего мужчины. Ему просто хочется, чтобы его хвалили, гордились им и просто по-человечески любили. И кажется, он смог это получить сейчас? И не просто от кого-то, а от того, кого он любит.       Хизаши бесконечно очарован этим хмурым, невероятно терпеливым и сдержанным человеком. Очарован тем, как он ест, выпивая сначала бульон, а затем беря палочками лапшу и погружая ее в рот. Очарован тем, когда он мирно посапывает во сне, слегка морщась, когда к нему прикасаются чужие теплые руки, и как он прячет нос, утыкаясь в шею блондина. Разве это не чудесно? Наверное, это был бы по-настоящему подарок судьбы, если бы всё шло в таком ключе и дальше.       Через некоторое время с трапезой было покончено. Ямада собрал тарелки на поднос, после отставив тот в сторону. Он плюхается на матрац рядом с Айзавой, не боясь испачкаться. Он прижимается к нему, обнимая того за талию и укладывая голову на плечо. Он был бы рад стать с ним одним целым, чувствовать его присутствие каждой клеточкой своего организма, слышать его дыхание и биение сердца. Он хочет с ним быть всегда.       На лице Хизаши сияет теплая умиротворенная улыбка. Она кардинально отличается от той, с которой он появляется на людях. Она не такая пугающая и раздражающая. Она согревающая, дарующая надежду.       В воздухе висит едва ли ощутимое напряжение.       - Хизаши... - Айзава нарушает тишину. - Нам нужно поговорить!       В этот момент Ямада подскакивает как ошпаренный, возвращаясь на себя маску буйности и постоянного возбуждения.       - Подожди! Ничего не говори! У меня есть для тебя подарок. - блондин шустро удаляется, будто боится опоздать или будто наоборот оттягивает разговор, который должен состояться. Айзава не протестует. Ему интересно, что это за подарок, однако, вместе с интересом появляется и чувство тревоги.       И это чувство усиливается, когда Ямада возвращается, неся на руках средних размеров коробку, дно которой насквозь пропитано кровью. Металлический мерзкий запах ударяет герою в ноздри, заставляя его невольно морщиться и сдерживать рвотные позывы.       - Хизаши, что ты...? - он не успевает договорить.       Мик ставит коробку перед Шотой и открывает ее. Хизаши в предвкушении замирает, ожидая реакцию мужчины.       Айзава не хочет смотреть. Он не хочет убеждаться в своих догадках. Из коробки виднеется голова с золотистыми, как подсолнухи, волосами, слегка окропленными кровью жертвы. Нет... Нет! Он не мог этого сделать! Он ведь поклялся. Лицо Сотриголовы застывает в изумлении, постепенно начиная корчиться от ужаса и омерзения.       Он дергается в попытках дотянутся до Мика и придушить его собственными руками, однако, звон цепи оповещает о том, что сделать ему этого не удастся и ему снова придется молча это переживать, прогоняя через себя. Он злится! Он чертовски расстроен! Какой же он дурак! Он не мог так просто рассчитывать на здравые поступки от этого человека.       - Ты! Ты, блять... Какого чёрта?! - срывается на крик Шота, уже даже не жалея связок, давая волю своей ярости.       Разумеется, Мик не рассчитывал на такую реакцию, и потому его лицо выглядит по-детски недоумевающим.       - Что не так, Шота? - совершенно наивно пытается выяснить Хизаши. - Посмотри, на что я готов ради нас! Я сделал это для тебя! Разве ты не рад, что я устранил своего противника? - Ямада тоже начинает кричать. Он давится слезами и запинается на словах. Он обижен на своего возлюбленного... Почему он не воспринимает его поступки? Он ведь делает это от чистого сердца. Но вместо ожидаемой благодарности или хотя бы похвалы Хизаши наблюдает за тем, как Шота мечется, не зная, куда деть свою ярость, и в итоге впивается пальцами в черные лохматые волосы, сжимая их.       - Я просто хотел, чтобы ты был только моим... Понимаешь? - пытается оправдаться блондин, нервно обнимая себя руками. Его взгляд виновато опущен в пол. Но его уже не слушают. Шота молчит, очевидно, прогоняя через себя всё произошедшее. Эта тишина давит на Ямаду, он не знает, куда себя деть. Однако, в голову приходит единственное верное решение.       Мик отходит к столу, после чего возвращается к Айзаве с пистолетом в руках. Тот был заряжен. И на этот раз Шота не может не обратить на Хизаши внимание.       - П...подожди! Что ты задумал? - на самом деле, вопрос не имел смысла, так как Айзава и так все прекрасно понимал, но не хотел терять надежды на более благоприятный исход.       - Что такое? - снова недоумевающе смотрит на своего возлюбленного Ямада. На его лице висит кривая улыбка, полная боли и горечи, глядя на которую, хочется просто закрыть глаза и не смотреть, как блондин придается своему безумию.       - Я... я так люблю тебя, Шота Айзава. - слегка заикаясь произнес Мик, глядя на то, как два черных глаза с ужасом смотрят на него.       Шота не в силах даже выдавить из себя крик. Он молча смотрит на то, как Хизаши вертит пистолет в руках. Он винит себя за то, что сдался так быстро.       - Теперь мы всегда будем вместе! - горько произносит безумец, направляя дуло в сторону любимого.       Ужасающая картина - красные от слез глаза и невероятно пугающая, полная боли и горечи улыбка. До ушей Айзавы доносится мерзкое, ядовитое хихиканье. Это не было издевкой. Это была истерика.       Раздается выстрел. Это последнее, что улавливает Шота.       Ямада смотрит на то, какой влажной становится темная ткань чужой одежды на уровне груди, и как тонкой струйкой изо рта тянется алая металлическая жидкость. Блондин вроде перестает рыдать.       Он медленно подходит к Айзаве на ватных ногах и тяжело плюхается рядом на матрац. Он прижимается к телу плотнее. Он не слышит биения сердца и не слышит чужое дыхание. На секунду его лицо проясняется и Ямада снова рыдает, надрывая горло. Кажется, его крик слышно даже на улице. Однако, у него нет времени.       Утерев слезы рукавом, Хизаши поворачивает голову и практически невесомо целует Шоту в висок.       - Спи спокойно, любимый.       Раздается последний выстрел.       На следующий день во всех новостях говорилось о том, что полиции удалось разыскать тело подпольного героя - Сотриголовы. А также, рядом с ним нашли предполагаемого убийцу и часть трупа Тошинори Яги.